КВ: Песни в головах...

— Эмм… Песчи, а кого ты алая? — Всё же спросила Тигра. Зеленоглазая взглянула на неё, а затем указала на Крутобока. — Я облилась краской, когда искала Огника. — Все остальные спокойно вздохнули. — А вы подумали, что я его убила? — усмехнулась Песчи, подходя к Крутику. — Много чести — быть убитым от моих лап. Эй, серый, как пользоваться этой штукой? — Ну хоть серый. — пробурчал Крутобок. — А пользоваться легко: нажми на кнопку, тебя акатит водой, которая смешана с растворителем краски и готово: краска слезла. Хотя алой ты мне нравишься гораздо больше. — фыркнул. — Спасибо конечно, но если захочу, то покрашусь натуральной краской, а не потолочной. — фыркула Песчаная Буря и пошла смывать краску через аппарат Крутобока. — Как знаешь. — Пожал плечами серый и ушёл. Тигра решила, что с Ежевикой пора заканчивать и искать новую жерт… нового испытуемого. Она обвела зал глазами, естественно задержавшись взглядом на Коршуне, тот смотрел в свой смартфон, по-прежнему сидя в кресле Песчи, но почувствовал чей-то взгляд на себе и поднял глаза на чёрную кошку. Та смутилась и отвернулась, это не укрылась от Песчаной Бури, которая уже вытиралась полотенцем. — А давай возьмём Коршуна? — Весело крикнула она, подскакивая к Ежевике и снимая с него браслеты. — Кыш отсюда! — Да с радостью! — Фыркнул полосатый и убежал. — А ты брысь с моего кресла! — Шикнула зеленоглазая на Коршуна и схватив его за правую переднюю лапу побежала к песенному аппарату. — Совсем уже обнаглели. — фыркнула кошка. — Ты потом Рыжинку что ли притащишь? Или самого Звездоцапа? — Усмехнулась Тигра, видя как зеленоглазая одевает на сына Цапа браслеты. — Не, потом… Подумаю… Может Огника или Остри… — Ответила песчаная. Аппарат произвёл сканирование кота, затем ответил, что готов к работе. — И кого пишем? — Спросила Тигра, слегка улыбаясь полосатому, который смотрел на неё. — Можно сразу тебя. — Усмехнулась Песчаная Буря. Чёрная скептически на неё посмотрела, затем ввела имя «Искра». — А можно и Искру. — фыркнула та. Заиграла песня: «Всё и проще и в тысячу крат сложней Ты во мне как ночь в мириадах огней Ты мой снег, ты мой дождь, воздух мой и вода Я тебя не любил, не любил, не любил никогда.» — Как-то странно… — Проговорила Тигра. — Любил али нет? — Нет, конечно же. — ответил полосатый. — Тигра, ты же не глупая, и так догадаться можно. — Фыркнула Песчи. — Какая любовь в Сумрачном Лесу? — Мне откуда знать? — пожала плечами чёрная, написав новое имя. — Как насчёт Звездоцапа? — Окей. — Согласилась песчаная, садясь в своё кресло. Заиграла песня: «Иллюминаты сняли капюшоны, взобрались на сцену. Ритуалы — это скучно, мы хотим славу и денег. Нашу символику уже даты затерли. Вы хотели нас похоронить, но мы восстали — зомби! Сгущаются тучи и весь мир у мониторов, Каменщики снова наводят ужас на город. Мы как и были, так и есть у власти, ха! Орлы расправили крылья и львы открыли пасти…» — Что это значит? — Не поняла Песчаная Буря. — Тут же стоит «Мы». — И как ни странно именно такое у меня вертится в голове, когда папа очередной раз придумывает план для захвата племён. — Ответил Коршун. — Давайте дальше что ли… Мне скрывать нечего. — фыркнул полосатый, кладя лапу на лапу. — Значит, нечего, ага?.. — Прищурено-хитро посмотрела на него Песчи и перевела взгляд на Тигру, которая не отводила от них взгляда, но заметив ухмылку подруги, быстро отвернулась, уставившись в монитор. — Абсолютно. — Фыркнул тот. — Ла-а-адно. Раскроем карты позже. — Улыбкой лисицы улыбнулась песчаная. — А теперь напишем Огнезвёзда. — С какого перепуга? — Не поняла Тигра. — Он его чуть не укокошил. — Фыркнула зеленоглазая. — Ну да, ты права. — Согласно кивнула чёрная кошка и написала имя предводителя. Заиграла песня: «Ты привык пресмыкаться И не хочешь сражаться. Ты боишься, что будет хуже, Но ради свободы разве риск не нужен? В этом мире свобода — для сильных… Пусть умру я — Но не склонюсь пред