ГивитеВельт: знакомство

Не бечено!!! Чистила как могла. На простенькой, глиняной тарелке лежали странные, голубоватые яйца с большими, синими желтками. Они смотрели, своими, блестящими зрачками прямо на Мишу и говорили: «Ты не сможешь нас съесть. Не сможешь.» И Миша был с ними полностью согласен. Эта мало съедобная на вид вещь, еще и весьма специфично пахла. Казалось, ему на тарелку вывернули хороший кусок давно сдохшей рыбы. Он в очередной раз скривился, ковырнул вилкой синий центр и осторожно отодвинул тарелку подальше от себя. Уотан, внимательно, следивший за всеми его манипуляциями, удивленно приподнял бровь. Повар говорил, что омега совсем не переборчив в еде и практически всеяден. Так почему же отказался от яичницы? -Что-то не нравиться? Миша перевел взгляд на альфу и, пригнувшись поближе, прошептал. -Тебе не кажется, что это не совсем свежие яйца? -С чего ты взял? Хорошие яйца. -Но они синие! И это как минимум! – Возмутился Миша – И, к тому же, они воняют. Ощущение словно даже курица, их снесшая, уже давно и благополучно мертва! Альфа рассмеялся с такого эмоционального описания и нахмурился, пытаясь понять почему вполне приличная яичница так возмутила его омегу. Он еще некоторое время сидел молча, а затем улыбнулся сам себе и подозвал слугу. -Я забыл, что ты не местный. Это не куриные яйца и, возможно, тебе они не подходят. -А чьи же они? -Ящериц. – Ответил Уотан и отвлекся на подоспевшую прислугу. Омега был из вольных, о чем говорила длинная коса до попы, заплетенная замысловатым способом. Он мило щебетал с Уотаном и как-то странно косился на Мишу. Парень поежился, он привык, что в замке ему уже не удивляются, а в этом поселке он постоянно привлекал любопытные взгляды. Наверно так чувствуют себя животные в зоопарке. Получив заказ на простой мясной пирог, омега откланялся и отправился на кухню. Миша облегченно выдохнул, избавившись от чужого внимания, и продолжил прерванный разговор. -Что за ящерицы? -Ну, после катастрофы кур здесь осталось мало, а вот этих ящериц всегда было в достатке. Так что теперь куриные яйца могут себе позволить не многие. Небольшой постоялый двор, вроде этого, просто не в состоянии закупать такой дорогой и быстро портящийся продукт. Вот и заменяет их этими, они гораздо дешевле и долго хранятся. -Но они же воняют. – Миша в очередной раз скривился, вспоминая мерзкий душок. Уотан пожал плечами. -Местные привыкли и почти не замечают запаха. Я тоже. -Ну мне бы что-то менее ароматное подошло бы больше. Мясной пирог как раз то что надо. Уотан улыбнулся и, с почти ощутимой нежностью, посмотрел на омегу. Мишу передернуло. Изменения, произошедшие с мужчиной после покушения, пугали его. Слишком много заботы и какого-то почти-обожания проскальзывало в поведении. Единственным плюсом ситуации парень находил сошедшую на нет жестокость, по отношению к нему. Поглощая, принесенную слугой ароматную выпечку, Миша продолжал размышлять. Впереди стояла задача избавиться от Уотана. Его излишнее внимание будет мешать налаживанию связей с местными. Конечно, кто захочет по-человечески общаться с богато одетым омегой, в сопровождении громоподобного мужа. Все только кидают любопытные, а чаще заискивающие взгляды и спешат ретироваться подальше. К сожалению, его чаяниям не суждено было сбыться. Закончив трапезу, альфа «обрадовал» его, сегодня они целый день будут вместе, и он даже не будет отвлекаться на эксперимент. Кусок, яблочного штруделя, заказанного на десерт встал поперек горла. Эксперимент. Он передернулся и потянулся к кружке с отваром, который здешним жителям заменял чай. Вчера вечером, возвращаясь с отхожего места, Миша спутал двери и, вместо их комнаты, зашел в соседнюю. Ну кто оставляет двери в такое важное помещение открытыми!? Слуги, вот кто! Посреди комнаты стоял Хенни. Изменившийся настолько, что Миша даже не сразу понял, кто перед ним. Слуги как раз снимали бинты с ног парня и все остальное было доступно взгляду. Все его, сильно исхудавшее, тело было покрыто радиальными ранами, сходящимися, словно