Шаг вперёд — тридцать два назад

Разобравшись с очередной печатью, мы с Дином вернулись в Су Фолс. За последнюю неделю он ни разу не поднимал тему вампиризма Сэма, но она явственно витала в воздухе. Дин почти каждый день звонил брату по собственному магофону (Шерлок и Джим оснастили ими каждого из нашей безбашенной компашки) и, судя по всему, канифолил Сэмми мозги. Я старался лишний раз не отсвечивать при подобных сеансах связи и сбегал на тренировки, надеясь, что они помогут мне не думать. О том, что я фактически дал добро на эксплуатацию Сэма, о том, чем это может для нас обернуться, и о том, что это может вовсе не помочь. Несмотря на наши успехи в сопротивлении Лилит, мы так и не продвинулись в поисках способа заманить её к себе на чай. Вечно играть на опережение в битве за печати у нас не выйдет, и что тогда? Мучаясь ставшими уже привычными вопросами, я прошёл на кухню и заглянул в холодильник – кола, отлично. Немного кофеина мне не повредит. Однако, закрыв дверцу и увидев стоящих возле стола двух ангелов, я подумал, что мне требуется что-то покрепче. Не успел я ляпнуть чего-нибудь не особенно приветливое, как на кухню зашёл Дин, замерев в дверном проёме. Воистину, немая сцена. – Мы, кажется, уже вели беседу касательно твоего брата, Дин, – начал темнокожий ангел, имя которого я прекрасно знал. Уриил. – Но Сэм по-прежнему использует свою… силу. – Да… – Винчестер сделал вид, будто что-то вспоминает. – Я ведь тогда послал вас к чёрту, разве нет? – А ты не слишком расходись, – прищурился Уриил, в то время как Кастиэль напрягся. – Мы вытащили тебя из Ада, но можем и обратно вернуть. – Если вы такие крутые, ребята, почему бы вам самим не поохранять печати? – хмыкнул я, не проникнувшись его угрозой. – Сэму не пришлось бы мучиться, и все были бы счастливы. – Мы тоже сражаемся, – Каса очевидно задели мои слова, – теряя при этом своих братьев. Не тебе говорить нам, что делать. – Тогда и вы к нам не лезьте, – отрезал Дин. – Мы спасли двенадцать печатей, и всё благодаря Сэму. – Сэм должен прекратить, – оборвал его Уриил. – Или мы заставим его это сделать. – Без Сэма у нас ничего бы не вышло, – ответил я, а затем высоко приподнял брови и даже рот распахнул для пущего эффекта. – Или вы только делаете вид, что хотите помочь? Попахивает диверсией. Уриил дёрнулся в мою сторону, словно бойцовый пёс, но Кас коротко придержал его за локоть. – Думай, что и кому говоришь, двуногая мартышка, – Уриил вырываться не стал, но шипел и взглядом палил – будь здоров. – Тогда почему вы так привязались к Сэму? – наивно поинтересовался я, думая, как бы они не прихлопнули меня на этом же месте за длинный язык. – Тебе этого своим ограниченным мозгом не постичь. – Я своим ограниченным мозгом постигаю только одно – вы ставите нам палки в колёса. Зачем? Мой прямой взгляд Уриил презрительно проигнорировал и, повернувшись к Дину, коротко и чётко сказал: – Мы предупредили. Раздался шорох крыльев – и ангелы исчезли, будто их здесь и не было. – Сукины дети, – выплюнул Винчестер. Я уже хотел было с ним согласиться, как в моём кармане ожил магофон. – Вэлиар, приём. – Слушаю, приём, – удивлённо ответил я, отмечая, что голос у Люциуса напряжённый. – Больница Святого Мунго, палата 221. Шерлок в коме. Приём. На секунду мне стало нечем дышать. С трудом взяв себя в руки, я ответил: – Скоро буду, приём. Нажав на кнопку отбоя, я потерянно смотрел на пластиковую трубку в своей руке. Просто... какого чёрта? Что там у них могло произойти? Рухнула защита и демоны ворвались в мэнор? Невозможно. Ангелы воплотили свою угрозу, решив начать с устранения близких нам людей? Вряд ли. Кровь демонов так подействовала на Сэма, что он слетел с катушек и напал на Шерлока? – Вэл, – я поднял взгляд на Винчестера и словно очнулся. – Да, я просто… ты со мной? – Естественно. Ухватив Дина за рукав рубашки, я аппарировал в больницу – тратить время на переходы через камин мне даже в голову не пришло. Хорошо, что в прошлый свой визит сюда с Малфоями и очкариком я успел осмотреться. Мы с Дином оказались в специально отведённом для подобных перемещений холле и сразу же рванули к администратору. Узнав этаж и нужное нам крыло, в рекордные сроки отыскали нужную палату. Ошибиться было сложно: рядом с дверью стояли Люциус и Рейстлин. – Что с ним? – сходу спросил я. – Он… – Люциус обернулся, глядя куда-то сквозь меня. Не уверен, что видел его когда-нибудь таким подавленным. – Как я понял, он принял маггловские наркотики. – ЧТО? – в один голос воскликнули мы с Винчестером. Я был готов ко всему, но это… – Зачем? – Не знаю, – поморщился Люц, оглядываясь на матовое стекло палаты, разглядеть через которое что-либо было невозможно. – Но дозировка была очень большой. Он позвонил мне по магофону и попросил вызвать бригаду колдомедиков. Я среагировал незамедлительно, но, когда мы ворвались в Холмс-мэнор, Шерлок был уже при смерти. – Он?.. – Нет. Но состояние критическое. Повисло молчание. Мы все вместе вновь посмотрели на матовое стекло. – Что он принял? – спросил Дин, видимо, не выдержав гнетущей тишины. – Всего понемногу, – невесело усмехнулся Люциус. – У него с собой был список со всеми названиями и дозировками. – То есть… – Передоз был не случайным, – подтвердил мою мысль Рейстлин. – Чего этот псих добивался? – шокировано покачал головой Дин. – Понятия не имею, – закусил губу я, осознавая, что говорю правду. Оправданий подобному поступку у меня не находилось. Но это не значит, что их не было. О чём же ты думал, Шерлок? Дверь палаты открылась, и мы тут же уставились на вышедшего оттуда Майкрофта. Выглядел он неважно. – Как он? – мягко спросил Люциус. – Стабилен, – ровным (чересчур ровным) голосом сообщил Майкрофт. – Через пару часов кровь очистится полностью. Люциус протянул руку и крепко сжал его плечо, на что Майкрофт только коротко кивнул. Его невидящий взгляд скользнул по нам, а потом почему-то остановился на мне. Я буквально кожей почувствовал, как из невидящего он превращается в цепкий. – Ты знаешь что-то об этом? – Я? Ничего. – В записке была подпись «Приведите Блэка», – Майкрофт, ещё секунду назад казавшийся полностью разбитым, был максимально сосредоточен. – Я в душе не знаю, к чему это было, – нервно ответил я под его льдистым взглядом. Не уверен, что нашёлся бы человек, решившийся под таким взглядом лгать. – Колдомедики посчитали это попыткой суицида, – спокойно, не меняя тона, сообщил мне Майкрофт. – Однако я знаю своего брата. Он кто угодно, но не самоубийца. Могу предположить, что это какой-то очередной сумасбродный эксперимент, результат которого Шерлок очень хотел тебе сообщить. Ничего не приходит в