Иллюзия страха

Бэкхён не отличался внимательностью и легко мог попутать даже соджу с минералкой, когда находился в подобном состоянии прострации, но крашенную чанёлевскую шевелюру и торчащие эльфийские уши — никогда. Слишком сильный эффект произвёл этот маяк с сигнальным огнём а-ля «Хоти меня», чтобы так с легкостью потерять его в глубинах своей памяти. Бён сам не заметил, как окликнул Пака, ведь мгновенно пожалел об этом, когда в панорамном окне здания увидел своё отражение. — Чтобы найти эту вышку, мне надо было выйти на улицу после драки со свиньями в навозе, да? О, жизнь бы сразу мне подбросила не только Чанёля, но и Ким У Бина под ручку с Чи Чан Уком, — с ненавистью к миру ворчит себе под нос парень. Он повернулся к своему отражению и старательно поправлял отросшую челку, но большой разницы особо не произошло, да и опухшие красные глаза и синяки под ними не вышло скрыть, не говоря уже о лице приобретшим оттенки пятидневного трупа. — Бэкхён, кажется, да? Ты был на свадьбе, — Чанёль подошел к студенту, держа в руке несколько ниточек, на конце которых в воздухе парили воздушные шары разных форм и цветов, а на голове у него красовался игрушечный белый нимб с перьями. — Верно, — Бён не мог сдержать улыбки, всё-таки его помнят. — Сколько у тебя работ? — Я бы не назвал это работой. Мне нравится видеть детские улыбки. Как говорится: «Дети — цветы жизни». — Ага. Цефалотусы¹. Не удивлюсь, если окажется, что ты помогаешь бездомным и больным, а ещё ты есть в списках доноров органов в случаи смерти. — Нет, но идея с органами мне нравится. Я лишь помогаю в приюте для собак, — Чанёль застенчиво улыбается и почесывает затылок. — Этот бублик на голове без сомнений подходит тебе, Чан, — Бэкхён смутился из-за своего обращения к старшему. — Детям он нравится, — от диалога отвлекли близняшки лет пяти с родителями, заприметив себе шарики. Пока Чанёль говорил с детьми, Бэкхён опомнился, зачем вообще шагнул за пределы дома. — Мне надо бежать, слушай, а тебе нравятся фильмы? То есть, всем нравятся фильмы, конечно. Я хотел сказать, что… — Хорошо, я согласен с тобой сегодня пойти в кино, Бэк, — засмеялся старший, видя старания Бэкхёна. — Отлично! — Воскликнул слишком радостно Бён, — Тогда в 18:30 здесь, я побежал, увидимся! — До встречи. — Нуна, смотри, что лучше? — Бэк стоит возле шкафа и горой одежды около ног в одних боксёрах с Рилаккумой. В одной руке вешалка с пиджаком, футболкой и синими джинсами, на другой футболка с надписью популярной марки, кожаная куртка и рваные черные джинсы. Напротив сидит молодая служанка, вымотанная после двух часов тяжкого выбора между кофейной и каштановой подводками для глаз. Оказывается, на глазах Бэкхёна эти цвета выглядят совершенно по-разному, поэтому смывать приходилось ни один раз. Такая же история была с BB-кремом, прической, одеколоном и далее по списку. — Зависит от того, каким Вы хотите показаться на первом свидании в глазах девушки, — служанка опустила глаза в пол, хоть она и работала на Бёнов уже два месяца, но к нескромным действиям Бэкхёна привыкнуть было сложно. — Это не свидание, — фыркает Бён. На телефоне высветился незнакомый номер, заставляющий отвлечься от глобальных вопросов. Он сел рядом с девушкой, заставляя покраснеть её пуще прежнего. Аура Бэкхёна касалась не только парней, но и противоположного пола, а студент только и рад лишний раз поиграть с чувствами. — Да. Кто это? — Бэкки! Как давно мои уши не мучились от твоего голоса, — раздался веселый голос некого парня. — Тэхён, — тяжело выдохнул парень. — Уверен, врач бы прописал мне новые очки, если бы я лицезрел твою ущербность также внезапно, как услышал, — со взаимным сарказмом ответил Бён. — Хоть в стёбе хватку не потерял. Я не видел тебя полтора года, что с тобой стало? — Ты о чем? — Видел тебя сегодня с каким-то парнем возле парка аттракционов. Он хорош, да, но не знал, что твоя планка опустилась с наследников миллионов до продавца шаров, — прыснул от смеха парень на том конце провода. — Это абсолютно ничего не значит. Просто знакомый, — Бэк откинул вешалки с одеждой на пол и кивнул служанке, чтобы та ушла. — Правда? Тогда что это было? «Эм… А… Ну… Тебе… Ээ… Нравятся… Фильмы… Всем они нравятся… Ну…» — спародировал Тэ. — Блядство. — Хэй, где же та стерва, с которой я разбивал сердца горе-альфа-самцов? Без меня ты совсем скатился? А твой вид… Из чьей задницы ты вылез? — Кое-что произошло и я сам не свой в последние дни. Не рассчитывал, что меня кто-то увидит. Этот парень мне нравится. Не так, как остальные. Понимаешь? — Это не повод вести себя, как монашка перед стриптизёром. Дай угадаю, ты не знаешь, что надеть? — Ага. Мы идём в кино, — Бён вновь перебирает вещи и кидает еще одну рубашку в кучу. — Простенько. Тогда не заморачивайся. Помнишь тот джемпер цвета слоновой кости, который больше тебя в два раза? Его надень и заправь спереди в черные джинсы. Ничего лишнего, да и снимать потом проще по мере развития событий. — Ебал я твоё развитие событий. — Нет, дорогой, ебать будут тебя. А теперь, сделай так, как я сказал. А в четверг я приезжаю в Сеул и иду за тобой, чтобы отметить мой приезд, в этот раз надолго. Кстати, для глаз возьми цвет лани. Удачи, сладкий. — Подожди. Айгу. Он не меняется, — Бён посмотрел на циферблат телефона и проматерившись на дорожку, поспешил переодеться и заново накраситься. Не сказать, что Тэ был близким человеком Бэкхёну, да и их дружбу крепкой нельзя назвать. Оба парня имеют скверный характер и цапаются друг с другом 70% времени. Но оба знают, что лучшее веселье начинается только когда они вдвоем. Характер не единственное, в чем они были похожи, также увлечения и имена, не говоря уже о приторной внешности, будто из одной утробы выскочили. Бэкхён опаздывает на 15 минут и жалеет, что не взял свой старенький скейтборд или гироскутер брата. Обзавестись парочкой травм — вот чего действительно не хватает перед свиданием. Эротично вытирать смесь крови с соплями из носа, стекающую к губе и медленно снимать испачканные бинты с локтей — развратнее некуда. Пак стоял оперевшись о стену и смотрел что-то в андройде. Тот, видимо, не сильно