солнечные лучи, в области сердца. Сам солнечный диск, был с ладонь размером и, как и все остальные раны, прокрашен чем-то черным. Впрочем это не мешало разглядеть, что заживление идет плохо. Края ран были гиперемированы и покрыты желтоватой гнойной коркой. Пока слуга, обернувшийся на скрип открытой двери, пытался вывести Мишу прочь из комнаты он успел посмотреть на лицо Хенни. Скальпированные раны покрывали и его. Начинаясь на макушке они, страшными дорожками, тянулись через бритую наголо голову и уходили на шею. Но не это заставило Мишу еще несколько минут простоять у закрытой двери, тупо уставившись в плохо отшлифованные доски. Хенни стоял спокойно. Не дергался и не морщился, хотя обработка ран не могла не причинять боли. Казалось он не замечал, когда слуги неосторожно проходились пальцами по голой раневой поверхности. Нет. Он просто стоял и смотрел перед собой, ничего не видящим взглядом. Только лишь отсутствие мутной посмертной пленочки, на глазах, говорило в пользу того, что этот человек все еще жив. Стоя в пустом коридоре, Миша все не мог понять, не показалось ли ему, что в глубине этих остановившихся глаз, в отчаянии бьется заточенный разум. «Хенни. Я не хотел видеть, что с тобой стало.» - подумал парень. Чужое наказание показалось ему чересчур жестоким, такая жизнь хуже смерти. Отвлечься от не приятных мыслей Миша смог только когда они вышли из помещения. Прохладный, утренний воздух отлично освежал голову и прочищал мысли. Небо было затянуто серыми облаками, но их легкие тела обещали, что снег сегодня не пойдет и все желающие могут спокойно прогуляться. Площадь, за ночь, расчистили от остатков костров и теперь только потемневший камень мостовой напоминал о вчерашнем празднестве. Людей было не много, и почти все стремились как можно быстрее спрятаться в крытых лавках. По самой площади прохаживались несколько солдат и раскладывали свой товар пара селян победнее, не имевших возможности снять помещение. Уотан уверенно обошел работяг и, не удостоив их товар и взглядом, прошел к первому крытому лотку. Ткани, пряности, украшения, поделки, посуда… Уотан не обошел стороной ни один прилавок. Вся первая половина дня прошла в методичном скупании всего мало-мальски ему приглянувшегося, и обвешивании этим сопровождающих их солдат. Бергтор, как начальник охраны возглавлявший сопровождение, только устало вздыхал на очередное «Покупаю!». Не выдержав такого бешеного ритма, Миша поинтересовался у альфы, всегда ли Уотан себя так ведет. На что получил утвердительный кивок, и пространную жалобу о вреде ограничений ребенка в игрушках. Ближе к вечеру, стоя у прилавка ювелира, в ожидании когда Уотан прекратит делать из него новогоднюю елку, Миша тихо страдал от усталости и голода. Шоппинг, оказывается, дело выматывающее, особенно когда тебе он не особо интересен. К тому же все лавки были разбросаны по площади и, от постоянной ходьбы, ноги немилостиво болели. -Зачем небольшому по сути поселку такая огромна площадь!? – Почти взвыл Миша, разглядывая ее через небольшую витрину. Ответили ему не сразу. Уотан никак не мог решить - пошли бы его омеге проколотые уши или нет? Массивные, золотые серьги с крупными синими камнями кричали, что да. Уставшее лицо омеги говорило обратное. Поэтому, он попросил у продавца, что-то поменьше и только потом ответил на заданный вопрос. -Через нее протаскивают стволы деревьев к докам, поэтому она вытянутая и широкая. Я же рассказывал это тебе вчера. -Ясно. – Напряженно протянул Миша, глядя на аккуратные гвоздики с некрупными прозрачными камушками, которые теперь рассматривал альфа. – Я не проколю уши, сам серьги носи. -Это не больно. - Спокойно ответил мужчина и прихватил Мишу за руку. – Пошли, здесь мастер есть, проколет ты даже ничего не почувствуешь. Тебе очень пойдет. -Нет. - Миша уперся сапогами в невысокий порожек и всем весом попытался оттянуть Уотана назад. – Я не хочу серьги. Я не хочу красиво. Отвали от меня! Продавец испуганно переглянулся с немногочисленными посетителями, из-за широкого