Смерть - это только начало

– Кажется, я знаю, что мы можем сделать, – задумчиво промолвил жрец Хора, возвращая меч на прежнее место. Египтянин лишь вопрошающе приподнял бровь, давая понять, что внимательно слушает. – Предлагаю использовать ищейку, – сообщил Сокол, но, видя удивление напарника, поспешно добавил: – Да ладно тебе. Я, итак, уже спалился. Одним заклинанием меньше, одним больше. Покровитель все равно отчитает. Имхотеп сокрушенно покачал головой, но возражать не стал. Все же времени у них мало, придется использовать всевозможные средства. Он хотел было еще что-то добавить, но его оборвал подлетевший О'Коннелл: – Это все из-за вас двоих! – зло выкрикнул мужчина. – Не отрицаю, – равнодушно отозвался Сокол. – Этого бы не случилось, убей мы вас еще в Египте. А я ведь предлагал этот вариант сразу. Так нет, Имхотеп заделался в гуманисты. Услышав ответ, Рик замер с сжавшимися кулаками. Подошедший к ним меджай уверенно положил руку на плечо товарища и сжал его, тихо говоря: – Друг мой, обвинениями делу не поможешь, – обращаясь к жрецу, Ардет Бей продолжил: – Можно ли спасти Эвелин? – Ммм... Думаю, да, – отозвался Сокол, оглядываясь по сторонам. Его плащ все еще был на плечах дрожащего мальчишки. Рассеяно оглядывая часовню, он резко замер и нахмурился. Неожиданная мысль пришла в голову служителя, и он обернулся к алтарю. На каменном жертвенном столе все так же стояла чаша, наполненная кровью смертных. Колдун не забрал ее, хоть и мог. Догадка озарила Сокола. – Женщина ничего в последнее время не читала? Никаких рукописей? – поинтересовался мужчина, опасаясь услышать подтверждение своей тревоги. – Если только в Фифах, – задумчиво ответил Рик. Шумно выдохнув под маской, жрец обреченно вздохнул. «Определенно, их следовало убить еще в библиотеке». Рядом раздался нервный смех напарника. – Знаешь, Сокол. Теперь я готов поверить, что их прокляли. – Да ну тебя, – отмахнулся служитель Бога. Он подошел к алтарю и заглянул в почти полную чашу с кровью. Этого должно было хватить на тот призыв, что он собрался устроить. Когда ОНИ узнают, ему крупно влетит за эту выходку, но выбора нет. Боги не жаловали Первобытную Магию Крови, что когда-то использовали первые кельты. И как один из их потомков, Сокол знал несколько видов заклинания, но все они требовали немалых затрат сил. Рядом раздались тихие и неуверенные шаги, а потом мальчишечий голос произнес: – Спасибо. Мужчина обернулся к подростку и принял протянутый плащ. Накинув его себе на плечи и закутавшись в него, он произнес: – Надеюсь, мне больше не придется это повторять. К ним подошли остальные и, оглядев собравшихся, жрец заговорил: – Нам лишь понадобится немного крови женщины, как материал поиска. Но за неимением таковой можем использовать ее сына, что тоже неплохо. – Я согласен, – быстро сказал Алекс, опасаясь, что отец вмешается. Но мужчина стоял нахмуренный и лишь не сводил глаз с Сокола. Он смотрел, как жрец взял его сына за руку и поднес ее к чаше. Потом он взял кинжал, так и оставленный на алтаре шаманом. – Подумай о ней, – тихо посоветовал служитель и сделал надрез на ладони мальчика. Из небольшой ранки кровь закапала прямо в чашу, смешиваясь там с ее содержимым. Удовлетворенно кивнув, мужчина отпустил руку ребенка и, нашептывая на незнакомом языке слова заклинания, порезал себе руку на запястье. Первые капли багряной крови пролились на камень, но когда она приняла черный цвет, и по воздуху разнесся запах озона, жрец поднес кисть к чаше и позволил крови вместе с магией смешаться с человеческой кровью. Когда рана залечилась и от пореза не осталось и следа, жрец Хора подошел к тому самому месту, где когда-то стоял колдун и, опрокинув чашу, вылил кровь на камни, приговаривая при этом: – Явись на призыв создание Тьмы и подчинись моей воле! Тут же поднявшийся вихревой поток подхватил каменную крошку, лужицу крови и закружился перед служителем. Усиливающийся ветер постепенно превращался в маленький черный торнадо и разрастался. Когда ветер утих, и тьма развеялась, то все смогли увидеть здоровенного черного волкодава с красными глазами, зловеще поблескивающими в ночи. Его здоровенные когти разрезали камень под лапами, словно это был вовсе и не камень. Существо внимательно смотрело на жреца и, разинув мощную пасть, зарычало. – Неужто нападешь на призвавшего тебя? – иронично поинтересовался Сокол, усмехаясь под маской одними губами. Что ж, если это битва за право лидерства, то он покажет