Шаг вперёд — тридцать два назад

Очнулся я, как ни странно, от боли. Болело всё тело, будто меня волокли по земле не одну милю, хотя, возможно, так оно и было. Вокруг меня было темно, воздух — спёртый и влажный. Я хотел попытаться ощупать себя на наличие повреждений, но, оказалось, что руки мои связаны, а сам я подвешен за них к потолку. Опустив взгляд вниз на своё тело, я подумал, что меня сейчас стошнит. На животе от правого бока до левой тазобедренной кости красовались четыре длинные рваные раны, словно от чьих-то когтей. Такими темпами я истеку кровью быстрее, чем если кто-нибудь меня найдёт. Но, к своему счастью, я был магом. Нет, мгновенная регенерация тканей мне не подвластна, но моя магия искренне пыталась помочь моему телу поддерживать в нём жизнь. Господи, хоть бы её на это хватило! Рядом раздался стон — о, да лже-Люциус тоже тут! Мне не видно его самого, но ауру-то я могу видеть. Она слабо мерцала и словно затухала, и тут до меня дошло — он умирает. — Как тебя зовут? — прохрипел я. — Кайл, — всхлипнул он совершенно другим голосом, не принадлежащим Люциусу Малфою. — Кайл Бэрроу. — Держись, Кайл, нас скоро вытащат отсюда, только держись, — с трудом выдохнул я, чувствуя ужасную пульсирующую боль. Судя по голосу, этот Кайл ещё совсем молодой парень — лет двадцать, может, чуть больше. Чёрт, он не должен умирать! — Я не хочу, я не хочу, я не хочу, — шептал он. — Всё будет в порядке, — попытался я поддержать его. — Лютик нас найдёт, я уверен. — Я ведь сам вызвался на это задание, — будто не слыша меня, продолжал Кайл. — Думал, ради всеобщего блага… Но им плевать на благо остальных, уверен, за мной они не вернутся... — О ком ты говоришь, Кайл? — тяжело проговорил я. — Они орали, что я виноват в том, что Поттер сбежал, — прошептал Бэрроу. — А ведь это не я должен был установить барьер! Я бы всё сделал, как надо! Но они оставят меня здесь, погибать! Не пожалеют даже ребёнка вроде тебя... Они не придут, нам обоим крышка. И тут я услышал это — приближающийся скрежещущий звук, будто чем-то острым ведут по камню. О, зато я понял, где мы. В пещере, мать твою! Вряд ли нас найдут до того, как… Дикий крик — протяжный и с надрывом — буквально в метре от меня и неприятный чавкающий звук, перемежающийся хрустом костей и шлепками кусков мяса на каменный пол. Меня стошнило ещё до того, как мой мозг понял, что происходит. Существо, притащившее нас сюда, отужинало Кайлом. Вспышка озарила моё сознание. В голове слишком поздно прозвучал до боли знакомый голос: «Спасать людей, охотиться на нечисть — семейный бизнес». Леса Колорадо, заповедник Лост Крик, «гризли напал на человека», пещеры, когти, невероятная скорость… Всё это значило только одно — Вендиго. Всё, мне капец. — Эй, обернись ко мне, чучело! — раздался где-то вдалеке крик, и на мгновение пещера озарилась огненным светом. Что дальше было, я уже не видел — сознание сделало мне ручкой, покинув меня и оставив во тьме.