беспокоился об этой встрече, на нём была бейсболка, черная футболка с ярким принтом, голубые джинсы, а сверху легкая зеленая ветровка, потрепанная временем. — Привет. Извини за опоздание, — произнес, запыхавшись, Бён. — Всё в порядке, у нас есть ещё время. На сайте сказано, что через 20 минут начнутся два фильма, один в жанре ужасов, а другой в жанре драмы. У обоих хорошие отзывы. Надеюсь, ты не очень эмоционален, — Ёль убирает телефон в карман и они направляются в сторону кинотеатра. — Я не настроен на ужасы сейчас. Так что второй вариант. — Так и думал, уже забронировал места. Ты голоден? — А, нет, перекусим после. Ты так легко читаешь меня. — Это не трудно, ты как открытая книга. Хотя, больше напоминаешь ребенка, особенно в этой кофте, — Ёль лохматит идеально уложенные волосы Бэка, а тот в свою очередь с обиженной мордашкой поправляет. — Теперь точно, как ребенок. Давай поспешим, — старший берет того за ладонь и увеличивает скорость шага, ибо в зал уже заходили люди. Бэкхён не успевает сказать ничего в ответ, лишь бежит следом. Всё-таки его ноги коротковаты по сравнению с ходулями Чана. Но ни это, ни то, что его часы на прическу были напрасны, так не волновало, как его рука в руке фотографа. Парни заняли места на предпоследнем ряду, откуда было прекрасно видны обнимающиеся парочки, что слегка смущало студента. В этот момент он почувствовал себя на месте своих жертв, которых всяческими способами провоцировал ради забавы. В течении двух часов, Бэк был напряжён, потому что у главных героев то секс, то у зрителей до прилюдного секса недалеко, то блядская капля пота развратно стекает по шее Чанёля, чьё имя синоним к сексу. И к этому всему ещё сообщение от Тэхёна: «Выключай щенка и включай сучку. И чтобы сфоткал мне гандон в качестве доказательства, понял?». Бэкхён не хотел демонстрировать эту свою часть Ёлю, ему нравилось выглядеть в его глазах ребенком, а не разгульной стервой, как для остальных. Он считал Чана светлым и теплым, с ним не хотелось расставаться ни на мгновение. Казалось, будто он погибнет без сероволосого, как Земля без Солнца — станет холодным и безжизненным. Абсолютно новые чувства будоражили тело до дрожи и прощаться с этим он не намерен. — Неужели тебя совсем не задело? — шмыгает носом Бэк, убирая скопившиеся слезы в уголках глаз к концу фильма и следуя за людьми к выходу. — Невероятно, не ожидал, что ты так эмоционально отнесешься к этому фильму. Может надо было пойти на ужасы? — Ты бы был со мной 24 на 7, пока я эмоционально не отойду от фильма? — обиженно отворачивается тот. — Если бы было всё так плачевно, то да, был бы. Нынешние фильмы не так интригуют и трогают. Раньше действительно умели снимать, — от слов Ёля, Бён даже замялся, но быстро переключился на другую тему, чтобы его реакция не была замечена. — Раньше? А сколько тебе? — 27. — Серьёзно? — Бэкхён остановился, он никак не ожидал этого. — Ты старше меня на 7 лет. — Это проблема? — Нет, что ты. Я просто удивлён. — Тогда пойдём перекусим, на третьем этаже этого ТЦ делают лучшую пиццу. — Хорошо, я только зайду в туалет. Вечным спутником Бёна всегда была подводка, поэтому подправить макияж, находясь рядом с зеркалом, было обязательным. Пока он летал в глубинах своего разума, идя к кафе, не заметил подставленную подножку и толчок сзади, из-за чего его лицо совершило жаркий поцелуй с керамической плиткой. — Какого хуя?! — Бэк принял сидячее положение, но из-за головокружения не смог встать на ноги. Перед ним стояли две девушки и один парень. — Вы, блять, вообще кто? — Не помнишь меня? — подала голос, больше похожий на звук лезвия по стеклу, смазливая девушка с высветленными волосами. — Ты заразил моего парня своим пидорством и он бросил меня ради тебя. — Ты о ком именно? Милая, не думаешь, что я лучше тебя, раз он ушел от тебя ко мне? Лучше хуй в руке, чем пизда на горизонте, знаешь такую пословицу? — Зачем такие педики вообще рождаются? — вмешивается некий габаритный парень, толкая в грудь только что поднявшегося на ноги Бэка, но удержавшего равновесие. — Лично я родился, чтобы украшать собой этот мир. Вот посмотрят люди на тебя и содрогнутся от ужаса, а посмотрят на меня и вылечатся от твоего эффекта страшного ебла. Бэкхён никогда не мог тихо принимать удары и подавить гордость, и данный момент не был исключением. Всё же придется соблазнять Чанёля гематомами и кровью, и надеяться, что у него нет никакой фобии на этот счет. Парень взял Бёна за грудки и прижал спиной к стене, готовый нанести удар, выдержка у таких шкафов была слабой и даже зная это, он лез на рожон. Несколько людей обратили внимание на небольшую потасовку подростков, но вмешиваться до прихода охраны никто не желал. — Ну! Давай! бей! Я уверен, что ты пидор и сегодня будешь передергивать на меня. Меня зовут Бэкхён, можешь простонать моё имя, когда кончишь, — смеется тот. Он видит, как парень замахивается и закрывает глаза. — Мамочка, верни меня обратно в капусту, — чуть ли не пищит тот, закусывая губу, но удара так и не последовало. Неуверенно разлепив глаза, он увидел перед собой Чанёля. Он положил на плечи незнакомца руку, как к давнишнему другу и добро улыбался. — Бэкхён, ты какую пиццу любишь? — А ты еще кто? Его ебарь? — Не перебивай меня. Ты что, ревнуешь? Неправильно ты заигрываешь с симпатичными мальчиками, неправильно... — Ёль мило улыбается и сжимает кисть парня, которой он держит Бэка за грудки у основания и тот от боли разжимает руку. Чан был выше и, как поняли присутствующие, сильнее. Дело закончилось бы дракой, если бы не поспешившие охранники. — Всё в порядке? — вмешивается один из стаффа. — Да, не волнуйтесь, мы просто говорили и уже уходим, извините, — отвечает Ёль, а после наклоняется к парню и говорит так, что слышно лишь ему, от чего выражение его лица сменяется, словно тот услышал тайну, от которой зависит его жизнь. — Ну, еще увидимся, — Чан дружески хлопает парня по плечу и расположив руку на талии Бэка, уходит вместе с ним. Бэкхён непонимающе смотрит на Чанёля, а потом назад на того парня и стафф. — Что ты ему сказал? — Секрет, как завоевывать сердца, что же ещё? — А мне расскажешь? — улыбается Бэк. Секунда, другая и до него доходит осознание реальности событий. Пак, мать его, Чанёль, вплотную идет рядом, а его рука до сих пор на талии, Бэкхёну кажется, что он чувствует, как бьется сердце старшего, как течет кровь по его венам, а от крепкого запаха одеколона в сочетании с естественным запахом тела хочется выть волком, ну или потечь, как самка в период течки. — Подожди...