Момент истины

      Нет. Не грянул гром. Не разверзлись небеса и не ударила молния, когда Стивен Грант Роджерс подошел к могиле. Стеной шел ливень, Капитан промок до нитки, но ему было все равно. Светлые мокрые волосы упали на лицо, скрывая голубые глаза, а по щекам текли капли. Были ли они слезами Стива или дождя, было не ясно.       — Прости меня… — еле слышно шептал он, взирая на надпись на могиле «Энтони Эдвард Старк».       Память услужливо относила Стива к тому моменту, когда он видел Тони в последний раз. Там в Сибири, когда он почти полностью разрушил его броню, чтобы тот не смог более преследовать их. И оставив Старка на бетонном полу бункера ГИДРы, пошел прочь. Капитан, конечно, много после много раз думал, как Тони выбрался оттуда. Возможно, его костюм не до конца был сломан и ему удалось вызвать помощь, возможно, Пятница, перестав получать сигнал от костюма, начала поиски хотя бы по данным датчиков, которые были в нем, на худой конец, Т’Чалла мог сообщить Россу, передавая ему Земо, о том, что там есть раненый. Вариантов было много, и все их Кэп перебрал. Единственное, о чем он не хотел думать, это как Тони жил после их раскола, он просто запретил себе об этом думать, потому что, кроме разъедающего чувства вины и пожирающей его совести, были в нем и другие чувства к этому человеку, куда более сильные.       Но Стив выбрал другого. Нет, конечно, он был уверен что просто должен развести их в разные стороны, что это сумасшедшее заблуждение, после они все втроем разберутся и все встанет на свои места, но…не успел. Его встретил камень, не менее холодный, чем тот бункер в России. И возможно именно там умер его друг, а тут просто лежит его тело…?       Роджерс вспоминал, как шатаясь, они с Баки, еще не отошедшие от той страшной битвы, вышли из лифта бункера, направляясь на свой квинджет, на котором сюда прилетели. Путь им перегородил Т’Чалла, в этот момент на лице Стива мелькнула гримаса боли от мысли, что ему придется драться и с Пантерой. Ведь тот прилетел сюда более чем уверенный, что Баки убийца не только его отца, но и мировой террорист. И каково же было его удивление, когда принц сказал:       — Твой друг ни в чем не виноват, — в этот момент даже Барнс, хорошенько отделанный Старком и лишившийся своего главного оружия, слабо открыл глаза и окинул Пантеру взглядом, а тот продолжил, — я помогу вам, и заодно отдам властям вот этого, — он указал на связанного у его ног барона, который корчился от боли, вызванной тем, что Т’Чалла не дал ему покончить жизнь самоубийством и отправиться к жене и ребенку.       — Я рад, Ваше Величество, что вы все поняли верно, — сказал Роджерс, — теперь мы стали преступниками и нас будет искать весь мир, и нам очень нужна помощь.       — Не волнуйтесь, мы отправимся туда, где вас не найдут ни Росс, ни Старк, — сказал Пантера, — ни ЦРУ, ни ФБР никогда не могли проникнуть на территорию Ваканды, мы охраняем наши границы по лучше многих стран. И вы отныне там мои гости. Летите за мной, — он кивнул Капитану и поволок Земо прочь.       А Стив повел Джеймса на квинджет и, усадив, осмотрел его раны: кроме оторванной бионики, у боевого товарища были сломаны ребра; даже несмотря на то, что Зимнему Солдату часть скелета укрепили все тем же вибраниумом — иначе он не смог бы носить и управлять такой рукой — костюм Тони рассчитал слабые места и сломал их. Тактический костюм Барнса был разорван и испачкан кровью, а в нескольких местах кровь еще сочилась. Огромный же кровоподтек на лице и сломанная челюсть, оставленные Тони, когда Солдат схватил Старка за ногу, также выглядел ужасающе, но это не мешало Баки улыбаться и убеждать Стива, что у него все хорошо.       В этот момент Роджерс был зол лишь на себя, что позволил этому случиться, когда он только обрел Баки, а теперь допустил, что его чуть не убили. Он сжал рычаг управления квинждетом и повел его в перед, их ждала новая жизнь, и он обязан дать Баки лучшее будущее, такое какое он заслуживает.       В Ваканде их приняли, как дома. Т’Чалла помог Баки не только восстановиться после битвы и вернуть руку, но и искал методы избавления от кодов ГИДРы в голове солдата. Но сам Джеймс почти все время прибывал в криосне. За это время Стив успел наведаться в плавучую тюрьму, где содержались его «товарищи» и, освободив их всех, увез в Ваканду. Но самого Капитана разъедали такие монстры изнутри, что никто не мог ему помочь. Из всегда дисциплинированного и сдержанного человека, он превратился в измученного и потерянного. Часто его можно было застать около криокамеры, говорящим с Баки, хотя солдат по-прежнему находился во сне, но даже такой разговор помогал Стиву.       — Я переживаю за Тони, — говорил Стив, глядя на спящего мирно друга, который казался таким безмятежным и счастливым, — он сильный, но сломленный, я боюсь чтобы он не сделал что-то с собой.       Через неделю.       — Послал ему письмо и к нему телефон, — голубые глаза, полные печали, снова взирали на Барнса, — но он, ясное дело, не позвонил, упрямый.       Еще через неделю.       — У меня дурное предчувствие, Бак, что, если все мои кошмары сбудутся? — он смотрит уже вдаль, но после снова на Джеймса, он должен быть с ним, когда тот проснется.       И вдруг эта новость: Тони Старк мертв.       Все собрались в зале для переговоров, молчание было гробовое.       — Я полечу, — Стив не спрашивает, не ищет в глазах друзей поддержки, он констатирует факт.       Все всё понимают, об опасности Стиву говорить нет смысла, но все понимают: отговорить Капитана бесполезно, с ним собирается Сэм и Ванда, остальные просто решают ехать в Америку на свой страх и риск. Роджерс в последний раз заходит к Барнсу, но того не хотят будить, и он говорит принцу:       — Я вернусь очень скоро, я более не Капитан Америка, я потерял щит, единственное что я хочу — увидеть Тони в последний раз, его могилу.       — Не волнуйся, — Т’Чалла смотрит в глаза с уверенностью, — я позабочусь о нем до твоего возвращения.

