Бойтесь своих желаний

      Все последующие дни незадолго до своего отъезда L редко вызывал меня к себе. Он обучал меня ведению дел, которые я должна была выполнить за пару дней его отсутствия. Я подозревала, что великому детективу были не особо интересны ведение отчетов и каталогизация важных файлов, но масштабы простаивающей бюрократии все равно впечатлили. Впрочем, эта работа была достаточно легкой для меня, хоть и очень скучной.       Я искренне ждала, что в нашу первую встречу после «эксперимента» L будет вести себя, как обычно, будто ничего и не случилось. Морально готовилась и к равнодушию детектива, и к холодным ноткам в его голосе, и даже к тому, что он проигнорирует тот факт, что мы с ним практически любовники, просто потому что это великого детектива не особо волновало. И все мои ожидания сбывались, одно за другим, пока L не начал ко мне прикасаться.       Поначалу я не придавала происходящему значения, потому что подобное происходило раньше. Например, L брал меня за руку, когда был взволнован и дергал за одежду, пытаясь привлечь внимание. Это было привычно и ожидаемо. Но когда L, что-то объясняя в процессе обучения, положил руку на мое плечо и оставил ее так на пару минут, я растерялась и никак не отреагировала. Во вторую встречу L снова проделал то же самое, но его ладонь задержалась на моем плече гораздо дольше. Поглощенный объяснением каталогизации, L будто не замечал собственных движений, но его рука продолжала собственнически блуждать по моему плечу, изредка ласково поглаживая, словно это было совершенно естественно. В третий раз L как всегда вел себя невозмутимо, но теперь я удостоилась нежного прикосновения его пальцев к моему затылку, пока сосредоточенно учила файлы. Когда L начал задумчиво играть с прядью моих волос, накручивая ее на свой указательный палец, я мысленно сделала себе заметку не обрезать отросшие волосы снова, потому что детективу явно нравилась моя прежняя прическа.       И решила понаблюдать еще и пока что воздержаться от комментариев, чтобы посмотреть на поведение детектива в дальнейшем. Я боялась, что после моей реакции L прекратит касаться меня, а подобное категорически не устраивало. Но вот только никак не могла понять, специально ли L делает это или прикосновения ко мне добавились в список других его странных привычек, типа засовывать пальцы в рот или сидеть в кресле, подогнув колени.       Кстати, говоря о привычках — теперь L каждое утро старался проводить со мной, даже если был недовольный и уставший после целой ночи работы. Он сидел напротив меня, практически ничего не ел, только наблюдал, как я завтракаю, задавал наводящие вопросы о моей прошлой жизни, отношениях и привычках и изредка рассказывал о своей жизни в Вамми. Видеть детектива таким было, мягко говоря, непривычно, поэтому большую часть времени я либо отмалчивалась, либо отшучивалась. Отчаянно пытаясь отвлечь L от своей персоны, я однажды попробовала скормить ему пиццу с халапеньо в надежде, что острая еда заткнет детективу рот, но хрен там ночевал. L с завидным упрямством занимал место напротив, стоило мне только устроиться за столом с кучей еды и начинал профессионально действовать на нервы.       Раньше великий детектив никогда не интересовался моей жизнью и ничего не говорил про свою. Почему же теперь он решил сблизиться с мной? Он все еще считал меня другом? А может быть L просто не понимал, что этот чертов «эксперимент» изменил между нами если не все, то довольно многое?       Вечером перед самым отъездом великого детектива мной было сделано еще одно шокирующее открытие. L зашел в мою комнату, когда я переодевалась, готовясь ко сну и застыл на пороге, не потрудившись извиниться за вторжение. Когда я уже хотела открыть рот и высказать, куда L следует пойти, после того как он немедленно закроет дверь, то заметила, как выражение его лица переменилось. Если раньше великий детектив осматривал мое тело, как закоченевший труп, стоило мне раздеться, то теперь L больше не выглядел бесстрастным. Взгляд его слегка расширенных темных глаз ясно выдавал вожделение и любопытство, а бледное лицо детектива слегка покраснело. Не упустила я и тот факт, как жадно L разглядывал ту самую прозрачную ночную, которую я не успела надеть до конца и теперь стояла с полуприкрытой грудью посреди комнаты. Пауза между мной и детективом явно затянулась, и осознав это, L тихо сказал, неловко касаясь рукой своего затылка:       — Наверное, мне следовало постучать…       — Вон, — только и сказала я севшим от растерянности голосом. L кивнул и быстро ретировался, не забыв закрыть дверь.       Не сразу до меня дошло, что наш «эксперимент» вполне удачно мог бы завершиться в тот вечер, стоило мне только быть напористей. Но момент был не очень подходящий, а соблазнять L специально и побыстрее тащить его в постель, особого желания не было. Если детектива действительно привлекает только мое тело, то пусть он катится к хуям. Но если нет…              Наивная и недалекая часть моего разума орала, что L просто втюрился в меня и сейчас сам не понимает, что начал воспринимать, как свою девушку. Рациональная часть резонно подмечала, что великому детективу нахуй не сдалась такая распиздяйка, как я, и он просто ошеломлен новым опытом и явно хочет повторения.              