Новенький

Вскоре мы подошли к кофейне, которая затерялась где-то в домах спального района. Не была раньше тут. — Зачем нам туда? — я остановилась и, нахмурившись, смотрела на Антона. — Мы не можем поговорить просто в парке, например? — Можем, но я хочу здесь, — просто ответил он. — Но может я не хочу? — из меня поперло возмущение. — Ой, заходи уже, — закатив глаза, ответил тот и буквально запихнул меня в заведение. Очутившись внутри, я почувствовала запах кофе и свежей выпечки. Приглушённый свет, тёплые цвета интерьера создавали такой уют, что хотелось остаться тут навсегда, и, развалившись на мягком диванчике, потягивать кофе из большой кружки. Людей было немного, играла тихая спокойная музыка и… Стоит Антон и выжидающе смотрит на меня. Мы прошли вглубь помещения и сели за столик. — Кофе будешь? — спросил Вершинин, рассматривая небольшое заламинированое меню. — С чего это ты такой добрый? — язва снова включилась во мне. Парень отложил меню, сцепил пальцы в замок и облокотился на стол, смотря на меня. — Сама посуди. Реакция твоя на то, что я тебе сказал утром неоднозначна. Ты так вспылила, что сразу стало видно что это не ты. Тем более, тебя выдают мимика и жесты, если ты врешь, а в парке ни этих самых жестов, ни мимики не было, а то есть смотреть на тебя как на врага народа не имеет смысла. И поэтому мне стоило бы извиниться перед тобой, — он случайно не Танькин братец, судя по дедукции? Жесты с мимикой мои раскусил, прямо как Таня тогда. — Плюс, — продолжил он, — когда ты развернулась и ушла, я хотел тебе сказать, что я, однако, не прав, но решил отложить разговор на потом. Я вдохнула ароматный запах кофе, доносящийся из-за барной стойки и спросила. — Окей. С этим ты разобрался, умница, но кто тебе сказал тот бред про сплетни? — язва выключилась. — Ну, я думаю, не стоит тебе знать, кто мне об этом сказал, — Антон продолжил изучать меню, словно боялся смотреть мне в глаза. — А я думаю, что тебе не стоит решать за меня. — Кофе-то будешь? — Отвечай сказала, — я нахмурилась, но, думаю, суровости это не придало. Парень вздохнул и на выдохе произнёс. — Колесова. Услышав это, я чуть не подавилась воздухом. — А почему ты сказал, что мне не стоит об этом знать? — я была, мягко говоря, крайне удивлена. — Стася, я с тобой сижу два месяца и сзади нас сидит Таня, твоя подруга, между прочим. Неужели ты думала, что я не услышу, все то, что ты ей говоришь? Естественно, и то, какая есть на самом деле Колесова, по твоему мнению, и как она тебя раздражает я тоже услышал, — Антон усмехнулся. Я хлопнула себя ладошкой по лбу. Где-то из меня внимание и понятливость так и прет, а где-то я ну дуб дубом! — Кстати, то, что ты говорила про Диану, можно назвать своего рода сплетнями, но я не могу тебя осуждать, ибо со многим согласен, — он как-то смущенно улыбнулся, — так ты кофе-то будешь? Я кивнула и задумалась. Минут через пять, когда нам принесли две чашки, я продолжила разговор. — Так, мы выяснили, что я не имею к этому отношения. Но для чего Диане говорить, что это я? — Может, чтобы скрыть от меня, кто это сделал на самом деле? — Антон, откинувшись на спинку дивана, держал в руке кружку с американо. Его глаза в свете ламп искрились какими-то необычными цветами и выражали полное спокойствие, но была в них некая доля неуверенности. Где-то с минуту я просто залипала, а потом меня как осенило. — Так может, это Колесова и есть? — В смысле? — я вырвала Антона из размышлений. — Ну что если это она распустила все? Антон молчал. — Конечно, такой вариант может быть, — в конце концов ответил он. — Но зачем ей это? — А ты не думал, зачем это мне, когда обвинял меня? — я грустно усмехнулась. — Не думал, признаю, дурак. — усмехнулся парень в ответ. — То-то же. — Слушай, — во взгляде появилась искорка. — Если мы сейчас начнём гадать, это ни к чему хорошему не приведёт. Я просто сам завтра у неё спрошу. — И как ты себе это представляешь? — фыркнула я. — «Диан, я тут понял, что это не Стася сплетничает, а ты. Зачем ты это делаешь?» — так что ли? Я, конечно, понимаю, что ты весь такой прямолинейный, но все же. — Слушай, ну я же не такой простой, как ты думаешь, — он как-то загадочно улыбнулся, — хотя чем прямее, там проще. Через некоторое время мы собрались домой. Антон, не смотря на все мои попытки сунуть свои деньги в счёт, расплатился сам и сказал, что он меня сюда позвал, он и платит. Я смутилась и покраснела, сама не понимая от чего. — Ну что, — начал он когда мы вышли на улицу, — давай будем дружить и забудем про эту неприятную историю? — Ну, про историю мы не забудем ещё как минимум до того момента, пока ты не разберёшься с Колесовой, а на дружбу я охотно соглашаюсь, — засмеялась я. — Спасибо за кофе и что показал мне это место! Тут очень уютно. Антон тоже засмеялся. — Люблю здесь бывать, — он посмотрел на дверь кофейни. — Тут спокойно и как-то умиротворяюще, что ли. Повисла пауза. — Слушай, а дай мне свой номер телефона? — вдруг спросил парень. — А зачем? — я прищурилась, пряча улыбку. — Ну ведь у друзей всегда есть номера друг друга, — он прищурился в ответ. Мы обменялись номерами и разошлись по домам.

***

Сделав уроки, пошла на кухню. Мама готовила свои фирменные пирожки и парочка готовых была уже на тарелке. Я тихонько, что бы не заметила мама, их стащила и так же тихо, на цыпочках стала выползать из кухни. — А ну стоять, юная леди! — раздался громкий голос. — Куда горячие взяла? Сейчас как тряпкой огрею! Даже собаки горячее не едят, пускай хоть остынет немного! Я, нарочно хохоча во весь голос, скрылась у себя в комнате. Откусывая пирожок, зашла в вк. «1 новая заявка в друзья» Антон Вершинин, 16 лет. Нажала на кнопку «Добавить». Сразу же пришло сообщение.