Преступление и Наказание

Глава третья. Из последних сил добежав до развилки, Йесон юркнул в правый коридор, на его счастье (а может и нет), оказавшийся очень извилистым. Петляя по, казалось, бесконечным поворотам, он спиной чувствовал, что Кюхена рядом уже нет. "Видимо, свернул в другую сторону". Шагов Хичоля тоже не было слышно. "Нет! Неужели Хичоль побежал за ним?!" испугался он за друга и обернулся. За спиной у него был лишь пустой коридор. Йесон позволил себе остановиться и отдышаться. "Нужно что-то сделать!.. Он же убьет его!.." Йесон напряженно вглядывался в темноту, старательно размышляя о том, как же ему поступить. Погруженный в свои мысли он стоял посреди туннеля, и неожиданно появившийся из-за поворота Хичоль застал его врасплох. Йесон в недоумении уставился на Хинима, ещё не до конца оценив ситуацию. — Ну, здравствуй, Чонун. Вот мы и встретились, — улыбнулся Хичоль и размял руки и шею. — П-привет… — икнул Йесон и медленно сделал шаг назад. — Долго же вы от меня бегали, — вздохнул Хиним, разглядывая то место на своей руке, где до этого были пальцы, — видишь, что стало с моими прекрасными руками? – вздохнул он и выставил вперед ладони, — это всё ты виноват. — Я?! – удивился Чонун. — Конечно, а кто же ещё? Ты разве не заметил, как стоит только тебе подойти к кому-нибудь, как его почти тут же убивают, а тебя самого при этом не трогают? Йесон призадумался. "А ведь он прав… Вспомнить Итука. Та штука, будто боялась меня… Да и щупальца ко мне не прикоснулись… а…" — А Кюхен? Его ведь тоже не трогали, — засомневался он. — Парнишке просто повезло, — безразлично бросил Хичоль, — ладно, хватит болтать. Прости, Чонун, но я должен тебя убить, — он мило улыбнулся и двинулся на Йесона, который, сообразив, что Хиним теперь его точно убьет, все же попытался убежать. Но споткнувшись буквально на ровном месте, упал на колени. Вставать не было времени, поэтому он начал ползти по полу на четвереньках. Но вскоре, смирившись со своей участью, он остановился, сел и взглянул на Хичоля, стоявшего над ним.. — А как ты меня убивать будешь? – вдруг спросил он. — Что? – не понял Хичоль. — У тебя же пальцев нет, да и оружия никакого тоже, — пояснил Чонун. — Ах, это… не волнуйся об этом, как-нибудь спра… — раздался глухой удар и Хичоль осекся, немного покачнувшись вперед. Он медленно повернул голову. Там, за его спиной, стоял Кюхен с большой деревянной доской, из которой торчали ржавые гвозди. Где он её достал в пустом коридоре оставалось загадкой. С одного из гвоздей стекала густая кровь Хинима, но тот, казалось, этого не заметил. Кюхен тяжело дышал и испуганно смотрел на Хичоля. Он ожидал всякой реакции, но уж точно не такой… — Этим меня не убить, малыш, — снисходительно хмыкнул Хичоль и полностью развернулся к макнэ. — Ну, я хотя бы отвлеку тебя от хёна и не дам его убить, — парировал Кю. — Вау~ какие жертвы ради любимого хёна, — протянул Релла, — а ты не подумал, что когда я убью тебя, то вернусь к хёну, и его уже некому будет защищать? — Да, но пока ты будешь расправляться со мной, хён успеет уйти достаточно далеко, чтобы скрыться от тебя… если, конечно, не будет продолжать сидеть на полу, как идиот, — Кюхен злобно зыркнул на всё ещё сидевшего Йесона, который в недоумении переводил взгляд с Реллы на Кюхена, которого уже считал павшим смертью храбрых. — Логично. Но не думай, что мне понадобится много времени на тебя, — ответил Хичоль, он мельком взглянул на Чонуна и, подмигнув ему, сделал шаг вперед и схватил Кюхена за локоть. Тот попытался отступить, но хватка Хинима, несмотря на отсутствие пальцев, была железной. Крепко держа Кю за руку и не давая ему шевельнуться он занес вторую руку для удара. Та в это время начала активно менять форму и к концу замаха трансформировалась в некое подобие секиры, состоящей из острой кости и мяса. Кюхен от страха открыл рот и замер, выпученными глазами следя за метаморфозами руки