По ту сторону туннеля и обратно

      Глаза открылись и перед лицом оказалась тумбочка. На улице светит солнце, а значит это либо день, либо утро. — Уж лучше бы день, — сказала Соня.       Она проснулась в той комнате, что и тогда, когда первый раз попала в дом Лика.       Девушка поводила глазами по комнате, пару раз зацепившись за обои и шкаф, почесала левую ногу и лениво вздохнула. Разные вещи ей стали приходить на ум. То мосты, на котором распускались цветы теплым солнечным днём. То как она могла управлять песком и главная её миссия была защищать библиотеку.       В общем занималась после пробуждённым бредом. Хотя это не бред, а скорее полёт фантазии или просто воспоминание о сне. Вовсе не нагружали мозги. Более того, они были чрезвычайно легки и свежи. Думать было можно обо всём. И хоть воображение было препятствием для самого себя – представить можно было всё что угодно. Даже думать не надо было и представлять. Всё и так лезло в голову.       Так прошел час. Может меньше. Девушка вдоволь налюбовавшись разноцветными картинками, стала более бодрой. За этот час она ещё раз пять уснула и проснулась, так что продолжать в таком духе уже не было сил. — Пересып, — сказала она сама себе.       Блондинка смахнула с себя одеяло и села на кровать. В комнате стало холодно. В этот момент она пожалела, что решила вылезти из-под уютной ткани. — Холодно, — послышался голос сзади.       Соня оглянулась и увидела Сакуру, которая была укутана в то же одеяло что и она, только ноги выпирали, которыми она так яростно пыталась нащупать конец одеяла, чтобы накрыться. — Ой, ничего ты не можешь сделать! — недовольно хряпнула Соня и набросила одеяло на ноги.       В это время Лик был на кухне ставил чайник. Включил телевизор и услышал громкий, пронзительный крик. Как будто выстрел в ухо. Благо не оглох. — Да ёб твою мать! — злостно высказал он. — Что?       Но на вопрос никто не дал ответа. Парень, недолго думая, решил подняться и посмотреть что там происходит. Как только он стал подниматься по лестнице, голоса становились всё чётче.       Они были быстры и полны эмоций. С визгами, хлопками, удивлением и недоверием. Гуль открыл дверь и увидел такую картину: сидят на кровати две девки и лапают друг друга. При этом поговаривая: «А ты не такая страшная в жизни», «Я думала, что ты не носишь серёжки», «Ой, да у тебя чуток зуб отколот. Как я могла ходить в этом теле?!».       Увидев, что дверь открыта, и что в ней стоит радостный брюнет, они тут же закричали и кинули в него подушки, заставив его, спасая себя, закрыть дверь. Но перед этим парень успел промолвить: «О, подействовало».       Прошло десять минут и вся семья собралась в зале. Девочки сидели на креслах и не в силах устоять, разглядывали друг друга. То волосы потрогают, то руку погладят. Напротив них собралась вся семья гулей и внимательно наблюдали за ними. Образ Сакуры было сложно представить без внешности Сони. Но сейчас перед ними стоял абсолютно незнакомый человек, с голубыми глазами и белыми волосами чуть-чуть ниже подбородка.       Все весело общались, шумели и прикасались к Сакуре. От такого невообразимого события голубоглазка и блондинка то и дело, что постоянно проливали пару слезинок. Это было чудом в самом его образе. — Ну хорошо, что всё получилось, — сказал отец. — Надо это дело обмыть, — и хлопнул в ладоши. «Получилось» – застряло в голове у Сакуры. А ведь точно. Вчера был какой-то обряд и не дождавшись конца, девушка отключилась.       Она немного порылась в голове и восстановила картину вчерашнего вечера. Всё это заняло несколько минут и её тихое расследование заметили. — Соня, чего ты замерла? — дружелюбно спросила мама.       Девушка не ответила. Она облизнула внутреннюю плоть верхней губы и характерно щёлкнула ртом, продолжая молчать. Было сложно что-либо изложить. Вопрос задать или ответить. Как лучше подступиться, чтобы разговор перешёл на вчерашний обряд. Непонятно.       Соня мысленно прокручивала построение диалога, перебирая различные варианты событий. Этот процесс её так увлёк, что она уже и не очень хотела узнать истину. — Соня... — повторил тот же самый голос. — Что это был за сверток? — мигом задала вопрос блондинка.       В зале наступило затишье. Мама, папа, Боня, Лик – все затихли. — Да, что это за сверток? — подключилась голубоглазка. — Вы понимаете закон создания новой жизни. Вернее... дарования новой жизни? — Ну есть мужчина и женщ... — Нет, это не то, — перебила она девочек. — Вы ничего не понимаете. — Так объясните! Неужели это так сложно, что нам не понятно? Я понимаю, что этот обряд подарил нам Сакуру. Спасибо вам за это, я бесконечна благодарна вам... — Да. Большое спасибо за это, — подхватила беленькая. — По законам вселенной ничто не появляется из ниоткуда. Просто так ничего не бывает. — В точку! — воскликнула брюнетка. — Я постараюсь объяснить всё максимально просто. По законам вселенной «в ней ничего не может быть просто так». Во даровании, воскрешении, создании жизни – всё точно также. Нельзя создать человека из ничего. Нельзя создать человека из грибов, цемента или воздуха. Компоненты не те. Для это нужны человеческие, либо похожие на человеческие материалы: кровь, волосы, зубы, кожа. — Что-то вроде алхимии? — тихонько спросила голубоглазка. — Не совсем, но и она тоже. Но чтобы даровать жизнь, сначала надо отдать жизнь. — В смысле? — оживленно спросили девочки. — В том свёртке был живой бомж. Мы использовали его в качестве обмена... Его жизнь на твою, — последнее слово она сказала, глядя на Сакуру.       