Горечь

Если он не будет бороться, она будет бороться за него. Дневники вампира (The Vampire Diaries)

Шлепок. Она дает ему пощечину, а он даже не пытается увернуться и лишь криво усмехается, глядя прямо ей в глаза, словно получая удовольствие от ее реакции. Словно ее злость для него лучшая награда. Еще некоторое время назад он бы перехватил ее запястье, наказал бы даже за то, что она попыталась ударить его. Но сейчас он просто стоял. Стоял, прожигая ее абсолютно холодным и безразличным взглядом. Таким взглядом от которого все буквально переворачивалось внутри. Рыжеволосая обхватила себя руками, больно впиваясь ногтями в кожу под легким свитером. Ее щеки полыхали жаром. Закусив губу, Клэри едва сдерживала слезы. Ей было больно. Ей было чертовски обидно. Она смотрела на него и не узнавала. Почему он ведет себя так? Почему?! Зачем говорит такие гадости? Неужели тот Алек, которого ей удалось разглядеть прошлой ночью был лишь наваждением? Неужели все, что между ними произошло было лишь частью его игры? Неужели его слова правда, и она просто должна была пополнить список в его коллекции? Неужели она снова все придумала?! Ей не хотелось верить в это. Совершенно непостижимым образом какая-то часть ее упертого мозга была уверена, что именно вчера она впервые увидела его истинное лицо, не облаченное в маску. Внезапно ей захотелось разрыдаться. Из-за стыда, из-за своего бессилия и наивности. Из-за то, что она всего на секунду, но поверила, что не безразлична ему. Какая же она дура! Наверное следовало что-то сказать. Что-то не менее обжигающее и ранящее. Резануть так сильно, насколько это возможно. Что-то, что бы стерло это надменное выражение с его лица. Что-то, что бы пробилось сквозь эту глыбу безразличия и вымораживающего спокойствия… Хватит! Она не он. И никогда не позволит себе пасть так низко, чтобы бездумно сыпать гадостями в чужой адрес, как бы паршиво ей не было. Даже настолько паршиво как сейчас. Достаточно. Сделав бесшумный глубокий вдох, рыжеволосая отступила на шаг и резко подняла голову, вскинув подбородок. Она вглядывалась в его лицо несколько секунд, жадно обшаривая каждый миллиметр и подмечая мельчайшие подробности. Внезапно, заглянув в его глаза, она почувствовала полное опустошение. За секунду все чувства утихли, будто по щелчку, словно ее и не разрывало пару мгновений назад на части. Все мысли испарились, уступая место тишине и пустоте. В ушах отдавался лишь размеренный гулкий стук ее сердца. Совершенно неожиданно для нее, к ней пришло осознание. Настолько простое и казалось бы очевидное, но в которое она почему-то отказывалась верить до сих пор. Он ведет себя так намеренно. Каждое его действие-это часть его отточенной манеры поведения, даже если он и не хочет так поступать. Черт, да ей же… Ей его просто жаль. Алек был тем человеком, который без конца продолжал отталкивать всех, кто пытался хоть на шаг приблизиться к нему. Всего шаг ему навстречу и он тут же сделает пять назад. Даже не осознавая этого, медленно, но верно, стена, которую он возводит вокруг себя, рано или поздно отгородит его даже от самых близких. Сначала от Джейса или от одного из членов семьи, неважно. Важно лишь то, что этот процесс просто необратим. Просто потому что он так привык и не способен вести себя иначе. Просто потому что он Алек. Почему она осознала это только сейчас? Почему он не осознает это до сих пор? Его маска уже настолько прочно укоренилась в привычной манере поведения, что он уже не способен сам это контролировать, даже если и вправду захочет этого. Ему нужна помощь. И возможно это лишь очередная ее ошибка и долбаные игры разума, который возомнил себя психологом на подработке, но… Но она будет жалеть всю оставшуюся жизнь, если не попытается достучаться до него. В последний раз. Сделав два шага навстречу, девушка оказалась вплотную к Лайтвуду. Его близость причиняла ей боль и приносила небывалое наслаждение одновременно. Это было так странно и… Так затягивающе. Словно наркотик. На секунду на его лице промелькнуло чувство растерянности и полнейшего замешательства. И даже