А как давно ты наблюдал? — ошарашенно спрашивает, ведь показал ту сторону, которую не хотел. — Когда тебя сбили с ног. О, мне понравилась та часть про горизонт и... — Не продолжай! Значит, ты всё слышал. — Бэк, человек не может содержать в себе только хорошие качества. В любом из нас есть свой монстр. Всё зависит от толщины наружной оболочки и умения его контролировать. — В тебе он тоже есть? Не верю. — Мой монстр спокоен, я пою его кофе, — резкий звук серенады кита в желудке Чана оповестил о голоде. — О, я бы посмотрел на твоего монстра, но пойдем пока успокоим обитателей твоего желудка, — хихикает Бэк и аккуратно касается ладонью живота Чана, ощущая рельефный пресс через ткань футболки. Парни поужинали и прошлись по парку, не прекращая вести разговор и узнавать друг друга. Отчего-то Бэкхену хотелось говорить и говорить, не скрывая ничего, но ещё было сильное желание узнать Чанёля больше. Он говорил не так много, как хотелось бы, но Бён узнал, что старший закончил университет на хирурга, но проработав год, понял, что это не его и теперь профессиональный фотограф. По воскресеньям помогает в приюте для собак, иногда, как сегодня, подрабатывает в парке, ночью работает барменом. Бывают дни, когда он служит помощником сестре в её цветочном магазине, откуда и обладает информацией, которой поделился в первую встречу. Паку нравилось создавать красивые вещи и окружать себя эстетикой, его небольшой фетиш — невысокие аккуратные парни, это и привлекло его в Бэке, как тот выразился. — А Никко однажды запрыгнул на меня и я упал в лужу, представляешь? — смеется Бён до боли в скулах, уже подходя к своему дому. — Это в духе ретриверов. — А я разве говорил породу? Ну, не важно. А вот когда я нашел... — парня отвлек подъехавший мерседес. — Бэкхён, у меня есть разговор, заканчивай быстрей и приходи, — из автомобиля вышел отец Бэка, он с подозрением посмотрел на знакомого своего сына и направился в дом. Ёль поздоровался и поклонился, а юноша положительно кивнул на просьбу. — Мне понравился сегодняшний вечер. Еще раз спасибо, что не дал ему меня ударить, — студент по привычке мял рукава джемпера. — Я не мог иначе. До встречи, — Ёль вновь потрепал волосы Бэка и скрылся за другими домами. В накалённом воздухе летает запах алкоголя и возбуждения, тяжелые биты и соединяющиеся цветные лучи светомузыки доводят до полного экстаза. Сумасшедшая энергетика подростков чуть ли не сбивает с ног только зашедших Тэхёна и Бэкхёна. Парням всегда нравилась атмосфера, доводящая до безумных мыслей, до пробегающей дрожи под кожей, до полного отрыва из реального мира. Сейчас, когда наступает время пересекания черты в зону из «Можно» в «Нельзя», их вечер. — Бэк, я так скучал по нашим вылазкам, — парень лезет обнимать друга после первой залитой в себя стопки алкоголя. — Меня так гоняли в Америке, практически не было времени тусоваться. — Прими мои соболезнования, — саркастично говорит Бён и также осушает горло ликером, утешающе хлопая младшего по спине. — Ты до сих пор отца доводишь до критической точки? — он получает положительный кивок. — Тогда сегодня мы обязаны хорошенько повеселиться. Думаю, найти в этом месте «Колеса» не составит труда, а пока, давай раздобудем бесплатных коктейлей, — уста парня навещает ухмылка, он осматривается и останавливает взгляд на предполагаемой мишени, находящейся на другом конце барной стойки. Ким спускает с плеч переливающийся из-за пайеток пиджак так, что следом приспускается широкий воротник полупрозрачной белой футболки, вовсе оголяя аккуратное плечо и выпирающие острые ключицы. Этот образ дополняет черный чокер на шее. Он ставит локоть на поверхность стойки, а кончик пальца зажимает уголком тонких губ, улыбаясь в сторону парней, которых подметил в качестве своего кошелька. Бэкхёну хочется засмеяться, ведь спектакли с Тэхёном он давно не лицезрел, но с трудом сдерживается. Он получает пинок по ноге от друга и тот тоже подключается к игре. Парень расстегивает пару пуговиц на черной легкой рубашке с v-образным вырезом, оголяющую его ключицы и центр груди, кожа казалось белоснежной и такой гладкой, словно керамическое произведение искусства. Тэхён повернулся и завязал на шее Бёна атласный платок с черными и оранжевыми узорами. — Мой подарок, конфетка. — Ты же знаешь, я не люблю цеплять на шею побрякушки и прочее, — хмыкает Бэк, поправляя локоны волос. — Но это делает тебя сексуальнее. Кому это знать, если не мне? — Это лопатки? Я думал крылья. Но вы, ангелы, прекрасны и без них, — нарушает диалог подошедший сзади парень из компании, куда недавно стрелял взглядом Тэ. Он расположил ладони на их спинах на уровне лопаток. Бэкхёну в миг захотелось проломить себе череп пепельницей от такого безнадежного пикаперства и съязвить. «Крылья отсохли от таких безнадежных случаев, как ты» — думает он вполне подходящий ответ, но собирать свои же останки по клубу хотелось меньше всего, Тэ такого не простит. — Милашка, — воркует Тэхён. — Я так перенервничал, надо выпить. Бармен, два лучших коктейля этим мальчикам, — незнакомец нахально припарковал свою тушу между юношами. — Не мог бы ты позвать своих друзей? Вместе веселее, — сказал Ким, заигрывая одними лишь глазами. Когда тот ушёл, парень пододвинулся к Бэку. — Отсутствие меня испортило тебя, — фыркает он из-за пассивного отношения к происходящему. — А ты начал бросаться на любое мясо, раньше был разборчивее. Как он еще не сказал :«Ваши родители не мясники? Тогда откуда у вас такие аппетитные филейные части?» — Бэкхен сделал голос ниже, стараясь скопировать парня. — Согласен. Ладно, у меня идея, Бён. Давай устроим соревнования, — Тэ захлопал радостно в ладоши и попросил у бармена салфетки с фломастерами. — Такая схема, кто