Бойтесь своих желаний

      L пришел в мою комнату поздно вечером, как всегда невозмутимый и спокойный. Его волосы были слегка влажными после купания, под глазами залегли тени, а вид стал более осунувшимся. Очевидно, что остаток дня детектив потратил на работу, а потом посвятил минут десять бодрящей стирке в своем трешовом агрегате.              Я даже невольно позавидовала детективу. Сама я остаток дня потратила на рефлексию, ванные процедуры, которые включали в себя гели, восковые полоски и ароматические масла, укладку волос, выбор эротического наряда и жалкие попытки придать моему жилью романтическую обстановку. А потом еще полчаса просто ходила по комнате, предаваясь мечтам о том, как великий детектив позволяет мне делать с ним разные непристойные вещи и просит повторить. Подобным дерьмом я в последний раз занималась лет пять назад, когда была еще совсем юной и неопытной первокурсницей. Опустим тот факт, что с универа я вылетела, а парень, ради которого были все эти старания, жестоко меня бросил.       L с удивлением рассматривал комнату, продолжая стоять на пороге.       — Зачем все это? — спросил он, указывая пальцем на искусственные цветы и ароматические свечи.       — А, я хотела создать соответствующую атмосферу, — неловко ответила я.       — Я думал, что ты не любишь романтику, — пробормотал детектив.       — Терпеть не могу. Но ради такого случая можно сделать исключение.       L кивнул. Наконец он соизволил обратить внимание на меня, одетую в облегающую ночную рубашку, которая была полупрозрачной от верха до низа.       Детектив задумчиво хмыкнул, коснувшись своих губ указательным пальцем.       — Чё такое? — начиная волноваться, спросила я.       — Ничего. Просто не могу понять, зачем ты надела одежду, которая ничего не скрывает, — задумчиво произнес L. — И она выглядит такой тесной. Неудобно, наверное?       — Это…тоже для атмосферы, — охуевая от этой святой простоты, сказала я. — Неудобно немного, да. Но я надеялась, что тебе понравится.       L чуть нахмурился.       — Не нужно идти на подобное ради меня, Барбара. Я ведь сразу предупредил — никто из нас не будет делать то, что ему не нравится. Поэтому, если ты хочешь снять эту вещь, то я возражать не стану, — уверенно сказал он.       Ах, я могу ее снять, значит. Ну, окей.       — С радостью, — весело сказала я, и одним грациозным движением стянула с себя раздражающую ткань, небрежно отбросила ее в сторону и с ожиданием взглянула на L. К моей досаде детектив все так же оставался невозмутимым. Радовал хотя бы тот факт, что он разглядывал меня с приоткрытым ртом, не упуская ни малейшей детали.       — Теперь твоя очередь, — нетерпеливо сказала я, впервые за все это время чувствуя, как внизу живота накатывают легкие волны возбуждения. L согласно кивнул.       — Я буду очень признателен, если ты поможешь мне, Барбара, — сказал он, поднимая вверх свои руки.       Улыбаясь, я подошла ближе к детективу. Взявшись за края кофты, потянула ее вверх и, памятуя о брезгливости L, аккуратно сложила и оставила на стуле. Затем потянулась рукой к поясу его джинсов и ловко расстегнула молнию, заставляя их упасть к ногам L. Оставив детектива в одних серых спортивных трусах, я чуть отступила назад, любуясь его худым, но хорошо сложенным телом. Еще в прошлый раз я убедилась, что L — красивый парень, что было удивительно с его образом жизни. Но глупо упускать возможность снова разглядеть его, на этот раз без спешки и в более пикантной обстановке.       Детектив хлопал глазами, никак не реагируя на происходящее. Это немного раздражало. Конечно, он обратил на меня внимание, но таким же пристальным взглядом L мог смотреть на неопознанный труп или редкий музейный экспонат. Возможно, он прятал свои настоящие эмоции и специально не комментировал происходящее, боясь показаться слабым.       Но я не была великим детективом, который мог нацепить на себя любую маску. Я была обычной, слегка озабоченной девушкой, у которой секс в последний раз был несколько лет назад. И все, что мне сейчас хотелось — это чтобы L прекратил пялиться, крепко поцеловал меня и завалил на кровать.       