Я была склонна верить во второе. Но как с этим разобраться, и что вообще сработает — решение сводить L на нормальное свидание или попытка начертить ему подробную схему развития наших «отношений» маркером на столе — пока что не знала.              В любом случае сейчас об этом было бессмысленно думать. Ведь L уезжал на два дня, а мне предстояло побыть в роли надзирательницы для Бейонда Бездея, который то ли влюблен в меня, то ли одержим моим убийством. Я до сих пор боялась принимать на веру все прошлые признания Бейонда, зная, что ради желанной свободы и возможности побега он способен сказать, что угодно. И те неопределенные чувства, что я испытывала к Бею, никак не помогали ситуации. Это было влечение или отвращение? А может быть, я путаю сочувствие с симпатией? Почему у меня не получается его ненавидеть за совершенные преступления? Неужели из-за того, что узнала Бейонда Бездея лучше за прошедшее время?       Но меня все еще тревожил тот факт, что L верил каждому слову Бейонда. Иначе я не могла понять, почему детектив так уверен в его честности. L никогда не был наивным или сентиментальным, если дело касалось заклятого друга-врага, так стоит ли мне довериться врожденному чутью детектива?       Если он знает, что Бейонд не лжет, то нет смысла беспокоиться, но если L ошибся…       Нет, я не могу целиком полагаться на одну только удачу, потому что речь идет о моей безопасности. Нужно подстраховаться с помощью шизотетради, на случай, если что-то пойдет не так. И у меня оставалось достаточно времени, чтобы продумать и записать правильное желание, которое стопроцентно спасет мне жизнь. Не понимаю, что именно я чувствую к Бейонду, но я не собираюсь давать ему возможность убить меня. И я была стопроцентно уверена, что L позаботится обо мне.              Атмосфера в комнате, где находились великий детектив, я и Бейонд Бездей, была подобна нависшей мрачной туче. L выглядел невозмутимым и серьезным, но покусывал кончик своего указательного пальца с пугающей маниакальностью. Бейонд молчал и мрачно буравил взглядом пол, его руки сжались в кулаки. Я же тупым взглядом смотрела на тонкую цепь около трех метров в длину с наручниками по оба конца, которая лежала на столе, и чувствовала, как валит мой чердак от злости.       — Так вот что именно ты имел в виду, когда сказал, что Барбара не спустит с меня глаз, — сказал Бейонд детективу, нехорошо ухмыльнувшись. — Ты просто решил приковать нас друг к другу на эти двое суток.       — Да, именно это. Не думал же ты, что я просто освобожу тебя, зная, насколько твое поведение непредсказуемо, Бей? — резонно сказал L. — Я очень надеюсь, что ты не станешь возражать. В противном случае, мне придется опять вернуть тебя в тюрьму под наблюдение.       — Полагаю, что у меня нет особого выбора, — недовольно сказал Бейонд. — Но что на это скажет Барбара?       — Думаю, что примерно…       — Пошли вы нахуй! Я, блядь, против! — рявкнула я.       — … вот это, — закончил говорить L. Затем он повернулся ко мне, озадаченно потерев пальцами свой лоб. — Но я совсем не понимаю, почему ты так категорично отказываешься.       — Потому что я понятия не имела, что мне придется таскаться целых сорок восемь часов привязанной к ебанутому убийце! — возмутилась я.       — Ой, а можно помягче? Ты также говоришь о человеке, который недавно признавался тебе в любви, — сказал Бездей, улыбаясь неестественно весело.       Я со злостью повернулась в его сторону.       — Ты не одурачишь меня снова, Бейонд! Я знаю, что ты говорил все это, чтобы добиться свободы и возможности сбежать!       Бездей, к моему удивлению, не стал возражать, лишь мрачно взглянул на детектива.       — Бейонд не сбежит, Барбара, — спокойно ответил L. — Его цель — это Кира, но он прекрасно понимает, что новая игра гораздо опаснее предыдущей. И Бейонд не причинит тебе вреда, могу за это поручиться. Камеры в тюрьме работали круглосуточно, и я иногда мог лично видеть доказательства его привязанности к тебе…       — Довольно об этом, — быстро прервал его Бездей. — И прекрати подсматривать за мной в такие моменты, это просто отвратительно!       — Это вышло случайно и соглашусь с тем, что выглядело отвратительно, — поморщившись, парировал детектив. — В следующий раз мог бы ты накрываться одеялом во время самоудовлетворения? Мне достаточно и звуковых эффектов.       Бейонд неприятно улыбнулся.       — Надеюсь, что увиденное надолго отбило у тебя привычку следить за мной по ночам.       — Вынужден тебя разочаровать, но я не прекращу слежку ни в коем случае, — холодно сказал детектив.       — Ну ты и извращенец, L, — со смешком произнес Бейонд. Великий детектив на это ответил ему искренне недоумевающим взглядом.       — Я извращенец? — повторил он, снова начиная грызть свой палец.       — Сейчас гораздо важней вот это! — настойчиво сказала я, указав пальцем на цепь. — Зачем она нужна?! Ты утверждал, что Бейонду будет предоставлена полная свобода.       — Нет, я этого не говорил, — с удивлением отозвался L. — Я сказал, что выпущу Бейонда из камеры.       — Ладно, а как насчет меня? Ты обещал, что я буду в безопасности! — не сдавалась я. — А теперь хочешь приковать к человеку, который знает тысячу и один способ убийства?       — Я уверен, что с тобой ничего не случится, Барбара, — сказал детектив.       — Издеваешься, блядь?! — снова рявкнула я. — Я вешу сорок восемь килограмм! И если Бейонд захочет на меня напасть, то я даже понять этого не успею, не говоря уже о том, чтобы дать отпор! Ты понимаешь, что мне пиздец?!       Бейонд искоса взглянул на меня нечитаемым взглядом, но промолчал. L же заговорил после недолгих раздумий:       — Во-первых, Ватари будет следить за вами обоими и, если Бейонд сваляет дурака, он быстро среагирует и вернет его в камеру. Во-вторых, эта цепь твоя страховка от подобных инцидентов. И в-третьих, — L пристально взглянул на Бездея, — я уверен на девяносто шесть процентов, что Бейонду не нравится мое решение, потому что из-за него он будет вынужден находиться рядом с тобой, а это для него настоящее испытание.       Я только фыркнула и закрыла лицо руками.       Слава ёкаю, что существует Исполнитель желаний. Благодаря ему, у меня есть возможность спасти себя от мучительной смерти в худшем случае, и недоброжелательного соседства в лучшем.       — Нравится шутить надо мной, L? — голосом, полным ненависти, спросил Бейонд.       Я с удивлением взглянула на него. Поведение Бездея удивляло меня с самого начала. Я ждала, что он будет по обыкновению веселиться и паясничать над нашим общим положением, но тот большую часть времени выглядел так же зло и растерянно, как и я сама. Это казалось странным. Разве Бейонд не должен радоваться выпавшей удаче?       L взглянул на Бейонда с неискренним выражением невинности на лице и слегка склонился вперед.       — Тот факт, что тебе придется быть рядом с Барбарой так близко, смущает тебя? — сказал он, внимательно наблюдая за Бездеем.       Бейонд нахмурился и отвел взгляд в сторону.       — На что ты намекаешь? — не поняла я.       L неожиданно шкодливо улыбнулся и сказал с недвусмысленной насмешкой в голосе:       — Наверное, стоит пояснить. Насколько я понял, за всю жизнь Бейонд ни разу не испытывал к кому-то привязанности и влечения, и, наверное, ты первая девушка, которая удостоилась этой чести.       — Может быть, уже закроешь свой болтливый рот? — с нескрываемой угрозой в голосе спросил Бездей, но детектив и ухом не повел, продолжая говорить:       — А еще я на девяносто процентов уверен, что у Бейонда никогда не было опыта в отношениях, поэтому мысли о том, чтобы остаться с тобой наедине, смущают его настолько сильно. Ведь Бейонд при всем его вызывающем поведении, как и я, до сих пор является девственником, несмотря на…       Договорить L не успел, потому что Бейонд швырнул в его сторону свою чашку кофе и детективу пришлось ловко уворачиваться. С завидной реакцией он встал в оборонительную позу, но Бездей был быстрее. Не прошло и трех секунд, как он оказался рядом с детективом. Бейонд успел схватить L за кофту и дать кулаком ему в нос, прежде чем детектив совершил сложный разворот и с силой пнул Бея по лицу. Тот разжал пальцы и отлетел, шлепнувшись на задницу рядом со мной. Взбесившись, Бейонд снова вскочил на ноги, готовясь нанести новый удар. L присел на одно колено, принимая боевую позу, и наблюдая за ним напряженным взглядом.       Я же была настолько поражена тем фактом, что Бейонд Бездей, этот гениальный и полубезумный убийца, на деле оказался жалким девственником, что умудрилась упустить начало драки между ним и L, а потом и вовсе невольно засмотрелась на парней. Привычка великого детектива пиздеть про все, о чем он думает, снова сыграла против него, но я не предполагала, что мне придется увидеть это собственными глазами. И, черт возьми, я и забыла, какой Бейонд быстрый и сильный, но сейчас его движения не пугали, а скорее завораживали. Не зря он тратил время на долгие тренировки, пока отсиживался в камере.       Но дело принимало плохой оборот и надо было срочно действовать. Понимая, что пытаться остановить драку будет бессмысленно, я попыталась договориться и обратилась к L:       — Эй, вообще-то, ты заслужил взбучки, чувак. Тот факт, что Бейонд девственник, не дает тебе право над ним издеваться.       — Разве я издевался? — резонно спросил детектив.       — Не надо делать такое невинное лицо, я видела, что ты специально пытался задеть Бейонда, — строго сказала я.       — Вот именно! Хотя сам такой же жалкий девственник, как и я! То, что было у вас с Барбарой, не в счет! — поддакнул Бейонд. Вот же трепло ебаное, чтоб я еще раз ему что-то рассказала...       — Я просто констатировал факт, — невозмутимо ответил L.       — Ты просто нарвался на драку, — покачав головой, сказала я. — И серьезно, то, что Бейонд девственник, никак не влияет на то, что я рядом с ним по-прежнему в опасности, потому что он способен быстро убить меня, или что еще хуже, мучительно.       Я искоса взглянула на Бейонда. Тот ухмылялся, но заметив мой взгляд, тут же изменил выражение лица на откровенно честное и жалостливое. Но я успела заметить странный блеск в его жутких красных глазах.       Ох, нет... Неужели моя старая теория оказалась верной и мне пиздец? Тогда вся надежда осталась только на шизотетрадь, потому что к здравомыслию детектива взывать бесполезно.       