Хичоля. — Вообще-то, тебя нужно было убить последним, но извини, ты сам виноват, — рот Хичоля растянулся в фальшивой извиняющейся улыбке и он немного отклонился назад, чтобы получше размахнуться. — Будет больно, — предупредил он, замахнулся и… *** — Нет! Мы же не так планировали! – возмущалась Третья, вскакивая с места. — Успокойся! Ничего не поделаешь… Хичоля я уже не могу контролировать. Он мне не хочет подчиняться, – усадила её на место Первая. — Может быть, можно как-то повлиять на него? Это же совсем не правильно получается! – предположила Вторая. — Я же вам сказала, меня он не слушается! Я ничего не могу! – раскалялась Первая. — Но может быть есть другой способ? – поинтересовалась Третья. — Вот сами тогда всё и делайте! – Первая захлопнула толстую книгу, с помощью которой они и творили свои тёмные дела, и, надувшись, отвернулась от подруг. Вторая и Третья удручённо переглянулись, вздохнули и принялись за дело. *** … И ничего не произошло. Он как стоял, замахнувшись своей рукой-секирой, так и остался стоять на месте. Кюхен крепко зажмурился, тряхнул головой, и, открыв глаза, снова уставился на Хичоля. Но тот не изменил своего положения. Нервно сглотнув, Кю выглянул из-за Хичоля, ища взглядом Йесона. Тот распластался на полу и побелевшими пальцами держал Реллу за ногу. Кюхен выдохнул. — Как ты это сделал? – он переступил с ноги на ногу и потыкал пальцем Хинима. — Понятия не имею… — Йесон встал на четвереньки. — Тело будто само по себе двигалось. Я сам не понял, как это произошло… Помоги, — он протянул руку Кюхену, но тот отпрянул. — Нет! А вдруг, ты меня тоже заморозишь! – он испуганно завертел головой и выставил перед собой доску, закрываясь от "замораживающего хёна", как он уже успел в мыслях прозвать Йесона. — Кюхен, не говори глупостей. Мы же сколько раз до этого друг друга касались и ничего, всё нормально же было, — попытался подойти к нему Йесон, но макнэ продолжал пятиться. — Дак раньше ты и таких штук не выделывал, — огрызнулся Кю. Йесон попробовал сделать ещё один шаг к нему. — Н-не подходи ко мне! – Кю выставил доску перед собой, как рапиру и направил её в лицо ни в чём не повинного Чонуна. — Кю, перестань! – попытался остудить его Йесон, но, стоило ему сделать одно маленькое движение в сторону макнэ, как тот встрепенулся и замахнулся доской, чуть не проткнув Чонуну глаз одним из гвоздей. Кю ожесточенно размахивал своим грозным оружием, а Йесон, постоянно приседая под пролетавшей над его головой доской с гвоздями, пытался подобраться к Кюхену. В своих разборках они совсем забыли про Хичоля, и тот не преминул о себе напомнить: в очередной раз размахнувшись смертоносной доской, Кюхен, не рассчитав сил, попал в голову Хичоля. Тот покачнулся и всё так же не меняя позы рухнул на стену, разлетевшись на маленькие кусочки. Парни застыли на месте. Похожие на стеклянные, осколки Хинима медленно начали размягчаться и вскоре, превратившись в полупрозрачную субстанцию серебристого цвета, просочились между булыжниками, из которых был сложен пол, и исчезли из виду. — Вот! – надседался Кюхен, — Видишь?! Я не хочу, чтобы со мной такое случилось! — Да пошел ты! – плюнул Йесон и, развернувшись, двинулся прочь. "Он так в параноика превратится. Тоже мне…" мысленно ругался Чонун, быстрыми шагами преодолевая повороты и всё дальше удаляясь от Кюхена – единственного, кто смог выжить рядом с ним. "Он же ещё совсем ребенок. Он просто боится за себя, за свою жизнь. Он ведь столько уже повидал за сегодняшний вечер. Лидер, Рёук с Шивоном… Хичоль… А ведь он смог преодолеть свой страх. Рискнул. Вернулся. Один на один с Хичолем. И не сбежал. А я же видел, как у Кю губы дрожали, когда он говорил с Хинимом, как он весь покрывался холодным потом, как… И всё равно он не сбежал… И всё, чтобы спасти меня… Ради меня…Кю…" Шаги Йесона постепенно замедлялись, пока он совсем не остановился, упершись глазами в пол. "И ведь правда. Он же