***

      Дождь стихает, кладбище полно призраков, и собираясь уходить, Стив видит могилу Говарда, Эрскина и Пегги. К последней он подходит с таким трепетом, а ведь она прожила полную и счастливую жизнь, но без него, и счастливую ли? Это так и остается загадкой. Стив решает, что пора уходить, и когда набирает на телефоне номер Уилсона, то вдруг слышит: « Телефон абонента выключен или находится вне зоны…». Странно, ведь они договорились о связи. И тут-то Стив замечает что его окружают. Люди в форме со скрытыми лицами приближаются, и он знает, что будет дальше.       — Капитан, — такой знакомый голос, но Стив отказывается в это верить, медленно поворачиваясь, он видит Старка, — видимо, только моя смерть могла заставить тебя приехать сюда. Ты пришел порадоваться, что я, наконец, умер?       — Тони… — Роджерс ошарашен.       — Не надо этих слезливый прелюдий, — Старк машет рукой и отряд поднимает оружие, — ты арестован, Кэп, будь добр проследовать за ними, и не надо сопротивляться, это бесполезно.       С минуту Стивен смотрел на бывшего друга, радость от того, что Тони жив, медленно перетекала в осознание, что смерть Старка была подстроена для его поимки. И спецназ не хуже того, что был выслан за Барнсом в Бухаресте, готов по одному движению пальца Железного Человека сорваться с места и повязать его. Но он не мог даться им. Его ждали в Ваканде, он обещал вернуться. И…       Стив оглянулся, прикидывая план побега, Тони все понял и махнул, но при этом крича:       — Брать живым! — и все бросились на Стива, как шакалы на добычу, включая самого Старка, который был в костюме. Завязалась драка, но Капитан сражался как лев, разбрасывая бойцов. Те снова и снова бросались на него, а после его скрутили, а Тони помогавший, им подошел, и направив на него руку:       — Хватит, Стив, все кончено, ты арестован.