***

Люциус Малфой Сразу было понятно, что эти дети что-то задумали. Но Люциус, привыкший всё держать под контролем, отлично понимал – его попытки оградить подрастающее поколение от глупостей вряд ли увенчаются успехом. Он надеялся, что Блэк, который был гораздо старше, чем выглядел, проявит благоразумие. Люциус старался не забывать, что это не его племянник и не доверять Блэку чересчур многого. Но здесь, к сожалению, выбирать не приходилось. Когда они отправились в поход, Люциус, как понимающий отец, шёл чуть впереди, давая ребятам возможность поговорить. Он ведь и сам был когда-то ребёнком, поэтому понимал, что в воспитании главное — оставлять некоторую свободу действий, чтобы Драко смог научиться самостоятельности. Их пожелание отправиться на следующий день в книжный магазин в магическом квартале разбудили в старшем Малфое кучу подозрений, что всё немного серьёзнее, чем казалось на первый взгляд. Люциус до последнего уверял себя, что дети просто ищут какую-нибудь местную легенду, скажем, о спрятанных сокровищах. Потом Гарри внезапно «стало нехорошо», по словам Блэка, и они были вынуждены вернуться в отель. Лорд Малфой постарался взглядом передать Вэлиару всё, что он думает об этих тайных играх, но ничего не сказал, надеясь, что Блэк сможет сдержать двух бесбашенных однокурсников или хотя бы присмотрит за ними. Люциус уважительно относился к Блэку хотя бы потому, что тот, попав в чужой мир, смог сориентироваться и выжить. По сути, кем был Вэлиар Блэк? Девочка-подросток, погибшая по неосторожности, волей судьбы отправленная в тело годовалого наследника Рода, но без титула и без имени. Положение сына Сириуса было крайне незавидным, так как его магия по всем законам должна была давным-давно его убить или сделать сквибом. Единственный человек, направлявший новоявленного Вэлиара, был убит по приказу белобородого волшебника в очках-половинках. Люциус скорбел о преждевременной кончине Вальбурги и дал себе обещание отомстить Дамблдору, который даже не дал Малфою шанса забрать Блэка к себе. Вэлиар выжил в приюте, взял под контроль свою магию, обучился основам окклюменции и пошёл штурмом на Хогвартс. Поэтому Блэку Люциус доверил своего сына и Гарри Поттера, с которым, вопреки всем законам жанра, сдружился Драко. И с которым его сын связан. Как позже узнал Лорд Малфой, Вэлиар, сначала подвергнув их немалой опасности, позже всеми силами старался защитить. Но сначала, сидя в уютном кресле после прогулки по городскому парку и попивая выдержанный скотч, Люциус услышал, как кто-то лихорадочно заколотил в дверь. Ожидая самого худшего, он молниеносно поднялся с кресла и через мгновение уже созерцал стоящих на пороге Гарри и Драко. Испуганные, с заплаканными глазами, мальчишки тяжело дышали, словно от долгого бега. — Папа! С Вэлли беда! — выдохнул Драко. — Оно схватило его! Мы не могли ничего сделать — он сказал нам бежать, и мы… — Так, а теперь чётко и быстро отвечай — что случилось? — резко прервал его Люциус. — Мы отправились в заповедник Лост Крик, чтобы поймать двух магов, которые следили за нами всё время, что мы находились в Денвере, — по существу заговорил Поттер, удивив тем самым старшего Малфоя. — Всё шло по плану, пока в лесу не появилось что-то ещё. Мы не успели даже рассмотреть, что это было — слишком быстро оно двигалось. Оно схватило одного из тех магов. Блэк сказал нам бежать, прикрывая сзади, и его тоже схватили. Мы с Драко активировали порт-ключ и вернулись в отель. — Вы отведёте меня туда, а потом отправитесь в Малфой-мэнор, — сказал Люциус и, дождавшись, пока Драко и Гарри кивнут, аппарировал в заповедник, который они недавно посещали.

