Новенький

Мы беззвучно приближались к ограде того самого здания. Наверное. Почему наверное? Меня просто смущает отсутствие камер, как показал компьютер. Вытащив из рюкзака пистолет, подаренный мне Митиным и который я так и не достала оттуда, сунула оружие за пояс, тем самым прибавляя себе мнимой уверенности и продолжила идти в трёх-четырёх метрах от Тохи. Под ногами хрустели пожухлые листья, до сих пор лежащие без снега сверху. Спокойствие пока оставалось со мной, но я почему-то чувствовала, что скоро оно меня покинет, а на смену придёт мандраж. Наконец металлический грязный забор оказался перед нами. Высокая ограда с большим зазором снизу, благодаря которому под ним мог пролезть кто угодно. Пользоваться такой возможностью мы не торопились, найдя идею пройти вдоль забора дальше неплохой. Вскоре, перед нами оказались входные ворота и будка охраны рядом. Судя по заросшей сорняками двери в этой будке, ей давно никто не пользовался. Антон обошёл небольшое строение спереди и, не обнаружив ничего, махнул мне рукой. Не спеша, я двинулась прямо, но остановившись около небольшой лесенки, ведущей прямо в будку, задумалась на пару секунд. — Пошли? — кивнула я наверх, предлагая Антону зайти внутрь. — Зачем? — в недоумении вскинул бровь тот. — Там все равно никого нет. — Ну, а если бы там кто-то был, я бы тебе и не предложила. — хмыкнула я и, не дожидаясь парня, потопала по лестнице, попутно сшибая головки проросших одуванчиков ко всем чертям. Дверь, естественно оказалась заперта. Подергала несколько раз ручку, потолкала дверь — тщетно. Пришлось позвать на помощь Вершинина. Он, со вздохом взлетел на лестницу, перемахнув через четыре ступеньки разом, (это как вообще?) и со всей дури рванул на себя. В этот момент я больше всего боялась увидеть внутри какой-нибудь уже подпортившийся трупик, но слава богу ничего такого там не оказалось. Как только Тоха выломал замок и дверь открылась, на нас вылетела туча пыли и облачко противного спертого воздуха. Невольно закашляла. Внутренний мир будки оказался прекрасен. Нет. В крохотном помещении три на три метра уместилась видавшая виды раскладушка со скрученным в рулет матрасом, небольшой поцарапанный стол возле стены, где приютилось маленькое окошко с решёткой, на столе валялась антена, видимо от когда-то стоявшего тут телевизора и стопка каких-то бумаг. Так же был стул на колёсиках и большой постер с обнажённой улыбающейся девушкой на свободной стене. Зачем он тут интересно? Всё убранство этой… Ну, комнаты, что ли, вызывало желание скорее уйти отсюда. Нет, ну, а кому придётся по вкусу тёмная, душная, пыльная, маленькая, будто карцер в тюрьме, комната с мизерным окошком, через которое едва-едва проникал свет? Но тем не менее, нам пришлось задержаться тут ещё ненадолго. Мое внимание привлекли бумаги на столе. Раз это бумага, значит на ней хоть что-то да должно быть написано. Оглядевшись и обнаружив на потолке лампочку, отыскала выключатель. Нажав на кнопку, чуть ли не завизжала от внезапно нахлынувшего испуга. Свет загорелся! Похоже, что все эти вещи настолько внушали человеку мысль о том, что тут давно никого нет, что банальный свет запросто мог испугать. Ну или я просто пугливая дура. Подошла к столу и аккуратно начала рассматривать листы. Как оказалось, это не листы, а тетрадки с тонкой обложкой формата А4, предназначенные для записей кто входил, а кто выходил с территории… Кстати, какой территории?! Не мог же Перов не обезопасить себя убрав охрану с ворот! Или это вообще не то место?! Так. Посчитала нужным унять разбушевавшиеся мысли и продолжила листать тетради. Куча записей, которые датируются дветысячи пятым, четвёртым годом, написано время входа-выхода, какие-то фамилии. Сдула пыль с очередной обложки и офигела. На тетради маркёром крупными буквами было выведено:

Детский лагерь «Витязь» Проходная.

