— Ты мне не нравишься. — Врешь.

— Фэш! Отдай! — пухлая рыжеволосая девочка пыталась отобрать у темноволосого мальчишки, на полголовы выше ее, свой пенал и учебник, — Фэш, ну пожалуйста! — мальчишка быстро отбежал от протянувшихся было к пеналу пухлых пальцев в другой конец класса и злобно показал Василисе язык. — Все равно он тебе не нужен, — Фэш злорадно улыбнулся, — Ты же сломаешь карандаш, едва он окажется у тебя в руках, — мальчишка расхохотался и его смех подхватила половина ребят. Девчушка попыталась было подойти к Драгоцию, но тот, словно юркий кот, протиснулся в довольно узком проходе между партами и пробежал мимо отчаявшейся Василисы к мусорному ведру. — Ну Фэш, — девочка умоляюще посмотрела на Драгоция, — Отдай, пожалуйста, ты же сказал, что отдашь, если я скажу, что люблю тебя! — Я тебе соврал, — мальчишка холодно и насмешливо посмотрел на рыжеволосую и выкинул ее пенал в мусорку, куда кто-то уже успел выбросить кожуру от банана и вылить ужасно пахнущий йогурт. По щекам Василисы покатилась первая слеза. — За что ты так со мной? — пухлая девочка медленно подошла к Фэшу, — Что я такого тебе сделала? Ты же говорил, что я тебе нравлюсь и мы друзья! — Драгоций вновь откровенно расхохотался. — Ты, жирная, неужели ты думаешь, что когда-нибудь кому-нибудь понравишься? — Фэш вновь расхохотался и его смех поддержала половина мальчишек и штук пять девчонок, — Да любой парень сбежит от тебя, едва ты появишься на горизонте, ведь ты еще и страшная! — по щекам Василисы ручьем текли слезы. За что с ней так? Неужели она это и вправду заслужила? Не выдержав девчушка схватила свой рюкзак и, спихнув туда все что осталось от ее вещей, стремительно выбежала из класса под гогот Драгоция и других мальчишек. Сердце жгло от злых слов Фэша. Неужели он и в правду так ненавидит ее из-за лишнего веса? Тут Огневу словно током ударило. Он ведь все время над ней издевался, притворялся другом, а потом делал гадости. Девочка всхлипнула и с силой пнула камень, попавшийся ей под ноги. Тряпочные кеды давно промокли, ведь Василиса успела несколько раз наступить в лужу. Подул прохладный ветер и девочка поежилась. Она даже не надела куртку, забыв ее в раздевалке. Присев на скамеечку в каком-то парке Василиса судорожно вздохнула. Вся симпатия к Драгоцию вдруг разом пропала. Появилась неприязнь, отвращение и жгучее желание отомстить. А так ли ей на самом деле нравился Фэш? Да, Василисе нравилось находиться с ним рядом, чувствовать тонкий аромат ландышей, исходящий от парня, обычная симпатия, не более. Но никакой любви. Огнева скорее сама себя в этом убеждала. Ей нужен был рядом кто-то, кто принимает ее такой, какая она есть. И Драгоций явно оказался не из их числа. Теперь же все иллюзии испарились, оставив Василису одну, в холодной осенней реальности. — Привет, — Огнева сама не заметила, как к ней присел какой-то мальчик. Помня ситуацию с Драгоцием девочка на всякий случай отсела от мальчишки на приличное расстояние, — Ты почему плачешь? — А тебе то что? — Василиса сама удивилась как резко прозвучал ее голос, — Тоже пришел поиздеваться? — девочка не удержалась и снова всхлипнула. — Нет, — Василиса только сейчас заметила, что у мальчишки длинные серебристые волосы, заплетенные в тонкую косу, — Я подумал, что тебе нужна помощь. Может, расскажешь, что случилось? — мальчик внимательно посмотрел в заплаканное лицо Огневой, — Меня зовут Примаро. — Василиса, — буркнула девочка, уставившись лицом вниз, — Пообещай, что не будешь смеяться, тогда расскажу, — Василиса подумала, что мальчишка сейчас рассмеется и, как-нибудь обозвав, возможно даже толкнет, но тот лишь серьезно кивнул. И Василиса, удивившись сама себе, рассказала Примаро все. О том, как ей нравился Фэш, как он притворятся ее другом, а она верила, о проблемах с лишним весом и о гадости, сделанной Драгоцием сегодня. К концу рассказа девочка уже плакала в объятиях Примаро, а тот гладил ее по голове. —Да, Драгоций дурак, каких еще поискать, — голос Примаро был ровным и спокойным, но Василисе показалось, что там проскользнула нотка раздражения. — Ни с кем нельзя так поступать, — девочка всхлипнула, — Но мстить ему — значит признать, что тебе не все равно, — Василиса мягко высвободилась из объятий мальчика и, вытерев слезы со щек, посмотрела на него чуть покрасневшими от слез глазами, — Просто постарайся быть равнодушной, к тому что он говорит и рано или поздно ему это надоест, — Примаро улыбнулся, подняв упавший на скамейку ярко-рыжий листок клена и покрутив перед глазами, — И что бы кто не говорил, всегда помни, что ты красивая, — он улыбнулся и вложил листок обратно Василисе в руки. — Спасибо, — девочка улыбнулась, посмотрев на листочек и повернулась было к Примаро, но того уже не было на скамейке. Он просто исчез.

