Мой полицейский

      Утро начинается со звонка из участка. Шеф просит меня приехать, чтобы помочь с собранными документами. Надо передавать дела в прокуратуру, а материалы не готовы. Да еще и оставшиеся грабители на свободе.       Мичиру помогает мне забинтовать ребра и одеться. Ей очень не хочется отпускать меня. Это явственно читается в ее глазах, но она не говорит ни слова. – Малыш, я вернусь пораньше. – Целую ее и быстро покидаю квартиру, пока скрипачка не выставила мне какой-нибудь ультиматум.       Верный «Лексус» доставляет до участка всего за несколько минут.       Будь на моем месте кто-либо другой, уволили бы уже давным давно. За последние месяцы я часто не мог работать из-за ранений. Ничего, будем считать это компенсацией за прошедшие года, когда я работал без отпуска и практически без выходных. – Тено, рад тебя видеть! – Соито улыбнулся мне, встречая у входа. – Спасибо. – Пожимаю ему руку и захожу к шефу, чтобы получить указания.       Полдня провел за бумагами. Никогда не любил это дело. И еще больше уверовал в то, что поступил правильно, отказавшись возглавить отдел в Национальном полицейском управлении.       Из-за двери послышался шум. Выглядываю: – Что случилось? – Взрыв в метро в районе Асакусы. – Где? – Ведь в том районе находится кафе Сецуны. От метро до кафе 5 кварталов, но... Надеюсь, что никого из моих друзей там не было, особенно Мичиру. – Я с вами.       По дороге несколько раз набираю номер Мичиру, но она не берет телефон. Не отвечают и в кафе. Начинаю волноваться. Что могло случится?       Вместе с инспекторами снимаем показания со свидетелей, потерпевших. Успеваю пробежать глазами списки погибших. Слава Богу, знакомых имен нет, но есть несколько неопознанных жертв и среди них 2 женщины. Беглого взгляда достаточно, чтобы успокоиться.       Все близлежащие улицы оцеплены, и я бегом направляюсь в кафе. С разгона влетаю внутрь и останавливаюсь, переводя дыхание. – Хару, что с тобой? Что ты здесь делаешь? – Мичиру. Чувствую, что глупая улыбка появляется на лице. На сердце спокойнее, напряжение и страх уходят. Не глядя, опускаюсь на стул. Мичиру подходит ко мне и присаживается на корточки, заглядывая в лицо. – Милый?       Обнимаю девушку и зарываюсь лицом в ее волосы: – Мичи... – Да что происходит? – Рядом уже и Сецуна с остальными.       Перевожу дух: – Вы слышали о взрыве в метро? – Они кивают. – Так какого хрена вы телефон не берете?! Никто! Я с ума схожу! – Вскакиваю и с размаха ударяю кулаком по столу. – Зачем нужен телефон, если он... – Тихо, родной. – Мичиру обнимает меня, поглаживая по спине. – Прости. У меня батарейка села, а я забыла зарядить. Ты же знаешь, что за мной нужен глаз да глаз. – Она надавливает мне на плечи, и я снова сажусь. Мичиру устраивается у меня на коленях, не отпуская мою шею. – Мако, принеси Харуке кофе. – Не надо. Я пойду, работы еще много. – Я сказала – сиди! – Мичиру грозно посмотрела мне в глаза. – Успокойся сначала, паникер.

***

      Поздно вечером провожаем Сецуну и Мотоки в аэропорт. Замечаю, как они нервничают. Мичиру пытается успокоить подругу, но помогает это мало. По-моему, наоборот Сецуна паникует все больше и больше. Еще немного, и она откажется лететь на каникулы с Мотоки.       Мотоки держится более решительно, но глаза выдают его.       До вылета еще целый час, и теперь уже вместе с Мичиру вдвоем пытаемся настроить влюбленных на позитив. Сецуна сдается, не выдерживая доводы Мичиру, и когда они возвращаются к нам, обе уже спокойны.       Наконец объявили рейс, и они ушли. Я был несказанно рад этому, за что получил легкий подзатыльник от любимой.       Сев в машину, смотрю на Мичиру: – Домой? – Может поедем в наше место на побережье? Мне хочется послушать море.       Желание Мичиру — закон. Ну, почти всегда.       Дорога практически пуста, и я выжимаю из машины все, на что она способна. «Лексус» идет плавно, и совсем не замечаешь, что скорость так высока. Ветер влетает в открытое окно, развевая волосы. Я люблю это чувство единения с ветром, дорогой.       Мичиру легонько касается моего колена и слегка поглаживает: – Не надо, Хару, это опасно. – Понимаю, о чем она, и сбрасываю скорость. – Спасибо.       Вот и побережье, еще пара поворотов и мы на месте. Глушу двигатель и помогаю Мичиру покинуть машину.       На улице довольно тепло, но ветер с моря все-таки приносит прохладу. Снимаю пиджак и накидываю на плечи Мичиру. Она благодарно кивает и идет к воде. Вот только не надо лезть в воду...       Мичиру опускается на корточки и касается рукой воды: – Прохладная... – Ага. – Встаю за ее спиной. На фоне ночного неба и темных вод она и впрямь кажется русалкой. – Помнишь, как ты привез меня сюда впервые? – Киваю. – Я тогда уже понимала, что влюбилась. По уши. Я рассказывала тебе о Нацуми, о первой любви. Меня так испугал твой взгляд. – Испугал? – Ты был такой странный. – Она поднимается и прижимается ко мне спиной. Обнимаю ее, сцепив руки спереди. – Когда вернулась домой, рассказала Сецуне, а сама боялась, что больше не увижу тебя, что ты сделаешь какую-нибудь глупость.       Смеюсь: – Я и глупость? Ну как ты могла такое подумать?       Слышу ее скептический смех: – Теперь, зная тебя намного лучше, могу с уверенностью сказать, что ты очень даже способен на это. Напомнить твое последнее дело? – Она, конечно, права. – Вот и молчи. – Мичиру кладет свои руки поверх моих. – Иногда мне хочется, чтобы мы жили вот так, на берегу моря, вдвоем. И никто не мог помешать нам. – Если хочешь, я куплю дом на побережье. – Да нет... – Качает головой. – Сам знаешь, что это утопия. Нас никогда не оставят в покое, да мы и сами не сможем. – И снова права. – Поедем домой? Ты устал за день. – Она не спрашивает. Она знает.