***

Дети отвели Люциуса к той поляне, на которой всё произошло. Малфой, заметив какое-то движение возле одинокого дерева, рывком достал палочку. — Петрификус Тоталус! — выкрикнул он, но ничего не произошло. — Антимагический барьер, — хлопнул себя по лбу Драко, а старший Малфой подавил порыв хлопнуть его по лбу ещё разок. — Эй! Кто здесь? — раздался голос с поляны, и Люциус был тут же ослеплён светом маггловского фонарика. — Мы ищем нашего друга! — крикнул Поттер, прикрывая рукой глаза и пытаясь подойти поближе, но Люц его остановил. — Случайно не того, запутавшегося в сетке и сбежавшего, как только я его вытащил? — свет перестал слепить, и Лорд Малфой увидел, как к ним подходит мужчина средних лет, одетый в потёртые штаны, рубашку и кожаную куртку. Судя по фонарику, мужчина был магглом. — Вы его освободили? Зачем? — воскликнул Драко. — Этот человек был плохим! — Возможно, но не настолько, чтобы дать Вендиго его сожрать, как думаешь, а, парень? — мужчина ухмыльнулся и протянул руку Люциусу. — Моё имя Джон Винчестер, и у меня для вас плохие новости. Ваш друг, скорее всего, уже мёртв. — Нет! — в один голос вскрикнули дети. Вендиго? Это очень, ОЧЕНЬ плохо. Но тут Люциус посмотрел на бледные лица мальчишек, на подрагивающие губы и блестевшие от подступающих слёз глаза… Как здесь не решиться? — Я так не думаю, — прорычал Люциус, так и не пожав руки. Он развернулся и пошагал прочь от барьера, чуть ли не волоком таща за собой испуганных мальчиков, на ходу доставая из внутреннего кармана медальон. — Это — порт-ключ в наш особняк. Драко, матери скажешь, что я объясню всё, когда вернусь. Ей ничего не рассказывай — она с ума сойдёт. Я верну Блэка, обещаю. Люциус подождал, пока Гарри и Драко исчезнут, и вернулся на поляну, где, изучая следы, на корточках сидел Джон Винчестер. — Наверное, этот друг вам очень дорог, — не поворачиваясь к нему, обронил Винчестер. — Это так заметно? — едко поинтересовался Люциус, подходя к нему. — Ты — маг, а значит знаешь, что из себя представляет Вендиго, — Винчестер выпрямился, поднявшись с корточек, и теперь внимательно глядел на Люциуса. — Он первоклассный охотник — особенно ночью, шансы, что мы найдём твоего друга живым, ничтожно малы. Отправляться на его поиски безумно опасно. — Без Вэлиара я не уйду, — холодно ответил Люциус и, окинув внимательным взглядом Винчестера с ног до головы, спросил. — Откуда ты знаешь о магии, если сам — маггл? — Мои сыновья — волшебники, — нахмурился Джон. — Старший даже учится в школе. Сам я полжизни провёл, охотясь на сверхъестественных существ, поэтому свыкнуться с мыслью, что мои дети — часть другого, магического мира… мне было сложновато это принять. — То есть, этим ты и занимаешься? Охота на нечисть? — приподнял брови Люциус. — Семейный бизнес, — фыркнул в ответ Винчестер и тут же, услышав что-то, настороженно замер. — Слышишь? — Нет, — прошептал Малфой, пытаясь разглядеть что-либо в темноте ночного леса. — Быстрее, — Джон внезапно сорвался с места, побежав на один ему слышный звук. Выругавшись, Люциус бросился за ним. Они бежали очень быстро, и Малфой еле успевал за своим новым знакомым, но вскоре Люциус услышал отголоски истошного вопля, на который ориентировался Джон. Мысленно помянув Мерлина, Люциус прибавил скорости, надеясь, что кричит не Блэк. Крик доносился из пещер, возле которых в результате лесной гонки оказались Малфой и Винчестер. — Держись за моей спиной, если всё же решишь заглянуть внутрь, — тихо произнёс Джон, доставая из-за пазухи ракетницу. Люциус, не