Ищейке, кто здесь вожак. Прикрыв глаза, мужчина глубоко вздохнул и позволил порождению Тьмы заглянуть в его душу. Узреть тот мрак, что царил там. Волкодав доли секунды скалился, но неожиданно заскулил и, попятившись, смиренно сел на задние лапы. «Так-то лучше», – самодовольно ухмыльнулся про себя жрец. – Теперь я и Имх отправимся за колдуном, а вы остаетесь здесь и не путаетесь у нас под ногами. – Нет... – Так не пойдет. – Мы можем помочь вам. Раздались три голоса на перебой, и лишь меджай молчал. Скривившись от такой какофонии, Имхотеп произнес: – Пускай идут. Погибнут, так сами виноваты будут. Нам-то какая разница. Служитель Хора понимал, что это такая компания может все испортить, но все же согласно кивнул: – Тогда прошу на борт нашего необычного транспортного средства, – произнес мужчина, разведя руками. Он дождался, когда остальные подойдут к мирно сидящему волкодаву, и только тогда скомандовал: – Веди нас, Ищейка. Существо рыкнуло и выпрямилось, принюхиваясь к запахам. Словно учуяв искомое, Ищейка утробно зарычал и, создав вокруг себя магическое поле, активировал пространственную печать. Под лапами зверя стали образовываться разных диаметров круги, движущиеся по кругу в разные стороны. Меж их границами прорисовывались неизвестные никому символы. Но вот движение печати остановилось, и пространство заискрило от электрических всполохов, а затем в очередной яркой вспышке путники и волкодав исчезли, оставив разрушенную часовню кельтского святилища. *** Место, где они оказались, походило на огромную сеть пещер, сплетенных лабиринтами-переходами. Когда они только очутились в одном из переходов, их окружила полнейшая темнота, лишь светились рубиновые глаза зверя. Видя, как его спутники слепо пытаются сориентироваться, Сокол наколдовал два магических огненных шара, светящихся потусторонне-голубоватым пламенем. Распределив светильники вначале и в конце группы, жрец первым последовал за созданием Тьмы. За ним следовал Имхотеп, а прикрывал спины группы меджай. Поравнявшись с напарником, египтянин тихо поинтересовался: – Что думаешь делать? – Пока даже не представляю, но чем быстрее мы с ним разберемся, тем лучше, – пробормотал служитель Хора, прислушиваясь к звукам. Сквозь еле слышный звук подающей воды с потолка, он различал неосторожные шаги смертных. – Скорее всего, нас уже ждут. Имхотеп молча кивнул. Он это тоже понимал. И неизвестно что их ждало впереди. Если им повезет, то они и колдуна убьют и смертную женщину спасут. Но. Если только им повезет. – Я тут поговорил с юным О`Коннеллом и кое-что выяснил. – Хм? – заинтересованно повернул голову служитель. – Заклинание, что прочла его мать... Это был тот самый манускрипт, что я держал в библиотеке. – Только этого нам не хватало, – прошипел Сокол, вспоминая рукопись. Когда они наткнулись на него в завалах папируса, то жрец посчитал нужным уничтожить этот свиток. Свиток, где говорилось об открытии врат в иную реальность и призыв. Только тогда им помешали, и служитель Хора решил вернуться позже за столь опасными записями. Это была уже вторая ошибка за миссию. Такого промаха ему не простят. Даже если Боги закроют на это глаза, то уж Огненогривый обязательно воспользуется столь удачным случаем и постарается избавиться от противника. Больше у него нет права на ошибку. Волкодав замер на очередном повороте и ожидал путников. Когда Сокол подошел к зверю и заглянул в расщелину, то он увидел готовящийся ритуал. Перед ним предстала огромная пещера, в центре которой находилась площадка, отделенная от стен глубоким разломом. Сверху свисали длинные сталактиты, с которых мерно стекала вода. Каплей за каплей падая вниз, в ущелье. Единственным способом попасть на площадку был каменный мост, нависший над ущельем. У одного из краев площадки стояли арочные врата, испещренные таинственными рунами. В центре ритуальной печати располагался каменный стол, где сейчас лежала Иви О`Коннелл. Женщина была без сознания, иначе бы уже давно пыталась вырваться. Перед вратами стоял колдун и распевал свое заклинание. Его помощники, почти истлевшие трупы, замерли в молитвенной позе вокруг жертвенного стола. Все было готово к тому, чтобы открыть врата и принести человеческую жертву тому, что придет в этот мир. Понимая, что времени уже не осталось, и что врата уже открываются, Сокол стремительно рванул вперед, не заботясь о том, последует ли кто-нибудь за ним или нет. Слыша за собой чертыхание человеческого мужчины, жрец