не для себя это делал… а сейчас… Если бы я действительно убил его, как Хичоля… Что бы тогда было?.. Он же не мог этого допустить, поэтому… Он бы умер… Мы бы с ним никогда больше не увиделись… И… У него же… У него слезы были на глазах, когда он отмахивался от меня… Идиот… Почему я тогда не обратил на это внимания?!. Кю… я… нет…" Мысли обрывками проносились в голове Чонуна. Он посмотрел на свои трясущиеся руки и схватившись за голову, стал в панике оглядываться по сторонам. "Где?.. Где Кю?.. Где Я?.. Вот дурак… Ушел… Ушел от него… Бросил… Он же там один… А если… Если убьют… Нет… Нельзя… Я должен…" Йесон метался по коридору и, наконец, дометался до такой степени, что забыл с какой стороны он пришел. Обессилено упав на колени, он зарыл пальцы в волосы и попытался успокоиться. Получалось плохо. Дыхание не желало восстанавливаться. Пальцы тряслись. В воображении то и дело всплывали страшные картины того, как Твари убивают его Кюхена. Осознание собственной ничтожности комом стояло в горле, готовое в любой момент вырваться наружу отчаянным криком. "Соберись, Чонун… не волнуйся… Всё. Будет. В порядке. Главное, не паниковать…" в таком положении он просидел ещё какое-то время постоянно повторяя про себя успокаивающие слова. Вдруг он почувствовал, что в спину ему дует холодный морской ветер. Он обернулся и в глаза ему ударил ослепительный свет. Хотя, на самом деле он был тусклым и холодным, но для глаз Чонуна, привыкшим к темноте коридоров, он показался самым ярким на свете. Как завороженный, он встал и подошел к проходу, из которого лился свет. Выйдя из него наружу, он остановился, ошеломленно оглядывая, открывшуюся перед ним картину. А в это время Кюхен стоял один посреди лабиринта и думал. Думал о том, правильно ли он поступил, прогнав хёна. Зря он что ли бежал за ним, жизнью рисковал, чтобы теперь вот так просто его оттолкнуть? Наконец, придя к выводу, что Йесон – идиот, а он, Кюхен, всё правильно сделал, Кю отбросил своё уже бесполезное оружие, в лице доски с гвоздями, надулся и пошел прочь. Вернувшись к развилке он остановился. Вокруг никого не было. Куда идти он даже не представлял. Как отсюда выбраться – тем более. Спасаясь от Хичоля, они совсем потеряли счет поворотам и абсолютно перестали ориентироваться в этом бесконечном лабиринте, так что пробовать идти обратно тем же путем не было никакого смысла. Кюхен, в отчаянии оперся о стену и прикрыл глаза. Нужно было что-то придумать. Вдруг, он буквально кожей почувствовал движение в затхлом воздухе коридора. Парень распахнул глаза и вгляделся в темноту. Из-за поворота к нему медленно подбирались черные щупальца. Скорее всего, те самые, что погубили Шивона и Рёука. — Ой, мамочки, — пискнул макнэ и, развернувшись, резво убежал туда, откуда пришел. Он бежал и бежал. А коридору, казалось, не было конца. Услышав противный скользящий звук за своей спиной и обернувшись, Кю увидел неустанно ползущие за ним щупальца. Те постепенно разгонялись и уже скользили почти вровень с ним, постоянно пытаясь зацепить его. Одно из щупалец, обвив его ногу и уронив на пол, поползло вверх по ноге, забравшись под штанину. Макнэ тщетно пытался отцепить его от себя, но щупальце не собиралось его отпускать и упорно ползло дальше. Кюхен со всей силы ударил ногой об стену, придавив злобное щупальце. Почувствовав, что хватка немного ослабла, он резко встал и рванул вперед. Щупальце, не успевшее сообразить, что произошло, отцепилось, и Кюхен ускорил бег. Бежать было тяжело. Нескончаемые повороты только затрудняли это дело. Наконец, вывернув на прямой участок пути, парень выдохнул и рванул вперед изо всех сил. В конце коридора он увидел яркое белое пятно и что есть мочи бросился к нему. Что там было, он не знал, но, так или иначе, это было лучше, чем быть заживо сожранным щупальцами-убийцами. Заскочив в портал, он с разбегу налетел на кого-то и с криком повалился на землю. Конец третьей главы.