удостоив того ответом, последовал за ним. В пещере воздух был влажным и затхлым, с потолка постоянно что-то капало, а под ногами хлюпала грязь. Поморщившись, Малфой пошёл вперёд, проклиная тот день, когда он задумался о мифическом благоразумии Вэлиара. Больше криков слышно не было, но Люциус не думал, что это — хорошая новость. Тоннель пещеры сделал резкий поворот, и до слуха старшего Малфоя донёсся звук… Он был тошнотворен и ужасен в своей простоте — хруст костей и чьё-то чавканье, перемежающееся довольным урчанием. — Эй, обернись ко мне, чучело! — проорал Джон, выстреливая из ракетницы в находящееся впереди них существо. Адский визг оглушал Малфоя, а свет полыхающего огнём чудовища слепил, но он успел разглядеть силуэт, темнеющий за сгорающей заживо тварью. Молясь всем богам, чтобы это был Вэл, Люциус бросился туда, но Винчестер остановил его, дожидаясь, пока Вендиго отправится на тот свет окончательно. Через несколько мучительно долгих секунд Джон кивнул, и Малфой кинулся к пленнику, подвешенному за запястья к потолку. Узнав в нём Блэка в свете фонарика, который зажёг Винчестер, Люциус глубоко вздохнул, осознавая, что не дышал с момента смерти Вендиго. — Боже мой… — прошептал Винчестер, помогая Люциусу разрезать верёвки, которыми был связан Блэк. — Он же ребёнок! — Да, живой ребёнок, — нахмурился Люциус, осматривая рваные раны на торсе Вэлиара. — И с такими повреждениями явно ненадолго… — Ты сказал, что ищешь друга! — потрясённо глядел на него Джон. — Так и есть, — Малфой подхватил Блэка на руки. — Мне нужно отнести его в больницу как можно скорее. — Я разберусь с… — Винчестер кивнул в сторону Вендиго и его незаконченного ужина, в котором с огромным трудом можно было угадать человека. — Спасибо, — коротко ответил Малфой и аппарировал в больницу святого Мунго.

***

— Что значит «нет в наличии»?! Люциус яростно смотрел на целителя, который, заикаясь, говорил, что у них нет необходимого Вэлиару зелья. — К нам ещё не поступали пациенты, отравленные ядом Вендиго, мистер Малфой, — целитель дрожащими руками стиснул папку бумаг, которую держал. — Понимаете, они водятся в весьма отдалённых областях и… Если бы мистер Блэк просто был ранен, мы могли бы ему помочь, но Вендиго укусил его, а в его слюнных железах… — Достаньте противоядие, иначе я сделаю всё, чтобы весь штат ваших зельеваров вместе с обслуживающим персоналом вроде Вас вышвырнули в леса, кишащие Вендиго! — гневно выплюнул ему в лицо Лорд Малфой. Они стояли в коридоре рядом с палатой, в которую поместили Вэлиара. Узнав, что произошло, группа целителей была в шоке от того, что Блэк вообще ещё жив. Его накачали кучей различных зелий, в том числе и снотворными, подключили к аппарату, постоянно очищающему кровь, но, покачав головами, попытались объяснить Лорду Малфою, что это бесполезная трата времени. Блэк был обречён. — Нужное зелье готовится несколько часов, а мистер Блэк протянет от силы ещё часа два, возможно, чуть больше, — беспомощно произнёс целитель. — Мы просто не успеем. — Так скажите, где его можно купить, — прорычал Люциус. — Это зелье готовится индивидуально и принимается непосредственно после приготовления в течение часа, — втянул голову в плечи целитель. — Мне очень жаль. — Пусть ваша свора идиотов, именующих себя зельеварами, начинает искать себе работу, — угрожающе проговорил Люциус и стремительно направился к камину, которым пользовался персонал больницы. Взяв горсть пороха, Малфой-старший бросил его в камин и выплюнул: — Хогвартс, личные комнаты Северуса Снейпа!