Однако я все еще помнила, что спешить с этим человеком — очень плохая идея. L наверняка сейчас чувствует себя уязвимым, потому что оказался на том поле боя, где его хваленный разум не мог победить. Потому что здесь не нужно было что-то расследовать, анализировать и вычислять. Здесь нужно было только довериться собственным эмоциям и выпустить их наружу.       — L, можно тебя поцеловать? — не выдержав, спросила я. Детектив взглянул мне в глаза так пристально, будто искал ответ на вопрос о смысле жизни, Вселенной и вообще. И ответил тихим и слегка хриплым голосом:       — Да.       Нетерпеливо шагнув к L, я слегка задрала голову и настойчиво коснулась его губ своими, увлекая в нежный, почти невинный поцелуй. Не делая попыток проникнуть языком в рот детектива, ласкала сначала его верхнюю, а потом нижнюю губу, улавливая почти неслышный сладкий запах. Он ел что-то шоколадное? А, плевать. Важно было не это, а то, что L начал отвечать на поцелуй, пытаясь повторить мои ласки. Когда он случайно прошелся кончиком языка по уголку моих губ, я не смогла сдержать тихого стона.       Детектив тут же отстранился.       — Все нормально?       — Все отлично, — нетерпеливо ответила я, снова целуя L, на этот раз гораздо глубже. Только тут я заметила, что он не закрывает глаза во время процесса, будто старается запомнить каждую деталь. И почувствовала легкое раздражение.       Мне хотелось, чтобы великий детектив полностью отдался процессу, но он, похоже, решил все контролировать. Если так пойдет и дальше, у нас начнутся проблемы.       — Можешь обнять меня? — попросила я и L немного неуклюже коснулся моей талии, смыкая ладони за спиной и прижимаясь ближе. Я с досадой поняла, что сердце детектива бьется абсолютно ровно, тогда как мое давно уже устроило безумные скачки. Неужели L совсем ничего не чувствует при близости со мной? Я возбудилась от одного только поцелуя, а ему все равно?       Подобные мысли лишь усугубляли ситуацию. Тряхнув головой, я снова начала целовать L, пытаясь действовать нежно и в тоже время завести его как следует. Но детектив внезапно снова отстранился.       — Подожди, Барбара. Мне нужно кое-что тебе сказать, — произнес он тихо, не обращая внимания на мое раздражение. — Если честно, мне следовало сказать это гораздо раньше.       — И что же? — кусая губы, спросила я.       — Это касается моего решения отказаться от помощи полиции и импровизировать, несмотря на опасность для жизни. Я уверен, что ты напугана, и хотел бы все объяснить, — сказал L, продолжая держать меня в объятиях.       — Ты обязательно все объяснишь, но попозже! — сказала я и настойчиво скользнула ладонью под резинку его трусов.       L охнул от неожиданности и резко отвел мою руку в сторону. Выражение темных глаз детектива было ошарашенным, но отнюдь не страстным.       — Что ты делаешь?       Холодный тон его голоса мигом меня отрезвил. Черт, я же хотела не спешить. Какого хера я творю? Неужели настолько потеряла над собой контроль?       — Прости, — быстро извинилась я. — Я думала, что тебе это понравится.       — Мне не нравится, — сказал L, глядя на меня уже настороженным взглядом.       — Ясно, значит…эм, я больше не буду так делать, — сглотнув, сказала я. Разомкнув объятия, отшагнула назад. Внезапно стало неловко. Хотелось обхватить себя руками или нацепить халат, а еще лучше спрятаться.       L продолжал хмуриться. Настороженности в его взгляде уже не было, но и никакого намека на возбуждение тоже.       — Похоже, что этот эксперимент провалился, — грустно сказала я. — Тебе лучше вернуться в свою комнату.       На этот раз L взглянул на меня с удивлением.       — Ты все не так поняла, Барбара, — спокойно произнес он. — Если ты хочешь коснуться меня в таком месте, надо просто предупредить об этом заранее. Я оказался не готов. Но мне не было неприятно.       Я покачала головой.       — Ты следишь за каждым моим движением, едва зашел в комнату. Это, мягко говоря, странно. Я не головорез какой-нибудь, за мной не нужно следить. Все, что от тебя требуется — это расслабиться и чувствовать.       Детектив низко опустил голову, скрывая от меня выражение лица за спутанными прядями волос.       — Я обидел тебя? — тихо спросил он.       — Немного. Но все в порядке, — соврала я.       — Я совершил ошибку. Нужно было сразу обговорить все условия, чтобы не происходило подобного непонимания, — сказал L. — Приношу извинения, Барбара.       — Хорошо, что тогда будем делать? — спросила я, все больше раздражаясь.       L будто намеренно избегал удовольствия. Но почему? Боялся, что я увижу его без привычной маски равнодушия? Ему настолько сложно мне довериться?       Детектив призадумался, начиная рассуждать вслух.       — Я понял, что мне нравятся поцелуи и объятия. Но остальное…вроде бы приятно, но в то же время ощущается странно.       — У нас не было еще ничего, что хоть немного подходит под определение «странно», — сказала я. Ничего, кроме того, что сейчас, блядь, происходит. — Хорошо, может быть, станет проще, если ты будешь контролировать процесс? Я коснусь тебя только там, где ты сам об этом попросишь.       Выражение лица L стало растерянным.       — А тебя это устраивает, Барбара?       — То, что меня устраивает, явно тебе не понравится, так что давай попробуем этот вариант, — сказала я, окончательно понимая, что, если секс между нами и случится, он будет худшим в моей жизни. И ведь я специально читала дурацкие статьи про то, как вести себя с девственником в постели или чем заинтересовать Аспи, но сейчас мне это нихуя не помогало.       — А чего бы ты хотела? — просто спросил детектив, продолжая на меня глазеть.       Несмотря на злость, я прониклась. Прежде у меня никогда не спрашивали о личных предпочтениях и о моем удовольствии мало заботились. Тот факт, что такой самонадеянный эгоист, как великий детектив L искренне интересуется моими желаниями, не мог не умилять.       — Я хочу, чтобы мы легли на кровать, там будет удобнее, — предложила я, наблюдая за детективом.       — Согласен. Мои ноги немного замерзли. Тебе, наверное, тоже холодно, — помедлив, сказал L. Окончательно выпутавшись из джинсов, он подхватил их двумя пальцами и положил на стул. Затем уверенно направился к кровати. Я заметила, что он расположился поверх одеяла в своей привычной позе, прижав колени к груди и теперь с ожиданием уставился на меня.       Я поспешно взобралась на кровать и скользнула под одеяло. L повторил то же самое и, укрывшись оба под мягкой пушистой тканью, мы продолжали смотреть друг на друга.       — Так гораздо комфортнее, — довольно сказал детектив, слегка улыбнувшись.       — Да, — согласилась я. — А теперь скажи, чего ты хочешь?       L не ответил. Вместо этого он протянул руку и скользнул пальцами по моему лицу, начиная медленно и нежно гладить его. Когда его указательный палец случайно коснулся моих губ, я шутливо обхватила его, делая вид, что хочу укусить и L быстро отдернул руку.       — Испугался? — подразнила я.       Детектив нехорошо прищурился. В следующий момент он навис надо мной, прижав к простыням, его руки бережно, но настойчиво гладили мои плечи, ласково касались груди и живота. Продолжая исследовать мое тело пальцами, L неотрывно смотрел мне в глаза и неосознанно облизывал губы. Я улыбнулась ему и крепче прижалась к его бедрам своими, чтобы почувствовать еще ближе.       Детектив сдавленно застонал, и я возликовала, понимая, что он начал испытывать возбуждение. Почему я заметила это только сейчас?! Неужели все дело в том, что выражение лица L за последние минуты почти не менялось?       — Приятно? — тихо спросила я и почувствовала, как он кивает. — Могу я теперь тебя коснуться?       — Д-да, — шепнул L, зарываясь лицом мне в шею. — Сделай это. Пожалуйста.       Интонации его голоса вышли настолько жалобными, что я завелась не на шутку. Зрелище детектива, умоляющего меня о прикосновениях, раньше даже во сне представиться не могло, а сейчас это происходило наяву. И было это охуенно.       Я осторожно скользнула ладонью вниз, уверенно приспустила трусы с бедер L, слушая, как дыхание детектива начинает учащаться. L сдвинулся, помогая мне раздеть его полностью, потом снова прижался, пряча лицо у меня на груди. Я ласково накрыла ладонью его член, вздрагивающий от напряжения. На ощупь он был довольно большим, нежным и горячим, и не сдержавшись, я дотронулась пальцами до головки члена и слегка помассировала ее.       