голову? – Извините, но нет. Майкрофт смотрел на меня ещё несколько мгновений, а затем резко развернулся и отправился по коридору в сторону выхода. Я тяжело выдохнул и обратился к Рейсту: – Над чем Шерлок в последнее время работал? – Они с Джимом искали способ убить Лилит, – ответил он задумчиво. – Много же это прояснило… – я взлохматил волосы, словно пытаясь отряхнуться от наледи, сковавшей меня от взгляда Майкрофта. – Так, я смотаюсь до Джима, расскажу, как Шерлок и заодно поспрашиваю. Звоните если что. Дождавшись кивка от Люциуса, я отправился в холл, откуда можно было аппарировать. Надеюсь, с братцем Шерлока я не пересекусь. Мои надежды оправдались. – Вэл! Как он? Ребята, что все вместе собрались в гостиной, тут же повскакивали со своих мест при виде меня. Не успев удивиться наличию в их окружении Драко, я поднял ладони вверх и сразу же выложил главное: – Оклемается, но нужно пару часов, – дружный облегчённый вздох разнёсся по гостиной. Колин и вовсе громко всхлипнул, а Мэри принялась успокаивающе гладить его по спине. – Всё с ним будет в порядке, не переживайте. Колдомедики своё дело знают, а Шерлок вряд ли будет столь любезен, чтоб избавить нас от своего общества так просто. Кажется, мой юмор понял только криво усмехнувшийся Джим. Ну, может, ещё закативший глаза Дрей. – Джейми, расскажи мне лучше, – я уселся на подлокотник его кресла, – что вы с Шерлоком такого страшного на Лилит нарыли, что он решил самовыпилиться? – Не говори так о нём. Ого. Кажется, Ватсон сейчас пробьёт мне в табло – вон как кулаки сжал и глазами сверкает. Остальные ребята молча и с опасением на лицах ожидали развития событий. Похоже, здесь они поддерживали Ватсона. – Джон, успокойся, – перешёл я на серьёзный тон, говоря не столько с ним, сколько со всеми присутствующими разом. – Если ты думаешь, что я нахожу ситуацию смешной, то ты ошибаешься. Но каждый справляется со стрессом по-разному, и мой способ – это юмор. Извини за его качество, но при данных обстоятельствах ни на что другое я не способен. – Ты и в лучшие времена дерьмово шутишь, – усмехнулся Драко, на которого тут же все удивлённо обернулись. Насколько мне известно, он за все каникулы ни с кем из ребят даже не заговорил, и тут – на тебе. – Ой, не придирайся к формулировке, – тут же подключился я, чувствуя, как скопившееся в комнате напряжение волшебным образом рассеивается. Малфою нужно выдать медаль за самую тонкую психологическую манипуляцию. – Холмс действительно в порядке? – уточнил он. – Да. Сейчас уже да. Он… типа как на аппарате по очищению крови – простите, я не знаю, как это работает. Но через пару часов его организм полностью избавят от той дряни, которой он себя накачал. – Хорошо, – Дрей кивнул и поднялся. – Что ж, теперь я опять могу вас показательно игнорировать. Он козырнул всем собравшимся и покинул зал. Позёр. У Поттера понабрался, не иначе. – Так что там с вашими изысканиями? – вернулся я к вопросу. – Мы искали, как убить Лилит, – повторил слова Рейста Джим. – Вариантов, как ни странно, предостаточно, но все они упираются в одну проблему. – Сначала её нужно найти, – закончил за него Сэм. – Именно. Мы искали ритуалы вызова, перерыли кучу – но всё глухо. Я не понимаю… Джим замолчал, а рот его приоткрылся в изумлении. – Что? – не удержался я, когда молчание затянулось. – Мне кажется, я знаю, что собирался сделать Шерлок, – неверяще воззрился он на меня. – И что же? – поторопил его Джон. – Кто может найти любое существо на земле? – взволнованно заговорил Мориарти, сверкая тёмными глазами. – В любом месте и за любыми печатями. Когда придёт его час. Ох ты ж ёжик! – Смерть, – едва слышно выдохнул я, а Джим кивнул. – Могу ошибаться, но мне кажется, Шерлок решил с ней поговорить. – Вот же… мелкий… у меня нет слов! – я прицокнул языком, удерживая при себе все нецензурные выражения. Здесь как-никак были дети. – Мне нужно обратно в больничку. Если появятся новости – сообщу, но беспокоиться уже не о чем. Воспользовавшись всеобщим раздраем от догадки Джима, я свинтил из мэнора. – Ну что? – сразу же спросил Дин, как только я подбежал к ним, сидящим на явно недавно наколдованных стульях напротив входа в палату. – Есть теория, что Шерлок и Смерть достанет, если ему будет нужно. *** Через долгие два часа Майкрофта вновь запустили в палату. Пробыв там от силы минуту, он вышел вместе с говорящими ему что-то колдомедиками и посмотрел прямо на меня. – Блэк, – кивнув мне на дверь, Майкрофт продолжил слушать мужчину в белой форме, отходя с ним от палаты. Я неуверенно оглянулся на Люциуса и прошмыгнул за дверь, не забыв прикрыть её за собой. Шерлок лежал на широкой кровати и цветом лица мог посоперничать с идеально белыми простынями. К его рукам, кажущимся сейчас такими тонкими, тянулись нити, подключённые к парящей над кроватью сфере. Она сияла ровным золотистым светом. Надеюсь, это хороший знак. – Вот скажи, у тебя как с мозгами? – не размениваясь на любезности, поинтересовался я, плюхаясь на стоящий у койки стул. – Лучше, чем у тебя, – слабо улыбнулся Шерлок. – Это если судить объективно. – От твоей объективности за милю несёт субъективностью. Шерлок лишь скривил губы, никак это не прокомментировав. Я вздохнул. – Получилось хоть? – Ого, – с трудом хмыкнул Шерлок. – Ты догадался. Оказывается, для твоих мозгов ещё не всё потеряно, – он перевёл дыхание, чтоб продолжить: – И да, и нет. Жнец, что пришёл за мной, оказался редкостным… – Шерлок снова замолчал, медленно вдыхая. – Неважно. Он сказал, что их, видите ли, маловато на все вселенные, коих существует несчётное количество. А потому рисковать и вмешиваться в наш конфликт они не станут. – И ты его не уболтал? – Меня слишком быстро откачали, – вернул он мне шпильку. – Идиот, – покачал я головой, прикрывая глаза. Всё это время я находился в напряжении и хоть уверял ребят, что с Шерлоком всё в порядке, сам поверил в это только сейчас. Увидев его живым. – Какой же ты, мать твою, идиот. – Неправда, я точно рассчитал… – О, заткнись, – бессильно огрызнулся я. – Мы все испугались за тебя, придурок. – Я правильно понимаю, что через подобные оскорбления ты выражаешь свою безграничную ко мне любовь? – Типа того, – я усмехнулся в ответ на его ехидство. – Кретин. – Сам ты кретин, Блэк, – он дёрнул рукой, видимо, не в состоянии картинно ею махнуть. – Всё, свали и дай мне поспать. Я тут, между прочим, чуть не умер ради всеобщего блага. Вздрогнув от последних слов, я поспешил исполнить желание Шерлока, радуясь, что он не заметил моей реакции. Чёртово всеобщее благо когда-нибудь нас всех погребёт, если я продолжу пускать всё на самотёк. К счастью, Майкрофта в коридоре не было, и, когда