плеча альфы выглянуло побледневшее лицо того самого мастера. Миша понял, что зря он проявил непослушание в людном месте. Теперь он не только уши пробьет, а еще и наказание схлопочет. Ситуацию надо было исправлять. Сзади вскрикнули. Особо впечатлительный омежка, похоже, не выдержал вида преобразившегося, в ярости, Уотана. Кинув взгляд на, развернувшиеся, крылья и, начавший поступать, контур рогов, Миша рухнул на колени. Склонившись настолько низко, насколько позволяла удерживаемая Уотаном рука, он принялся отчаянно исправлять то, что натворил. -Муж мой, прости меня. Недостойно забылся, не удержал свой глупый язык за зубами. Больше никогда не ослушаюсь прости меня, молю. Звучало из рук вон плохо. Парень судорожно пытался вспомнить традиционную форму извинений перед супругом, но строчки скакали в голове из стороны в сторону, и не складывались в связный текст. И все же помогло. Хватка на руке ослабла. Уотан потянул Мишу вверх и глядя строго, но без гнева в голосе, произнес: -Чтобы больше такого не было. Дома освежим твою память раз ты стал забываться, а сейчас не задерживай мастера. Иди и проколи уши. Я так хочу. Последнюю фразу он произнес с ощутимым нажимом, после чего отпустил парня и, оглядев тяжелым взглядом выдохнувших людей, пошел к продавцу. Следовало расплатиться с покупками. Механически отсчитывая монеты, Уотан думал, что с этим экспериментом совсем перестал уделять внимание Мише. Но как иначе?! Вплоть до дня поездки Хенни был так плох! Раны не заживали, а сам он мало ел и совсем начал походить на мертвеца. Того гляди и вправду помер бы. Приходилось возиться с ним. Но, ничего, сейчас ему стало много легче. Температура спала, раны начали заживать. Так, что он спокойно может посвятить себя Мише. Сзади раздался стук каблуков и Уотан обернулся. Миша страдальчески прижимал пульсирующие уши к голове, и укоризненно смотрел на альфу. Он приблизился к надутому омеге и аккуратно отвел ладони в стороны. Заправил отросшие, темные прядки волос за пострадавшие ушки и полюбовался на результат работы мастера. Маленькие прозрачные камушки, в золотой оправе, изумительно смотрелись на интенсивно розовом фоне, поврежденной, кожи. Мише очень шли сережки. Он сразу становился как-то мягче и беззащитнее, а злой румянец только дополнял этот образ. Уотан крепче прижал ладони к голове парня, не давая ему возможности вырваться, и мягко поцеловал каждое ушко. Где-то в голове яростно взревел отец - какое безобразие! В реальности же зашипел Миша, прикосновение жесткой бороды к чувствительным ушам было практический болезненным. Напоследок нежно улыбнувшись своему омеге, Уотан приобнял его и забрав уже упакованные покупки отправился на улицу. -Миша, запомни, ты - особенный. Поэтому, дома я позволяю тебе многое, но вне замка есть правила поведения. И я хотел бы, что бы ты их соблюдал. Все еще пребывающий в напряжении парень, быстро закивал соглашаясь со всем и сразу. Лишь бы не наказывали. -В этот раз я тебя прощаю, но впредь, что бы я такого не видел. Миша снова кивнул. Проколотые уши жгли огнем, казалось, пойди сейчас снег он будет таять еще на подлете к горячей коже. -Зачем вообще в поселке нужна ювелирка!? Неужели лесорубы каждый день своим омегам уши пробивают!? - Возмутился Миша такой вселенской несправедливости, теперь красовавшейся на нем в виде двух гвоздиков. Уотан снисходительно взглянул на раздосадованного омегу. -Ты же не думаешь, что ювелир здесь круглый год находится? -Неет. – Осторожно протянули в ответ. -Ну раз нет, то и объяснять не за чем. -Да думал. Объясняй. - Неохотно отрезал Миша и посмотрел на, донельзя довольного, альфу. -Он один из представителей рудников. Даже не ювелир. Просто продавец. Оценщик, в мастерских на рудниках, распределяет готовые украшения по качеству. Выдает таким вот продавцам и их отправляют ездить по стране. За год такие продавцы объезжают ее всю, сбывая продукцию. Нам еще повезло, что в поселок он прибыл почти в начале своего путешествия. Даже попались несколько толковых изделий. Наши мастера совсем