врагом, Ну, а ты — так и будешь рабом! Я такой не один И нам не нужен жид-господин, Мы — свирепая стая волков, А такие, как ты — стадо ослов!» — Сильно. — Удивлённо проговорила Песчи. — Аппарат… — НЕ СЛОМАН! — Завопил Крутобок, прерывая Коршуна и который уже знает дальнейшие слова. — Эта песня больше подходит от Цапа к Огнику. — Фыркнула Тигра. — С какого перепуга она у тебя? — Да так… Завалялась в голове, подумаешь… — Проговорил полосатый. — Ладно… Кто следующий? — Спросила зеленоглазая, смотря на жену Огнезвёзда. — Хмм… Невидимая Звезда? Саша? Мотылинка? Ежевика? — Перечислила она. — Давай Невидимую Звезду. — Задумчиво ответила Тигра. — Конечно. Тебе же интересно — не любит ли кого Коршун? — Усмехнулась Песчи. — Есть ли у меня шанс? Ага, Тигра? — Нет! — Крикнула чёрная, спрятавшись за монитором аппарата, она набрала имя. Заиграла песня: «Ха, не найдут в тебе изъянов, Что порадуют твоих конкурентов, Нет на тебя похожих в мире, Ты одна такая, без комплиментов. В жизни не терпишь наглых как танк, Слушаешь музыку в стиле поп-фанк, Смело висишь вниз головой, Ты остаёшься в этом мире собой. С вершин на асфальт Так падать больно, Только не шуми, кричать нельзя, Компромиссов нет, скажешь: „Всем довольна“ — Будут думать ты слабак!» — Здорово, однако… — Проговорила в загробной тишине Синяя Звезда из зала. Не понятно только: с сарказмом или без? — И как это объяснить? — Аппарат не сломан! — Крикнул Крутобок, который знает их любимое «объяснение». — Я и не хотел всё валить на аппарат. — Фыркнул полосатый, а в мыслях: «Как ты догадался?..» — Ну тут же нет симпатии или любви к ней, верно? — Нету. — Легко согласилась Тигра. — Кого ещё напишем? — Предлагаю Мотылинку! — крикнула из зала Саша. Ведущие переглянулись и кивнули. Заиграла песня: «Река, возьми мою печаль Водой укрой. Сестра, ты знаешь как мне жаль Прости за боль. Ведь мы с тобой одно и тоже Так похожи. Но что одной, и с нас досталось Успокоит тихая река… Ты прости, прости меня сестра!» — Значит запугивал-запугивал её, а в душе жалеешь? — фыркнула Песчи. — Здорово. в кавычках. — Я подумаю — прощать или нет! — крикнула Мотылинка. — Прости! — лишь крикнул Коршун. — Не знаю… — А мы продолжаем! И пишем… — Сашу! — Крикнул Ежевика, сидя рядом с мамой. — Мне ж Злату писали! — Неплохая идея. — подумала чёрная и посмотрела на Песчи, та кивнула. Тигра написала имя Коршуновой матери и заиграла песня: «Мама, будь всегда со мною рядом! Мама, мне ведь большего не надо! Мама, только не грусти! Ты меня за всё, мамочка, прости! Ты слышишь, мама, будь всегда со мною рядом! Мама, мне ведь большего не надо! Мама, только не грусти! Ты меня за всё, мамочка, прости! Только ты всегда поддержишь и успокоишь И от зависти и злости меня укроешь. Я люблю тебя, — ты ангел, тобой живу я…» Некоторые кошки ударились в слёзы, сама Саша и Цап были в шоке — такого они от Коршуна точно не ожидали… Кот закрыл глаза передними лапами, чтобы никого не видеть. — Эмм… Воитель Сумрачного Леса, который наводил ужас на ровне со своим отцом Звездоцапом в душе такой… ранимый?.. — Изумилась Песчаная Буря. — Да уж… Тебе, Коршун, и в правду нечего скрывать. — Улыбнулась зеленоглазая и подскочила к Тигре. — Последние имя я сама напишу! — На этом песчаная слегка оттолкнула чёрную от клавиатуры и быстро настрочила имя. Какое — Тигра не увидела, но заиграла песня: «Работа 24 часа И добивается всего сама, Но она хитрая словно лиса — меня манили ее глаза. Меня манили ее губы. Я ее встретил и замер! Меня манили ее руки. До скорой встречи глазами. О Боже, мама, мама я схожу с ума — Ее улыбка, мама, кругом голова! О Боже, мама, мама — пьяный без вина; Ее улыбка, мама, — самая самая!» Все теперь успокоились и в шоке замерли, и уставились на Коршуна с Песчи, гадая чьё имя настрочила там жена Огнезвёзда. Тигра уж было подумала, что своё собственное, но тут Песчаная Буря радостно крикнула: — Я настрочила там не своё имя, а Тигра Тигровая!