я коротко обрисовал состояние Шерлока нашим, мы все отправились в Малфой-мэнор. Впервые за долгое время мы все вместе (ну, почти все) собрались в столовой за ужином – Дин сообщил Бобби, что мы задержимся. После произошедшего с Шерлоком он, вероятно, ещё меньше хотел оставлять Сэма одного. Что тут сказать, я разделял его мнение, глядя на задумчивого Мориарти. – Почему жнец отказался нам помогать? – спросил он, неожиданно повернувшись ко мне. В тишине, что до этой секунды казалась мне уютной, вопрос прозвучал слишком громко. – Если я правильно понял, то миллионы существующих вселенных кое-что объединяет. Или лучше сказать – кое-то, – я немного повысил голос, когда понял, что все остальные ребята с интересом прислушиваются к моему пояснению. – Жнецы скачут между параллельными мирами и несут свою нелёгкую службу. Вселенных много, а их – нет. Поэтому они не собираются вмешиваться, им нет резона подставляться ради одной вселенной. – Если коротко, плевать они на нас хотели, – саркастично подвёл итог Дин. – Параллельные вселенные? – приподнял бровь Джим. – Ну да, – я смешался, быстро взглянув на Люциуса. – Существует такая теория о множественности вселенных. И, похоже, сегодня мы получили подтверждение тому, что это не просто теория. – А жнецов нельзя… не знаю, шантажировать чем-нибудь? У волшебников же есть легенда о трёх братьях, что одолели Смерть. – Не одолели, а обманули, – поправил Джима Рейст. – И даже если легенда не врёт, никто не знает, где искать эти Дары. Я вновь взглянул на Люциуса. Уж кто-кто, а мы с ним прекрасно знали о месторасположении легендарных артефактов. – Может, нам стоит попробовать поработать в этом направлении? Я не ответил Джиму, задумавшись, насколько эта идея жизнеспособна. Технически у нас на руках было два Дара. Вот только третий – Бузинная палочка – с очень большой вероятностью находился у величайшего волшебника современности. И вряд ли он одолжит нам её погонять. К тому же, узнав, что остальные Дары у нас, Дамблдору ничего не стоит пройтись по нашим головам, чтоб их забрать. Но даже в самом невозможном случае, в котором мы собираем воедино все три Дара, ничего не выйдет. Ведь чтоб повелевать Смертью, его нужно сначала освободить. Если канон «Сверхов» не врёт, то в данный момент Смерть кукует в шестистах футах под землёй, куда заточил его Бог. И помнится мне, ритуал по его освобождению был чересчур кровавым. Да, я был повязан Контрактом с Марисой и Оливией, да, мне буквально жизненно необходимо, чтоб Смерть от своих оков так или иначе освободился. Лучше иначе, ибо я даже представить себе не мог, что должно произойти, чтоб я согласился провести подобный ритуал. Был ещё один вариант, на мысль о котором меня натолкнул поступок Шерлока, и вот он как раз казался мне вполне осуществимым. Одна из печатей подразумевала убийство двух жнецов. Если всё будет нормально и мы, как и обычно, оперативно предотвратим разлом этой печати, то спасённые жнецы станут нашими должниками. Тогда-то мы их и прижмём, заставив сделать то, чего пытался добиться от них наш юный суицидник. Мы заставим их найти для нас Лилит. – Я бы рекомендовал придерживаться прежнего плана, – произнёс тем временем Люциус, который, похоже, прошёл той же мыслительной дорожкой, что и я. – Но что если это и есть наш шанс? Не хочу говорить «единственный», вы и так прекрасно всё понимаете, – не согласился Дин. – И Шерлок начал рыть именно в эту сторону, а когда он ошибался? – Да постоянно, – негромко фыркнул Джим. – Я понимаю, что ты хочешь быстрее покончить со всем этим, и потому готов схватиться за любую идею, – сказал я Дину, выразительно кивнул головой в сторону Сэма. – Но гоняться за выдумкой… вероятность, что мы только потратим время, гоняясь за пустышкой, слишком велика. Лучше вспомни, жнецы фигурировали в печатях? – Да, – не задумываясь ответил он. – Для разлома печати семьдесят четыре требуется смерть двух жнецов. – О, – Джим улыбнулся, ткнув меня локтем. – Я удивляюсь тебе, Вэлли. – Вы о чём? – непонимающе завертел головой Колин. – Вэл хочет и печать спасти, и жнецов долгом жизни повязать, – пояснил Мориарти, глядя на меня с интересом. – Не ожидал от тебя. – Что, я разрушил образ святой невинности в твоей голове? – Не скажу, что меня это огорчает. – Но мы не знаем, когда Лилит решит взломать именно эту печать, – прервал нас Дин. – А каждая секунда промедления… – Я знаю, Дин, но что ты предлагаешь? У нас не так много поисковых ресурсов. – Ангелы, – коротко ответил он на моё возражение. – Я поговорю с Касом. Пусть эти пернатые займутся хоть чем-то. Я усмехнулся, вспомнив нашу с ними недавнюю встречу. Винчестер, походу, тоже забывать о ней не спешил. Ох, мне уже заранее жаль Кастиэля, который вскоре убедится на своей шкуре, что ставить ультиматумы Винчестерам – не самая лучшая идея. – Согласен. На том и порешили. *** Двадцать третья печать далась нам с трудом. Кто ж знал, что у этих ведьм-самоучек столько прыти? Мы с ними до самого вечера промучились. Интересно, в Америке подобные культы вообще кто-нибудь отслеживает? Куда смотрит их Министерство магии? Я мысленно ругался на всё и вся, потому как после встречи с ведьмочками, что чуть не взломали печать, по моей груди – от самого солнечного сплетения до плеча – тянулся длинный порез. Не кровоточил он лишь потому, что я вылил на него целый флакон зелья. Стоя перед запотевшим зеркалом в ванной, я по возможности аккуратно принялся отдирать скотч, которым мы с Дином залепили боевое ранение прямо на месте – больше под рукой ничего не оказалось. Если бы не обезболивающее, которого, несмотря на все разведения, я глотнул немного больше необходимого, вряд ли моё лицо было бы сейчас таким спокойным – скотч отлеплялся неохотно. Интересно, у нас осталась ещё заживляющая мазь? Царапина не то чтобы была слишком глубокой, но у меня и так уже было несколько шрамов через всё моё бренное туловище, и больше мне пока не хотелось. Зачесав пальцами влажные волосы назад, чтоб не лезли в глаза, я натянул спортивные штаны и отправился на поиски мази. Завернув на кухню, я едва удержал сорвавшееся было с пальцев заклятье. – Могли бы и предупредить, что заглянете в гости, – проворчал я спине Северуса. Похоже, обезболивающее притупило не только физические ощущения, но и ощущение связи. – Я Вас чуть не угробил. – Не льстите себе, Блэк, – не оборачиваясь произнёс он, судя по звону стекла и выставленным на стол флаконам, инспектируя нашу аптечку. – Люциус сказал, что у вас возникли проблемы на задании. А я говорил ему, что вас одних отпускать… – Да всё у нас в порядке, – отмахнулся я, так и оставшись стоять в проходе. – У Вас как? Я