Новенький

Мы сидели на лавочке и смотрели на медленно угасающее солнце. Я просто обнимала Антона, а он просто обнимал меня. Но я не знаю, дружеский это жест, или же нечто большее. Закат. Зрелище восхитительно красивое! Моя голова покоилась на груди Вершинина, а он, в свою очередь, обнял меня за спиной и крепко держал за руку. Дикое спокойствие, если так можно сказать! Но тут меня осенило. — Тох, а ты зачем на крышу приходил-то? — задала я вопрос, который почему-то возник в моей голове только сейчас. — Тебе сказать правду, или что бы ты не расстраивалась? — Правду. — Посидеть, подумать и покурить. К тому же, заначка у меня тут, — он улыбнулся, смотря на город. — А где лежат? — За той трубой в углублении, — Антон кивнул головой в нужную сторону. — Почему ты раньше об этом не говорил? — А разве в этом была нужда? Выдержала паузу и пришла к выводу, что он прав. — Ты будешь сейчас курить? — мой голос показался мне каким-то…кроличьим? Кивок. — Я тоже хочу. Мотнул головой. — Почему? Парень ничего не ответил. Понятно, нет, так нет — Что, сигареты жалко? — усмехнулась я. — Тебя жалко. — А себя не жалко? Антон усмехнулся и снова промолчал. — Тогда я тебе тоже курить запрещаю! Мило засмеялся. В профиль он ещё красивее. Он встал. Взял за трубой пачку сигарет, смял их в руке и выкинул с крыши. Так просто? — А потом что? Ты же купишь новую. — А потом ничего не могу обещать, — мы вернулись в обратное положение. Закат почти догорел. На горизонте оставались лишь одинокие всполохи солнечного огня. Становилось прохладней, но я ничего не чувствовала, кроме тепла, исходящего от Антона. В голове был просто глюк, о родителях я просто думать не могла! О чувствах к Вершинину тоже. Будто мозг превратился в большой кусок розовой ваты. Просто нравилось быть здесь и сейчас. Нравилось наслаждаться безмолвием и спокойствием. Тишина, гул вечернего города внизу и темно-лиловое небо. Что ещё нужно для счастья? Решить все проблемы, мать вашу! Глянула на наручные часы, подаренные бабушкой. Время одиннадцатый час. Долго просидели. Антон, не отрываясь, смотрел вдаль, и в бездне его глаз отражался причудливый небосвод. — Слушай, я наверное пойду, — неуверенно начала я. — Куда? — он повернулся ко мне и я съёжилась под его, резко ставшим серьёзным, взглядом. — Ну, тут в ста метрах ходьбы хостел есть, а там бабушку дождусь пока прие… — я опустила глаза. Почему я так себя веду с ним? Глаза опускаю, стесняюсь. Хотя причина есть, но я упорно ее отрицаю. Все ещё. — Совсем что ли? — оборвал он меня. — Какой хостел? Тебе пойти больше некуда?! — он… нервничает? — Ну… Да, — я даже растерялась. — У тебя друзей-то больше нету? — на что он намекает? Я начала медленно меняться в лице. — Стась, блин, я же сказал тебе что могу помочь. Так что даже думать не смей ни о каких хостелах. Делать тебе там нечего. — То есть, ты имеешь в виду, чтобы я осталась у тебя? — скорость моих размышлений помедленнее, чем интернет у бабушки дома. — Сама подумай, я кем буду, если ты сейчас отсюда пойдёшь в какой-то клоповник, ещё и одна? Глаза снова наполнились слезами. Я не пойду в «клоповник» к незнакомым людям! Мне поможет Антон, пока я не придумаю как корректнее помириться с родителями. Хотелось просто его расцеловать! Но вместо этих излишеств, я в очередной раз молча его обняла. Крепко, чтобы он почувствовал, как сильно я ему благодарна. — Ты всегда можешь обратится ко мне за помощью, не забывай, дружба это намного больше, чем давать списывать и ходить гулять вместе, — прошептал он мне куда-то в шею. Снова буря мурашек. Ой, лучше ему так не делать. Но его слова… Они меня трогают до глубины души! Он действительно дорожит нашей дружбой! — Я сейчас снова расплачусь, — сипло проговорила я, продолжая держать парня в объятиях. Он улыбнулся и погладил меня по волосам. Я тоже улыбнулась и увидела, как последний лучик солнца скрылся за линией горизонта.