Медленно перевела взгляд на Антона, который увлечённо изучал постер с девушкой. — Тох… Ноль эмоций. — Тоха. Сплошной игнор. — Вершинин, мать твою! Отлепись ты от этого плаката! Извращенец! — взорвалась я. Парень довольно ухмыльнулся и наконец перевёл взгляд на меня. — Слушаю, солнце. Нахмурившись, тыкнула в лицо парню тетрадь. Пару минут он стоял не сводя с физиономии улыбки, но вдруг она пропала. — Мы не там.? — то ли спросил, то ли просто констатировал факт парень. — Мы не там. — ответила я. — Этого не может быть, все ведь сходится! — разочарование и шок Антона было сложно скрыть, хотя сейчас он и не пытался. — Мы же перепроверяли. Старое здание, единственное в городе, с теми же рисунками, что ты и описывала тогда. — он что-то быстро начал печатать в телефоне. — Нам нужно на территорию. Последнюю фразу он кинул уже выходя из будки, а точнее вылетая из неё. — Тох, успокойся. Не носись так. Если там кто-то есть, не дай бог услышат ещё. Нужно все по тихому делать. — Стась! — донёсся до меня его голос. — Блять, мы реально не там! Я, неторопливо выйдя из охранной будки, подошла к воротам. Медленно из-за забора моему взору выплыла громада здания бывшего детского лагеря. Пустые глазницы окон недоверчиво смотрели на непрошенных гостей, где-то внутри в коридорах завывал ветер, а одинокий замызганный полиэтиленовый пакет, гонимый ветром мимо, только увеличивал неуютность и жуть. Сама территория, что огорожена забором, с другой стороны была завалена арматурой, какими-то бетонными блоками и трубами. Видимо, хотели что-то пристроить или перестроить, но бросили. Нет, это точно не то место, где меня держали. Да, здания очень похожи и даже вот она стена, где нарисованы мультяшки, но уж больно они блеклые. Точно не то. Но как тогда объяснить такое сходство?! — Вот только как теперь это понять? — прокашлявшись, произнесла я, глядя в одно из пустующих окон. — Так и понять. — вздохнул Антон. — Надо Андрею набрать, как въедем, где связь есть. — он медленно пошёл к бывшему корпусу лагеря. Я же осталась стоять напротив «Витязя». — Блин, Антон! — негромко окликнула парня. — Не ходи. Зря время потеряем. Пошли в машину. — идея пройти дальше меня всё больше и больше отталкивала. Ладно, если по будке видно, что она крохотная и давно не использованная, а вот что скрывается за видимым запустением строения не известно. Так что, от греха подальше, нужно пойти отсюда далеко и надолго. Тоха остановился и обернулся на меня. Потом еще раз посмотрел на объект своей цели и снова на меня. — Окей, пойдём. — вздохнул. — Хоть и интересно, перспектива напороться на возможных нариков меня не восхищает, — и уже тише добавил. — Хоть это и маловероятно. *** В машине мы уже сидели минут пятнадцать и слушали шипящее радио — не ловило. — И что теперь? Весь план в задницу? — откинув спинку кресла почти до лежачего положения, сказал Вершинин. — Погоди, я думаю. — закусывая костяшку указательного пальца и уставившись на забор отмахнулась я. Меня что-то смущало. Прям вот ужас как смущало. Сама эта дорога к лагерю, этот странный забор, будь он неладен, склад арматуры перед корпусом… Всё не то! Начала вспоминать тот момент, когда меня вывозили с перовского места обитания. Так, когда я заметила прореху в повязке, было видно ворота, никакой арматуры не лежало, а на выезде стоял охранник. Хорошо. Окна в здании все были на месте, ни единого выбитого. Да и если по времени считать до того места, где была встреча, то ехали дольше… А забор… Точно! — Вершинин!!! — заорала я на всю машину поникнувшему парню. — Я знаю!!! — С каких пор ты называешь меня по фамилии? — буркнул тот. — Пф! Короче, там ограждение зеленое!!! А тут простое металлическое! Нам нужно дальше, мы тогда дольше ехали! Погнали туда! Быстро! — Куда? — Чуть дальше! — продолжала орать я. — Там должен