L сильно дернулся и снова начал стонать, гортанные тихие звуки словно заполнили всю комнату. Довольно улыбаясь, я продолжила ласки, проводя ладонью по всему члену детектива, чуть крепче сжала пальцы. Затем ускорила темп движений и стоны L из тихих постепенно переросли в несдержанные и громкие. Отзывчивость детектива на прикосновения поражала, ведь я была уверена, что даже в такой момент он будет сдерживаться, но ошиблась. L прятал от меня выражение своего лица, но его руки настойчиво вцеплялись в мои плечи, а худые бедра бессильно поддавались навстречу ласкам, увеличивая их интенсивность. Не прошло и минуты, как L задрожал, зажмурился и издал беспомощный всхлип, а мою руку окропило густой и теплой жидкостью.       Ох, так быстро. Но для первого раза это и неудивительно.       Детектив все еще пытался отдышаться, когда я аккуратно вытерла его член, продлевая оргазм и вызывая очередной тихий всхлип. L уткнулся лицом в мою шею, полностью потерянный в новизне ощущений, его частое горячее дыхание обжигало мне кожу.       — Ты в порядке? — спросила я и погладила растрепавшиеся волосы детектива. — Хочешь продолжить?       L приподнял голову и я заметила, что его взгляд стал гораздо темнее и безумнее, чем обычно. И невольно порадовалась. Наконец-то он утратил контроль над своими эмоциями.       — Продолжить? — повторил L рассеянным тоном.       — Да, мы ведь не дошли до самого главного, — напомнила я, изнывая от нетерпения.       Вряд ли L в курсе, что оставлять свою партнершу неудовлетворенной — это нехорошо, а я дошла до такого состояния, когда доброта и альтруизм быстро готовы смениться на раздражение.       — Я все подготовила, — сказала я. — Осталось только обговорить позу. Ты хочешь, чтобы я была сверху или снизу? Мы можем сделать это даже на боку, если так удобней. Мне подойдут все варианты.       L шумно сглотнул и отвел взгляд в сторону.       — Могу я сначала поцеловать тебя? — тихо спросил он.       — А? Конечно, — растерявшись, ответила я и детектив, слегка приподнявшись, накрыл мои губы своими, втягивая в не очень опытный, но глубокий поцелуй. L пока не был возбужден, но я знала, что это легко исправить, а сейчас наслаждалась редкими прикосновениями его рук к моим плечам и волосам. Жаль, что детектив не продвигался дальше, потому что я была совсем не прочь почувствовать его пальцы между своих ног. Или язык. Но не хотелось в очередной раз все портить спешкой, поэтому радовалась тому, что есть.       Закончив целовать меня, L внезапно слегка отстранился и взгляд его стал растерянным. Не сразу я поняла, что в комнате звонит телефон, принадлежащий детективу.       — Прошу прощения, но это может быть срочно, — сказал мне L, неуклюже выбираясь из-под одеяла и направляясь к стулу, где лежала вся его одежда. Собственная нагота детектива совершенно не смущала, и я с удовольствием полюбовалась на его бледную спину и округлые ягодицы. L, не замечая моего жадного взгляда, достал телефон из кармана джинсов и ответил на звонок.       — Да? А, да, Ватари. Ты уже вернулся с задания? Почему так скоро? Получилось достать то, о чем я просил? Большое спасибо за помощь. Я? Я сейчас в комнате Барбары. Можешь принести документы сюда? Я хочу просмотреть их немедленно.       — Нет! — просипела я, чувствуя, как все возбуждение сменяется состоянием шока и чистым ужасом.       L прервал связь и с удивлением взглянул на мое перекошенное лицо.       — Что-то не так, Барбара?       — Что-то не так, Барбара? — перекривляла я его. — А ты как думаешь, идиот?! Ты хочешь, чтобы Ватари убил меня или что?! Или ты думаешь, что он ни о чем не догадается, когда зайдет сюда?! Я же предупреждала, что ему нельзя ничего знать!       Теперь детектив выглядел растерянным.       — О. Я забыл, — пробормотал он немного виновато. — Данные, которые привез Ватари очень важны для спасения одной влиятельной семьи от шантажа. Прости, Барбара, я…       — Одевайся! Быстро! — рявкнула я, отбрасывая одеяло и вскакивая с кровати. К моему облегчению, L заткнулся и послушно схватил кофту. Я же лихорадочно раздумывала, как поступить.       