L поднялся с колена и с флегматичным видом запустил ладони в карманы джинсов.       — Тогда полагаю, мне стоит принести извинения, Бейонд? — тихо заметил он.       — Можешь засунуть их себе в зад, — с ехидной улыбкой сказал Бездей. L помрачнел, но продолжал сохранять завидное спокойствие.       Нормально поговорили, блядь. Впрочем, все могло быть гораздо хуже. Но атмосферу между ребятами надо было срочно как-то разрядить.       — Может быть, пойдем вместе поедим? — спросила я, стараясь не обращать внимания на обреченность в своем голосе.       Значит Бейонд лгал все то время, пока находился в камере и на самом деле мечтал убить меня. Нет, не может быть. А, впрочем, почему не может? Еще как может, ведь ему наверняка любопытно, получится ли убить меня или нет. Но я не идиотка и успела подстраховаться. Если следовать моей воле, написанной в шизотетрадь, едва у Бейонда возникнет желание причинить мне зло, и он постарается его осуществить, как в тот же момент превратится в восковую статую на все сорок восемь часов. Вынужденная импровизация с наемными убийцами в переулке сработала на отлично, хоть и вызвала вопросы у Мисоры Наоми, поэтому я решила воспользоваться ею снова. Конечно, теперь вопросы могут возникнуть у Ватари, но мне было откровенно насрать, потому что, если выбирать между чужим мнением и собственной жизнью, я выберу второе, блядь.       — Согласен с Барбарой, я тоже проголодался, — сказал Бейонд. Он снова безмятежно улыбался, и сложно было понять, напускное это или искреннее. — И так, что у нас на завтрак?       — Боюсь, что вам придется завтракать вдвоем, — сказал L. — Сейчас Ватари сопроводит меня в аэропорт, где мы с Мисорой Наоми договорились встретиться в определенное время. Барбара, тебе придется самостоятельно позаботиться о еде, и вся кухня Ватари во время его отсутствия полностью в твоем распоряжении.       — Э? — выдала я, с ужасом понимая, что мы с Бейондом скоро останемся в бункере одни.       — Но прежде чем вы останетесь наедине… — L не договорил и двумя пальцами приподнял со стола цепь.       Бейонд нахмурился. Я же, понимая, что переубедить этого упрямого засранца не удастся, нехотя вытянула вперед левую руку. Бейонд подошел ближе, и искоса поглядывая на меня, протянул правую. L защелкнул на наших запястьях наручники, и цепь негромко звякнула, неожиданно ударив по нервам. Ну что ж, теперь мне придется привыкать к этому звуку, свидетельствовавшему о постоянной несвободе и опасности. Бейонд же на вид казался смирившимся и задумчивым, выражение своих глаз он скрывал за отросшими, спутанными прядями волос.       — Я правильно поняла, что ключ будет храниться у тебя? — спросила я детектива.       — Да, — с удивлением ответил он. — Но не стоит беспокоиться, Барбара. Ватари получил нужные указания и у него есть запасной ключ, так что он не оставит тебя в беде.       — Хм…— только и сказала я в ответ.       Плевать, поможет мне Ватари или нет, потому что это сделает ёкай. Перед тем, как написать желание я обстоятельно расспросила джинна, в какой ситуации оно может сбыться, и он ответил, что исполнит мою волю, едва почувствует, что от Бейонда исходит опасность. Именно это было причиной моего спокойствия, а не заверения детектива.       И все же, где-то в глубине души я надеялась, что L прав и Бейонд не сделает мне ничего плохого. Иначе все мои старания примирить парней и заручиться их дружбой за прошлые месяцы полетят в тартарары.              L и Ватари уезжали около девяти часов утра. L перед отъездом удосужился только надеть кроссовки, не потрудившись их завязать. Ватари ждал его у машины, разбираясь со скромным багажом детектива, который весь уместился в одну спортивную сумку. Я подозревала, что, если L что-то понадобится в Сан-Франциско, он купит себе это прямо там, поэтому не берет ничего лишнего. И искренне посочувствовала Мисоре Наоми, потому что сосуществовать в одном помещении с этим избалованным и привыкшем к прислуге парнем было нелегко.       Перед тем, как покинуть бункер, L неожиданно тронул меня за плечо.       — Я буду на связи, Барбара, — тихо сказал он. — Не забудь про телефон, что я дал ранее и, если что-то случится, обязательно позвони. Ты можешь сделать это в любое время суток, и я отвечу, понятно?       — Да, — сказала я.       Затем, немного подумав, шагнула ближе к детективу и положила обе руки ему на плечи, намереваясь обнять.       — Но возвращайся, как можно скорее, ладно?       L слегка улыбнулся. Я заметила, как взгляд его темных глаз мимолетно скользнул на мои губы.       — Даю слово.       Я хотела пожелать детективу удачи и обнять на прощание, но внезапно меня дернуло назад с такой силой, что я отскочила от L на полметра и чуть не шлепнулась на задницу. Со злостью обернувшись, я увидела неприятно ухмыляющегося Бейонда. Он крепко держал цепь в левой руке и его взгляд не предвещал ничего хорошего.       — Ты чё, охерел?! — воскликнула я.       — А что такого? Я вообще-то проголодался и хочу уже приступить к завтраку. L уезжает всего лишь на два дня, так что нет смысла так трогательно прощаться, — тоном, полным раздражения, сказал Бейонд.       — Еще раз вот так дернешь цепь, и я сломаю тебе обе руки! — горячо пообещала я.       L мрачно взглянул на Бездея и веско произнес:       — Если ты сделаешь ей больно, я позабочусь, чтобы до конца своей жизни ты никогда не увидел свободу. Ты знаешь, что я не шучу, Бей.       Бейонд резко прекратил улыбаться и отпустил цепь.       L повернулся ко мне.       — Удачи, Барбара, — искренне сказал он, глядя на меня немного виновато.       Я кивнула и с безнадегой наблюдала, как детектив подходит к дверям лифта, который должен был увезти его наверх. Перед тем, как исчезнуть в кабинке, L неожиданно показал мне большой палец. От неожиданности я улыбнулась, и он ответил мне тем же, прежде чем двери закрылись, закрывая от меня полусгорбленную фигуру великого детектива.       Теперь я и Бейонд остались одни. Напряжением между нами можно было резать железо, а воцарившаяся резкая тишина в коридоре совсем не помогала атмосфере.       Я приняла нарочито храбрый вид, решив следовать главному своему правилу в жизни — реагировать похуистично на все, что скажет или сделает Бейонд Бездей. Почему-то меня не оставляла уверенность, что он с удовольствием будет играть на моих нервах и всячески пытаться вывести из себя. Но поддаваться на его жалкие манипуляции больше не собиралась.       Но Бейонд не торопился осыпать меня колкостями и вообще выглядел малость пришибленным. Некстати мне вспомнилось, что L назвал его девственником, и в голове возник резкий диссонанс, потому что тот Бейонд, которого я знала, никак не мог им быть. Если же это правда, то этот засранец еще более лучший актер, чем я думала раньше. Наличие подобного таланта у гениального убийцы пугало и интриговало до дрожи. Где Бейонд так хорошо научился примерять на себя совершенно разные роли? Может быть, у самого L? Или же это L учился у него?       Надо было как-то начинать этот на редкость паршивый день и урчание моего желудка напомнило, что великий детектив оставил всю кухню бункера в моих руках. Значит можно хозяйничать там, сколько душа пожелает, наплевав на мнение Ватари.       — Ты хотел завтракать? Идем! — в приказном тоне сказала я Бездею, быстро направившись в сторону кухни и на ходу дергая цепь в отместку. К моему удивлению Бейонд подчинился и послушно последовал за мной. Я напряглась, ожидая неожиданного нападения сзади, но слышала лишь его легкие шаги и звук дыхания.       Так, спокойно, спокойно. Если Бейонд что-то задумает, то остальные сорок восемь часов он проведет в виде восковой куклы, ненадолго украсив собой этот дом. Нет причин, чтобы волноваться.       Вопреки здравому смыслу меня брала злость на L. Из-за его странного поведения в последние дни я почти поверила, что детектив в меня влюбился, но вот теперь он оставил меня один на один с опасным убийцей и уехал жариться на пляже с Наоми, прошу прощения, расследовать серьезное преступление. Наверное, я не права и слишком горячусь на детектива, но он же просто положил хер на мою безопасность! И что мне теперь делать?! Как спать по ночам? Как ходить в душ и туалет?! Как переодеваться, бля?! Да, у Ватари есть запасной ключ, но он вежливо пошлет меня нахуй, если я попрошу его дать! И освободит он меня только в том случае, если Бейонд превратится в восковую фигуру!       Эх, вот бы Бездей напал на меня, сколько проблем тогда удастся избежать. А может быть, спровоцировать его на это? До чего же способен дойти человек, который находится в отчаянии. Я всерьез мечтаю, что Бейонд попытается меня убить. Ведь тогда мне не придется таскаться с ним на цепи, словно сторожевой собаке. Может быть, когда-то читать в манге про это и было прикольно, но испытывать на собственной шкуре совершенно нет!       Казалось бы, чего это я парюсь? Достаточно достать Исполнитель желаний и написать в него все необходимое, чтобы избежать совместного похода в душ или туалет, с переодеванием вообще можно не заморачиваться. Эх, какая же соблазнительная мысль. Но пока рядом со мной Бейонд, я не могу выдать ему местонахождение тетради. Он может отобрать ее и воспользоваться для личных целей. Так что придется мне терпеть все имеющиеся неудобства, пока L лично не снимет цепь и было это тяжеловато. Одна мысль о том, что придется пустить Бейонда в свою спальню, приводила в отчаяние.       Едва мы оказались на кухне, как Бейонд потянул меня в сторону холодильников, где хранились закупленные для великого детектива сладости. Я скривилась, глядя, как Бездей с почти детской радостью набирает полные руки пирожных, и в довершение всего хватает баночку с клубничным джемом. Водрузив все это на стол, Бейонд с ожиданием уставился на меня.       — А что хочешь ты, Барб? Здесь нет фастфуда, но я видел остатки пиццы.       Я помрачнела.       Ну спасибо тебе, L. Мало было, что сделал меня сторожевой собакой, так еще и оставил без любимой еды. Охуенно ты заботишься о своих друзьях.       — Её и возьму, — буркнула я, заглядывая в один из холодильников и забирая тарелку с пиццей. Устроившись напротив Бейонда, который уже сосредоточенно открывал банку с джемом, я попыталась свыкнуться с мыслью, что мне придется не просто ходить за Бездеем по пятам, но еще и общаться с ним.       