Сын киллера

После последнего, неудачного, разговора с Зиглинде, Сиэль неделю просидел на больничном, ни с кем не общаясь. Злость била ключом. Друзья не напирали, хотя писали в социальные сети, что делается в мире их школы. Отец не препятствовал желанию быть дома, хоть и был против изначально. Но как только сын излил свои переживания, отступил. Семейство Мидлфорд доводило его. По истечению недели, когда больничный подошел к концу и Сиэль готов был выйти в школу, с самого утра получил смс-сообщение от Зигги. Первое за все время, пока сидел дома. От нее не было ни слуху, ни духу. «Нужно поговорить. В школе, после обеда. Я знаю, что ты сегодня выходишь. Разговор будет серьёзным». Сиэль только тяжело вздохнул. После злости пришла некая апатия. Уже попросту было все равно на тяжести разговора. Кто же знал, что сегодняшним днем разрешатся их давние отношения. А вернее — закончатся.

***

Зиглинде, еще на перемене первого занятия, сказала, где встретиться во время обеда. И в назначенный час сидела у оговоренного места. Через две-три минуты пришел Сиэль. Вид у обоих был не ахти. — Привет, — постарался улыбнуться парень. — Прости, Спирс задержал. — Я бросаю тебя, Сиэль, — резко, не дав возможности возразить, и чтобы не передумать самой, ответила девушка. Голову держала опущенной, а руки сжимала в кулаки. — Это из-за моих проблем, да? — спросил после небольшого ступора с горькой усмешкой. Да уж, не выдержали их отношения такой сложной ситуации. — Прости, но я больше ничем не могу тебе помочь. Все это время я только раздражала тебя. А мне всего лишь нужно твое тепло и внимание, — тихо говорила Зигги, так и не поднимая взгляда. — Но семья для тебя важнее. А я так больше не могу. — Я все надеялся, что мы будем вместе до самого выпуска. Что проблемы с навязчивой семейкой решатся, я позову тебя куда-нибудь отдохнуть. Но, возможно, мне действительно стоит отпустить тебя. Пока обоим не стало еще больнее. — Проблема не только в семье, — натянуто улыбнулась Зигги. — Ты стал другим уже давно. Я… больше не чувствовала к себе былой заботы. И думала, что это пройдет, но… нет. Все стало хуже. Прощай, Сиэль. Сказав свои последние слова, ставящие точку в их отношениях, девушка поднялась, с трудом сдерживая слезы, и ушла. Сиэль шумно выдохнул. Какой же он идиот. Пальцы впутались в черные волосы. Вот за что ему все это? Все полетело коту под хвост. А это чертовски больно. Он ожидал нечто похожего, но не предполагал, насколько будет отвратно.

***

К алкоголю Сиэль всегда относился нейтрально. Не злоупотреблял. Когда выпить с друзьями за компанию — всегда пожалуйста. Когда с родителем по одному бокальчику в праздники — возражения никто не имел. Но когда на его плечи навалился… мягкими словами и не описать, какие серьёзные проблемы, он прогулял школу и отправился в магазин за выпивкой. Было одно место, где продавали без вопросов по поводу совершеннолетия. И он истратил все карманные деньги. А другого выхода не нашел. Только напиться и забыться. От всех. От всего. Расставание с девушкой стало последней точкой. Домой вернулся только под вечер. Он все надеялся, что отца не будет дома, иначе влетит по первое число за такое, почти неадекватное, состояние. Ошибся. Зайдя на порог, в нос ударил вкусный запах выпечки. А из гостиной доносилась музыка. Появилась у отца не так давно привычка — если он что-то готовил, включал музыкальный канал. — Черт...  Главное пробраться в комнату без лишнего шума. Не привлекать внимание, раздеваться медленно и осторожно. Но как бы не так. У родителя чуйка, когда в доме становится на одного человека больше. Не взирая на громкую музыку, он вышел из кухни, вытирая руки полотенцем. И хотел бы поприветствовать сына, да увидел его в нелепой позе (пытался стянуть ботинок), слегка покачивающегося и с мутным взглядом. И, несмотря на витавший в доме аппетитный запах, уловить нотки алкоголя не составило труда. — Что случилось? — Спалился, — тихо буркнул парень и даже взгляда не поднял. От манипуляций со шнурками ему стало немного нехорошо. — Сиэль, — уже строже обратился к сыну, придерживая за плечо, чтобы тот не раскачивался и снял, наконец, обувь. — Почему ты напился? Зная сына, как облупленного, странно, что пришел домой он пьяный. Без серьёзной на то причины, Сиэль никогда бы не напился. Что-то произошло и Себастьян стал беспокоиться. — Достало все. Из-за этих проблем с Мидлфортами Зигги меня бросила. Вот в чем причина. А ведь они уже обсуждали эту тему. Поверхностно. Но вместо того, чтобы отпустить самому — девушка решила первая прервать отношения. И, видимо, это стало спусковым крючком. Тихо вздохнув, Себастьян помог раздеться и добраться до спальни. Горе луковое. Неясно сколько выпил и чего. Может и опорожнит ещё желудок. — Почему в моей жизни все пошло наперекосяк?.. Не успел мужчина усадить сына на кровать, как пошло высказывание. — Нужно потерпеть, Пчёлка. Или уехать в другой город. Я тебе уже предлагал, — тихо сказал Себастьян, слегка отстраняясь, чтобы снять кофту. — Я не хотел все бросать. Это равносильно тому, что я сбегаю. И это Себастьян тоже слышал. Но ещё никогда не предлагал того, что решил сейчас (глупо, ведь сын из-за своего состояния может сказать одно, а отрезвеет и пожалеет о сказанном): — Я могу встретиться с Мидлфорд. Попрошу оставить нас в покое. И тогда все вернется на круг своя. — Только на нашей территории, — глухо произнес Сиэль. — Но я не хочу ничего. — Постарайся заснуть, — перешел на более важную тему, осторожно укладывая ребенка в постель. Лежащий в шкафу плед, все еще сохранивший мягкость, и пахнущий порошком, Себастьян достал и укрыл им своего горе-пьяницу. — Посиди со мной, пока я не усну... — Принесу тазик и вернусь, — пообещал отец, немного растрепав челку, когда коснулся ладонью теплого лба, и вышел из комнаты. Все время отсутствия Сиэль ждал. Не позволял себе закрыть глаза. А когда родитель вернулся, оставил у кровати небольшой тазик, на тот случай, если станет плохо и малолетний пьяница не успеет добежать до туалета. Так же поставил на рабочий стол стакан с водой и пачку таблеток. — Спасибо, — слабо улыбнулся парень. — Что бы я без тебя делал?.. — Сам бы доковылял до спальни и заснул одетым, — расписал приблизительный план без посторонней помощи старший Михаэлис, садясь на край постели. Рука сама потянулась поправить плед. — А теперь засыпай. — Я люблю тебя, — прошептал Сиэль, поддавшись просьбе родителя и погружаясь в немного беспокойные сновидения.