не умеют работать с золотом. Их работы слишком грубые и тяжелые. -Да мне говорили, что лучшие украшения в Королевстве Луны делают. – О том, кто ему это говорил, Миша решил умолчать. -Да. Там мастера что надо. Ни чета нашим. Но их украшения в такой лавке не найдешь. Вся лунная продукция отправляется в столицу и на продажу в Королевство Солнца. Здесь можно только какую мелочь найти и то за необоснованно огромную цену. Весной, я буду проезжать через Золотую Гавань, по работе, ты поедешь со мной. Тогда и прикупим тебе, что-то достойное. -Весной надо будет куда-то уезжать? – Новость была неожиданная и норовила разрушить все планы. -Да. Поедем сразу после твоей течки. Моя работа связана с постоянными разъездами. Раньше я путешествовал один, теперь со мной будешь ты. -Я думал ты только в лаборатории работаешь. - Миша немного расслабился. К началу течки его уже здесь не будет. -Нет. Эксперименты это… – Он несколько замялся. - Неофициальная работа. До недавних пор я не мог уделять им достаточно времени. Ситуация изменилась после рождения принца. Точнее, после покушения на него. До этого король не особо жаловал новшества. Впрочем, - Уотан недовольно покрутил пальцами. – такого мнения придерживался, скорее, мой отец. А король просто следовал тому, что ему говорят. Покушение отрезвило его ум и заставило задуматься, что боевая магия - это хорошо, но лучше бы до стычки не доводить. -Твой отец имеет такое большое влияние при дворе? -Он глава совета магов. Первый советник короля. -И все равно ты его обошел. -Неофициально. И только благодаря тому, что у короля всего один наследник. – Уотан довольно улыбнулся. -А как так вышло? Насколько я знаю в правящей династии лучше иметь больше сыновей, ведь не все смогут дожить до коронации. Вопрос был логичный и лежал на поверхности. Уотан вздохнул, устало потер шею и неохотно принялся объяснять. -Так вышло, что наш король умудрился заключить брак по любви. Он души не чает в своем унгре манн. Но, похоже, судьба решила, что хватит счастья на их долю и наградила их бесплодием. Они очень долго пытались зачать ребенка, в королевстве уже начали нарастать волнения. Но случилось чудо. Один из приглашенных Целителей справился и в королевской семье появился наследник. К сожалению, сама беременность протекала очень тяжело, а в родах открылось кровотечение. Роженика спасли, но ценой полного бесплодия. Его матка целиком отправилась в мусор. Нынешний супруг короля произвел на свет одного единственного наследника и остался бесплодным на всю оставшуюся жизнь. Миша удрученно перевел взгляд на землю. Печальная история. Особенно учитывая то, что его самого усыновили. Почему его мать не могла забеременеть и что она чувствовала тогда? Что чувствовала после его появления и что чувствует сейчас, когда он так внезапно исчез? Единственный ребенок. Куда более желанный, чем у любого, кто мог бы родить сам. Давно он не думал о родителях. Все старался ограничивать себя от грустных мыслей. До этого дня он смотрел на ситуацию только с своей стороны. Со стороны жалости к самому себе. И совсем не задумывался, что испытывают те, кто остался там. В его неродном-родном мире, а ведь подчас осознание собственного бессилия и невозможности спасти того, кто дорог, наиболее мучительно. Физическая боль имеет точку приложения. Отчаянье же захватывает все тело. Ужас от потери родного человека не сравниться с ударами кнута. Он только сейчас осознал, что пока он строит здесь планы, его семья уже не строит ничего. Милые кости уже никогда не срастутся. * -Поэтому королевская семья бережет парня как величайшую драгоценность. Миша вздрогнул. Погрузившись в свои мысли он забыл, что идет рядом с Уотаном. Его голос показался ему неожиданно громким и резким. -А что произошло с принцем? Что за покушение? -Радикалы. Ратовавшие за ужесточение законов. Отец едва успел. По сути, он не справился с поставленной задачей. Допустил угрозу для жизни члена королевской семьи. Видимо это помогло королю задуматься о несостоятельности устаревшего подхода к