О чем разговаривать с человеком, который буквально мной одержим?       — Хм, не думала, что ты на самом деле так сильно любишь сладкое, — сказала я, наблюдая, как Бей запихивает в рот пирожное. — Мне казалось, что это лишь еще одно подражание L.       — Мы с ним очень разные, как ты уже поняла, но это наша общая черта, — ответил Бейонд, засовывая пальцы прямо в банку. — И у нас с L гораздо больше совместных интересов, чем кажется на первый взгляд.       — И какие же это интересы?       — А он не рассказывал?       — Почти ничего.       — Я думал, что после вашего дурацкого «эксперимента» он будет откровенней.       — L кое-что рассказывал о своей жизни в доме Вамми. Про то, как подрался с детьми и начал изучать технологии того времени, потому что ему понравились сложные загадки и расследования, — сказала я.       — А о том, как он познакомился со мной? — возмущенно спросил Бейонд.       — Нет, вообще ничего, — нехотя ответила я.       Ненадолго за столом нависла тишина. Я продолжала есть, но поймала себя на том, что слежу за каждым движением Бездея. Сейчас, сидя в согнутой позе за столом и уплетая завтрак, этот парень казался воплощением безмятежности, но ощущение угрозы, исходящей от него никуда не делось. Он мог напасть в любой момент, воспользовавшись моей рассеянностью. Бейонд уже так делал, поэтому терять бдительность с моей стороны будет очень глупо.       — М-м-м, блаженство, — Бейонд причмокнул, облизывая пальцы, испачканные в джеме. Я хмыкнула, и он поднял на меня взгляд своих багровых глаз.       — Что смешного, Барб?       — Ничего, просто…— я задумчиво взглянула на баночку с джемом. — Знаешь, а ведь это было мое первое желание.       — А? — не понял Бейонд.       — В тот день, когда я нашла шизотетрадь, первым, что я загадала, была банка домашнего джема, — пояснила я.       — А-а-а, — кивнул Бейонд, глядя на меня с любопытством. — А почему? Тоже любишь джем?       — Нет, хотела проверить, как работает тетрадь. Поначалу решила, что схожу с ума, когда новая банка появилась в холодильнике.       — Я думал, что твоим первым желанием было попасть в наш мир, — разочарованно сказал Бейонд.       — Нет, я… загадала это спьяну, — призналась я, и Бездей взглянул на меня уже с усмешкой.       — Зная тебя, Барб, я совсем не удивлен.       — Ты ни черта обо мне не знаешь, чувак, — сказала я.       М-да, наверное, вышло резковато, но меня слишком уж взбесил уверенный тон голоса Бездея.       Бейонд прекратил ухмыляться.       — Тогда расскажи мне, — вкрадчиво сказал он, слизывая джем с указательного пальца.       Я откинулась на спинку стула, буравя Бездея мрачным взглядом, и качнула головой.       — Что? Не хочешь? Боишься, что я пойму, насколько жалкой ты была? — с издевкой спросил Бейонд. — Не беспокойся, я и так уже это знаю. Я помню, как мы с тобой познакомились.       — Мне удалось обдурить тебя, забыл? — парировала я, хмурясь.       — У тебя было преимущество в виде информации обо мне и моем прошлом, так что это не в счет, — упрямо сказал Бейонд. — Не знай ты, кто я такой заранее, мне легко удалось бы обмануть тебя.       — К чему этот разговор? — с непониманием спросила я. Бейонд разглядывал меня исподлобья.       — К тому, что здесь ты стала гораздо лучше, Барбара, — сказал он. — Ты смогла добиться того, чего никогда не достигла бы в своем мире.       — Хорошая попытка, но я ничего не старалась добиться, потому что у меня не было цели добиться чего-либо. Я либо просто сидела в депрессии, либо прожигала жизнь. А в Лос-Анжелесе я несколько раз чуть не умерла, и согласись, это сложно назвать достижением, — сказала я, приподняв левую бровь.       Бейонд несколько минут раздумывал, поглощая свой завтрак. Я через силу доедала холодную и совсем не вкусную пиццу.       — Ты хочешь вернуться в свой мир? — спросил меня Бейонд, отвлекая от воображаемой картинки, где я заставляю великого детектива L есть протухший сэндвич с тунцом и наслаждаюсь его слезами.       — Разумеется, я вернусь туда, когда Кира будет пойман, — с недоумением сказала я. — Что мне делать в этом мире, Бей? Я всегда буду здесь чужаком, я это чувствую.       — Чужаком, — повторил Бейонд. — А там ты, значит, чувствуешь себя счастливей?       Я растерялась, но осторожно сказала:       — Нет, но это не повод оставаться здесь.       Бейонд с громким стуком поставил баночку на стол. Я вздрогнула от неожиданности, но не сдвинулась с места.       — Значит тебе просто наплевать и на меня, и на L? — с возмущением спросил Бейонд. — Спокойно вернешься в свой мир и забудешь нас, словно ничего не было?!       Я слегка опешила.       — А что, по-твоему, я должна делать?       — О, тебя вдруг заинтересовало мое мнение? Я польщен, — скривившись, сказал Бейонд. — Раз уж ты спросила, то я отвечу, что именно тебе следует сделать — остаться здесь, с нами, вот что.       — Ты рехнулся? В том мире у меня семья, работа, там вся моя жизнь…       — Чушь. Ты сама призналась мне, что у тебя там ничего нет. Зачем ты врешь мне сейчас, Барбара? — с горечью произнес Бейонд. — Ты сбежала из своего мира, потому что была несчастна. Здесь ты наконец-то смогла стать собой. Поверь человеку, который пытается достичь этого всю жизнь. Ради возможности превзойти L я был готов пойти на самоубийство, поэтому сейчас мне противно смотреть, как ты с легкостью способна отказаться от собственной мечты. Ты не ценишь то, что у тебя есть и это очень глупо.       — А что у меня есть? — спросила я, чувствуя, как против воли начинаю заводиться. — Возможность быть убитой? Потому что я была на волоске от смерти столько раз в этом мире, Бей, что со счету сбилась. В своем мире я жила в безопасности и это стоит того, чтобы вернуться, блять!       — Говоришь, как самая настоящая трусиха!       — Нет, я просто нормальный человек, который не ловит кайф от убийств или опасного образа жизни! — резонно ответила я. — Я не воспитывалась в доме Вамми и не знаю, какой пиздец там творился, но ни за что не хотела бы быть на твоем месте, Бей. И тем более, на месте L.       Бейонд чуть подался вперед, злобно ухмыляясь мне в лицо.       — А хочешь я расскажу? — предложил он. — У меня осталось много воспоминаний о том приюте.       — Нет! — категорично сказала я. — Не хочу ничего знать, потому что, повторюсь, плевать я на это хотела. И, если честно, тебе тоже следовало бы забыть про дом Вамми. Ты не сможешь жить дальше, если продолжишь вспоминать прошлое.       Бейонд начал злобно крошить пальцами пирожное, на этот раз пряча от меня свой взгляд.       — Если тебе так на все плевать, то почему ты за меня переживаешь, Барб? — неожиданно спросил он, застав меня врасплох. — Не пытайся оправдаться, я знаю, что ты неравнодушна ко мне и L.       — Ты опять все неправильно понял…— начала говорить я.       — Прекрати лгать.       В голосе Бейонда было столько ярости, что я невольно умолкла и взглянула на него со страхом. Бейонд заметил мое выражение лица и неприятно скривил лицо.       — Почему ты так смотришь на меня, Барб? Я тебя пугаю? А может быть я противен тебе? Или ты до сих пор думаешь, что я хочу тебя убить? А ведь когда-то я мечтал о возможности убить тебя. Забавно, да?       Я пристально смотрела на Бейонда, всерьез ожидая нападения, но он всего лишь улыбался.       — Мне было так интересно, смогу ли я это сделать. Но в один прекрасный момент я понял, что твое убийство расстроит меня, а не развеселит, ведь ты единственная девушка, в которую я смог влюбиться. Ты моя первая любовь, так что поздравляю, Барбара.       — Не верю… — вырвалось у меня, и Бейонд быстро закивал головой.       — Я в это тоже не сразу смог поверить, Барб, — сказал он. — Насколько помню, в доме Вамми девчонки боялись меня, считали жутким и отвратительным, и я был рад положению дел. Если одной из этих дурочек мое поведение аутсайдера вдруг начинало казаться романтичным, я быстро разубеждал ее какой-нибудь безумной и пугающей выходкой. Сама мысль о том, чтобы встречаться с кем-то из них, вызывала тошноту, потому что даты смерти над их головами выглядели приговором любых отношений для меня. Но ты совсем другое дело.       Охренеть можно. Только сейчас до меня начало доходить, что все прошлые слова Бейонда и то, что он говорит сейчас — не ложь ради получения долгожданного освобождения. L оказался прав, когда решил, что Бейонд для меня не опасен. Он знал, что я особенная для его заклятого друга и что рядом со мной Бейонд никуда не сбежит.       — Мне так нравится, что ты не похожа на этих занудных умниц из дома Вамми, — продолжил говорить Бейонд, пристально глядя мне в глаза — Они были одержимы L, и готовились положить свою жизнь на то, чтобы стать его преемником. Я видел, как обе они сломались, осознав, что никогда не достигнут его идеала и навсегда потеряли себя. Но ты другая, — Бейонд неожиданно восторженно улыбнулся. — В тебе полно недостатков. Ты не боишься совершать глупые ошибки. Грязно выражаешься и не стесняешься орать во весь голос, даже на L. Пьешь, как матрос и частенько бываешь вульгарной. Плюешь на чужое мнение и посылаешь к черту все, что тебе не нравится. И при любых обстоятельствах ты всегда выбираешь личную свободу. Ты не идеальна, а в чем-то даже ужасна. Но в моих глазах ты само совершенство, Барбара.       Я слушала Бейонда в состоянии шока и растерянности, и все его горячие признания кружили мне голову. Никто никогда не говорил мне подобного за всю жизнь, никто никогда не смотрел на меня с таким откровенным восхищением и поэтому я легко послала к черту свою разумную сторону и просто наслаждалась происходящим.       — И поэтому я хочу пригласить тебя на свидание, — добавил Бейонд.       Мне словно ледяной воды в лицо плеснули.       — Чё? — переспросила я. — Какое еще свидание?       Бейонд подмигнул мне.       — То самое идеальное свидание, о котором ты мне рассказала, Барб.       — Даже не думай об этом, Бей, — категорично сказала я. — L дал четкий приказ не покидать пределы бункера. Несмотря ни на что, ты все еще остаешься преступником.       — О, да ладно тебе, я же ничего не сделаю! — с досадой сказал Бейонд. — Сидеть в бункере два дня ничем не лучше, чем сидеть в тюрьме, Барб, и ты прекрасно это знаешь!       Я глубоко вздохнула и через силу произнесла:       — Я не хочу идти с тобой на свидание, Бей.       О, это подействовало даже слишком хорошо.       