Единственный

В магии друидов особое место занимает душевное и физическое спокойствие. В таком состоянии друиды просматривали прошлое, и будущее, и вообще все, к чему они прикасались.

Любовь — это та же магия, Любовь — это та же страсть. Скажи, как мне удержаться И в объятия твои не упасть? Саша Есенин

Лезть глубже становилось опасно. Узкий темный проход, казалось, сужался на глазах. Тонкий луч света фонаря кое-как позволял разглядеть повсюду торчащие из земли корни трав и ползающих противных насекомых, от вида которых по телу юноши периодически пробегали мурашки. На темных коротких волосах молодого человека хаотично лежали мелкие крупинки земли, которые юноша то и дело сбрасывал свободной рукой. Рюкзак, висевший на плечах за спиной, не был большим, но сейчас он дико мешал пролезать дальше. Юноша в почти полулежачем состоянии, находясь пока еще на коленях, посветил фонарем перед собой. На какое-то мгновение ему показалось, что впереди пространство увеличилось, и, не теряя ни секунды, молодой человек ринулся вглубь с еще большей активностью. Оказавшись в более широком пространстве, юноша скинул рюкзак и достал из него больший фонарь. Парень щелкнул включателем, направил луч света вверх, и помещение озарилось светом. Сваленные в кучу запыленные книги, полураскрытые ящики и множество газет — все это предстало фраппированному взору кареглазого юноши. Глаза широко раскрылись, рука автоматически прикоснулась к затылку и потрепала и без того взъерошенные волосы, затем последовал негромкий свист и раздался тихий голос: — Ты выиграл эту жизнь, Стайлз, — юноша довольно улыбнулся сам себе. Беря каждую книгу в руки и сдувая с нее налет, юноша рассматривал сначала переплет, осторожно проводил тонкими пальцами по обложке, чувствуя кожей шрифт, затем переходил к оглавлению и после — к тексту. Если он замечал, что книга подходит его определенному выбору, то незамедлительно аккуратно засовывал каждую в целлофановый пакет и затем в рюкзак. Так незаметно прошли часы. Передвигая большой фонарь с места на место, Стайлз перебрал почти все старинные экземпляры книг и газет. Печатные издания, не подошедшие Стилински — а их оказалось немного — остались лежать стопками, а не в разброс, какими их нашел юноша. Часы на мобильном телефоне показывали уже поздний час, поэтому Стайлз закинул рюкзак за плечи и стал осторожно выдвигаться назад. Узкий и без того лаз, казалось, становился еще тесней. Юноша кряхтел, вытирал со лба выступающий пот и передвигался все медленнее. Мешали все те же торчащие корни и мелкие бегающие насекомые. В какой-то момент Стайлз подумал, что он либо застрянет сам, либо придется оставить половину «сокровищ» здесь. Но терять столь трудным способом добытое ему вовсе не хотелось. Юноша полз на коленях, а впереди пространство сужалось еще сильнее. — Да что за хрень! Он что, с каждым часом все меньше становится? — не выдержав напряжения, возмутился паренек насчет размеров лаза. Маленький фонарик тускло освещал землю. Взгляд карих глаз умоляюще искал впереди конец уже ставшего ненавистным тоннеля. Стилински, ненавидевшему насекомых, начало казаться, что вокруг все шуршит и движется, что мелкие жуки лезут под одежду и попадают в его воспаленный мозг. — Черт! — крикнул Стайлз, обращаясь к темноте впереди и к окружающим насекомым. — Давай уже заканчивайся, а вы все заткнитесь! Крик парня ушел в небытие, и в этот миг земля тайного лаза начала трястись, мелкими частицами обваливаясь на юношу. От испуга Стайлза затрясло. Ему совсем не хотелось ощутить себя заживо погребенным, тем более после столь счастливой находки. Стилински с остервенением пополз вперед, разгребая свободной рукой перед собой падающие куски земли. Фонарик начал предательски мигать, сообщая об окончании зарядки батареи. Перед глазами юноши замелькали картинки жизни — такой короткой и совсем еще не собирающейся заканчиваться. Тело парня покрылось испариной, на лбу еще больше выступил пот. Жуки, червяки и другие насекомые неожиданно исчезли из поля зрения, и Стайлз увидел перед собой мерцающий свет. Вот он — выход. Это холодный свет белоликой луны проникал сквозь заставленные доски во входе тоннеля. Стилински уверенно выключил почти севший фонарь и двинулся еще быстрее. Рюкзак цеплялся за выступающие корни растений и тащил за собой землю, кроссовок юноши в какой-то момент начал сваливаться с ноги. Стайлз не обращал никакого внимания на почти мокрую от пота рубашку. Единственной мыслью парня было выжить самому и сохранить в целости найденное. Руками он упирался в стены лаза, который наконец-то становился шире и выше. Когда Стилински смог встать на ноги, силы его почти иссякли. Он увидел перед собой знакомые доски, закрывающие вход, скинул рюкзак и рухнул на землю. — Блин, я думал, подохну здесь, — сказал он сам себе и чуть не обделался от раздавшегося неожиданного ответа. — И мог бы, если бы не моя сила, — мужской голос звучал рядом, отражаясь нотками страха в ушах парня. Стайлз хотел было дернуться к выходу, но его словно удерживала некая невидимая сила. Юноша раскрыл глаза и прислонился мокрой спиной к земляной стене. — Кто здесь? — раздался испуганный голос парня. — Я здесь, — из темноты показался человек. Вышедший