Девочка откинулась на спинку кресла, обняла покрепче подушку и поджала под себя ноги и не моргая, смотрела в одну точку.       Осознавание медленно доходило в её голову, поэтому её никто не трогал. Но сидеть в тишине не хотелось и затем она произнесла: — Тела нет? — Нет. — Не будут искать? — Это бомж – их не ищут. — Ну да. Ладно, что сделано, то сделано. — Всё нормально? — спросил уже Лик. На что Сакура глянула на него и устало бросила: — Да, нормально. Я пойду. Что-то я устала.       Девочки поднялись наверх и там же и остались. Но ближе к вечеру из комнаты послышался звук стона и печали. Тихий, что не услышишь, если не прислушаешься. Всё же Сакура была ещё той ранимой душой, хоть столько уже пережила.       Прошло около восемнадцати часов. Сакура уже хорошо овладела своим «новым» телом и могла спокойно функционировать. И теперь, когда Сакура не сидит в голове блондинки, она может остаться в этом мире, как того и хотела. А Соня могла наконец поехать обратно.       Спустя несколько разговоров и убеждений друг друга остаться здесь и уехать туда, было принято окончательное решение.       Соня приоделась, взяла с собой бутылочку воды и стояла на пороге. Лик и Сакура тоже переоделись и были неподалеку от неё. Соня распрощалась с родителями и открыла дверь.       Погода благоволила на путь, но страх сковывал ноги. Как блондинке, так и голубоглазке. Наконец убедившись, что опасности нет, они вышли на улицу и закрыли дверь.       Шли они почти молча, даже словечка не проронили. Каждая смотрела в свою сторону. Сакура налево – Соня направо. А лик посередине. Шли они так долго, до самой станции. И вот когда молчать уже не хотелось, и уже приевшийся вид домой стал докучать, девочки заговорили: — Может поедешь? — Может останешься?       Неловкая пауза сменилась легким смешком. — Ну а если честно? — Если честно, то я хочу домой. Я понимаю, человек привыкает к новому месту, приспосабливается. Живёт в нем. И вот его новый «дом» становится не новым, а просто домом, — девушка быстро выдохнула. — Но мой дом не здесь. Я не привыкну к этому... К этому, — указывала она на окружение. — Наверно, потому что не хочу. Я родилась в том мире, я там играла, царапалась, пошла в школу. Там я влюбилась.... Но не здесь. Это не мой дом. — Переубеждать тебя... уже, наверно, нет никого смысла. И понять тебя я вряд ли смогу как раньше. Но может ты всё же подумаешь? Начать жизнь с чистого листа. Не допускать тех ошибок, что были раньше. Изучить этот новый, абсолютно не похожий на наш, новый мир. Я уверена, здесь есть то, что просто выходит за границы фантазии. Но это не здесь, а там. Здесь эти вещи обыденны. Но в то же время они... они... Чёрт, они волшебны. Только подумай! У тебя в распоряжении целый новый невообразимый мир. Разве это не чудо? — Чудо, конечно. Но не для меня. Я не хочу начинать жизнь с чистого листа. — А как же Лик? — Лик... — Если честно, — встрял брюнет, — то мне понравился ваш человеческий мир. Я ещё не до конца определился, но переехать туда жить... Звучит неплохо. По-крайней мере, пока я не выбрал, где хочу жить. Я буду к тебе приезжать.       Характерный свист поезда оторвал их от разговора. Они уже пришли на станцию и практически стояли возле вагона. Удивительно, как они не смогли его заметить за это время. Но разговор серьёзный поэтому ничего необычного. — Я-я тоже буду приезжать, — взволнованно сказала Сакура.       Соня усмехнулась и в ответ произнесла: — И я тоже буду приезжать к вам.       Дальше наступило молчание. Солнце всё палило и заставляло потеть тело. Самый разгар лета идёт. Ветер приятно бил в уши, а аромат цветов заполнял нос. Голубой цвет воцарил в небе. — Лето, — промолвила Соня. — Ладненько, мне пора.       Девушка обернулась и не успела сделать и шаг, как кто-то дернул её за руку. Она уже прекрасно знала, кто это может быть. — Лик! — взвизгнула она. Но перед ней стояла Сакура.       Она приобняла её за талию левой рукой, а правой придерживала её голову. И их губы соприкоснулись.       В голове сразу возникло то самое дерево возле школы. Сакура... Она, наверно, сейчас ещё прекрасней, чем тогда. Солнечный свет даровал ей энергию, и насытившись розовым цветом, лепестки осыпались, медленно плывя по тёплому воздуху.       Их прощальный поцелуй прервал гудок поезда. Сакура отодвинула губы и посмотрела её в глаза. Не выдержав и пустив слезу, она отодвинулась от неё, отошла на пару метров в бок, закрыла лицо ладонями и тихонько заплакала.       Соня не в силах смотреть, отвела взгляд. Её руку подхватил парень и тоже подарил прощальный поцелуй.       Прошла минута и девушка уже стояла в тамбуре. Ещё минута. Соня сидела внутри, возле окна.       Поезд начал трогаться, а из открытого окошка показалась юная особа лет семнадцати, которая что-то прокричала, махая рукой.