закадрит больше парней и узнает их номера, тот и выиграл. Попутно собираем выпивку и дурь. На всё час. Встречаемся тут. Как тебе? — Что ж, по рукам. Победивший имеет право на желание, а у меня как раз есть одно, — Бэкхен ухмыльнулся и запихнув по карманом салфетки, фломастер и выпив коктейль с одного захода, направился на горящий жизнью танцпол. Тэ поступил также, но ушел в противоположную сторону. Бэкхёну достаточно было сделать незатейливый мах бедрами, чтобы заманить к себе голодных котят, возомнивших себя львами. Они все, как один, думают, что в этой игре являются хищниками, но сами не замечают, как ими легко манипулируют. Сзади мальчишки не мешкая пристроилась первая потенциальная жертва. Неизвестный парень подхватил ритм движений Бэка, нахально втирая свои тестостероны и с жаждой осязая бедра мальчишки. Даже возбуждение Бёна от подобных манипуляций решило не оставаться в уголке на перекур, где сейчас и находится здравый рассудок в компании с трезвым мышлением. В течении выделенного времени, Бён обошел многих, в крови вовсю плясал танго алкоголь с методоном, давая телу больше энергии и эйфории. Его ягодицы поведали чуть ли не больше чужих рук, чем живот Хотэя² в каком-нибудь потрепавшимся китайском магазинчике, где отсутствует табличка «Не трогать». Салфетки давно закончились, поэтому фломастер чиркал по коже Бэка, но это только больше нравилось владельцам оставленных номеров. Чернильные цифры почти полностью заполонили открытые участки тела. Огонь внутри пылал до ядовито-цветных кругов перед глазами, и этот исходящий жар наполнял всех тех, с кем контактировал юноша. — И что я получу за это? — ухмыляется парень с острыми чертами лица, клавший таблетку на язык довольного Бэкхена, который повис на шее незнакомца. Бён лишь хитро улыбается и проскальзывает одной рукой под кромку его джинс, но из толпы прорезается Тэхён, он цепляет друга за локоть и уводит в сторону столов. Усадив того на диван и сам расположившись рядом, заливается смехом вместе с Бэкхеном. — Мне уже считать? А что идёт после 24? — Бён тыкает пальцем в цифры на своём плече. — Думаешь, я проиграл? — Тэ бросает на стол салфетки, а после опускает ворот футболки, где также присутствовали номера. — А давай набьем тату? Я хочу на всю спину дракона, вот такого, — внезапно выдаёт Бэк и тянет руки в разные стороны. — Давай. Через квартал как раз есть салон. Заодно пробью себе второй сосок. Решено! Но сначала нам надо по последней, сиди тут, я сейчас, — скомандовал Тэ, а Бэк в ответ кивает и расслабленно падает на диван. — Эй, красавчик, дай-ка мне двойной виски, но не разбавленный, — Ким садится за барную стойку. — Хорошо, что-нибудь ещё? — бармен, уже явно привыкший к подобному, выливает содержимое шейкера в стакан клиента и подходит к Тэхёну. — Тебя, — мурлычет юноша. — Я уже где-то видел твою мордашку, ты случаем в мои мокрые сны не наведывался? — он щурится, читая имя на ламинированном бейдже. — Мм...Чанёль. Красивое имя. — К сожалению, меня нет в меню этого заведения, — он ставит два тумблера и достав бутылку с нужным алкоголем, наполняет их. Тэ в свою очередь опустошает один за другим. — А если я вип-персона? — Ким лункой ногтя проходит по тыльной стороне ладони сероволосого и далее по рубашке, но входящий вызов заставляет отвлечься и он уходит в менее шумное место, возвращаясь только через 30 минут. Он устало смотрит, как бармен протирает бокалы, но взгляд наполняется обидой из-за того, что ему так и не уделили внимание, хоть он и был замечен. Ким уверен, что смотря так пристально, рано или поздно мужчина притянется к нему, как магнитом. На соседнее место заваливается Бэкхён и упирается лицом в ладони. — Выспался? — выдыхает Тэхён, так и не добившись никакого результата. — Сколько я спал? Мне нужен мет³. — Немного, потерпи, сейчас выпьем и двинемся. — Жарко. Хочу мохито, — бурчит Бэк, не поднимая лицо с ладоней. — Кис-кис, — Тэ закусывает губу и ловит взгляд Чанёля, подзывая его пальцем. — Мохито нам, сладенький. Ёль кивает и ставит два хайбола на стойку, добавляет основные ингредиенты: мяту, лайм и сироп. Далее берет бутылку с ромом, невысоко подбрасывая вверх и ловит, также быстро проворачивая остальные движения с ней над головой и за спиной, крутя ее в руке. Бутылка вновь подбрасывается в воздух и Чан профессионально подхватывает её, выливая жидкость в шейкер к белому рому. Содержимое встряхивается и шейкер скатывается от плеча к запястью, где конечным пунктом становится выливание в стакан из посуды. В это время Бён поднял взгляд и после небольшого трюка, перевёл внимание на бармена, но не смог сразу рассмотреть лицо из-за упавших на глаза светлых волос и набрасываемых ими тени. Ёль был сосредоточен на своём деле, было видно, что он занимался этим не первый месяц и опыт был на лицо. Далее он взял шампанское, продолжая демонстрировать ловкость рук, ловя восхищения от собравшейся публики. Завершается небольшое представление бутылкой газировки. Он как бы откидывает её за плечо, ловит сза они ругой рукой и наполняет хайболы, последними ингредиентами стали веточка мята для украшения, лёд и соломка. Чан кланяется и цепляется взглядом за Бэкхёна, по его реакции было видно, что он удивлён также, как и сам Бэк. Однако, младший неуверен в реальности событий и больше склоняется к варианту, что во всём виновато спиртное, но вспоминает об упомянутой Чанёлем работе во время прошлой прогулки. — Бэкхён. Опять неожиданная встреча. Может судьба завязала на наших запястьях красную нить? — Ёль демонстрирует свою фирменную улыбку, от которой у студента сердце отбивает чечетку по всей грудной клетке похлеще, чем от прямого введения адреналина. — Скорее всего. Подумать не мог, что ты работаешь в этом клубе, — Бён осматривает парня, словно сканером. Сейчас лицо Чана было полностью открыто, ибо волосы подняты и уложены назад, что делало его чертовски привлекательным в разы больше, густо-черная рубашка, того же цвета жилет, но светлее на пару оттенков и темно-серый галстук, идеально дополняли. — Вы знакомы? — встревает Тэхён. — Я говорил тебе о Чанёле, помнишь? — Бэкхён захватывает соломку из