знал, что предстоящий Турнир отнимал у Северуса много времени, чему тот явно рад не был. Словно в подтверждении моих мыслей, Северус повернулся ко мне с кислым лицом, которое, впрочем, тут же словно окаменело. – Это Вы называете «в порядке»? Упс. Я забыл про этот пустячок. – Да это просто издержки производства, я как раз шёл за… – Мазью, которая у вас кончилась? – изогнул бровь Северус, и я понял, что взгляд его скользит дальше – к шрамам от когтей Вендиго. – Что у вас за порядок такой, если столько мази ушло всего за месяц? – Это всё Винчестер, он постоянно пальцы багажником прищемляет. – Стой здесь, – отдал приказ Северус, видимо, не оценив юмора, и без лишних слов аппарировал. Я пожал плечами и подошёл к столу, собирая все выставленные флаконы обратно в коробку. За всей этой кутерьмой с печатями и прочим я практически не замечал, как мне не доставало этого хмурого и саркастичного типа. Я усмехнулся своим мыслям, понимая, как скучал по этим лаконичным приказам и изгибающимся бровям. – Блэк, – я обернулся на голос и едва сдержал улыбку, увидев новый флакон мази в его руках. – Сядь. Я послушно уселся на стол, глядя, как Северус подходит ближе, останавливаясь у моих разведённых ног. Кажется, я видел одно порно, которое начиналось так же… Стоп, никаких мыслей о порно! Я тут недавно узнал, насколько мой организм может быть неуправляем на фоне гормональной перестройки. Это было как вернуться в детство, когда ты попросту не можешь контролировать собственное тело. И пальцы Снейпа, касающиеся моей кожи, контроля не прибавляли. – Больно? – его лицо было непривычно близко, я смотрел на него немного сверху вниз и понятия не имел, к чему он задал этот вопрос. – Блэк? Я моргнул, скосив глаза, чтоб понять – в его пальцах салфетка, судя по всему, пропитанная антисептиком. Большинство из них обычно жжётся, а я даже не дёрнулся, когда Северус приложил салфетку к порезу. Упс. – Что Вы приняли? – сузил глаза он. – Обезболивающие, сомниферит. – Вы идиот? – Меня задели не вовремя, я просто не мог оставить Винчестера без подмоги. К тому же я принял зелье не в чистом виде, а в разведении один к шести, – пожал я плечами, прекрасно осознавая, что думает сейчас обо мне Северус. Обычно подобные обезболивающие применяли в крайних ситуациях – когда ногу оторвало или кишки разворотило… но у меня правда не было выбора – либо выйти из игры и оставить Дина одного, либо привести себя в более-менее работоспособное состояние и закончить дело. – Видел бы ты сейчас свои зрачки. Ого, а я ждал заявлений о своей интеллектуальной несостоятельности. – Я вижу Ваши, и мне этого – уже более чем. Северус покачал головой, продолжив обрабатывать мою царапину, а я продолжил беззастенчиво его рассматривать. Он всегда был таким бледным или это Альбус со своим Турниром его загонял? Брови нахмурены, губы поджаты, взгляд – сосредоточен и холоден. Интересно, ему нравится то, что он видит? Ну, не порез или шрамы, конечно. Кажется, за последнее время я немного раздался в плечах – сказывались ежедневные тренировки. Да и подрос вроде тоже… По крайней мере, штаны пришлось удлинять, а футболки купить новые – они от частых увеличивающих заклинаний быстро приходили в негодность. Очнулся я от своих мыслей, только когда Северус наложил пластырную повязку, аккуратно прижимая её ладонью. – Будешь жить, Блэк, – вынес он свой вердикт, вытирая руки салфеткой. – А поцеловать, чтоб не болело? – выдал я, пряча усмешку. – Ты в своём уме? – спокойно поинтересовался Северус, видимо, списывая мою невменяемость на действие обезболивающего. Жаль будет его разочаровывать, но это у меня врождённое. – Ладно, понял, – я печально опустил голову, а затем вновь поднял на Северуса хитрый взгляд. – А просто поцеловать? От греха подальше я тут же крутанулся, перемахнув через стол, чтоб между нами оказалась хоть какая-нибудь преграда – так Северусу будет проблематичней меня задушить. – Договоришься ты когда-нибудь, – будто бы между прочим пообещал мне он, ставя мазь и антисептик в коробку и закрывая крышку. – Очень на это надеюсь. Северус лишь закатил глаза, водя большим пальцем по кромке аптечки. Как ни странно, уходить он не спешил. – Как у вас тут обстановка в целом? Я моргнул, не понимая, зачем бы ему спрашивать. Мы каждый день в полном объёме отчитывались Люциусу, а тот, я больше чем уверен, передавал всё Северусу. Как-то же он узнал о небольшой заминке с сегодняшней печатью? О превеликий Флеминг… он тоже скучал! Стоит здесь, делает вид, будто его ничего не колышет, и не уходит – задаёт глупые вопросы, хотя сейчас ему времени едва ли на сон хватает. – И чему Вы улыбаетесь? – Я так по Вам скучал, – даже не пытаясь сдержать тупую улыбку от уха до уха, заявил я. – Очень мило, – едко ответил он, но тут же изменился в лице, когда я двинулся в его сторону с самоубийственным намерением обнять. – Даже не думай. Палочка упёрлась мне в горло, когда я остановился от него буквально в полуметре с глупо раскинутыми в стороны руками. – Что здесь происходит? Мы повернули головы, чтобы увидеть застывшего на пороге кухни Бобби. С ружьём наизготовку. – Всё в порядке, это профессор Снейп, – радостно начал я, всё ещё находясь под прицелом чужой палочки. – И он… – Мы знакомы, – оборвал меня Бобби. – Да? Откуда? – искренне заинтересовался я, а Северус в это время возвёл глаза к потолку. Разве маги молятся? Нет, не с таким выражением лица, это уж точно. – Он заходил пару раз обновить защиту вокруг дома, пока вы с Дином прыгали по штатам. Казалось, шире улыбаться просто физически невозможно, но я определённо это делал. Он не просто скучал, он ещё и заботился о нас. Предприняв ещё одну попытку обнимашек, я был остановлен недвусмысленным тычком палочки прямо в порез на плече. – Ауч, – удивлённо протянул я. Похоже, действие обезболивающего постепенно сходило на нет. – Что ты делаешь? – Бобби опустил ружьё и смотрел на меня как на идиота. – Я пытаюсь выразить свою благодарность профессору Снейпу путём тесного невербального контакта, но он, кажется, немного против, – обиженно пояснил я. – И правильно, что против, – неожиданно встал на сторону Северуса Бобби и тут же выдал для профессора объяснение: – Этот мелкий засранец в самый первый день здесь украл мои волосы, чтоб расхаживать в моём обличье по делам! А я ещё думал, как они тогда разговорили миссис… – Мне четырнадцать, я чисто физически не могу втираться к людям в доверие с таким молодым лицом! – Хочешь назвать меня старым? – Вижу, у вас всё здесь под контролем, – усмехнулся Северус. – Мне пора. Блэк, знаете, что делать в экстренных ситуациях? – Качественно и оперативно их решать, а потом