***

Северус Снейп Несколько часов назад профессора зельеварения охватила непонятная, ничем не обоснованная тревога. Она пищала где-то на краю сознания, как надедливый комар, и не отпускала до сих пор, наоборот лишь нарастая. Северус уже чувствовал нечто подобное однажды, только гораздо сильнее – когда, не отдавая себе отчёта, ворвался в директорский кабинет безо всякой на то причины и увидел, как Дамблдор препарирует мозг его студента по имени Вэлиар Блэк. Он просто почувствовал опасность и последовал за своей магией, которая почему-то рвалась на помощь Блэку. Но сейчас Блэк, а вместе с ним Поттер и оба Малфоя должны находиться где-то в штатах, отдыхая в курортном городке. Если Люциус рядом, то ничего не должно случиться. Северус успокаивал себя этим, сидя перед камином в кресле с недавно приобретённым журналом по зельеварению. Успокоиться, равно как и отвлечься, не получалось. Вдруг камин полыхнул зелёным светом, впуская в комнату стремительно вышагнувшего Люциуса Малфоя. Похоже, тревога и на этот раз не была беспочвенной, и этот Блэк снова куда-то влип. Судя по лицу Малфоя, которое было ещё бледнее, чем обычно, Блэк влип серьёзно. — Северус, нужна твоя помощь, — не тратя времени на приветствия, выдал Люциус. — В чём дело на этот раз, Люц? — напрягся Снейп, разглядывая внешне довольно потрёпанного друга. — Сколько тебе нужно времени, чтобы сварить противоядие к токсину, содержащемуся в слюне Вендиго? Северус оглядел Малфоя ещё раз и, похолодев, спросил, в принципе, уже не нуждаясь в ответе: — Кто? — Блэк, — подтвердил его мысли Люциус, вперившись взглядом в зельевара. — Так сколько? — Самое меньшее — три часа, но и это практически невыполнимо, — ответил Снейп и, заметив, как помрачнел Люциус, поинтересовался. — Сколько у нас времени? — Чуть больше двух часов, — глухо произнёс Лорд Малфой. Снейп резко поднялся с кресла, подошёл к стеллажу с книгами, ища нужную. — Достань мне десять миллилитров крови Блэка и приходи сразу в лабораторию — будешь ассистировать. Быстрее, — сказал Северус и покинул свои комнаты, не глядя, как Люциус поворачивается к камину. Быстрыми шагами направляясь в лабораторию кабинета зельеварения, Северус боялся только одного — опоздать. Он не знал, почему ему страшно от одной мысли, что он может не успеть, и это пугало его ещё сильнее. Снейп, ворвавшись в лабораторию, одним движением палочки зажёг горелку и тут же поставил над ней котёл необходимого размера. Залил туда очищенной воды и принялся доставать из шкафов и расставлять на столе колбы с веществами, которые пригодятся в приготовлении противоядия. Люциус вошёл в помещение, когда вода в котле начала закипать, а Снейп уже отправлял туда мелко нарезанную траву горца полевого. — Вот это измельчить, — сунул в руки Люциусу ступку с очередным растением Северус и вернулся к столу, на котором уже ждал нарезания корешок шлемника.

***

Зелёный вязкий раствор, находящийся в круглодонной колбе, кипел, пуская тёмно-зелёные пузырьки. В горловине колбы находился термометр, показывающий 123 градуса по Цельсию. Поднимающийся в колбе пар синеватого оттенка проходил по специальной отведённой от колбы резиновой трубке и попадал в длинную стеклянную трубку, находящейся в запаенном цилиндре, по которому, не останавливаясь, текла холодная вода. Пар превращался в ходе этих манипуляций в жидкость, и она по изогнутой трубке медленно капала в подставленную колбу. Люциус отбросил волосы со лба, пытаясь унять дрожь в руках, появившуюся от напряжённого приготовления зелья в течение двух часов без перерыва. Северус медленно дышал, контролируя количество капель, падающих в стеклянную тару. — Готово, — прошептал Снейп, погасив огонь под водяной баней, в которой грелась круглодонная колба. Посмотрев