тщательно срываемого до этого страха. Ее реакция была не той, на которую он рассчитывал. Она должна была отступить. Оттолкнуть его. Но она этого не сделала. Потому что он нужен ей, сколько бы она не отрицала это в своей голове. Такой неправильный, чертовски язвительный и вечно раздраженный. Он нужен ей. Неожиданно для самой себя, Клэри потянулась к брюнету и приникла своей ладонью к покрасневшей коже на его лице, где, пусть совсем слабо, но еще виднелись отпечатки ее пальцев от пощечины. Кожа в том месте была горячей и немного пульсировала. Клэри поежилась, от части сожалея о своей импульсивности. Не опуская руку, она обвила второй его талию и уткнулась носом в темную куртку, наслаждаясь его запахом и прохладой от одежды. Его тело тут же отреагировало и дернулось. Напрягшись, брюнет замер, обращая каждую свою мышцу в камень. Кажется, на несколько секунд он даже перестал дышать, словно его ударили под дых. Его руки не двигались, вися вдоль тела. Не пытались оттолкнуть или притянуть. И это одновременно и пугало и успокаивало. Казалось, мир поглотил купол тишины. Даже дыхание затерялось где-то там снаружи сознания, не желая мешать этому моменту своеобразного единения, который казалось был просто чем-то невозможным после всего. Но вот, она обнимает его, наступая на горло своей гордости, а он не пытается стряхнуть ее руки. И этого уже достаточно. — Какого черта, Фрэй? — его голос прозвучал тихо и хрипло, в нем буквально слышалась мольба, — ты слышала, что я сказал? Почему ты еще здесь? — Просто потому что я так хочу Вот так просто. Просто потому что это ее желание. И плевать на все остальное. Плевать, что любая другая бы уже давно развернулась и ушла. Плевать, что фактически прямо сейчас она уничтожает себя и топчет своими же ногами свою честь. Плевать, если это сможет помочь ему выбраться из своей скорлупы. Даже если они никогда не будут вместе. Даже если не смогут банально общаться как простые знакомые. Ведь ей просто так хочется. — Ты что, совсем ненормальная? Теперь растерянность читалась в его голосе совершенно отчетливо. Клэри невольно захотелось рассмеяться. Ненормальная ли она? Возможно. Она и сама не знала наверняка после всего. Ничего не ответив, девушка продолжала стоять неподвижно еще несколько секунд, а после медленно отклонилась назад, нерешительно подняв голову, чтобы взглянуть на Алека. Не описать словами, как страшно ей было просто поднять голову и просто посмотреть на него. Она боялась. Чертовски сильно боялась увидеть на его лице все то же холодное безразличие или же усмешку, искривленную в презрении. Боялась, что его слова окажутся правдой. Но ничего из этого. Его глаза была прикрыты. Темные ресницы купались в лунном свете, отбрасывая темные тени на высокие скулы. Девушка уже и не верила, что на его лице может покоиться столь безмятежное и спокойное выражение. Перед ней Лайтвуд впервые выглядел настолько расслабленно. Опустив руку, Клэри сжала его ладонь, ощущая приятное тепло от натруженных и шершавых пальцев. — Я оставлю тебя, если ты этого действительно хочешь, — ее голос звучал спокойно и мягко, -но если ты хоть немного сомневаешься, то, пожалуйста, прекрати так себя вести Ей вовсе не нужен был его ответ. Куда важнее было, чтобы сама ее мысль дошла до Алека раньше того, как станет уже поздно. Всего на секунду, но Клэри показалось, что его пальцы дернулись и сжали ее в ответ, и это грело ее изнутри. Призрачная надежда лучше, чем совсем ничего. Как бы ей не хотелось находиться здесь, ощущая тепло его ладони в своей руке, она должна была отпустить его и уйти. Это было необходимо не только ему, но и ей в том числе. Фрэй сделала пару шагов назад и, отпустив его руку, медленно развернулась на каблуках. Бросив последний взгляд на парня, она последовала прочь, прямиком в глубь мрака коридора, исчезая подобно ночному видению. Она оставила его одного, потому что чувствовала, что сейчас это необходимо ему как воздух. Быть может утром, он уже ничего и не вспомнит. Ни их перепалку, ни ее объятие. Но есть кое-что поважнее. Она будет помнить. Она попыталась.