говорить Вам, что всё в порядке? – мило улыбнулся я. – Я передам Люциусу, чтоб пристальней следил за Вами, – пообещал Северус и аппарировал с негромким хлопком. – Как будто это поможет, – фыркнул я уже в пустоту и повернулся к Бобби. – А где Дин? – Общается с посланниками Господа, – проворчал он, отодвигая меня плечом и проходя на кухню. – Не дом, а проходной двор какой-то… О, это интересно. Винчестер всё же достучался до Каса. Не успел я решить, стоит ли мешать им базарить тет-а-тет, как зазвонил мой магофон. – Вэлиар, приём, – раздался голос Люпина. – Слушаю, приём. – Сириус узнал о Моране, приём. Что ж, это было всего лишь вопросом времени. – Понял, я могу чем-то помочь? Приём. – Я… не уверен, – Люпин вздохнул. – Кажется, я наорал на них обоих и чувствую себя не лучшим образом. – Через две минуты буду, приём, – коротко ответил я. – Бобби, скажи Дину, что я пошёл оказывать психологическую помощь нашему преподу по ЗОТИ. – А что с ним? – У него хронический Блэк, – хмыкнул я, прикидывая, в какой группе оказалось бы это заболевание в МКБ. – И Поттер. – Сочувствую. О да, бедному Люпину только посочувствовать и остаётся. *** Гарри Поттер Привычно оглянувшись, чтоб убедиться в отсутствии наблюдателей, Гарри набрал горсть летучего пороха и шагнул в камин. – Моран-холл. Полыхнуло зелёное пламя. Оказавшись через несколько секунд в названном месте, Гарри вышел в просторную гостиную, на автомате накладывая на мантию очищающее заклинание. Его уже ждали. – Добрый день, прошу прощения за опоздание, – учтиво кивнул он двум взрослым магам, сидящим в глубоких креслах. – О, Вы как раз вовремя, мистер Поттер, – улыбнулся ему Огастес Моран и указал на свободное кресло. – Рад наконец познакомить Вас с давним другом нашей семьи, месье Жерар Верфорэ. Гарри приподнялся, чтоб пожать протянутую ладонь гостя. – Очень приятно, сэр. – Вы не представляете, насколько́ я рад нашей встрече́, месье Поттер, – Жерар говорил с отчётливым акцентом, грассируя и к тому же неправильно ставя ударение в некоторых словах. Он немногим отличался от тех Лордов, что Гарри успел повидать на малфоевских приёмах. Тёмные волосы француза крупными кудрями спускались до плеч и выглядели лучше, чем у девушек из рекламы шампуня в телевизоре. Тонкие усы и козлиная бородка на остром лице смотрелись экзотично и удивительно гармонично, но самым необычным в госте были глаза. Один – тёмно-карий, почти чёрный, а второй – светло-голубой, с чётким синим ободом по радужке. – Вы легенда не только́ в пределах Британии, – продолжал тем временем француз, даже не стараясь скрыть своего интереса. – Не хотелось бы Вас разочаровывать, но, боюсь, мои заслуги несколько… преувеличены. – Не надо скромнича́ть, Вы ведь победили Тёмного Лорда, будучи́ совсем крохой. – Победил – громко сказано, – натянуто улыбнулся Гарри. Он ненавидел, когда малознакомые люди начинали расспрашивать о «той самой ночи». Однако он сам подписался на этот разговор, отлично зная, о чём пойдёт речь. – Скорее, просто попал под удачное стечение обстоятельств и чудом остался в живых. – Интересно́. И стечение каких же обстояте́льств поспособствовало Вашему выживанию? – Не знаю, – сухо ответил Гарри. – Но я скорее поверю, что Тёмный Лорд случайно споткнулся о мою детскую игрушку и заавадил сам себя. Повисло молчание, и Гарри мысленно дал себе подзатыльник. Он же обещал Себу, что будет отвечать на вопросы максимально нейтрально. Это просто приехавший погостить к Моранам французишка, который без ума от всего необычного – к своему несчастью, Гарри как раз попадал в эту категорию. Огастес уговорил Себа, чтоб тот уговорил Гарри на встречу с этим Дон Жуаном – или как там его? Чисто формально представиться, ответить на пару глупых и очевидных вопросов, чтоб любопытство гостя утихло. Но нет, Гарри нужно было всё испо… Додумать он не успел, потому что француз заливисто расхохотался. – Вы определённо́ интересный молодой человек. Но, позвольте́ заметить, чересчур самокритичный. – Это не самокритика, а рационализм, – пожал плечами Гарри. – Интересно́, – улыбнулся тот. – Но я слыша́л, что месье Дамблдо́р очень высокого мнения о Вас. Наверняка у него есть для этого́ основания. – Людям свойственно ошибаться. – О, поверьте моему многолетнему опыту, – усмехнулся он, выглядя, к слову, максимум на тридцать. – Такие, как Дамблдо́р, не ошибаются. Гарри дёрнул плечом, не соглашаясь, но и не опровергая. Пусть этот француз думает, как ему хочется. – Как Вам Хогва́ртс? Никогда не хотели сменить учебное заведение? – Ты не переманишь Гарри в Шармбатон, Жерар, не надейся, – усмехнулся Огастес. – Попытаться стоило, – тот подмигнул Гарри. – Так как, месье Поттер, Вам нравится Хогва́ртс? – Он… интересный, – всё же ответил он, понятия не имея, какого ответа от него ждут. – Чем же? – не отставал Жерар. «Там нас каждый год пытается убить что-то новое – разве не интересно?» – подумал Гарри, но вслух произнёс лишь: – Своей историей, атмосферой… много чем. Говорят, никто так и не раскрыл всех тайн, что хранит этот замок. Чёрт, похоже, с пафосом он немного перегнул. – А Вы романтик, Гарри, – покачал головой Жерар. – Я могу звать Вас Гарри? Благодарю. Вам бы оче́нь понравилось во Франции. – Жерар… – Всё, молчу, – поднял он ладони, улыбнувшись Огастесу. – А как вышло, что Вы дружите́ с Себастиа́ном? Я слышал, в Хогвартсе́ оче́нь сильны межфакультетские распри. – Были сильны когда-то, – кивнул Гарри. – А потом приехали мы. – Хотите сказать, великий Гарри Поттер положил конец не только́ правлению Тёмного Лорда, но и стереотипа́м в старейшем учебном заведении Британии? – В Вашем исполнении это прозвучало… кхм.. гораздо масштабнее, чем есть на самом деле, – сдержанно ответил Гарри. – О, простите, Гарри, если мои слова Вас задели́, – тут же всполошился Жерар. – Нет, всё в порядке. Просто всё было гораздо прозаичнее – мы с друзьями не перестали ими быть, попав на разные факультеты. И постарались сделать так, чтоб это было нормой во всей школе. – Поразительно́. О каких друзьях Вы говорите́, если не секрет? Я знаком со многими́ магами из древних Родов, мне будет приятно́ узнать, если кто-то из их потомков дружи́т с таким замечательным человеком как Вы. – Драко Малфой и Вэлиар Блэк, – ответил Гарри, с какой-то тяжестью в груди вспомнив – он не виделся с Драко уже около двух месяцев. Вот тебе и «не перестали быть друзьями». – Да, я был знаком с представителями́ этих Родов. Достойные были люди, – довольно кивнул Жерар. Почему он говорит о них в прошедшем времени? – И всё же, утолите моё любопытство́, как Вам удалось переубедить всю школу? – Мы создали кружок, один на все факультеты. Там было