Если Ватари застанет нас обоих в комнате, будет пиздец. Детективу прятаться бессмысленно, его помощник знает, что L в этой комнате. Значит, придется прятаться мне, а дальше остается надеяться на удачу.       L начал натягивать джинсы, но вдруг остановился.       — Мои трусы, — пробормотал он. — Они остались на кровати.       Черт! Совсем о них забыла!       Я кинулась под одеяло и без труда нашла серую скомканную ткань. Затем повернулась к L и приказала:       — Одевайся, забирайся под одеяло и сделай вид, что спал!       — Что? — переспросил детектив, хлопая глазами.       — Скорее! И не вздумай выдавать меня Ватари! Придумай что-нибудь гениальное, чтобы он ничего не понял! Я знаю, что ты способен!       L застегнул джинсы, послушно лег на кровать и накрылся одеялом. Хвала ёкаям, его волосы были взъерошены, а лицо немного отрешенным после пережитого удовольствия, так что моя идея могла и прокатить. Не тратя времени на одевание, я залезла под кровать, больно царапаясь обнаженной кожей об пол и подрагивая от холода. Однако ради спасения собственных жизни и достоинства стоило потерпеть.       Будто по команде, дверь в мою комнату распахнулась, и я увидела ноги Ватари, стоявшие на пороге. Бля-я-ять, еле успела спрятаться, еще немного и...       — L? — голос помощника был искренне удивленным. — Могу я спросить, что ты делаешь в комнате мисс Браун?       — Я спал, Ватари, — сказал детектив, и я заметила, что он специально изменил тон голоса, и наверняка, уже успел нацепить на себя маску уставшего полусонного гения.       — Здесь? — тем же удивленным голосом уточнил Ватари. — Насколько знаю, ты всегда предпочитал свое любимое кресло.       — Да, но у меня заболела спина. — невозмутимо ответил L. — А кровать Барбары очень удобная и мягкая. Она разрешила мне переночевать, но только один раз. Пожалуйста, покажи мне бумаги.       Ноги Ватари приблизились к кровати. Я инстинктивно зажала нос пальцами, чтобы мое паническое сопение не выдало меня и затаилась, в другой руке сжимая трусы великого детектива.       — Это отличная работа, Ватари, — я услышала, как L зашелестел бумагами. — Пожалуйста, отправь сообщение мистеру Холлу, что я разберусь с его делом к завтрашнему утру.       — Хорошо. Но могу я задать вопрос? Где сама мисс Браун? — с любопытством спросил Ватари.       — Она сказала, что идет развлекаться в клуб и можно не ждать ее до утра. Поэтому разрешила мне отдохнуть в ее кровати, — без запинки соврал детектив. — Если у тебя есть к ней какое-то дело, я могу вызвать ее утром.       — Нет, я просто немного удивлен подобной добротой, — с подозрением сказал Ватари. — Я знаю, тебе не понравится то, что я скажу, но все же… L, тебе стоит держать на расстоянии такого человека, как мисс Браун.       — Почему ты так думаешь? — недовольно спросил L.       — Потому что мисс Браун легкомысленный, безответственный и очень корыстолюбивый человек, не имеющий ни собственного чувства достоинства, ни сильного характера, ни ума, — четко произнес Ватари. — Она подставляла тебя несколько раз, она тратит наследство дома Вамми на глупые и бессмысленные развлечения, но больше всего мне не нравится то, как она начинает влиять на тебя, L. Ты плохо знаешь молодых и амбициозных девушек, и поэтому чересчур наивен, когда дело касается мисс Браун. Этот человек может использовать тебя и подставить твою жизнь под угрозу, а потом спокойно исчезнуть. Насколько помню, ты всегда выбирал людей, на которых можно положиться и которые демонстрировали лучшие свои качества. Но мисс Браун к списку этих людей отнести невозможно, поэтому я очень беспокоюсь.       Я буквально потеряла дар речи, слушая эту тираду. Охуеть можно, видать накипело у старика за долгое время. Спасибо, хоть шлюхой не назвал, наверное, воспитание не позволяет. Так вот какого мнения обо мне единственный помощник L? И самое обидное, что не все его подозрения беспочвенны.       — Ты во многом прав насчет Барбары, Ватари, — спокойно ответил L.       Я едва не выдала себя злобным ругательством, услышав это. Какого хуя?! И этого засранца я считала своим другом и пустила в собственную постель?!       — Тогда почему ты продолжаешь держать ее в доме, поддерживать общение и допускать к делам? — спросил Ватари детектива.       — Барбара — мой друг. Я не хочу ничего доказывать, потому что ты все равно не согласишься с моими выводами, но могу сказать одно — я готов доверить Барбаре свою жизнь, и я знаю, что она меня не подведет. — уверенно сказал L. — За всеми недостатками и эгоизмом этой девушки скрываются чистые мотивы и благородные цели. Она всегда говорит то, что думает, невзирая на то, что мне это может быть неприятно. Она обзывается, не стесняясь в выражениях, и готова полезть в драку, когда я делаю то, что не нравится ей, вместо того, чтобы лицемерить и пытаться всадить нож в спину. Я очень ценю подобную честность, Ватари. Я знаю, что Барбара может наставить мне синяк или устроить скандал, если мои слова или поступки разозлят ее. Но при этом я знаю, что, если мне будет угрожать опасность, Барбара способна прийти на помощь даже из другого мира.       Я обнаружила, что пялюсь в пустоту с глупой улыбкой на лице. Вот уж не ожидала такой защиты от великого детектива. Немного смущало, что L продолжал называть меня другом, после того, как кончил мне в руку, но, если бы он сказал Ватари, что мы стали любовниками, вся конспирация пошла бы нахуй. И все-таки жаль, что нельзя рассказать Ватари правду. Он ее просто не примет. Может быть позже, если я стану себя вежливей и скромней...но этому никогда не бывать, так что продолжим держать все в тайне.       Сверху раздался тяжелый вздох.       — Я очень надеюсь, что нам не придется пожалеть о твоем решении, L, — сказал Ватари, явно сдаваясь. — Но я все-таки против того, чтобы ты ночевал в ее комнате. Это очень невоспитанно, во многом даже неприлично, ведь вы не встречаетесь, как пара.       Ебать-копать, я только что всерьез размышляла рассказать этому старичку всю правду?!       — Я понял. Тогда, возможно, тебе придется заказать мне удобную кровать, — задумчиво сказал L. — В последнее время сон в положении сидя не дает достаточно отдыха, а это очень мешает работе.       — Я займусь этим.       — Спасибо, Ватари. Пожалуй, мне стоит заняться делом этой несчастной семьи. Я обещал результаты к утру.       На кровати раздался шорох и спустя секунду, и я увидела босые ноги L, коснувшиеся пола. Когда они начали удаляться в сторону выхода вместе с ботинками Ватари, я наконец-то смогла позволить себе большой вдох. На пороге L остановился на несколько секунд, и я вдруг заметила, как он приподнимает правую ногу и активно двигает пальцами. Это что было? Попытка сказать мне «Сладких снов?». Еще бы на одном месте попрыгал, конспиратор хренов!       К моему облегчению, комната опустела, а дверь крепко закрылась. Голоса L и Ватари, едва слышимые из коридора, постепенно удалялись в сторону.       Они наконец-то ушли…                     -… А я осталась лежать под кроватью грязная, голая, неудовлетворенная, с трусами L в обнимку и гадала, когда моя жизнь успела превратиться в подобное дерьмо, — мрачно рассказывала я, отпивая крепкий эспрессо.       Бейонд Бездей к концу моего повествования уже даже не пытался сдерживаться и истерично хихикал, закрыв лицо ладонью. Я с раздражением наблюдала, как он вытирает пальцем подступившие к глазам слезы. Ну хоть кто-то в этой истории повеселился.       Разумеется, я поведала Бейонду только забавные моменты из «эксперимента», опустив более интимные детали. Не хочу, чтобы этот засранец стебался над L и издевался над его слабостями в дальнейшем. Бейонду ведь только дай повод выбесить великого детектива, что ожидаемо закончится дракой и расторжением договора вместе поймать Киру.       Не передать словами, какую же огромную досаду я испытывала. Если бы не несвоевременное появление Ватари прошлой ночью, мы с L довели бы дело до конца, и уверена, ему бы точно понравилось. Но что ушло, того не вернешь. Остается только вспоминать, каким милым и отзывчивым был L во время нашей близости. Вот уж чего я не ожидала. Знай я, как его заводит контроль, то припасла бы наручники, чтобы он мог приковать меня к кровати. Хотя, м-да, такое ему рановато, наверное. Для начала было бы здорово обучить L доставлять удовольствие другому человеку, а не думать только о своем. Впрочем, это был его первый раз, а возможно даже последний.       