на часы, стоящие на полке одного из множества шкафов, Северус понял, что в общей сумме прошло два часа и сорок три минуты. Подхватив колбу с очищенным светло-голубым зельем, он, на ходу её закупоривая, помчался в свои комнаты, где находился камин. Слыша, как за ним, едва поспевая, торопится Люциус, профессор зельеварения перенёсся в Мунго. Оказавшись в коридоре больницы, Северус на секунду остановился. — Тридцать восьмая палата, — выпалил Малфой, появившийся в Мунго следом за Снейпом. Зельевар рванул вперёд по коридору, не замечая ничего вокруг. Мимо проносились стены, двери палат, какие-то люди, но Снейп остановился, лишь увидев цифру «38». Блэк, цвет кожи которого сейчас мог посоперничать с белоснежной простынёй больничной койки, отчаянно хрипел и дёргался в конвульсиях. Яд Вендиго добрался до лёгких — Блэк задыхался. Северус схватил один из шприцов с прикроватной тумбочки, набрал необходимое количество противоядия и вколол в синюю ниточку вены на локтевом сгибе Блэка. Через мгновение мальчишка расслабился, дыхание начало выравниваться, а ужасные хрипы — пропадать. — Жить будет, — Северус тяжело опустился в рядом стоящее с кроватью пациента кресло. — Спасибо, Сев, — Люциус, не глядя на него, подошёл к кровати Блэка и, погладив того по голове, вздохнул. — Мне нужно в мэнор, там Гарри и Драко, наверное, места себе не находят. — Иди, — махнул рукой Северус, глядя на медленно дышащего Блэка. — Ты… последишь за ним… на всякий случай? — осторожно подбирал слова Малфой, поглядывая на мальчика. — Хорошо, — ответил Снейп и откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза от усталости. Люциус кивнул ему на прощание и поспешил к семье — объясняться. Северус приоткрыл один глаз и бросил взгляд на бессознательно лежащего парня. Студента Слизерина. Брата Драко Малфоя. Сына Сириуса Блэка. Зельевар вновь закрыл глаза, размышляя о мальчике, жизнь которого сегодня напрямую зависела лишь от него. Если бы это произошло до того, как Северус смог узнать Блэка лучше, зельевар, не задумываясь, с удовольствием дал бы ему сегодня умереть. Что тут говорить, лет пять назад он собственноручно отравил бы его вместе с Вальбургой, пылая жаждой мести к Сириусу. Если бы не Норт Забини. Условие было чётким и ясным — и Северусу ничего не оставалось, кроме как сжать зубы и поступить так, как того хотел Забини. Северус до сих пор не знал, зачем тому понадобился отпрыск Блэка, но, скорее всего, у него был должок перед его Родом. Как итог: Вэлиар жив и отправлен скитаться по приютам. Северус знал, что Блэк всё равно должен был либо погибнуть без поддержки магии Рода, либо этой магии лишиться, поэтому он сначала откровенно не понял, к чему Забини сделал такой ход. Но вопреки всем законам Блэк не умер, а Северус, как оказалось, отнял последнее, что у того было — возможность находиться рядом с Родовым Камнем, сердцем родовой магии. До сих пор непонятно, как Блэк умудрился сдерживать свои стихийные выбросы так, чтобы они не прикончили его самого. Ясно было только, что Норт это предвидел. Увидев, что сын злейшего врага попал на его факультет, Северус был в ярости. Но потом он решил, что так даже лучше — наблюдать за Блэком на своём же факультете было гораздо удобнее. Когда Блэк вместе с Поттером и Малфоем начали войну против Уизли, объявив эту глупую дуэль (на направленность которой он как-то не обратил внимания), Снейп всерьёз подумывал отравить мальчишку. Не своими руками, конечно же. Удивительно, как такие разные люди вроде Блэка, Малфоя и Поттера смогли за такой короткий срок подружиться. Блэк и Поттер — это понятно, но вот присутствие в их компании Драко поражало. Потом была просьба Блэка о дополнительных занятиях — как будто у Северуса было мало соблазнов придушить