мохито губами и делает пару глотков, дабы остудить разум. — Так это тот самый? — восторженно спрашивает блондин. — Тот самый? И что же ты говорил обо мне, Бэк? — Чан расставляет посуду за стойкой, любопытно посматривая на смутившегося студента. — Не волнуйся. Я наслышан только о хорошем. Бэкки, теперь я понимаю тебя, может уступишь мне этого симпатяжку? — Ким не сводит пошлого взгляда с Ёля, что не могло скрыться от глаз Бэкхёна. В миг подступает тошнота к горлу, то ли от намешанного содержимого в желудке, то ли от самого Тэхёна. — Прекрати. Между нами только дружба, — отрезает Бён по непонятной причине, ведь мог с легкостью выписать права на Пака. Он срывается с места, прикрывая рот рукой и бежит в сторону туалета. — Бэк... — Ёль хочет пойти за ним, но Тэ останавливает его, слегка навалившись на стойку и хватает за руку. — Он перепил, не трогай его. И давно вы знакомы? Интересно, знаешь ли ты его настоящего. Заметил, сколько у него на теле телефонных номеров? Хотел доказать мне, что соберет как минимум 50 из этого клуба и в течении недели с каждым переспит. В общем, та ещё шлюха, но я всё равно люблю его, — в отличии от Бэка, Ким мог прикрыть чернила фломастера за одеждой. — Даже так. Не знал. Я всё-таки посмотрю, как он, — Ёль улыбнулся и покинул озадаченного Кима. Бэкхён опорожнил свой без того больной желудок, что заставило немного отрезветь, но приобрести головную боль. Он стоял, упершись руками о раковину, стараясь придти в себя. — Бэк, как ты? — Ёль стоит у приоткрытой двери, чтобы не смутить младшего. — В норме, — парень прополоскал рот и подошел к двери. — Директор оставил меня за главного, поэтому могу организовать вип-комнату. — Только если ты побудешь со мной. — В общем-то, я могу оставить Тэги за стойкой, хоть он и новенький, но справляется неплохо. Тогда я позову твоего друга, — Чанёль исчезает в толпе, а Бэк не успевает сказать ничего против, не успевает донести до этой глупой башни свои чувства. Чанёль приводит парней в небольшую комнату в синих оттенках, она имеет звукоизоляцию, из-за чего музыка была не достижима через стены, что являлось идеальным местом для перерыва от галдежа в зале. На столе уже были подготовлены напитки и закуски по просьбе, а на диване сидел мужчина, которого никто не ждал, но явно был знаком с Ёлем. — Джонхён, что ты тут делаешь? — бармен проходит первый и пожимает тому руку. — Пак, я тебя нашел. Так и думал, что ты сегодня за Сэчиля, — задорно произносит гость со смольными волосами. — Видимо, остаток ночи мы проведем вчетвером. Спустя некоторое время, когда парни привыкли друг к другу, что не составило труда, они активно обсуждали всевозможные темы, попутно добавляя спиртное. Только Бён пил яблочный сок по просьбе Чана, поставив перед ним двух литровую коробку. Теперь его мучила другая головная боль, чьё имя Тэхён, который нагло забирал всё внимание Чанёля на себя. — Бэк, я бы покатал тебя на своём белом коне, — говорит Джонхён под действием алкоголя, когда беседа зашла на тему животных. Он подсаживается ближе, обнимая парня и прижимая его к себе. — Говорят, рыцари перевелись, — Бён сжимает пальцы в кулак и постукивает по макушке нарушителя его личного пространства. — А звук такой, будто стучу по железному шлему, — язвит он, отталкивая Кима. — Кстати, вы слышали что тот маньяк опять нанес свой визит? — спрашивает Джон, приняв очередной отворот-поворот от Бэкхёна. — Ты о ком? — Тэхён изображает напуганную лань, прилипая к Чану. — Флорист. Я слышал, что он тщательно выбирает себе жертву, ему нужны только красивые молодые люди. На его счету 4 парня и 3 девушки, но многие уверены, что их больше. Он убил как минимум сотню, а в его доме есть большая клетка, в которой он держит по 5 человек, он доводит их внешность до идеала своими извращенными способами, но эти способы слишком жестоки и никто не выдерживает. Самое интересное то, что смерть его не останавливает, он продолжает «лепить» красоту своими руками. — Раз никто не выдерживает, то откуда информация про клетку? Наверняка это какой-нибудь уродливый мужик за сорокет, — с отвращением произносит Тэхён. — Может быть, мир его не так радует, как остальных, вот он и хочет внести больше красоты. Всё-таки он не просто так оставляет готовые трупы в людных местах. К тому же, если идти по этой схеме, то ему доставляет это дело большое удовольствие, своего рода хобби. А попробовав один раз, уже не остановишься, особенно если занятие приносит неописуемые ощущения, — уверенно рассуждает Чанёль, вынуждая присутствующих задуматься над его словами. — А я бы сказал, что ему хочется признания, — нарушает тишину Бэкхён, встречаясь взглядом с Паком. Отчего-то по коже пробегает волна напряжения, что-то на миг в нём изменилось, он словно охладел, но юноша не придал этому значение. — Этот человек...Он как художник, а художникам нужна оценка их творчества. Но как и всем убийцам его типажа, скорее всего, он любит власть. Держать в своих руках чью-то жизнь, это действительно...захватывающе? — Бён скорее задал вопрос себе, чем другим. — Хватит! — звучит недовольный возглас Тэхёна. — Не хочу больше это слушать. Чанёлли, а ты выглядишь властно, — Ким пьяно улыбается, прижимаясь с каждым шансом всё ближе, а Пак и не возражает, принимая весь флирт. Бэкхёна медленно разрывали изнутри псы в облике ненависти и ревности. Он видит, как Тэхён без зазрения совести тянет свои грязные ручки к Чанёлю, к его Чанёлю. Чувства злости и подавленности не давали ничего сделать. С одной стороны, хотелось включить собственника и выкинуть Кима за дверь, высказав всё накопившееся, а с другой стороны, хотелось убежать и закрыться в комнате. Невольно вспомнились слова Пака о его симпатии к аккуратным и хрупким парням. В любой другой ситуации он бы устроил дуэль или мордобой за сердце прекрасного принца, но не в этот раз. Бэкхён запутался в своих масках и не может выбрать, какую ему носить рядом с Чанёлем, но стоит ли вообще? — Интересная теория, Бэк. А как ты относишься к этому? — Чанёль игнорирует и отстраняется от Тэхёна, опустошая стакан с газировкой. — Если человек не виноват, то не справедливо отнимать