охране. А тут я как раз приехал в столицу с очередным докладом о планируемых нововведениях на границе. Правитель посчитал, что человек длительное время удачно укрепляющий границы страны, справиться с защитой отдельно взятого человека как никто лучше. Мне идея тоже пришлась по душе. Так и вышло, что спустя почти пять лет я как никогда близок к решению задачи. Мише не понравилось куда начали сворачивать мысли альфы, и он поспешил перевести тему. -Ты так и не объяснил, что у тебя за работа и почему мне нужно будет ездить с тобой. -Знаешь, мы уже обошли всю площадь. Давай возьмем по булке и пойдем к докам. По дороге я все расскажу. Такой расклад устраивал голодного Мишу как нельзя лучше. Под вкусную еду рассказ воспринимался куда легче. Оказалось, что Уотан занимал одну из самых непрестижных должностей, среди магов. В его обязанности входило каждый год объезжать все охранные заставы и контролировать их работу. Обычно на такую работу направляли учеников и подмастерье. По сути это сплошная рутина и бумажная волокита. Здесь сыграли роль напряженные отношения Уотана с его отцом. Недовольный поведением, весьма прогрессивно мыслящего, отпрыска, мужчина решил проучить бунтаря и направил его на скучную и невыносимо однообразную работу. И неплохо так прогадал. Уотан воспринял свое назначение с большим энтузиазмом и каждый год старался ввести что-то новое в охрану границ. Первое время на него смотрели как на расшалившегося ребенка, но со временем такой подход начал давать результаты. Снизилось количество разбойных нападений на рудники, удалось приструнить жителей пустошей, а некоторых и привести на службу королевству. Последнее достижение особенно сильно впечатлило короля, такое не удавалось еще никому, и вероятно, именно это стало причиной оказанного доверия. В целом Уотан оказался превосходным экскурсоводом. Казалось, нет того, что бы он не знал. Он одинаково хорошо рассказывал об особенностях отбора древесины для изготовления корпуса корабля. И о значении рисунков, нанесенных на поверхность парусов. Миша даже почти забыл о том, где он, кто он и с кем он. Ему нравился запах свежеспиленных деревьев, нравилось слушать об их особенностях, связанных с ними ритуалах и поверьях. Он с удовольствием проводил рукой по холодному корпусу недостроенного корабля, оставляя за собой след из подтаявшего инея. Но самое сильное впечатление произвела закованная в лед величественная золотая река. Километры льда, ровные и настолько прозрачные, что, если постараться, можно увидеть дно. Миша никогда не видел такие большие водные пространства полностью замерзшими. Море почти не замерзало и было мутным, а реки он видел только на фотографиях. Единственное, с чем он мог бы сравнить увиденное, было озеро Байкал. Как-то в сети он наталкивался на его фотографии. Прозрачная спокойная вода замерзала одним сплошным блоком. И трещины на ней казались тонкими серебряными нитями. После недолгой перепалки Уотан согласился пройтись от берега чуть дальше, так, чтобы доки стали маленькими и помещались на ладони. В этом месте время словно остановилось. Даже довольно сильный ветер стих, не рискуя разрушать магию момента. В небе догорало солнце и его последние лучи прожигали лед насквозь. Кристаллы воды преломляли свет, и, казалось, ты стоишь посреди холодного, огненного моря. «Как девятый круг ада.» - Вдруг подумалось Мише. Догорел последний солнечный огонек, погасли волшебные искры. Миша с сожалением перевел взгляд с потерявшей магию ледяной поверхности на Уотана. -Все, Миша, хватит гулять. Пошли назад, пора отдыхать. Миша неожиданно испугался. Холодная поверхность реки превратилась в банальную огромную льдину. И ему показалось, что он запутался, что что-то он делает не так. Словно эти сияющие переливы обманули его. Заманили далеко от безопасного берега и ждут, когда он свалиться без сил, чтобы добить. Он развернулся и поспешил на встречу альфе. Перспектива оказаться в теплом помещении, с возможностью разложить свои мысли по полочкам, показалась ему весьма заманчивой.