быть поворот! И указатель большой такой на село какое-то. Поехали-поехали!!! Всё равно ничего не потеряем! Перов хитрожопый до невозможности! Хотя и несколько туповат. Тоха молча вернул спинку кресла в обратное положение и завёл автомобиль. Мы выехали из пролеска. Вырулив на трассу, гнали по ней минут пятнадцать и в итоге нашли нужный поворот. — Тормози. Проверю. — бросила я и открыла крышку ноутбука. Как и ожидалось, в радиусе пятиста-восьмиста метров прибор показал электронную технику. — Пф, есть! Видимо, Маршалл не просто туповат, а полный кретин, раз даже не удосужился поставить глушители на электронику! Или он думал, что уж очень хорошо спрятался? Повязки зашивать надо… — проворчала я. — Сворачиваем? — спросил Антон. — Да, но не уезжай далеко. Камер много. Просто подъедь, а я ещё тут кое-что сравню. Вершинин послушался и, проехав около пятидесяти метров, остановился. — Чего там? Я не ответила. Напрягая все мышцы глаз, вглядывалась в глубь деревьев, пытаясь рассмотреть злополучный забор, но ни намёка на него не было. — Чуть дальше проезжай. Наконец, вдалеке замаячил зелёный цвет и я уже не сомневалась: именно тут «обитает» Маршалл. Вдруг, на стыке двух сторон ограждения я заметила камеру. Или камера заметила нас, потому что она повернулась. Чёртовы датчики движения! Твою ж мать… — Тоооох. — позвала я парня. — М? — Можешь через пятьдесят метров развернуться и поехать обратно? — Могу, а что случилось? — Датчики движения на камерах. Нас заметили! Внезапно в машине стало темно — Антон быстро щёлкал какими-то клавишами на панельке. Как оказалось, он как-то мгновенно затонировал окна. Мощь, а не автомобиль! После чего, втопив в пол педаль газа, рванул вперёд, потом так же назад, а в это время я пыталась разглядеть само здание Перова. Кое-как, но удалось увидеть пару стен. И да, все окна действительно были целые… — Нас могут пробить по номерам?! — воскликнула я, слыша, как шумит мотор. — Нет. Фальшивка. — лаконично ответил Вершинин. — Нам вообще угрожает что-то? — Если камера успела поймать лица, то… — он ненадолго задумался. — По идее, ничего. Перов нас обоих уже видел. Но риск есть. Зная, что его рассекретили, он не весть что может удумать. Кивнула и вспомнила рассказ Ирмы о той самой девочке. По телу невольно прошла дрожь. Но я чувствовала, что нам повезло, поэтому откинула спинку кресла и теперь смотрела на проносящиеся мимо деревья полулёжа.  — Зато мы выполнили часть плана и теперь знаем великий и ужасный обман Маршалла. — Это да. — усмехнулся парень. Оставшееся время ехали молча. По прибытию в штаб мы не смогли найти Митина. Как нам сказал вахтёр, он пару часов назад куда-то укатил и скоро должен был вернуться. Тем не менее, перспектива сидеть и ждать неизвестно сколько нас не прельщала, поэтому, не долго думая, мы что сделали? Правильно! Оставив машину у офиса, сели на маршрутку и поехали к Антону. Вспомнив о том, что Лори давно не виделась с Джонни, уговорила Тоху и мы зашли ко мне. За собакой. И лишь потом попали к Вершинину. — Папа дома? — спросила я, снимая куртку и вешая её в шкаф, будучи уже в гостях. — Не. — хмыкнул Антон. — Он закрутил шашни с какой-то коллегой с работы и сегодня у них день… Медовый день короче. — Серьёзно? — удивилась я. — А ты-то как к этому относишься? — Если честно, то абсолютно всё равно. Ну как, я типа рад, отец женщину себе найдёт, но в то же время чужая тётка в доме. Как-то не очень. — Вершинин вытер лапы Лори, за что я ему прям вот благодарна, и спустил её с поводка. — Начнёт тут свои порядки наводить, менять всё. — Так значит тебе не всё равно. — сказала я, проходя в гостиную и устраиваясь на диване, поджав под себя ноги. — А с другой стороны, откуда ты знаешь эту коллегу? Может она хорошая баба и в чужой монастырь со своим уставом не полезет? — Всё равно не охота. — пожал