навстречу Стайлзу мужчина был высокого роста. Прямые, черные с проседью волосы до плеч наполовину скрывали скулы, цвет глаз при довольно скудном лунном освещении, проникающем сквозь щели в досках, рассмотреть было невозможно, но он казался голубым. Возраст незнакомца явно расплывался между тридцатью пятью и пятьюдесятью годами. Слишком необычно выглядел этот человек. Мелкие морщины у глаз и не совсем еще старческие руки. Странный светлый балахон накрывал начало таких же бежевых, как показалось Стайлзу, брюк. Уголки губ подняты вверх, мужчина улыбнулся. Стилински будто онемел. Незнакомец протянул руку вперед и, словно призывая, проговорил: — Я знал, что кто-то вернется за ними, — его голос проникал в самые потайные уголки души. — Слишком давно книгами никто не интересовался. Все считали их бесполезным мусором. Но у тебя любопытные глаза, в которых заметен острый ум. Ты правильно сделал, что решился заняться этим. — Чем этим? — наконец отошел от первого шока юноша. — Как чем? Магией друидов, — мужчина смотрел на парня, склонив голову набок. — Разве нет? Страх не слишком хороший советчик, но при определенных обстоятельствах он направляет в нужное русло. Стайлз послушно кивнул и нервно сглотнул слюну. Он ведь совсем не для этого забрал книги. Юноша собирался открыть лавку в городе и торговать старинными вещицами. Но словно под гипнозом он услышал монотонно звучащий голос незнакомца: — Ты станешь друидом. Настоящим знахарем, целителем и магом. Я помогу тебе в этом, тебе лишь нужно согласиться. Не под страхом, а по велению сердца. Подумай о моем предложении и вернись с ответом на рассвете. Слова затихли, будто эхом растаяв в тишине пещеры. Мужчина стал медленно отходить от все еще испуганного юноши и практически стал невидимым обычному взгляду. Он испарился. Исчез. Стайлз помотал головой из стороны в сторону: — Вот говорил мне отец, чтобы один не лез в эту заброшенную глубь. Так я же смелый, — сам себя ругая, вслух высказался юноша. — Так, вали отсюда, Стайлз. Вали, пока еще кто-нибудь не нарисовался перед твоим уставшим взором. Парень схватил рюкзак и начал быстро и ловко убирать доски от входа. Луна уже вышла высоко, освещая белым светом окрестности. Лес окружал подземный лаз множеством деревьев. Об этом месте ходили разные сплетни. Одни рассказывали о старом семейном проклятье, другие говорили о том, что здесь жила семья настоящих колдунов, третьи утверждали, что все это полнейшая чушь. Но все истории сходились к одному — после страшного неожиданного пожара сгорел весь особняк. Никто из людей не выжил, погибли все члены семейства. Позже сгоревший дом некоторые жители города сравняли с землей, раскопав и забрав себе лишь немногочисленные реликвии. Никто не стал и думать о том, чтобы строить на этом месте новое здание. Место вокруг бывшего особняка искусственно засадили деревьями, чтобы скрыть его от глаз и забыть навсегда. Но ни одна живая душа не знала, что совсем неглубоко под землей каким-то невероятным образом спаслись книги и газеты. Как бумажные издания смогли уцелеть под сильным напором пламени? Что за чертовщина творится здесь? И кто были все эти люди? Все случилось более двух столетий назад. И с тех пор загадочные истории переходили из уст в уста, из поколения в поколение, из семьи в семью пока не дошли до слуха юного Стайлза. Юноша был слишком любопытен, чтобы обыкновенно усидеть на месте, не искать приключений и не лезть под землю. Стилински давно пытался раздобыть нечто интересное и заработать на этом. Отец все время ругал его за излишнюю активность в авантюрных делах, но парня было не удержать. Вот и сейчас, когда он с огромным трудом нашел нечто необычное, его терзала мысль — как? Как выжили книги? Что это был за мужик? И о чем он твердил? Всю дорогу до дома под озарением лунного света Стайлз размышлял. Что это было? Галлюцинации после пережитого волнения или от нехватки кислорода? А вдруг там и вправду кто-то был? Что ж, завтра он вернется в потайной лаз и проверит, а пока необходимо было передохнуть.

***

Вынутые из рюкзака книги были разложены на полу и на столе, газеты стопкой оказались у компьютера. Луна перед своим заходом аккуратно заглянула в комнату юноши. Стайлз крепко спал, распластавшись на кровати. Одеяло было отброшено в сторону, одна рука парня свисала с постели. Лунный свет серебром прошелся по «сокровищам» Стилински, отчего книги покрылись ярким блеском. Если бы Стайлз увидел это, то мгновенно кинулся обратно в тоннель. Одна из книг словно ожила и самостоятельно раскрылась почти в самой середине. Черные буквы, не печатные, а выведенные каллиграфическим почерком, говорили о названии заклинания. Старинное издание манило, будто магнит. Белый свет луны понемногу тускнел, солнце настойчиво просило уступить ему место на небосклоне. Сумеречная мгла легла на город и его окрестности. Почти все жители Бейкон Хиллса еще спали. Лишь на месте сгоревшего особняка сидел одинокий мужчина. На его слишком бледном лице виднелись слезы. Он смахнул рукой соленые дорожки со скул и убрал волосы за уши. — Ничего, скоро все вернется, все встанет на свои места, — пробормотал себе под нос незнакомец. — Я нашел того, кто мне поможет. Теперь я не одинок.