неважно, какого цвета твой галстук, мы просто были ребятами, которые хотят проводить время вместе. – И что, не было несогласны́х? Вам никто не пытался́ помешать? – Были, конечно. Без пары потасовок не обошлось. Но мы были все вместе, а они – каждый сам за себя. Вот и ответ. – Сила в единстве, – хмыкнул чему-то своему Жерар. – Это оче́нь умно, Гарри. Вы действительно́ чересчур самокритичны. – Это вряд ли, – пробормотал он, вспоминая, что именно Вэл собирал всю их компанию с нуля. – Что ж, мы, наверное, утомили тебя своим обществом? – спросил у Гарри Огастес, взглянув при этом на своего гостя. – Ничуть. – Вежливо́сть – ещё одна Ваша прекрасная черта, – хохотнул Жерар. – Но, мне кажется, юный Себастиа́н уже Вас заждался. – Спасибо, – Гарри поднялся из кресла и вновь пожал руку француза. – Был рад познакомиться, месье Верфорэ. – И я, Гарри, очень рад. Кивнув Огастесу, Поттер поспешил в холл, где находилась лестница, ведущая на второй этаж. Гарри думал, что Себ будет ждать его в своей комнате, но ошибся – тот сидел наверху лестницы, глядя вниз сквозь перила. – Ну как прошло? – нетерпеливо спросил Себ, когда Гарри поднялся к нему. – Нормально вроде. Прикольный мужик. Лицо Себастиана дёрнулось, но он тут же улыбнулся. – Да, не то слово. Пойдём, – Себ кивнул в сторону библиотеки. – Покажу, что я нашёл по Дарам. Дело в том, что около недели назад кое-что произошло. Гарри узнал о том, что Шерлок чуть себя не прикончил, и, к своему удивлению, практически не испугался. Да, они не были близки с Шерлоком, их едва ли можно назвать приятелями, но отсутствие страха за его жизнь поразило Гарри. А попытавшись понять, откуда взялась такая реакция, он понял – всё дело в Блэке. Находясь рядом с Вэлом, Гарри ни разу не думал о чём-то, как о невозможном. Он был уверен, что из любой ситуации есть выход. Будь они всё ещё друзьями, Гарри легко бы повторил финт Шерлока и рискнул бы своей жизнью, просто потому что в нём таилась иррациональная убеждённость – он не умрёт по-настоящему. Вэл спустится за ним в Ад, если понадобится. Он не сомневался в этом. До недавних событий. Узнав, что Вэл врал ему практически через слово всё то время, что они были знакомы, уверенность Гарри в нём пошатнулась. Он понимал: нет никаких гарантий, что Вэл его вытащит, окажись он на краю. И от глупой установки, что им море по колено, а горы по плечу, надо было избавляться. Или хотя бы брать под контроль последствия. Гарри посчитал, что подчинение Смерти – подходящий контроль. Возможно, Смерть как раз смогла бы помочь им избавиться от Лилит – явного последствия их неосторожности на третьем курсе. Насколько Гарри было известно, Вэл отмёл идею поиска Даров сразу же. Но Вэл не знал того, что знал он. Его мантия-невидимка отличалась от остальных. Гарри тщательно изучил тему, чтоб с достаточной уверенностью предполагать – она та самая. Возможно, зная, что один из Даров у них уже есть, Вэл не стал бы отказываться от поиска, но Гарри не спешил его просвещать. Если получится, он сможет спасти всех без помощи Блэка и стать, наконец, тем, кем все его так опрометчиво считают – героем. – Смотри, первое упоминание, – Себастиан подвинул одну из лежащих на столе книг к Гарри. – Эмерик Отъявленный, в эпоху Средневековья держал в страхе всю Англию. Был убит в жестокой дуэли Эгбертом Эгоистом. Про него почти ничего неизвестно, но я проследил по книгам, – Себ потянулся ко второму фолианту. – И после него с большой вероятностью владельцем Палочки был Годелот, автор книги «Волхование всех презлейшее». С помощью Палочки создал много тёмных заклинаний. Но его сын, Геревард, безумец, отнял Палочку, заточив отца в подземельях его же дома. – Ничего себе, – присвистнул Гарри, когда Себастиан замолчал. – Я и не думал, что удастся так много найти, но, видимо, недооценил нашу библиотеку, – самодовольно откликнулся тот. – Такими темпами мы выйдем на след Палочки ещё до отъезда в школу. – Вряд ли, – не разделил его энтузиазма Себ. – Палочка, конечно, самый заметный из Даров, но… что мы будем делать, даже если установим владельца? Думаешь, такой артефакт кто-то может отдать добровольно? – Будем решать проблемы по мере их поступления, – отмахнулся Гарри чисто блэковской фразой. – Как скажешь… Ты сегодня до скольки здесь? – Сказал Сириусу, что задержусь до вечера. Ты не против? – Только за, – Себ показательно окинул взглядом огромные стеллажи. – Вдвоём управимся быстрее. Гарри фыркнул и уселся за стол, подтягивая к себе один из фолиантов, что Себастиан ещё не прошерстил. Так минуты медленно потекли в тишине и шорохе страниц. Через неопределённое количество времени раздался негромкий хлопок, и рядом с ними появился домовой эльф. – Хозяин Себастиан, – пропищал тот, – хозяин Огастес просит Вас подойти к нему. – Хорошо, сейчас буду, – Себ потянулся, хрустя позвонками. – Побудешь здесь? Надеюсь, я ненадолго. – Без проблем, – даже не отрываясь от строчек, кивнул Гарри. Библиотека вновь погрузилась в тишину, но через несколько минут её нарушили негромкие шаги. – О, месье Поттер, не хотел Вас беспокои́ть. Чёрт, опять этот француз. – Ничего страшного, Вы не помешали, – Гарри нехотя оторвался от книги, поднимая взгляд на остановившегося напротив него мага. – Могу я поинтересоваться́, что Вы так увлечённо изучаете́, вместо того, чтоб наслаждаться́ тёплым летним днём? – Жерар чуть наклонил голову, вчитываясь в текст книги, что читал Себ. Гарри помедлил, думая, стоит ли отвечать. Решив, что интерес к подобным легендарным артефактам у мальчишки его возраста, в принципе, объясним, он сказал: – Проверяем одну теорию… Вам знакома сказка о Дарах Смерти? – Сказка? – разные глаза француза сверкнули. – Это не сказка, месье Поттер, это самая что ни на есть правда́. Многие волшебники сделали поиск Даров смысло́м своей жизни. – И сколько из них преуспело? – скептично приподнял бровь Гарри. – Наверняка никто не скаже́т. Однако кровавый след одного из Даров в истории магического мира мы може́м проследить весьма чётко́. – Бузинной Палочки. – Именно. Не могу не спросить, почему Вас так заинтересовала́ эта тема? – Времена нынче неспокойные, – проворчал Гарри, даже не соврав. – Разве? – удивился Жерар, который о приближающемся апокалипсисе был ни сном ни духом. – Мне казало́сь, ситуация в Британии сейчас более чем мирная́. – Да, наверное… Но никогда не знаешь, где рванёт. – В этом Вы правы, – странно усмехнулся Жерар, окидывая взглядом обложки книг, лежащих на столе. Гарри уже прикидывал, как бы так вежливо закончить разговор, но Жерар заговорил вновь: – Ища Бузинную Палочку, обращайте внимание́ на особенно сильны́х магов. Гениев своего времени – как