Убийца-любовь

      Вот прошло уже несколько месяцев. Они пролетели быстро, и даже не верилось, что позади полгода и наступила зима. Случилось это постепенно. Облысели деревья, подул ледяной ветер со снежной пылью, запахло морозом. Теперь все сидели в теплых кофтах, засунув от холода ладони по карманам. Время шло. В классе ничего не поменялось. Лишь прибавились надписи на и без того изрисованных партах, немного завяли от холода цветы на подоконниках. Заходя в это место, можно было понять, как сыро и пусто здесь находиться. Лишь из слегка обшарпанного окна класса было приятно наблюдать за тем, как медленно падают редкие снежинки и раскачиваются ветки лип. Пахло зимой.       Макс смирился со своим положением в классе. С издёвками и редкими ударами, с постоянными хмурыми лицами одноклассников, с ободранными партами и разбросанными по кабинету бумажками, с тем, что здесь хвастались не умом, а новыми кедами. А что ему еще оставалось? Уже даже не пытался что-то менять.       Но…       По классу летал золотой браслет. Из рук в руки, с тихим звяканьем падал на пол, и, казалось, вот-вот должен был порваться.       «Элита» класса просто решили немного поиграть в «Собачку»… Это ж так весело.       Алина с едкой ухмылкой наблюдала за тем, как заплаканная Аня металась по классу, всхлипывая, и пыталась поймать своё золотистое украшение. Не получалось, от этого становилось еще смешнее.       Бочарова встала с разрисованной парты, на которой сидела до этого, закинув ногу на ногу, подошла к человеку с браслетом, резко с усмешкой отобрала его и подскочила к Ане: — Твоё, вроде? — она ласково провела рукой по уже растрепанным волосам девушки, затем по щекам, на что та обиженно хныкнула; Алина протянула ей вещицу, — Ну, будет моё! — расхохоталась и, резко отпрянув, застегнула браслетик у себя на запястье и миленько помахала им перед своей одноклассницей, — а мне идет… — Верни, пожалуйста! Я умоляю!.. — Аня, уже не зная, как ей быть, стоя на коленях, пыталась дотронуться до руки Алины, за что та дала звонкую пощёчину и еще веселее захохотала.       Макс, открыл дверь класса. Тут же заметив, в чем дело, откинул портфель на свое место, уже усыпанное гопниками, и начал вступаться за бедолагу. Но Алина его вышвырнула пинком в коридор и захлопнула со стуком дверь. — Я тебе говорила, не лезь к нам! Я тебе говорила, не встревай! Ты ж, вроде, умный мальчик, а простых команд не понимаешь?! — Зачем ты делаешь это?! — тот вскрикнул. — Надо… — Кому, надо?! — Макс срывается на крик, хватает Алину за воротник и впечатывает её пару раз в стену.       И ещё. Ещё. Ещё! Только девушка упала, он накинулся и принялся мутузить её ногами. Он не понимал, что с ним, с каких пор его пробило на такую ярость… Он терпел полгода, неужели его хватило только настолько? Если бы она была парнем… Ей бы сейчас досталось очень хорошо, и Макс на тот момент сильно пожалел о том, что она им не являлась, и у него не хватит сил пойти против своих же принципов и сильно ей навредить.       Он вслушивался в практически беззвучные крики Алины, которые она отчаянно пыталась заглушить, в тихий хруст, исходивший с каждым шлепком от тела «королевы» класса, при котором он чувствовал… Он не понимал, что чувствовал, касаясь её. Он осознавал, что идет на поводу у своей же ярости, но не мог оставить все как есть. Все же он не смирился с тем, что происходило эти полгода. Он не понимал, как у нее получается так безнаказанно унижать других людей и оставаться при том уважаемым человеком в этом гнилом месте. Неужели они не понимают?..       В её же глазах мутнело, сознание медленно покидало оболочку… Она никак не ожидала такого исхода, оттого даже не знала, что следует ей сделать сейчас, ведь это не в ее характере было — позвать на помощь, да и помогать ей никто не спешил. Лица ее одноклассников мелькали аж где-то в конце кабинета, неловко пряча взгляд. Она лишь прошептала, как ей показалось, самой себе: «Я не заплачу! Не сдамся!» — Что ты там бормочешь?! — Люблю тебя… — тихо, на выдохе сказала девушка, зажмурившись, захохотала и откинула голову назад. — Что?.. — Макс опешил и отпрянул назад. Что он творит? — Не отвлекайся, говорю! — схватив его за ногу, Алина повалила его на пол, села сверху и одним ударом отправила парня спать. Ему ведь не послышалось… Не просто так она Королева класса, — Когда кого-то бьёшь, — начала говорить она уже, потерявшему сознание Максу, на ухо, — не отвлекайся! Какие бы провокации не делали, не останавливайся, не теряй бдительность. Это может стоить тебе жизни.       Она вытерла кровь, обернулась на своих одноклассников, которые столпились в углу класса и с широкими глазами наблюдали за происходящим. Трусы. — Хотите, что б я подохла? Не дождётесь! — Она показала им два фака.       После чего медленно, неспешно и хромая, но максимально гордо, закрыв за собой дверь, вышла в коридор и глубоко вдохнула. Она не могла после такого позора вернуться в класс. Что этот человек делает с ее репутацией? Ей крайне не нравилось, что он пришел в ее учебное заведение и в ее класс. Куда его деть? Он изначально ей не понравился, она сразу поняла, что ей придется что-то с ним сделать. Жаль чувака, зря он не остался в предыдущей школе. Алина спустилась на первый этаж, там аж ей перестало казаться, что на нее пристально смотрят круглыми глазами одноклассники.       «Бл*ть! Директор!» — пронеслось по коридору диким воплем, на что отозвалось одно лишь эхо. — Алина! Что случилось?! — тот осматривал Алину очень долго, останавливая свой взгляд на синяках и порванных колготках, на помятой одежде и растрепанных волосах. Та в ответ неловко смотрела в сторону и шаркала ногой по полу. — Виктор Степанович, я это… на лестнице ногу подвернула и покатилась. Больно-то как… С четвёртого этажа аж до второго. Вы же знаете меня, всегда говорю только правду… Можно мне домой, голова гудит…