этого кретина на обычных. Во время дуэли профессору в голову закралось сомнение, что сын Сириуса все эти годы действительно провёл в приюте — очень уж выступление Блэка напоминало совершенно другого человека. Его команда провалилась, но Блэк сумел использовать проигрыш в дуэли в своих целях, организовав кружок. Зачем — стало понятно позже. Оказывается, Блэк радеет об идее мира и дружбы между всеми факультетами. Наивный идиот. А следом за этим — разговор по душам между Блэком и директором, который решил перетряхнуть мозги парня. Они и так у него набекрень были, а тут ещё и Дамблдор решил вмешаться… В тот раз Северус почувствовал ту же тревогу, что и сегодня. Будто у него на Блэка срабатывает своеобразный радар, когда тот в смертельной опасности. Это было как минимум странным явлением, как максимум — ОЧЕНЬ нехорошим знаком. Затем этот маленький идиот свалился с магическим истощением, применив на занятиях беспалочковую магию. В возрасте одиннадцати лет! Это было просто невозможно, но Блэк не останавливался, поражая Северуса всё больше и больше. Зельевар знал одного человека, который был на такое способен, а потому решил присмотреться к Блэку получше. То, что Блэк организовал на Чёрном Озере, было бы оригинально, если бы не было настолько непродуманным. На первый взгляд меры безопасности были соблюдены, но в какой-либо экстренной ситуации… А тот номер, что Блэк выкинул с факультетскими баллами? В общем, этим представлением Снейп был взбешён примерно настолько же, насколько поражён. Происшествие с горным троллем — особенный случай. Блэк, сам того не подозревая, выдал в себе неплохого, как ни странно, зельедела и сильного мага — мощные Защитные чары, сохранившие Блэка, Малфоя и Поттера от взрыва, хотя на обычных занятиях Блэк никогда не блистал. Северус злился, но был заинтересован — в словесных баталиях Блэк полностью ломал все представления о нормальном течении беседы. Это было очень, просто до ужаса похоже на Оушена. Мысль, что его старый знакомый как-то с Блэком контактировал или — чем чёрт не шутит — даже воспитал его в своих лучших традициях, крепла с каждым днём. Удивлять Блэк умел. И следующим (чует сердце зельевара — не последним) номером мальчишки было его признание в том, что он способен видеть ауры. И использовал он это для того, чтобы вылечить профессора, который его ненавидит. Раскусить Блэка — это стало чуть ли не новой забавой Северуса, пока директор Дамблдор пытался оградить Поттера от разрушительного влияния сына Сириуса. Зельевар подмечал малейшие сходства Блэка и Оушена в мимике, жестах, манере виновато тянуть фразы, когда во что-то влип... Совпадений было достаточно. Потом Блэк всё же получил по шапке за свои высокоморальные стремления — на факультете развязалась война из-за проигранного матча. Естественно, во всём обвинили Блэка, который, не растерявшись, тут же предложил альтернативный план. Всё говорило о том, что у мальчишки есть кто-то, кто направляет его. И Северус с замиранием сердца и безразличием на лице всё же спрашивает, не может не спросить. Дэнни Оушен. И всё обрывается, когда Блэк удивлённо говорит о герое из фильма. Северус видит, что он честен, и это хуже всего. Впрочем, Северус решил, что ничего не мешало Дэнни назваться любым именем — как тогда, так и сейчас, а потому это ничего не значит. Совпадений слишком много. Перетряхнуть бы мозги Блэка и вытащить из него всё, что возможно, но чёртовы условия Забини здорово усложняли жизнь. Надо просто продолжать наблюдение за Блэком, искать и по возможности... не ждать. Так сказал Дэнни — не ждать его. Как будто это было так просто. Северус предположил бы участие маховика времени или подобного артефакта во всей истории, если бы когда-то не изучил их вдоль и