его жизнь. — Проблема современного мира в глупых законах. По-моему, каждый может быть судьёй того или иного человека. Это сравнимо с выбором мяса в магазинах, мы ведь не думаем о жизни этих животных, нам важно удовлетворить голод, так почему мы должны думать о жизни человека, утоляя потребности в виде ненависти или чего-то иного? Бэкхён всерьёз задумывается над словами Чана, а при упоминании ненависти, смотрит на Тэ. Глупые мысли посетили голову, но сейчас они совсем таковыми не кажутся. — Эй, Пак, может ты тайно расчленяешь людей? Твои рассуждения пугают, — говорит Джонхён с усмешкой. — Я лишь принял на себя роль убийцы, не подумайте ничего, — смеется Чанёль, поднимая руки и показывая свою безоружность, как при аресте. — Мне надо проверить, какая обстановка в баре. Я скоро вернусь. — А я пойду удовлетворять свои другие потребности, если Бэк, конечно, не желает мне с этим помочь, — прозносит Джонхён. — Конечно. Отправь сообщение на номер «6969» и получи мелодию «Иди нахуй», — фыркает тот. — Ты так жесток к моему сердцу, — он строит из себя обиженного жизнью и уходит под утешительные хлопки по спине и смех Ёля. — Почему ты это делаешь? — обратился Бэк к Тэхёну, когда они остались наедине. Он держал бокал с соком и перемешивал его соломкой, смотря на своё расплывающееся отражение. — Ты о чем? — Ким вновь включает актерские способности, изображая невинность. — Не притворяйся, ты ведь знаешь, как я отношусь к Чанёлю, но продолжаешь лезть к нему! — срывается на крик Бэк. — Не моя вина, что ты так тормозишь. — Ты всегда обходишься со мной, как с мусором. Подставляешь, когда находишься в жопе и не считаешься с моими интересами, не думаешь о моих чувствах... — Бэкхён дошёл до финальной стадии и бокал, так яростно сжимающий в руке, полетел в стену. Не хватило лишь метра, чтобы попасть в цель, остатки спирта в организме Бёна спасли Тэхёна от больничной койки. — Приходи в себя, блять, — выплевывает Ким и уходит, оставляя парня наедине с собой. Около четверти часа Бэкхён находится в комнате, поглощенный тишиной и своими ядовитыми мыслями, разъедающие его нервные клетки до предела. Он думает, сколько раз влипал в проблемы из-за Тэхёна, сколько раз он подставлял его ради спасения своей репутации и не понимает, почему до сих пор держит его в кругу своих друзей. Волна нечеловеческих диких желаний накрывает с головой, опять допуская странные мысли. Всё же успокоившись кое-как и приняв волшебную пилюлю, запивая абсентом с энергетиком, он выходит из комнаты. Громкая музыка опять отбивает биты в голове, а разноцветные переливы света мелькают в глазах, такой резкий контраст почти сбивает с ног, дополняя эффект от наркотика. Бэкхён замечает дверь с надписью «Администратор» и заходит в кабинет в надежде, что найдёт тут Чанёля. Типичная обстановка для кабинета и нет ни единой души. Он хочет уйти, но сквозь музыку слышит голоса в стороне ванной комнаты. Слуховые галлюцинации или нет, но он решает проверить, ведь тембр голоса кажется до боли знакомым. Юноша неуверенно нажимает на ручку, приоткрывая дверь. Приходит осознание, что лучше было терзаться в сомнениях, чем знать это наверняка. Перед ним широкая спина Чанёля, которую он никогда бы не спутал, и обвивший его ногами и руками Тэхён, прижатый к стене. Ким замечает Бэка из-под прищура глаз и ехидно ухмыляется. Он запрокидывает голову, приоткрывая рот и запуская пальцы в волосы Пака на затылке. Он терзает имя бармена со стонами громче, а тот вжимает в ледяную плитку Кима плотнее, вбиваясь в его тело жестче. Бэк моментально покидает комнату, когда ушей касается рык Пака в сочетании с голосом Тэхёна. Он и не знает, когда успел выйти через черный ход и осесть около стены клуба. Внутри липким комом скапливалась слизь ненависти и боли, разрушая последние клеточки рассудка и теряя Бёна в том, что правильно и неправильно. Резвый ветер пробирался по узким ходам между домов, достигая парня и помогая с принятием реальности. Тэхён возвращается в вип-комнату за оставленным ранее телефоном, но с первым же шагом, его оглушает тяжёлый предмет, из-за чего он падает на пол. — Нет, Тэхён, не теряй сознание, ты мне ещё нужен, — Бэкхён садится на живот упавшего парня, прописывая ему несколько пощечин по лицу. Пока тот старается вернуть изображению в глазах четкость, его руки связали его же атласным платком, подаренным Бэкхёну. — Ты ебанутый?! — кричит Ким, стараясь скинуть с себя друга, но разбитая половина бутылки, подставленная к горлу и больно врезающаяся острием в кожу, вынуждает замереть. — Бэкхён, ты совсем с рехнулся? Псих, пусти меня! — А ты?! Я верил тебе до последнего. У меня есть право покончить с тобой, как с обычной свиньёй на ферме. Чем не вариант пустить тебя на фарш для псов? — осколки стекла протыкают нежную кожу на несколько миллиметров, пуская капли крови стекать на ковер. Руки предательски дрожат, а слезы невольно стекают по щекам, оседая где-то на уровне кадыка Кима и завершая путешествие на окровавленных ворсинках ковра. В комнату заходит Джонхён, он не мешкая срывается с места, оттаскивая Бэкхёна, пока тот не успел натворить ещё больше глупостей. Тэ отползает к стене, касается ладонями алой жидкости на шее и смотрит на свои руки, стараясь отпустить страх. Он ничего не говорит, лишь смотрит в сторону Бёна пустым взглядом. — Что произошло? — озадаченно спрашивает Ким, удерживая Бэкхёна, который вовсе потерялся в реальности событий и сейчас походит на тряпичную куклу. — Я не знаю, не знаю... — Бэк дрожит всем телом и прячет лицо в ладонях. Чанёль появляется через 5 минут после звонка Джонхёна и его неясных объяснений. Он лишь осматривается и без лишних вопросов подсаживается к Бэку и Джону. — Они молчат. До сих пор так и не объяснили, что произошло. — Если он в один заход проглотил всё содержимое, то это объясняет его поведение, — Ёль замечает и достает маленький пустой пакетик, в которых обычно хранят наркотики. — И что теперь делать с ними? — Клуб скоро закрывается, мы не можем их тут оставить, — Чанёль подходит к Тэхёну и приподнимает его подбородок, смотря на раны на шее, покрытые корочкой сухой крови. — Ничего