светлых, так и тёмных. Вероятно́сть, что маг, владеющий подобной палочко́й, засветится, очень высока. – Да, это логично. Спасибо за совет, – растерянно ответил Гарри, не ожидавший столь конкретной инструкции. А потом в его голове шевельнулась догадка. – Вы сами искали их? – Да, – улыбнулся чему-то своему тот. – Когда был чуть постарше́ Вас. – Почему перестали? – С годами, Гарри, понимаешь, что власть над собственно́й жизнью гораздо предпочтительнее власти над смертью. Нет, если бы мне сейчас предложили́ Дары, я бы не отказался, но тратить на их поиски годы уже бы не стал. – А если это единственный выход? – тихо произнёс Гарри, смотря в стол. – Ситуаций, в которы́х существует лишь один выход, не бывает, запомните́ это, Гарри. Возможно, что-то просто мешае́т увидеть Вам альтернативу. Гарри задумчиво водил пальцем по корешку книги, как за его спиной раздался голос Себастиана: – Месье Верфорэ, отец выражает своё волнение и спрашивает, чем Вам не угодили его оранжереи? – Ах, юный Себастиа́н, в этих прекрасны́х оранжереях всего один недостато́к – там не с кем поговорить, – улыбнулся Жерар и, подмигнув Гарри, направился в сторону выхода. – Пойду и успокою месье Морана, волнение може́т пагубно сказаться на здоровье. Гарри заметил, что Себастиан слегка поклонился, когда француз прошёл мимо него. Решив не спрашивать, он вновь уткнулся в книгу. Вот только теперь у него появилось нехорошее ощущение, что этот Жерар Верфорэ не так уж и прост. *** Гарри лениво перевернул очередную страницу, борясь с зевком, и тут его карман нагрелся. – Темпус! Чёрт! – выругался он, выхватывая из кармана сквозное зеркало и под удивлённым взглядом Себастиана ныряя под стол. – Гарри, дружище, ну где ты там пропадаешь? – увидел он радостное лицо Сириуса, которое, впрочем, почти сразу стало недоумённым. – Почему ты в темноте? – Мы… э-э-э… играем в десантников, – выпалил Гарри первое, что пришло ему на ум. – Я вроде как в засаде. – Десантники? – Да, да, это как боевой отряд авроров… Даже круче! – Давай, двигай домой, аврор, – рассмеялся Сириус. – У меня кое-что для тебя есть. – Вас понял, сэр! – Передавай Фэю привет. – Есть, сэр! – отрапортовал Гарри и отключил связь, выбираясь из-под стола. – Фух, вроде пронесло. – Он действительно не догадывается? – с искренним интересом спросил Себастиан. – Он даже ни разу не спросил, есть ли вообще у Фэя камин, – вздохнул Гарри, собирая книги. – Сириус, видимо, считает, что он есть у всех волшебников по определению. – И? – Фэй – магглорождённый. Даже будь у него камин, он бы не был подключён к сети. – Да уж… – Ладно, я побежал, а то и так уже на полчаса задержался. Будешь другом, уберёшь мои книги обратно? – Да это не обязательно, – махнул рукой Себ, поднимаясь. – Завтра всё равно продолжим. Гарри лишь кивнул, и они быстрым шагом направились в гостиную. Рано или поздно придётся рассказать Сириусу, где шастает его любимый крестник, и дело даже не в том, что его могут спалить, а в том, что сам факт обмана Гарри был неприятен. Но он не знал, как Блэк отреагирует на их с Мораном дружбу, а потому медлил. Сириус и к Малфоям до сих пор не питал нежных чувств, а ведь они были ему родня, да к тому же вытащили из Азкабана. И всё равно… Гарри мысленно вздохнул. Ладно, ещё один день блаженного неведения Сириусу не повредит. После краткого прощания с Себастианом Гарри покинул Моран-холл. – О, Гарри, наконец-то! – почти тут же подскочил к нему Сириус. – Ты голоден? Конечно, голоден! Пойдём в зал, там Рем приготовил какую-то непроизносимую вкуснятину… – А к чему такая спешка? – нервно улыбнулся Гарри, скидывая мантию, которую и надел-то вообще сегодня лишь ради французского гостя. – Сейчас увидишь, – загадочно сверкнул глазами крёстный и потащил его в гостиную. Гарри изумлённо замер, когда увидел помпезно стоящий прямо посреди дубового стола огромный… маггловский телевизор. – Ну как? – воодушевлённо заглянул ему в глаза Сириус, а потом подошёл к телеку и стукнул по нему палочкой. Телек заработал, явив им строго одетую женщину, которая, кажется, зачитывала последние новости маггловского Лондона. – Я целый день с ним промучился, но оно того стоило! Сириус сверкал словно начищенный галеон, и Гарри невольно улыбнулся. Он был честно рад видеть его таким. – Это… очень круто. – А то! Рем,тащи сюда свою стряпню, сейчас мы будем смотреть маггловский футбол! Они уселись втроём на мягкий диван прямо с тарелками и, как обещал Сириус, стали смотреть футбол, правил которого никто из них не знал. Однако когда это кому-то мешало? – Как дела у Фэя? – буднично спросил Ремус, когда трансляция прервалась на рекламу. – В норме, – коротко ответил Гарри, чувствуя на себе его внимательный взгляд. – Чем он там занимается? – подключился к беседе Сириус. – Не скучно ему одному среди магглов? – Я же его навещаю. – Это да, – кивнул он. – Но в остальное время? Гарри не успел ничего придумать, как крёстный вдруг выдал озарённое «О!». – Приглашай его к нам! – от этих слов Гарри побледнел. – А то чего всё ты к нему, да ты. Пусть и он у нас погостит. Фэй-то, наверное, даже правила этого футбола знает! – Я не думаю, что это хорошая… – Ой, Рем, не нуди, – отмахнулся от него Сириус, в то время как Гарри лихорадочно прокручивал в голове варианты. – Весело будет. Гарри не общался с Фэем ещё со школы. Попытаться уговорить его подыграть? Вряд ли он согласится. Попросить Себа поприходить к ним под обороткой? Но у него не было волос Фэя, а Себ абсолютно не ориентировался в мире магглов и засыпался бы на первом же вопросе. Что же делать? Гарри умоляюще взглянул на Ремуса, который – теперь он был в этом почти уверен – знал, что ни с каким Фэем Гарри не тусил. – Насколько мне известно, Данбар живёт с одной только бабушкой, а она пожилая женщина, – медленно начал Люпин. – И наверняка ей нужна его помощь по дому. Не думаю, что его отпустят к нам. – Ну он же уезжает в Хог на столько времени, – беззаботно фыркнул Сириус. – Поэтому вряд ли его помощь так уж необходима. Тем более, раз он там один, то колдовать ему нельзя. Парень стопудово скучает по магии, а мы могли бы организовать спарринг, я бы показал парочку… – Я не был у Фэя. – Что? Гарри глубоко вдохнул, понимая, что ступает на крайне тонкий лёд. Но разве у него был выбор? – Я врал вам, – твёрдо произнёс он, видя, как меняется лицо Сириуса. Ремус же выглядел скорее сосредоточенным, чем удивлённым. ЧэТэДэ. – Всё это время я находился с Себастианом в Моран-холле. Мы пытались и до сих пор пытаемся найти способ предотвратить надвигающийся апокалипсис. Мне очень жаль, что я скрыл это от вас. Простите. – Ты издеваешься? – едва слышно спросил Сириус, и