— Ты мне не нравишься. — Врешь.

      — Итак, ребята, вот ваши ключи от номеров, — молоденькая учительница физики, классный руководитель 10 «А», раздала каждому из ребят по электронной карте, — Сейчас вы идете разбирать вещи, завтра в девять утра сбор здесь, внизу, завтрак, а затем мы едем на экскурсию, ну, а после у вас свободное время, — ребята одобрительно зашумели и направились в сторону лифтов. Единственными, кто оставался безучастными к всеобщему веселью были Василиса, Захарра, Фэш и Маар. Подруги шли вперед, не замечая ничего вокруг, держась за руки и безразлично смотря в пустоту. Парни же разошлись в разные концы толпы и награждали недовольным взглядом каждого, кто обращал на них внимание.       Диана с Ником не имели ни малейшего понятия, что случилось. Фрезер, попытавшаяся разговорить обычно такую веселую и общительную Захарру, в ответ получила лишь новую порцию слез. Огнева же просто молча смотрела в одну точку и не слышала ни слова.       

***

Flashback       — Фэш, что произошло? — Нику удалось найти друга за самым дальним столиком в вагоне-ресторане, — Твоя сестра ревет в три ручья, а Василиса будто готова в любой момент из окна поезда выброситься. Что случилось?       — Меня не интересует, что там с Огневой, — Фэш отвернулся к окну, наблюдая за проплывающими мимо поезда пейзажами. Он сам не понимал, врал ли он сам себе или ему правда все равно на Василису, — А Захарра перебесится и все.       — Не думаю, — Лазарев грустно покачал головой, — Ты ведь сам знаешь, нужно очень сильно постараться, чтобы довести ее до слез. И мне кажется, что ты должен быть рядом с ней. Ты ей нужен. Хотя бы одной из них.       — Ну конечно, — устало и раздраженно усмехнулся Драгоций, теребя в руках уголок скатерти, — Я всем все должен, — на злость уже просто не осталось сил, — К Захарре я подойду, а вот Огнева должна держаться от меня подальше.       — Дурак ты, Фэш. Думаешь только о себе любимом, да о том, как бы побольнее всех от себя оттолкнуть, — Ник положил ладонь на плечо друга, — Она же влюблена тебя, неужели не видишь? Да и сам ты втрескался в нее как мальчишка, я ведь вижу, как ты на нее смотришь, — Лазарев чуть улыбнулся.       — А мне плевать, — довольно громко сказал голубоглазый, — Когда мы с Огневой приехали на вокзал я видел его, — чуть тише добавил Фэш, — А ты ведь знаешь, если он приехал, значит жди беды. Вспомни прошлый год, — Ник чуть вздрогнул, — Так что пусть уж лучше Огнева меня снова терпеть не может. Как шесть лет назад. Так будет легче всем.       — Если ты думаешь, что он не поймёт, что ты к ней что-то чувствуешь, то ты идиот, друг, — вздохнул Ник и поднялся из-за стола, — А легче так не будет никому. Конец Flashback       — Этот собор был построен в 20 октября 1708 года — день рождения архитектора Рена, — голос женщины-экскурсовода монотонно резал уши. За окнами шел снег. Светло-серое небо, все в облаках, безразлично пропускало не яркие лучи солнца на улицу. Хотя в Лондоне и царила пред праздничная атмосфера, Василиса не горела желанием праздновать. Она всегда ненавидела себя за те моменты, когда ее накрывали грусть и депрессия. Так что, когда Захарра предложила сбежать с Дианой с нудной экскурсии и пройтись по лондонским магазинам в поисках подарков для друзей и новой одежды, Огнева ответила со всем энтузиазмом, который у нее был.       

***

      — Рок, ты нашел девчонку? — мужчина, сидевший в старом потертом кожаном кресле чуть повернул голову, так что на лицо попал луч света.       Черные глаза внимательно смотрели в почти такие же темные глаза собеседника. Любой другой давно бы сбежал отсюда к чертовой матери, едва заприметив на себе цепкий, колючий и холодный взгляд мужчины. Но Рок уже привык, лишь чуть сильнее сжал ладони, собранные в кулак.       Он никогда не мог точно сказать, сколько Астрагору лет, он не был уверен, что тот сам помнит, сколько ему лет. Иногда парню казалось, что отец из другой эпохи. Даже жили они за городом, в особняке, напоминающем небольшой замок.       Вечно холодные каменные стены, чьи-то портреты в старинных рамах, большие толстые ковры на полу и лестницах, несколько домработниц, одетых как в Средние века. Астрагор и обращался-то с ними, как во времена крепостного права, что не раз заставляло Рока закатывать глаза к небу и удивляться, почему бедные девушки до сих пор здесь работают.       — Да, она сейчас здесь, в Лондоне, — парень скучающим видом осматривал такую знакомую гостиную. Гобелены с изображением какого-то кровопролития, старый ковер, который мог похвастаться лишь рекордным количеством собранной пыли. Окна, занавешенные тяжелыми темно-синими шторами. Огонь, пляшущий свои дьявольские танцы в старом камине, на портале которого стоят непонятные статуэтки и фотография. Року казалось, что это единственная фотография в их доме. На ней был запечатлен отец, сам Рок и около десяти его братьев. Все в темно-чернильных плащах, смотрят холодно и отстраненно, — К нашему Драгоцию ближе чем на три метра не подходит, да и общается в основном с Захаррой.       — А вот это уже интересно, — в голосе мужчины послышалась нотка причастности, хотя глаза все так же равнодушно скользили по лицу Рока, — Значит между ними все же что-то было, — мужчина недобро усмехнулся, — И это нам на руку.