Бейонд вздрогнул и взглянул на меня исподлобья тяжелым и полным боли взглядом. Я с трудом выдержала этот взгляд, от души надеясь, что выражение моего лица сейчас равнодушно и бесстрастно. Ужасно не хотелось говорить подобные слова и делать Бейонду больно, но так поступить было наиболее правильно. Пусть я и не из тех людей, которые поступают правильно. Но Бейонд Бездей - ублюдок, который отправил на тот свет много людей и издевался над их телами. А ублюдки не заслуживают счастья в жизни. И тот факт, что в Бейонде мне многое что нравится, не должен ничего менять.       — Значит, ты все-таки ненавидишь меня, — тихо произнес Бейонд. — И что бы я ни сделал, все равно будешь ненавидеть. Тогда зачем ты заставила меня поверить в то, что я тебе небезразличен?       — Что?! — опешила я.       Бейонд резко ударил ладонями по столу.       — Не притворяйся, ты знаешь, о чем я говорю! Это ты сказала мне, что хочешь спасти меня от смерти! Ты накричала на меня из-за попыток самоубийства. И именно из-за тебя я сейчас сотрудничаю с человеком, который когда-то меня предал и сломал мне жизнь! Зачем ты приручала меня, если я вызываю у тебя только ненависть и омерзение?! И что теперь делать мне?!       — Я думаю, тебе лучше успокоиться…— в панике начала говорить я, но подавилась собственными словами, когда Бейонд дотянулся до кухонного ножа, лежавшего возле холодильника, быстро схватил его и уверенно приставил к собственному горлу.       Вот дерьмо!       — Ты этого хочешь, да? — с горькой усмешкой спросил Бейонд, наблюдая, как я хуею от ужаса. — Если я умру, тогда ты простишь меня за убийство людей, которые и так были обречены? Простишь смерть той девчонки Квотер? Это ведь из-за нее ты так сильно меня ненавидишь, я прав?       — Хватит! Отдай мне нож! — рявкнула я, вскакивая с места. Но Бейонд взмахнул рукой и цепь, связывающая нас, обвилась вокруг моей шеи, не больно, но достаточно крепко сдавливая. Бейонд дернул рукой, и я буквально упала на него, потеряв равновесие. Свободной рукой Бейонд продолжал удерживать меня за талию, в другой все еще держал нож, продолжая опасно давить им на свое горло. В нескольких местах на коже уже выступили маленькие капли крови, но Бездей их словно не замечал.       — Зачем мне прекращать? — зловещим тоном произнес Бейонд. — Какой смысл, Барб? Я всерьез думал, что могу быть важным и любимым человеком для кого-то, но ошибся. Похоже, что я просто самонадеянный идиот. Все это время ты использовала меня, как делали это многие другие, заставила меня поверить в то, что я тебе нужен, а теперь так просто заявляешь, что это была ложь, — Бездей внезапно хрипло засмеялся и глядя на меня с весельем, добавил: — А может быть, мне просто стоит убить тебя за это?       Я сглотнула, не делая попыток вырваться. Бейонд убрал нож от своего горла и приставил его к моей щеке.       — Это будет так легко, ведь ты сейчас совершенно беззащитна передо мной, и мы в доме одни. Я могу нанести столько ранений, сколько мне захочется и наслаждаться твоими криками боли. Это будет достойная месть за то, что ты разбила мне сердце. Ты так не считаешь, дорогая?       Я никак не реагировала и не делала попыток вырваться, ожидая исполнения своего желания. И в глубине души уже начинала истерить, потому что ничего не происходило. Почему ёкай ничего не делает?! Я была уверена, что все хорошо продумала! Где шляется мой ручной джинн, блядь, меня тут сейчас нахрен зарежут!       Вопреки моим мыслям, Бейонд убрал нож от моего лица и со злостью швырнул его в стену, резкий звонкий звук неприятно царапнул по нервам. Я была настолько удивлена этим действием, что пропустила момент, когда меня дернули вперед, заключая в отчаянное объятие и цепь вокруг моей шеи заметно ослабла.       А потом я услышала сдавленные рыдания Бейонда Бездея.       Несколько секунд я просто стояла на месте, осознавая произошедшее.       Так вот почему мое желание не сработало… Все это время Бейонд не был для меня опасен. Это я оказалась опасной для него.       Эмоциональный срыв Бейонда был неожиданным и шокировал меня до глубины души. Я поняла, что больше не могу притворяться перед ним. Бейонд давно нравился мне и он должен был об этом знать. Каким бы ужасным человеком ни был Бездей, чем я буду лучше, если начну играть его чувствами и тем более использовать их, на что когда-то недвусмысленно намекал L?       Пусть идут к черту все эти правильные поступки и манипуляционные игры, если они причиняют страдания другим людям.       — Но я не хочу, чтобы ты умирала, Барб, — хрипло сказал Бейонд, и боль в его голосе окончательно заставила меня сдаться. — Что я буду делать здесь без тебя? Едва ты исчезнешь, как я снова окажусь в мире мертвецов в полном одиночестве. Я устал всегда быть один.       — Теперь ты не один, Бей, и никогда больше не будешь, — тихо сказала я, обнимая Бейонда крепче. — Обещаю.       Бейонд вздрогнул и слегка отстранился, вглядываясь в мое лицо. Его собственное было заплаканным и недоверчивым, в темно-красных глазах светилась легкая сумасшедшинка.       — Ты опять лжешь, — шепотом сказал Бейонд.       Я не стала с ним спорить.       Я просто притянула Бейонда ближе, коснулась его слегка приоткрытых губ своими и несдержанно проникла языком в рот, увлекая в жаркий и долгий поцелуй.