***

Голова раскалывалась так, что Алек даже не мог заставить себя подняться с кровати, хотя время уже давно перевалило за полдень. Пульсирующая и ноющая боль казалась и не думала утихать. Чертов дорогущий виски. Прошлая ночь… Конечно же он все помнил. В его памяти сохранилось все в мельчайших деталях. В мельчайших ощущениях. А еще, осознание того, какое дерьмо он натворил пришло практически сразу. Пожалуй, сегодня он чувствовал себя еще более паршиво чем вчера. И дело было вовсе не в похмелье. Еще с подросткового возраста Алек понял, что его язык — его враг, но легче от этого почему-то не стало. Даже пожалуй только хуже. Особенно с ее появлением в его жизни. Внезапное желание найти Клэри и поговорить с ней, охватило брюнета с головой. Ему это чертовски нужно. И как можно скорее. Пока не стало поздно. От чего-то ему казалось, что каждая минута промедления отдаляет его от Клэри, и это отзывалось тупой болью глубоко внутри. Словно еще совсем немного, и он может больше никогда ее не увидеть. Словно все, что происходило, было лишь плодом его больного воображения. Отвратительное ноющее чувство, не дающее спокойно существовать. Какого черта с ним происходит?! Что эта девчонка сделала с ним? Он же просто сходит с ума. Но едва ли он способен что-то с этим сделать сейчас. Натянув черную футболку и джинсы, Алек вышел в коридор и поспешно направился к комнате рыжеволосой, каждую секунду проклиная себя и уговаривая вернуться. Чувство стыда прожигало его изнутри. С ним никогда не происходило ничего подобного. И это пугало. Чертовски пугало. Но желание увидеть ее было намного сильнее страха. Остановившись прямо напротив двери в комнату Клэри, парень замер. Черт, да что он может ей сказать?! Безумие. Понимая, что еще немного и он просто развернется и уйдет, Алек заставил себя постучать в дверь, совершенно не имея никакого плана в голове. Затаив дыхание, он сжал кулаки. Вслушиваясь в звуки, Алек призывал себя успокоиться, чтобы не выглядеть уж совсем полным идиотом. Хотя уже поздновато об этом думать. В ответ полная тишина. Брюнет занес кулак и ударил по двери еще пару раз. По-прежнему ничего. Нахмурившись, Алек дернул ручку, и дверь легко отворилась, слегка скрипнув. Осторожно заглянув внутрь, парень осмотрелся. В комнате не было ни души. Кровать идеально заправлена, все на своих местах. Все как всегда. Хотя, откуда ему знать, на местах все или нет, ведь он ни разу не был здесь. Скорее он просто представлял себе, что это норма, где-то в своей голове. Этот порядок вполне сочетался с образом Клэри в его понимании того, какая она. Парень уже хотел было уйти и поискать девушку где-нибудь в другом месте, но внезапно заметил на прикроватной тумбочке какой-то листок, свернутый пополам. От чего-то ему стало неспокойно и даже неуютно от одного взгляда на этот кусок бумаги. Неприятное чувство нарастающей тревоги стянуло живот в тугой узел, доставляя дискомфорт. Он нутром почувствовал, что что-то здесь не так. Даже не задумавшись о том, что возможно этого делать не стоит и записка может иметь личный характер, он просто подошел и развернул ее, напряженно вчитываясь в маленькие темно-синие буквы, написанные слегка небрежно. В записке было лишь два предложения. «Спасибо за все, не нужно меня искать. Надеюсь мы еще встретимся.»