одобрительно хмыкнул. За его спиной неотрывно следовала аура Имхотепа, подтверждающая, что египтянин не отстает. Служитель Хора видел, как врата разверзлись, и зеленоватая дымка окутала арку, открывая портал и впуская нечто. Болотного цвета щупальца змеями заскользили по камням и потянулись к своей жертве, мирно лежащей в центре площадки. Следом сквозь проход прошли странные четырехлапые существа. Ящеровидная голова с двумя парами глаз и острыми клыками; крепкие, но короткие передние лапы походили на птичьи, задние же принадлежали явно семейству кошачьих. Существо целиком было покрыто мелкой коричневатой шерстью, и лишь длинный хвост, усеянный шипами, был чешуйчатым. Десяток непонятных тварей прошли сквозь зеленоватый туман и остановились, принюхиваясь к новым запахам. Когда одно из склизких щупалец подползло к Иви, Сокол уже был на площадке. Ловко выхватив клинок и, рубанув им по отростку, мужчина приготовился к бою. Но тут с другой стороны появилось ящероголовое существо и клацнуло челюстью в опасной близости от головы только что пришедшей в себя женщины. Испуганная Иви дернулась было в сторону, но связывающие ее веревки не давали ей возможности для побега. Скривившись от таких потуг, жрец, недолго думая, взмахнул мечом и отрубил твари голову. Бурая вонючая кровь тут же хлынула из падающего тела пришельца из иного мира. Собираясь разрубить путы и высвободить женщину, Сокол услышал тихий смех колдуна и резко замер, прислушиваясь. – На тебе пленница и твари, – не оборачиваясь, бросил он подоспевшему напарнику. Стремительно пронесясь мимо непонятных тварей и ловко увернувшись от липких щупалец, жрец оказался перед Шайгал'таном. Но не успел мужчина ничего предпринять, как на него обрушился огненный шквал. Мгновением позже запах паленого пробрался под маску. Видать, несколько перьев не выдержали магической атаки. Хоть Сокол и был полностью защищен, но никогда нельзя быть уверенным наверняка. Краем глаза служитель Хора видел, как Имхотеп и смертные ловко справляются со своей задачей. Один за другим непонятные ящероголовые твари падали, сраженные оружием этого мира. Жрец видел, как напарник и меджай подобрались к вратам, чтобы разрушить их, но им преградили путь несколько щупалец. Понимая, что при всем желании он ничем не сможет им помочь, мужчина переключился на свой бой. И во время. Увернувшись от новой огненной атаки и быстро оборачиваясь в птицу, мужчина взмыл над потолком. Планируя на воздушных потоках, Сокол скрылся в облаке дыма, еще не рассеявшегося после предыдущего нападения колдуна. Приземлившись за большим камнем, птица приняла человеческое обличье, и жрец перебежал под защиту другого обломка, стоящего ближе к Шайгал'тану. – Кого ты там ищешь, слепец? – высокомерно крикнул Сокол, выходя из укрытия. Зло зашипев, колдун уже поднял посох для нового удара, но жрец опередил его. Небольших размеров огненный шар резво устремился к старику, направляемый волей заклинателя. Если бы не подарок Сета, ему потребовалось бы куда больше сил и времени, чтобы найти подходящую магическую атаку. – Хм, наверное, мне стоит поблагодарить его за эту силу, – задумчиво пробормотал Сокол, чувствуя, как браслеты остывают. Жрец Хора подошел к павшему противнику и презрительно произнес: – Не зарывался бы ты так, может, они и смилостивились бы. Он поднял руку с мечом, а затем равнодушно опустил ее вниз, пронзая чуть выше солнечного сплетения, то самое место, где располагается душа любого живого существа. – Вот и все, – облегченно произнес подошедший Имхотеп, вытерев пот со лба, он продолжил: – О'Коннеллы живы. – Теперь они в неоплатном долгу перед тобой, – беззлобно хмыкнул служитель. Осматривая поле боя, Сокол разглядел одно обездвиженное тело. Если слух его не обманывал, то меджай умирал. Сердце человека уже работало с перебоями, не выдержав такой нагрузки. Подойдя к истекающему кровью мужчине, жрец замер, изучающе смотря в глаза смертному. Давно он не встречал столько храбрости, упертости и силы в одном лице. Столько уверенности и нежелания отступать, что бы не случилось. Сокол видел, как сражался меджай. Он видел страх смертного, чуял его запах. Но в то время, когда большинство людей просто сдалось бы, Ардет Бей лишь шел вперед. «Гордость воина, да?!» – понимающе усмехнулся служитель. Наклонился к нему и, дождавшись, когда соколиная маска исчезнет, жрец Хора тихо произнес, все так же неотрывно смотря мужчине в глаза: – Идем со мной, воин...