***

      — Как тебе этот? — Захарра повертелась перед зеркалом. На ней был надет красный, крупной вязки, свитер и черная джинсовая юбка. Огнева, уже минуты три залипавшая пустым взглядом в пространство лишь пробубнила что-то похожее на «Отлично» и продолжила изучать воздух, будто у того вдруг появились глаза, — Неужели ты настолько потеряла голову? — грустная Драгоций присела рядом Василисой и положила руку на ее плече.       — А? — рыжеволосая сфокусировала взгляд на подруге, — Ты что-то сказала?       — Да брось, мы с Захаррой еще на вокзале заметили, что между вами с Фэшем произошло что-то серьезнее ваших обычных с ним перепалок, — Диана, примерявшая зеленое приталенное платье, с пышной короткой юбкой, присела рядом с Огневой с другой стороны.       — У меня с Драгоцием нет ничего нашего, — Василиса устало потерла глаза, — Уже нет. Просто Драгоций не может разобраться в себе, а страдаю от этого почему-то я. Но все правда нормально. Или будет. Я не знаю, — девушка попыталась улыбнуться, но вышло, видимо, не очень, потому что Захарра скептично выгнула бровь, а Диана фыркнула, — Лучше спроси, что с Захаррой, — младшая Драгоций цокнула и опустила все еще красноватые глаза в пол.       — Может, все-таки расскажешь, что между вами? — Фрезер обеспокоенность вгляделась в когда-то ярко блестящие синие глаза подруги, — Фэш, конечно, временами несносный, но никогда еще он на себя так не злился, чтобы руки в кровь сбивать, — Василиса подняла пораженный взгляд на Диану.       Flashback       Дым, словно всепоглощающая лавина, расплывался по туалету, пол которого мерно покачивался, в такт стуку колес поезда. С каждой затяжкой завеса становилась все плотнее, не оставляя ни глотка свежего воздуха. Он сгорал изнутри, а дым, нещадно обволакивающий его со всех сторон, заставлял задыхаться и беспомощно открывать и закрывать рот в попытке поймать хоть каплю воздуха.       Драгоций совершенно не понимал, что происходит. От этого хотелось ударить себя по лицу или заорать, что есть мочи. Но ни то, ни другое не получалось. Руки, словно безвольные, могли лишь с трудом удержать сигарету, а голос охрип, словно Фэш орал целую неделю. Драгоций приоткрыл окно туалета, потому что действительно почти начал задыхаться. Только вот он не был уверен что от дыма. Парень закашлялся. Ему вдруг нестерпимо захотелось выхаркать сердце из груди со всеми остальными органами и эмоциями. Перестать, блять, наконец, думать.       Василиса Огнева. Одно дурацкое имя. Четырнадцать букв. И столько проблем. Фэш устало потер глаза. Как же он задолбался. Он задолбался столько чувствовать.       Хотелось абстрагироваться от всех, заткнуть уши и громко, так чтобы оглохли все, прокричать «Я не умею переживать и любить! Мне все равно!» Ведь он прекрасно понимал, чувства — это слабость. А Драгоций ненавидел быть слабым. Глупая Огнева! Фэшу хотелось ударить себя за то, что она опять появилась в его жизни, за то, что ей было плевать на мнение окружающих, за то, что он чуть не сломал ее однажды и за то, что она заставила его чувствовать. И он ударил. В стену. Кулаком. Со всей силы, что у него была. Первый, второй, третий раз… Он смог остановиться, лишь когда услышал торопливо удаляющиеся от двери шаги. Костяшки пальцев были содраны так, что кровь ручьями стекала по внешней стороне ладони. Боль не помогала.       С каждым ударом Драгоций лишь больше понимал, он не может избавится от мыслей об Огневой. Не может.       End Flashback       — Ему плохо, — лицо Дианы стало серьезным, — И это как-то связано с тобой, — темноволосой на мгновение показалось, что во взгляде Василисы промелькнуло беспокойство, но та лишь быстро наклонила голову вниз, закрывшись волосами, — Он никогда сам не попросит помощи, ведь ненавидит быть слабым, — Фрезер горько усмехнулась, — А ещё он ненавидит себя за то, что сделал тебе больно.