Гарри вздрогнул от той злости, что пропитала эти два коротких слова. – Сири… – Не лезь, Рем, – даже не поднимая голоса, оборвал он его. – Ты был в доме Моранов? – Да. – Каждый чёртов раз, когда якобы уходил к Фэю? – Да. Гарри инстинктивно сжался, глядя, как тонкие пальцы его крёстного сжимают тарелку. Ему казалось, он давно забыл, как Дурсли кидались в него первыми попавшимися под руку вещами, если он в чём-то провинился. А сейчас он вновь почувствовал этот страх, внезапно осознав, что понятия не имеет, на что способен Сириус в гневе. – Ты хоть понимаешь, что ты натворил? Какой опасности себя подверг? – Мне ничего не угрожало, – как мог твёрдо ответил Гарри, пытаясь отодвинуться на диване подальше от раздувающего ноздри крёстного. – Себастиан – мой друг, и… Гарри подскочил, когда тарелка полетела – нет, не в него – в экран телевизора, со звоном разбившись на множество осколков. – Сириус, успокойся сейчас же! – ухватил его за локоть Ремус, но тот сбросил его руку и, подорвавшись, навис над Гарри. – Твой друг? – прошипел он. – Это он тебе внушил? Ты хоть знаешь, чем занимался его отец всего несколько лет назад? Он, цепной пёс Волан-де-Морта, пытал и убивал моих друзей! Тех, с кем я сражался бок о бок, чтобы ты мог спать спокойно! И после всего этого ты хочешь убедить меня, что в доме этого сукиного сына тебе не угрожала опасность?! Внезапно раздался оглушающий рык, и Сириуса, словно нашкодившего щенка, за шкирку отбросило прямиком в стоящее в углу кресло. Гарри шокировано смотрел на Ремуса, лицо которого приобрело отчётливые звериные черты. Глаза же его горели жёлтым огнём. – Я сказал тебе: успокойся, – глухо прорычал Люпин. Повисла звенящая тишина. Ни Гарри, ни Сириус не смели сдвинуться с места, глядя на такого Ремуса. Спустя несколько мгновений всё звериное пропало из его облика, и он тяжело опустился обратно на диван. – Сейчас вы оба разойдётесь по своим комнатам, – спокойно произнёс он, а когда Сириус попытался что-то сказать, сверкнул в его сторону жёлтым взглядом. – Молча. И обдумаете своё поведение. Ты, Гарри, подумай над тем, почему принял решение врать людям, которые ради спасения твоей жизни не задумываясь пожертвовали бы своей. А ты, Сириус, над тем, почему твой крестник не может рассчитывать на поддержку с твоей стороны, хотя ты должен быть первым, к кому он мог бы за ней обратиться. Все всё поняли? – Гарри на автомате кивнул и заметил, что Сириус склонил голову тоже. – Тогда по комнатам. Гарри на ватных ногах поднялся с дивана и, глядя исключительно перед собой, поспешил наверх. Он не знал, был ли он благодарен Ремусу за подобное вмешательство. С одной стороны – кто знает, что могло произойти, а с другой… знать это было бы полезно. На будущее. Заперев дверь на все возможные заклинания, Гарри упал на кровать, чувствуя себя абсолютно разбитым. – Ну и шум же вы устроили, – раздался недовольный женский голос, и Гарри в изумлении приподнялся на локтях. На картине с весенним пейзажем, что висела у него на стене, стояла пожилая леди в тёмно-зелёном платье. – Позорище, а не Наследники. – Вы леди Вальбурга Блэк, – проигнорировал её комментарий Гарри. Он видел её здесь раньше, но она никогда до этого с ним не разговаривала, да Гарри и сам не искал её общества. А зря, ведь это именно она фактически сделала из Вэла – Вэла. – Верно, молодой человек, – величественно кивнула она. – Так что же такого Вы натворили, что мой дорогой сыночек вышел из себя? Потому что мне казалось, ради Вас он закроет глаза на любую провинность. – Я соврал ему, – нехотя ответил Гарри. – Очень интересно. У Вас была причина? – Да. – Тогда это ещё интересней, – леди Блэк усмехнулась на его непонимающий взгляд. – Помнится, это Вы громче всех обвиняли во лжи моего внука и кричали, что ратуете за честность в отношениях с близкими. – Это другое, – Гарри невольно покраснел под её насмешливым взглядом. – Как скажете. Так о чём же именно Вы соврали? – Я говорил, что гостил у Фэя, а сам был у Себастиана. – Морана? – дождавшись его кивка, леди прицокнула языком. – Тогда неудивительно. – Почему? Что такого сделал Моран? Собственно, из-за этого вопроса Гарри и пошёл на откровенность. Леди Блэк, конечно, вызывала в нём интерес, но не настолько, чтоб тут же изливать ей душу. Но, похоже, она была единственной, кто мог бы его просветить насчёт всеобщей ненависти к семье Себастиана. – Огастес Моран перебрался сюда из Франции достаточно давно, – усмехнулась леди Блэк, и Гарри показалось, что она видит все его тайные планы насквозь. Однако это не помешало ей продолжить. – Возможно, Вам знакомо имя Геллерта Грин-де-Вальда? Гарри неуверенно кивнул, припоминая Тёмного Лорда, третирующего Европу в сороковых. – Сам Огастес тогда ещё был юнцом, но его родители не просто разделяли идеи Грин-де-Вальда, они были его сторонниками, причём очень ценными. Политика – их конёк, и сколь они в ней сведущи, столь и безжалостны. Огастес сбежал в Англию после падения Грин-де-Вальда один, его семью приговорили к смертной казни. Здесь же он попал под расцвет уже нового Тёмного Лорда и пошёл по стопам родителей. Не думаю, что ошибусь, сказав: его действия погубили больше людей, чем это сделала Беллатрисса Лестрейндж. – Малфои тоже поддерживали Волан-де-Морта, – не хотел сдаваться Гарри. – Вам наверняка уже известно, что Тёмный Лорд начинал не с убийства магглов и прессинга магического мира. Так вот, некоторые маги, попавшие в оборот, рады были бы из него выбраться, но было уже поздно. А некоторые наслаждались ситуацией. Большинство последних сейчас находится в Азкабане. – Но Моран на свободе. – Я не сказала «все», я сказала «большинство», – припечатала леди Блэк, а потом как-то совершенно по-человечески вздохнула. – Гарри, Вы умный молодой человек и способны сделать выводы сами. Но просто держите в голове: Моран страшный человек и в общении с ним нужно быть предельно осторожным. – Я Вас понял, – медленно проговорил он. Ему почему-то вспомнилось, как давным-давно они с Вэлом спорили насчёт какой-то научной хрени – он даже уже и не скажет, какой именно. Но вот слова Блэка он запомнил. «Даже если ты найдёшь тысячу подтверждений своей супер-мега-офигенской теории, всё равно не сможешь быть уверен в том, верна ли она. Пока не начнёшь искать опровержения. Есть теория? Опровергни её! Разбей в пух и прах. И если не получится – тогда, возможно, в ней есть смысл». Кажется, пришло время снять розовые очки и подумать, почему Себастиан, до этого упорно их компанию ненавидящий, стал чуть ли не его лучшим другом. И – Гарри не хотел в этом себе признаваться – он не был уверен, что результат размышлений ему понравится.