серьезного, обычные царапины. — Уведи меня отсюда, — шепчет Ким, смотря в глаза Чану. — Джонхён, позаботься о Тэ, можете в отель пойти, я оплачу номер, но тут нельзя оставаться. Бэка я возьму на себя, — бармен подходит к студенту, щупая его пульс на запястье и убедившись, что тот просто заснул, а не сыграл в ящик, взял на руки и ушёл, оставив Тэ прибывать в ахуевшем, мягко говоря, состоянии. Бэкхён резко принимает сидячее положение, словно его обдали ведром ледяной воды и вбирает как можно больше воздуха в легкие. Он часто и коротко дышит, прикрывая глаза и касаясь ладонью лица. Морфей решил подарить парню не радужные сны. Пляж, с рубленными костями, омывался алыми волнами крови, касаясь стоп бегущего от чего-то парня — единственное, что запомнил Бён из своего сна. Успокоив бешеное сердце и ощутив на себе теплый луч солнца из окна, он осматривается. Последний отрезок памяти заключался в принятии горсти таблеток, запиваемых то ли энергетиком, то ли коньяком. Поэтому сейчас он без единого понятия, где находится. Бэкхён осматривает маленькую комнату, состоящую лишь из большой двухспальной кровати и двух ламп по обе стороны, стены отделаны кирпичной кладкой, в некоторых местах висели большие застекленные фотографии в черных и серых оттенках. Пробивающийся дневной свет в старые витражные окна, отражался в большой стеклянной двери, не давая рассмотреть другую комнату, но четко лицезреть свой потрепанный вид не составило труда. — Твою мать...Что за аллигатор? Так, стоп, это не моя одежда, — он выпрыгивает из-под одеяла, замечая на себе большую бежевую толстовку, которая была чуть ли не до колен. — Святые трусики Чжиёна...Я что, перепихнулся с кем-то из клуба? — он прикрывает половину лица опустившимся длинным рукавом, стараясь вспомнить о вчерашнем, но память не спешит восстанавливаться. — Нет, тогда бы моя задница тут же оповестила меня об этом, — Бён приземляет ягодицы на кровать и ерзает, но поняв, что незваный гость в его владения не вторгся, ибо не было никакой боли, как описывают в яойных мангах. Он вновь поднялся и посмотрел на своё отражение в стеклянной двери. — А ничего так, сексуальненько. Изнасиловал бы себя, — светловолосый приподнимает толстовку и поворачивается спиной, смотря на свои ягодицы, обтянутые боксерами, а после вновь поворачивается. — Кхем. Вы арестованы за свою чрезмерную красоту, будьте добры отбывать пожизненное наказание в плену моего сердца, — он складывает руки в виде пистолета и принимает серьезное выражение лица. Посмеявшись, Бэкхён отодвигает дверь, шаркая босыми стопами по полу буквально пару шагов, пока внезапно не оседает на пол с криком, как из второсортного ужастика. Перед ним на подлокотнике дивана сидел Чанёль, пытаясь сдержать смех. — Доброе утро, — старший подходит ближе, помогая Бэку встать. — Ты что, видел это, ну, то что я делал? — Лучше задницы в жизни не видел, — констатирует Пак без единой эмоции, дабы прибавить правдоподобности. — Это что, пот? — он замечает каплю стекающую по лбу младшего и убирает пальцем. — Это не пот. Это слезы моей гордости, — обреченно произносит тот. — Ты как обычно остроумен. Идём, покормлю тебя, — смеется Чанёль и уходит в направлении кухни, а Бэк пробубнив себе что-то под нос, поплелся следом. Бён попутно осматривается, помещение было большое, не разделенное стенами, не считая ванной комнаты и той маленькой спальни. Стены графитового и стального оттенков гармонируют с мягкой мебелью и креслами из темно-рыжей мятой кожи, присутствовали фрагменты открытой кирпичной кладки. Как в предыдущей комнате, было много фотографий и картин, но больше внимания привлекло пианино. В общем, интерьер некого «чердачного» стиля. — Как тебе моё холостяцкое гнездышко? — спрашивает Чанёль, беря пакет молока с пачкой хлопьев и положив в тарелки, ставит на стол. — Я не ждал гостей, так что не суди строго за такой завтрак. — Мне всё нравится, и хлопья тоже, — Бён садится за стол, начиная трапезу. — Бывшая фабрика. Здание досталось мне по наследству. Когда мне негде было жить, я решил, что оно идеально подойдет. Да и никаких надоедливых соседей в радиусе 2 километров. На первом этаже бардак, оставленные работниками вещи и прочее, до сих пор не возьмусь там прибраться. Второй этаж и так меня вымотал. — Тебе не страшно тут одному? — А должно? — Ёль достает телефон поставленный на вибросигнал и отвечает на входящий вызов. — И тебе доброе утро, Джонхён. Как вы там? Скажи ему, что с меня бутылка полусладкого, — Паку ничего не оставалось, кроме как слушать друга о том, что Тэхён всю ночь ныл, как подло с ним поступили. — Тебе тоже куплю, ладно. У Бэка в памяти прорезается момент между Чаном и Тэ, он опускает взгляд в тарелку и набивает рот хлопьями, становясь похожим на сердитого хомяка. — Джонхён сказал, что... — Чанёль оборачивается в сторону Бэка и заливается смехом. — Ты так голоден? Надо сходить в магазин. В общем, с Тэхёном всё хорошо. — Что между вами? — на прямую спрашивает Бён. — Ничего, с чего ты решил, что между нами... — Я всё видел, — прерывает он. — Видел вас в туалете. — А, это. Партнер на одну ночь, будто сам так не делаешь, — Ёль кивает на остатки фломастера на коже. — Я вообще...Не важно. Просто...выбрал бы не Тэхёна. — Ты поэтому вчера набросился на него? — Набросился? — непонимающе спрашивает Бэк. — Я ничего не помню. — Ты принял много какой-то наркоты, видимо. Джонхен вошел, когда ты держал разбитую бутылку около горла Тэхёна. Всё обошлось без последствий, — Пак встал из за стола, убирая посуду в раковину. — Вот как...