***

      Когда девушки вернулись в отель их уже ждала уставшая учительница физики.       — Не соизволите ли вы объяснить, где вы были? — Марина Валерьевна смерила девушек серьезным взглядом и чуть улыбнулась уголком губ, заметив в руках девушек пакеты с одеждой, — Ну, хоть не по подворотням шастали, — Диана чуть виновато улыбнулась за всех троих, — А Драгоций разве не с вами был? — Марина Валерьевна удивленно приподняла брови. Фрезер отрицательно помотала головой, а Василиса заметила во взгляде Захарры беспокойство. Классная лишь устало вздохнула и потерла большими пальцами переносицу, — Этого мне только не хватало. Ну что ж, Василиса, — Марина Валерьевна встала с диванчика, на котором сидела и чуть строго посмотрела на рыжеволосую, — Астариус Астроградович меня, конечно, предупреждал, что с тобой и Фэшем будет трудновато. Но я не думала, что вы разбежитесь на разные концы Лондона.

***

      Снежинки крупными хлопьями падали на вечерний Лондон. Везде начали светиться гирлянды, тысячи разноцветных огоньков освещали витрины магазинов. Люди спешили туда-сюда с разноцветными пакетами, шуршали оберточной бумагой и пили горячий кофе. И никто из них не был одинок. Шумные компании, маленькие компашки и влюбленные парочки. Драгоция блевать тянуло, такими мерзкими они сейчас ему казались. А еще ему хотелось кого-нибудь ударить. Ногой. В лицо.       На улице было холодно, и, хотя Фэш и надел теплую куртку, несильные порывы ветра заставляли его едва ощутимо вздрагивать. Крупные снежинки путались в волосах и таяли, отчего те становились еще более волнистыми. Проходящие мимо девушки хихикали и награждали его кокетливыми взглядами. Раньше Драгоций бы улыбнулся им своей самой сногсшибательной улыбкой, подмигнул или же, на худой конец, поиграл бровями. Но сейчас он с трудом сдерживался чтобы на месте не разъебать что-нибудь или кого-нибудь.       Закинув вещи в номер, даже не включая свет, Фэш переоделся решил сходить в спортзал, что был при отеле. Накинув на плечо рюкзак и закрыв номер на ключ парень двинулся в сторону лифтов. Все эмоции, что накапливались в его голове он сбрасывал либо тренировками чуть ли не до смертельного изнеможения, либо подцеплял какую-нибудь девушку в клубе. Но сейчас Драгоцию не хотелось никого видеть. Да и неправильно бы это было.       Подходя к спортзалу Фэш услышал басы музыки и, не удержавшись, тихо приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Блять. Там была Огнева. Она, одетая в свободные светло-серые спортивные штаны и темно-синюю майку-топ была полностью поглощена танцем и совершенно не замечала незваного наблюдателя.       Движения, сначала короткие, резкие, ломанные, а затем быстрые и более плавные идеально подходили под музыку. Она двигалась быстро, четко и ритмично. Между бровей пролегла небольшая морщинка, а лицо, сосредоточенное и отрешенное, словно Василиса была не здесь. Она идеально чувствовала музыку и растворялась в ней. Прыжок, шпагат, поворот и еще один поворот. Фэш и сам не заметил, как засмотрелся и следил за каждым движением хрупкой подтянутой фигурки, и только сейчас заметил, что танцует она босиком. Ему казалось что он чувствовал все ее чертовы эмоции. Всю ее боль и отчаяние.       Не выдержав, Драгоций бросил рюкзак на пол и стремительным шагом вышел в центр зала, к девушке, танцующей так, словно для нее это все равно что дышать. Он взял ее за талию и закружил. Огнева продолжила танцевать, не останавливаясь. Они танцевали как слаженный механизм, словно были одним целым. Никто из их не говорил ни слова, они словно знали, как должны двигаться. Танцевали словно в последний раз. Движение, еще одно, музыка закончилась и он замерли. Василиса всем телом легла на Фэша, откинув руки и голову назад, а Драгоций придерживал ее за талию, уткнувшись носом в шею. Они оба тяжело дышали, но не двигались.       — Что ты здесь делаешь? — очнулась Огнева и, опустив голову, очутилась лицом вплотную к Фэшу. Нос защекотал знакомый запах ландышей, который вдруг захотелось вдохнуть полной грудью, — Я повторю вопрос. Что, черт возьми, ты делаешь? — чеканя каждое слово раздраженно прошипела рыжеволосая. — Помолчи, Огнева, — тихо сказал Драгоций, зарываясь носом в волосы Василисы и крепко прижимая ее к себе. Она замерла в его объятиях. Всего на мгновение, не больше. — Я же сказала, не смей ко мне подходить, — холодные и острые, словно лезвие ножа слова и непонимание в васильково-голубых глазах, — Прекрати делать мне больно, — схватив свои вещи и даже не выключив музыку Огнева исчезла из зала, оставляя Драгоция наедине с собой.       Он снова задыхается.