***

— Милая, почему ты не ешь свои любимые булочки с апельсинами? — Рыжеволосая женщина с пронзительными голубыми глазами внимательно вглядывалась в лицо Василисы, — Ты себя плохо чувствуешь? — рыжеволосая помотала головой, — Что-то случилось? Расскажи, может мы с папой сможем помочь? — сидящий рядом с женщиной светловолосый мужчина с серо-зелеными глазами мягко сжал ее руку. — Все нормально, мам, — Василиса нахмурилась и, занявшись разглядыванием скатерти, без особого аппетита откусила кусок булочки, — Скажи честно, я же толстая? — вдруг подняла голову Василиса и в упор посмотрела на мать и отца. — Ты не толстая, — Лисса удивленно приподняла брови и посмотрела на мужа, — Возможно ты весишь немного больше, чем другие дети в твоем возрасте, но ты не толстая, — Василиса отложила чуть надкусанную булочку на тарелку. — Пап, неужели я правда страшная? — девочка обратила свой взгляд на отца, — Только вот честно. — Кто сказал тебе такую чушь? — Нортон чуть нахмурил брови, — Не тот ли Драгоций, про которого мне рассказывала твоя классная руководительница? — девочка помотала головой, но вмиг покрасневшие щеки выдали ее с потрохами. Огнева наклонила голову вниз, чтобы закрыть красное лицо волосами и начала нервно крутить в руках скатерть, — Ты самая красивая, — отец присел перед Василисой и взял ее руки в свои, — И если кто-то тебя обижает, то ты должна уметь постоять за себя, ведь мы не всегда сможем защитить тебя, — на лице Нортона появилась грустная улыбка, — Но ты должна научиться. Мне предложили работу в заграницей, там освободилась очень высокая должность, которую мне предстоит занять, — мужчина снова присел рядом с женой и тепло улыбнулся ей, — Мы переезжаем, — Василиса удивленно посмотрела на отца, — И там ты будешь ходить в новую школу. — И, мы с папой решили, — Лисса посмотрела на мужа и мягко улыбнулась, — Что раз тебе так не нравится твоя фигура, то там мы будем вместе ходить в спортзал, на гимнастику и курсы самообороны, — глаза девочки посветлели, — Мы же помним, как ты хотела заниматься гимнастикой. Мы с отцом нашли лекарство, которое тебе поможет, — мать счастливо улыбнулась. Дело в том, что у Василисы были проблемы с сердцем, из-за которых она, собственно, и набрала вес. С такой болезнью она не могла заниматься никакими видами спорта, что тоже привело к ухудшению фигуры. Но Нортон и Лисса нашли врачей, которые смогли подобрать лекарство для дочери. — Мы поймем, если здесь тебя что-то держит и ты не захочешь уезжать, — взгляд Нортона на мгновение чуть потемнел, — Тогда ты сможешь остаться тут с бабушкой. — Но тогда мы долго не увидимся, — встряла Лисса. — Мам, ну что меня может тут держать? — Василиса закатила глаза, — Ко мне тут ближе чем на метр никто не подходит, — девочка грустно вздохнула, — А все стараниями этого дурака Фэша! — добавила рыжеволосая чуть тише, так чтобы родители не услышали, — А когда мы улетаем? — Вылет завтра ночью, — Нортон тепло улыбнулся, — Завтра будет твой последний день в этой школе, — отец поцеловал Василису в макушку, — Справишься? — девочка обреченно кивнула, — Тогда марш в комнату собирать чемодан, — Нортон шутливо потрепал дочь по голове и улыбнулся Лиссе. Василиса вошла в свою комнату и осмотрелась. Стены, на которых обои с цветущей сакурой, светлый ламинат на полу и темно-синий ковер с длинным ворсом. Большая мягкая кровать с множеством подушек, шкаф-купе, настолько большой, что он был похож на отдельную маленькую комнату, белый стол с компьютером и окно с пледом на широком подоконнике. Да, родители Василисы жили весьма не бедно. Не сказать, что Василисе было из-за чего грустить. Если раньше она думала, что не сможет пережить разлуку с Драгоцием и еще несколькими людьми, которые притворялись ее друзьями, то сейчас ее розовые очки с дребезгом разбились об мокрый асфальт осеннего Петербурга. За один день так поменялось ее отношение почти ко всему. Василиса иронично усмехнулась своим мыслям. Может она действительно глупее чем кажется?