Тогда я, наверно, пойду домой. — Уже? Я думал, ты останешься хотя бы на день. У меня сегодня выходной. — Если ты хочешь, чтобы я остался, то я останусь, — засиял легкой улыбкой Бэкхён. Для Бэкхёна сегодняшний день пролетел неимоверно быстро. Все мысли хаотично разбросаны и бьются о стенки черепной коробки, но счастливая улыбка так и не сходит с лица. Он лежит на диване и ждет, когда Пак закончит телефонный разговор в комнате. Он никогда бы не подумал, что обычный просмотр фильма или попытка приготовить желе, будет лучшим, что когда-либо с ним случалось. Длинный вибросигнал оповещает о пустом аккумуляторе и заставляет парня лениво подняться. — Ну и где Чан хранит зарядку? — он смотрит в сторону комнаты, но видимо Ёль не спешит заканчивать разговор, поэтому решает поискать сам. Бэкхён посмотрел на столах, полках, но в ящики не решился заглядывать, чтобы не нарушать личное пространство и не влипнуть в неудобную ситуацию, как в американских комедиях. Он замечает на письменном столе книгу и берет её в руки, но роняет на пол, а карандаш, служивший в качестве закладки, падает куда-то под диван. — Лучше тебе просто не двигаться, Бэкхён. Ты живая мишень для проблем, — выдыхает студент и опустившись на колени, пытается нащупать под диваном предмет, но достает небольшую стопку с фотографиями. Любопытство не обошло стороной и он начал листать одну за одной. На фотографиях изображены разные подростки в своих обыденных делах. — О! это же я на свадьбе, — Бён откладывает фото отдельно и листает дальше. — Опять я. Это когда я ходил на пикник...Но ведь это было месяц назад... — Бэк не понимает, откуда у Чана эта фотография, но он её откладывает туда же. Далее попадается его фото с собакой, даже фото в доме и в кафе задолго до знакомства. Бён пытается найти объяснения, но не может. Он еще раз смотрит фотографии и останавливается на каком-то парне, чье лицо казалось ему очень знакомым. — Бэк, ты куда пропал? — басит Ёль. — Да...Я тут, — юноша запихивает все под диван обратно и поднимается. — Книгу уронил, извини. Так что там у тебя с работой? — он старается повесить улыбку, но сейчас это казалось слишком тяжело. Студент не слышит, что говорит ему Чанёль, ибо мысли валом атаковали голову. Звук телевизора помогает вспомнить, где он видел парня на фотографии. В новостях. Мертвым. От рук Флориста. Бён летает в некой прострации, пока перед глазами Чанёль рассказывает о чем-то своём. Он смотрит на него, на его улыбку, ощущает лишь теплые исходящие от него лучи и не верит, что Ёль может быть как-то связан с убийствами. « Этому должно быть разумное объяснение. Спокойно. Чан не может быть ни маньяком, ни тем более этим Флористом. Но тогда это объясняет слова, сказанные им в клубе, а ведь иногда он упоминает вещи, о которых я не говорил. А та мамина песня, сыгранная на пианино от неизвестного номера...Пока я не найду ещё доказательств, нельзя делать выводы ». — Ты меня слушаешь? — А, да, конечно, — Бэкхён возвращается в реальный мир из мыслей. — Уже стемнело, а я так и не купил продуктов. Подождёшь меня? Я быстро. — Да, без проблем. — Только, Бэк, не заходи на первый этаж, можешь пораниться. Выход с той стороны сразу на улицу, если что, — говорит Ёль, надевая на плечи рюкзак. — Ладно. Не забудь купить пудинг. Чанёль выходит, а Бэкхён статуей остается сидеть на диване, пока не подрывается с места ровно через 5 минут. Он переодевается в свою одежду, пишет на стикере записку Паку и крепит на холодильник, мол ему срочно надо было идти домой. Но его останавливает дверь, ведущая на первый этаж бывшей фабрики. Желание узнать, что скрывает Чанёль было слишком велико. Его нельзя было даже сравнить с желанием сочного куска мяса во время диеты. Бён всё-таки спускается вниз. Заколоченные окна не позволяют хоть какому-то свету пройти, что оставляет парня бродить в кромешной тьме, держась лишь за стену. Он включает фонарик на телефоне, где до полного отключения осталось 5%, но быть может высшие силы айфонов дадут ему больше жизни. Кусочек света проходит по разбросанным вещам и старому оборудованию, как и говорил Чан, здесь опасно ходить, а учитывая его профессионализм в сфере фильмов ужасов, то было еще и страшно до онемения кончиков пальцев. Невезучесть студента словно сказала: «Привет, а вот и я, не ждал?», ибо тот зацепился и совершил красивую посадку лицом в горсть пыли доисторической давности, а его многоэтажный мат раздался по помещению эхом. Телефон лежал в метре от Бэка, светя ему прямо в лицо, он попытался нащупать его, но под руку попался иной предмет. — Мистер ебанный счастливчик Бён, блять, Бэкхён. Какое еще внеземное блядство на меня хочет обрушиться? Я хотел мирно существовать, а не...Блять! — кричит парень, когда замечает, что в его руке находится молоток весом примерно в 3 килограмма и весь испачкан засохшей кровью. Он откидывает его и отползает в сторону. Руки мертвой хваткой вцепились в телефон, освещая несколько метров, пока на глаза не попалась табличка, где присутствовали слова «фабрика мяса». — Я необъятно пизданутый и забытый блядопришельцами, ибо другого объяснения и быть не может. О, да, Бэкхён, молодец. Чанёль нормальный, это ты болен пиявками в голове, — безостановочно проговаривает Бэк себе под нос, собираясь подняться обратно, но его внимание останавливается на железном ящике с приоткрытой дверцей. Он с интересом открывает и достаёт металлический кейс и папки с бумагами. Некие документы, похожие на биографии. Он листает их и способность дышать будто покидает его. На листах написаны подробности о данном человеке, а дальше фотографии из серии «До — после» с описанием процесса. На первом фото — полностью обнаженный подросток на операционном столе, на втором — тот самый труп, который показывали по новостям и чье лицо Бэк видел в стопке тех фотографий. В других файлах было такое же содержание но везде отличалось это «После». Если это действительно дело рук Флориста, то его жертв больше, чем объявлено. Студент откладывает бумаги и открывает кейс. Перед ним блестели медицинские ножи разных видов, и если тот молоток был старым и потрепанным, то эти предметы были в идеальном состоянии. — Я ведь говорил тебе не заходить сюда, — голос из-за спины, заставляющий все органы остановить свою работу. Голос Чанёля грубый и без ощутимой, как раньше, улыбки. Ужас ледяной пеленой окутал юношу, не позволяя ему даже повернуться. — Твоё время ещё не пришло, ну зачем ты полез сюда? Бэкки, малыш, ты не должен был это видеть, — голос Чана был ласковым, но в данной ситуации это пугало в разы больше. Он касается шейных позвонков Бэкхёна, а потом всаживает иглу шприца с транквилизатором в шею, вынуждая потерять сознание и оказаться в руках Пака.