поперёк. Маховик не даёт переместиться во времени более чем на шесть часов, и потому это предположение бессмысленно. Так же, как и попытки Блэка наладить контакт. Этот подарок на Рождество… всё тому же преподавателю, который его ненавидит. Почему Блэк всё ещё просто не озлобился на Северуса как любой нормальный ребёнок? И почему магия Северуса так реагирует на опасность вокруг этого мальчишки? — В тебе проснулись отцовские чувства, а, Сев? Зельевар перевёл взгляд с лежащего на кровати Блэка на дверь. В проёме стоял Люциус и расслабленно улыбался — значит, уже успел утрясти все вопросы с женой. Сколько же времени прошло? — Я тот, кто отнял у него последний шанс на семью и на жизнь. Вряд ли это отцовские чувства, — устало ответил Северус, отмечая странный взгляд, которым наградил его Малфой. Часы показали, что Снейп сидит в этом кресле уже часа три, не меньше. Да уж, такие долгие раздумья ни к чему хорошему не приводят. — Знаешь, если даже я не могу простить тебе смерть Вальбурги, то Вэлиар не простит никогда, — задумчиво произнёс Люциус, всё так же странно глядя на него. — Ему об этом знать необязательно, Люц, — отрезал Снейп. — Надеюсь, мы друг друга поняли. — Ты всегда умел лаконично выражаться, — фыркнул блондин. — Как он сейчас? — В норме, — мельком глянув на показатели, сказал Северус. — Я позову тебя, если он очнётся. Люциус фыркнул вновь, но больше ничего не сказал, удалившись из палаты. Профессор тяжело вздохнул и вновь откинулся на спинку, позволяя себе расслабиться. Он спрашивал Люциуса о Дэнни, когда пришёл на Рождество в Малфой-мэнор. Люц был в голове Блэка, и мальчик ему доверял, но Малфой тоже лишь пожал плечами. "Я связан Клятвой и не могу сказать, что видел в его мыслях. Но могу сказать, чего там я не видел точно — никаких секретных наставников, особенно с именем Дэниел Оушен". Северус вновь бросил взгляд на больничную койку. Мальчик спал. Радар, настроенный на Блэка, молчал, что значило отсутствие опасности для жизни одного синеглазого первокурсника с факультета Слизерин.

***

Сознание возвращалось ко мне медленно, толчками, отдаваясь болезненной пульсацией в голове, а после — и во всём теле. Приоткрыв глаза, я тут же зажмурился вновь — свет резал глаза так, что они заслезились. Немного обождав, я предпринял вторую попытку — всё расплывалось, но я смог отметить неестественную белизну вокруг и мутное чёрное пятно в углу. Проморгавшись, я осознал, что нахожусь в больнице. Белое — это стены палаты, а чёрное пятно — задремавший в кресле рядом с моей кроватью Северус Снейп. Вау. Я явно что-то пропустил. — О, профессор, — глупо улыбаясь, протянул я хриплым голосом, отчего Снейп сразу проснулся. — В подземельях Вы смотрелись органичнее, нежели здесь. — Молчать, — Северус подошёл ко мне и уставился на показатели на какой-то парящей справа от изголовья кровати хрени, похожей на монитор. — Вам сейчас нельзя говорить. Я попытался рассмеяться, но вышло что-то сиплое, свистящее и ужасное. А потом Снейп взял меня за запястье, нащупывая пульс. Его тонкие пальцы на моей коже — и я уже улетаю от резкого выброса эндорфинов в кровь. Пока он с сосредоточенным видом считал толчкообразные колебания стенок моей лучевой артерии, я изучал его лицо. Усталое, покрытое тонкой сеточкой морщин, с кругами под глазами — оно было прекрасно. К сожалению, сознание решило, что с меня хватит, и начало потихоньку уплывать. Нет, подожди! Только не сейчас! — Ваш пульс значительно выше нормы, — нахмурившись, сообщил мне мой профессор. — Боюсь, это из-за Вас… — еле отвечаю я, слыша свой голос будто через вату. — Так сильно меня ненавидите? — его усмешка плывёт в моих глазах, и я уже не могу ответить, могу только печально улыбнуться, вновь падая во тьму отсутствия сознания.