Остается надеяться, что L удовлетворил свое любопытство насчет секса, потому что второго такого раза с бесконечными вопросами-ответами и вмешательством пожилого помощника, который меня ненавидит, я не выдержу, блядь.       Учитывая, что я не видела L с самого утра, очевидно, что он снова занят работой. Больше никаких тебе совместных завтраков и пикантных разговоров. Зато теперь у меня появилось больше времени, чтобы уделить его Бейонду, с которым очень многое предстояло обсудить.       — Если честно, Барб, я ожидал, что все пройдет гораздо хуже, — немного успокоившись, сказал Бейонд. — Зная L много лет, я был уверен, что он сбежит при первой же возможности, предварительно двинув тебе пяткой по лицу.       В ответ я показала Бейонду язык.       — А он не сбежал. Он просто вынес мне мозг своей деликатностью и попыткой снова закрыться. Не завидую я девушке, которая в него влюбится, если честно. Отношения с L — это все равно что ходьба по канату на высоте в пять тысяч метров.       Бейонд злобно цыкнул.       — Мы говорим не про отношения, Барбара, мы говорим про секс. Это единственное, что ему было нужно от тебя. Ты видимо забыла, что L никогда никого не любил, даже Ватари он воспринимает только как помощника, хотя тот посвятил жизнь его безопасности.       — Нет, это не так, — задумчиво ответила я. — Можешь сколько угодно пытаться меня убедить, Бей, но я знаю, что L только демонстрирует безразличие. И ты это знаешь. Ты знаком с ним с детства, так что не мне тебе объяснять.       Бездей с досадой отвернулся и сосредоточился на своей чашке кофе. За это утро я успела заметить, что он откровенно скучает и настроение у него не самое лучшее. Но я пришла сюда не для того, чтобы развлекать Бейонда, хотя рассказ об «эксперименте» явно улучшил положение.       — Хватит уже сплетничать об L, давай поговорим о более серьезных вещах, — сказала я, присаживаясь ближе к стеклу. Этим утром мне не разрешили зайти в камеру Бездея, а учитывая, что он был не в духе, я не стала настаивать. — Я хочу обсудить с тобой решение L отступить от канона.       — Что сделать? — не понял Бейонд.       — В деле о Кире он намерен действовать не по тому сценарию, который я знала изначально, — объяснила я. — Из-за этого мы все в большой опасности. Я не знаю, как убедить его передумать и надеялась, что ты сможешь помочь.       — Ах, вот как. И это единственная причина, по которой ты пришла сюда? — недовольно спросил Бейонд.       — Эм. Ну да, — обескураживающе сказала я. — А чего ты ждал?       Бейонд принял нарочито театральную позу и возвел глаза к потолку.       — Даже не знаю, может быть, дружеских объятий или поцелуя за то, что я веду себя прилично и не причиняю никому проблем?       — Я сейчас уйду отсюда нахрен и ты снова будешь завтракать в одиночестве, — предупредила я.       Бейонд издал вздох, полный досады.       — Ты жестока, Барбара. Неужели я не заслужил даже самой маленькой награды за хорошее поведение?       — Твоя награда — это освобождение и свободное передвижение по бункеру на пару дней, пока L будет в отъезде. Разве недостаточно? — резонно сказала я.       Бейонд прекратил паясничать и спокойно сел на пол, оказываясь на одном уровне со мной.       — Значит, он не солгал? Меня действительно освободят? — с подозрением спросил он.       — Да. Но если что-то учудишь, о свободе можешь забыть. И Ватари будет следить за каждым твоим шагом, — серьезно сказала я.       — Я бы предпочел, чтобы это делала ты, — с ухмылкой сказал Бейонд.       — Буду, — пообещала я. — L приказал мне глаз с тебя не сводить.       Бездей радостно заулыбался.       — Могу ли я ответить тебе тем же, Барб?       Я только тяжело вздохнула. Это будут очень долгие выходные.       — Что касается решения L, то я знаю его причины, — внезапно добавил Бейонд. — Этот твой ёкай сказал, что мы все сами решаем свою судьбу и больше не связаны правилами книги из твоего мира.       — Да, — кивнула я.       — А значит Кира тоже в состоянии изменить свою судьбу. И как бы ты ни хотела, чтобы дальнейшие события шли по знакомому тебе сюжету, этого не произойдет. Кира, как и мы, будет совершать действия, которые никто из нас не ожидает. L уверен в этом с того самого момента, как ёкай рассказал про изменения в нашем мире. Забудь о том, что ты про нас читала, Барб, это больше не поможет. Начнется совершенно новая игра, в которой все ходы неизвестно просчитать заранее. L принял верное решение, хотя сначала я этого не понимал. А тебе придется быть гораздо осторожнее, потому что ты самая уязвимая из всех нас. Хотя тот факт, что ты не умная, не важная, и не обладаешь какими-либо выдающимися качествами может сыграть в твою пользу.       — Спасибо за утешение, мудень, — процедила я.       — Всегда пожалуйста, — невозмутимо ответил Бейонд.       Я допивала свой кофе, чувствуя, как и без того плохое настроение становится еще хуже. Значит, все мои попытки уберечь L от опасности, оказались провальными. Мало того, мне самой придется рисковать жизнью не на шутку, тогда как раньше была хоть какая-то иллюзия того, что в мире «Тетради смерти» возможно устроить счастливую концовку.       С одной стороны, мне было страшно осознавать, что в этом мире будет создаваться совершенно новый сюжет некогда любимой манги, а с другой безумно интересно. Пожалуй, впервые в жизни я готова была рискнуть жизнью ради нездорового любопытства, хотя год назад драпанула бы в свой мир, наплевав на все обещания. И откуда только взялась эта любовь к опасным интеллектуальным играм? Не иначе заразилась от двух гениальных засранцев, с которыми живу уже больше месяца.       — Барб, давно хотел у тебя спросить, но все не было подходящего момента, — сказал Бейонд, заставляя меня отвлечься от мыслей.       — О чем? — слегка нахмурилась я.       — Какое свидание ты считаешь идеальным? — с нетерпением произнес Бейонд, разглядывая мое лицо. В его больших багровых глазах светился неподдельный интерес.       — Чё? — от неожиданности растерялась я. — Почему ты хочешь это знать?       — О, просто ответь на вопрос, он совсем несложный.       — Не знаю…- нехотя произнесла я. - Может быть, поход в кино?       Бейонд фыркнул.       — Банально!       — Ужин в ресторане? Прогулка по парку? Поездка на пикник? Бля, я не была на свиданиях сто лет, Бей! Нашел кого спрашивать! — не выдержала я. — И мне надоела эта пустая болтовня!       — Ты просто перечислила разные виды свиданий, причем ужасно скучные. А я хочу знать, какое будет идеальным именно для тебя, — настойчиво сказал Бейонд.       Я понятия не имела, зачем ему это надо, но все же ответила, немного подумав:       — Поездка на мотоцикле на Малхолланд Драйв и отдых на Венис Бич. Ну, знаешь… Адреналин, громкая музыка, совместное купание и катание на роликах, крепкие коктейли и вредная еда… Да, пожалуй, это самое лучшее для меня свидание.       Я думала, что Бейонд начнет насмехаться над моими предпочтениями. Но он лишь довольно ухмыльнулся и произнес таким тоном, что я вздрогнула:       — Огромное спасибо, что поделилась, Барбара.       С этими словами, Бейонд грациозно поднялся с пола, прошел к своему дивану и лег, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Я с тревогой разглядывала спину Бездея, облаченную в черную водолазку .       Что, черт побери, опять задумал этот псих? Неужели мне придется быть начеку все следующие дни?       И как мне теперь общаться с L, если из головы не идут воспоминания прошлой ночи? Если Бейонд прав, и детективу нужен был только сексуальный опыт, то теперь у меня большие проблемы.       И я была совершенно не готова оставаться в бункере один на один с Ватари, который видит во мне дармоедку и предательницу.       А пошло оно все нахуй. Почему я вообще переживаю? Раньше мне это ничем не помогало, не поможет и сейчас. И мое драгоценное свободное время никто потом не вернет. Так что я просто буду делать то же, что и раньше — жить в свое удовольствие и не париться.       С этими мыслями я решительно направилась в свою комнату, чтобы переодеться и поехать на экскурсию в Дом Винчестеров, где до этого дня еще ни разу не доводилось побывать.