***

В класс на следующий день Василиса вошла под тихие смешки. Если бы раньше она засмущалась или попыталась что-то сделать, то сейчас она лишь последовала совету Примаро и с равнодушным видом села за свою родную последнюю парту. — Ну что, камаз, — послышался насмешливый голос спереди, — Сколько килограмм булочек ты загрузила в себя сегодня? — по ряду прокатился дружный гогот, — Эй, туша, ты что, оглохла или у тебя уже твои булочки из ушей лезут и ты не слышишь ничего? — вновь волна смеха, — Свинья, я что-то не понятно сказал? — а вот сейчас действительно обидно, но нет Василиса, ты держишься, — Ты чего такая хмурая, родители желудей что ль зажали? — вновь по ряду разнесся смех. — Не смешно, — процедила Огнева сквозь зубы. — О, так наша свинка не только хрюкать может, — у Драгоция даже щеки от смеха покраснели. И так весь день. Василиса успела за день раз пять заметить какой Фэш противный, вредный и вообще, он тощий как палка, вот! Она успела послать ему равнодушный взгляд на его глупые оскорбления восемь раз и целых три раза закатить глаза. Правда и тот не остался в долгу, за день он подставил ей три подножки, вылил ее компот в пюре и умудрился «случайно» порвать ее тетрадь по английскому языку. Домой Василиса пришла морально полностью истощенная и испытала огромное облегчение когда наконец села в самолет. — Ну что, дочка, — отец тепло улыбнулся, — Скажи пока этому городу. Оставь все свои переживания тут. В Америке ты будешь только улыбаться, — девочка кивнула. Пусть она и оставит всю боль, которую Фэш ей причинил, здесь, но одну вещь оставить не получится. Ледяное пламя ненависти к Драгоцию. Костер, который он сам же создал. Огонь разожжен.