плечами парень, и я решила не развивать тему. Следующие три часа мы пинали гов… Балду. Напились кофе, посмотрели очередной выпуск какого-то шоу по первому каналу, подрались с собаками (в шутку, конечно), ну, а под конец всего этого благолепия подрались уже между собой подушками. — Так! Хорош! — запыхавшись, орала я, поверженная, но не сломленная, убирая волосы с лица. — Ты сверху, а это не честно! Вместо ответа поймала уж слишком пошлый взгляд. Смутилась и лупанула Антону по ноге подвернувшейся под руку собачьей игрушкой, ведь он и вправду сидел на мне. — Извращенец!!! — крикнула я в сердцах и ловко вывернулась из-под парня. — Как таких вообще земля носит?! — повалила прифигевшего Антоху на пол и теперь уже сама была на нём. — Я извращенец?! — вылупил свои зенки тот, — А кто угарает с сортирных и как раз-таки извращённых мемов?! — Ты про тот паблик?! — Да! — А кто залипал на плакат голой бабы в сторожке?! — Естественная реакция настоящего мужика! — парень снова забавно поиграл бровями. — Хорошо, тогда я тоже пошла делать естественную реакцию! Реакцию настоящей женщины! — последние слова особенно выделила и гордо пошла к его компьютеру. — И так, хм… ГОЛЫЕ БОДИБИЛДЕРЫ! — нарочно громко заорала, чтобы он точно услышал. Честно говоря, сама от себя в шоке. Что-то меня понесло в нехорошую сторону. Но дело нужно закончить. Тоха продолжал лежать на полу в позе загорающего туриста и хитро наблюдал за моими действиями, а я неторопливо вбивала в поисковой строке запрос. — Вот это мужикииииии! — протянула я, сдерживая смех. На самом деле, перекачанные, блестящие от масла и пережаренные, как куры, в солярии дядьки мне совсем не нравились. Красивым я это не считала. Лучше аккуратный рельеф, чем вот это бе. — Вот, Тоха, смотри! — я как бы поставила этих качков ему в пример, пытаясь задеть. Громко клацала мышкой, смотря на каждую фотку наигранно восхищалась и ждала реакции Вершинина до тех пор, пока кое-чья рука не лупанула меня смачно так по ягодице. После чего эта зараза заблокировала меня в кольце своих рук и теперь мы вместе рассматривали фотки. — Вообще-то, мне больно. — потирая пострадавшую часть тела, буркнула я. — А мне? Ты ранишь меня в самое сердце! Эх, безжалостная и жестокая девка ты, Стася! — вздохнул Антон и укусил меня за ухо. — Вот-вот! Смотри мне, нарвёшься на ещё большую жестокость — мало не покажется! — Так, а если серьёзно, — Вершинин ласково прижался к моей щеке, продолжая стоять за спиной. — Тебе правда нравятся эти накаченные? — что это? Ревность? — Нет конечно! — развернулась и оказалась нос к носу к парню. — Что в этом хорошего? В меру всего надо, в меру… — почему-то именно сейчас захотелось его обнять. Тоха так смотрит наивно, по-детски. Даже в глазах некая грусть плескается. Неужто поверил?! Притянула его дурную башку к себе и поцеловала. Потом обняла за шею и уткнулась носом в неё же. Какое же дитё, бог ты мой! Правда поверил что ли? Нет, спрашивать не буду! Если правда, то он обидится. Вдруг почувствовала слабый укус за ухо, и как на талии сжались его руки. Затем они поехали ниже…и ещё ниже. Я тяжело выдохнула и тотчас мой рот заняли грубым, но таким приятным поцелуем. Доля секунды и вот уже кровать, а Вершинин неторопясь стаскивает с меня кофту. Снова поцелуй, а наглые руки медленно и осторожно проводят по спине, ногам, ненавязчиво подбираются под застежку бюстгальтера, норовя её расстегнуть. Ещё доля секунды и на Антоне уже нет футболки. Мозг отключился, а с губ сорвался непроизвольный стон, дыхание давно сбилось. В животе завязался тугой узел, а Вершинин продолжал подбираться к пресловутой застёжке. Он не спешил. Осторожно сжимал грудь, целовал в шею и весьма ощутимо кусался. И когда уже ненужный бюстгальтер оказался на полу, а сама я вовсю целовала Антона, мы услышали скрежет ключа…