Бойтесь своих желаний

             Когда мы вернулись в бункер, и по возвращению Бейонд и L продолжили свои переговоры приватно в рабочем кабинете детектива, я лихорадочно думала, как мне следует поступить. Что будет наиболее правильно и удобно для меня в новых обстоятельствах, ведь многое изменилось.       Очевидно, что Бейонд теперь сможет свободно перемещаться, куда ему вздумается, отчего L явно будет не в восторге. Детектив наверняка усилит и без того жесткий контроль над нами обоими. И учитывая нашу непростую историю с L и мою романтическую историю с Бейондом в последние дни, несложно было прогнозировать одну логическую вещь — в будущем конфликты неизбежны.       Мне выпадает два варианта — остаться в бункере и быть между двух огней, чтобы не случилось чего-то непоправимого, либо послать обоих парней нахуй и потребовать собственное жилье, где у меня появится возможность жить спокойно и в свое удовольствие, посещать бункер лишь при необходимости и не участвовать в бесконечных перепалках двух гениев с завышенным самомнением.       Разумеется, я выбрала второй вариант. Проблема была лишь в том, чтобы договориться с неким упрямым детективом, который наверняка упрется и будет настаивать, что мое присутствие в бункере спасет человечество. Зная его любовь к манипуляциям и умение давить на жалость, я готовилась к долгому напряженному спору и репетировала речь. Надеюсь, что хотя бы Бездей отнесется к моему решению спокойно, он должен оказаться более понятливым после длительного заточения в камере и войти в мое положение. Выслушивать претензии обоих парней мне совершенно не хотелось, и тем более отбиваться от их манипуляций. Несмотря на то, что я привыкла жить в убежище великого детектива, здешняя атмосфера, серые стены и минимализм интерьера давили на психику и нервировали. Мне хотелось жить в нормальном доме, пусть маленьком, но уютном, с привычными вещами и подходящей для моего собственного удобства техникой. И самое важное — в гордом одиночестве, посвящая время себе любимой. Конечно, я собиралась помогать в расследовании, когда появится Кира, но жизнь в собственном доме наделяла меня возможностью не являться по первому зову и защищать личные границы, которые в последнее время ни великий детектив, ни гениальный убийца ни во что не ставили…       Словно в ответ на мои мысли, Бейонд зашел в мою комнату без стука и завалился на кровать, с удрученным и раздраженным видом. Задумчиво подперев голову подушкой, он взглянул на меня с ухмылкой.       — Обалдел? — только и смогла сказать я, возмущенно глядя на него.       Бейонд заморгал, рассматривая меня с искренним недоумением.       — Что я сделал не так? Я же только что пришел.       — Ты…— я запнулась, чувствуя как от злости и досады даже великий и могучий русский язык начинает мне отказывать.       Бейонд хмыкнул, неожиданно и нежно коснувшись пальцами моего лица.       — Почему ты злишься, Барб? Совсем мне не рада? Я считал минуты до момента, когда мы сможем побыть наедине.       Я задумчиво смотрела на Бейонда, понимая, что меньше всего сейчас хочется обижать его. Но и допускать, чтобы он вот так каждый раз завалился в мою комнату тоже нельзя.       — Ты мог зайти в неподходящий момент. А если бы я переодевалась? Или ковырялась в носу?       Бейонд закатил глаза, обнимая мою подушку.       — Никогда не думал, что подобное может тебя смутить. Мы видели друг друга и в худших ситуациях, Барбара. Если тебе станет легче, L тоже ковыряется в носу, особенно когда слишком глубоко задумается.       — Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду, — возразила я, пытаясь убрать из мыслей образ, недостойный великого детектива.       — Знаю, но не понимаю, — Бейонд нахмурился, рассматривая меня своими багровыми глазами. — Если ты зайдешь ко мне, когда я окажусь, например, в одном белье, я буду радоваться, а не возмущаться.       — Не сомневаюсь, — кисло сказала я.       Бейонд сел на кровати, глядя на меня с легкой обидой.       — Прекрати меня отталкивать, Барбара. Тот факт, что мы живем под контролем L, не влияет на мое желание оставаться с тобой. Я не собираюсь делать вид, что нашего свидания не было, Я хочу, чтобы ты была рядом. Я сделаю для этого все.       Я вздрогнула, заметив, каким серьезным и решительным выглядит Бейонд.       — Все, что ты захочешь, — добавил он, взяв меня за руку и переплетая наши пальцы.— Абсолютно все.       Я вздохнула, не сдержавшись и погладив его по растрепанным черным волосам.       — Прости, Бейонд. Я не пытаюсь тебя оттолкнуть. Мне просто нужно побыть одной иногда. Я чувствую себя так, будто нахожусь под микроскопом, пока живу в этом доме.       Бейонд оживился.       — Хочешь сбежать отсюда?       — Нет, — строго сказала я. — Просто переехать в другое место.       Бездей взглянул на меня с удивлением и непониманием.       — Я хочу свой собственный дом, — уточнила я. — И сделаю все, чтобы его получить.              — Это исключено, — сказал L, задумчиво глядя на башенку из сахара и трогая ее пальцем.       Блядь, даже не дал мне возможности договорить фразу до конца.       Я сделала глубокий вдох, вспоминая подготовленную речь, и снова заговорила:       — Мой переезд не будет ни для кого проблемой. Я все так же буду приходить сюда, если тебе понадобится помощь. И, конечно же, Бейонд будет под моим присмотром, я буду звонить и писать ему, и даже забирать на... прогулки.       Рука детектива вздрогнула, и башенка из рафинада рассыпалась по столу, запачкав файлы с каким-то очередным криминальным делом. L недовольно взглянул на беспорядок, и поднял на меня непроницаемый взгляд черных глаз.       — Ты забыла про наше соглашение.       Я зависла, сначала не понимая, что он имеет в виду. Но затем в памяти промелькнула наша давняя неловкая, но моментами приятная ночь и я невольно покраснела, совершенно позабыв все отрепетированные фразы.       — А..да…но…, я ведь могу и ночью приехать, если тебе захочется…экспериментов.       L молча отстраивал башенку заново, пряча от меня свой взгляд за растрепанными прядями волос. Я сделала глубокий вдох и попыталась снова.       — Просто…если вдруг у тебя есть какие-то…особые пожелания, тебе надо заранее их озвучить.       — Есть одно, — тихо сказал детектив, — я хочу, чтобы ты была рядом.       Я заморгала, глядя на него скептически. Эти два ушлепка сговорились что ли?       — И что это должно значить?       L отвернулся от меня, полностью сосредоточив внимание на башенке из рафинада. Я с досадой пялилась на его сгорбленную спину в белой кофте.       — Сейчас то время, когда мне, тебе и Бейонду безопаснее всего держаться вместе. Это поможет нам быстрее наладить рабочие отношения перед таким важным и опасным делом, как убийства Киры, — невозмутимо сказал L.       — Да ну? — протянула я.       — И твое присутствие необходимо для поддержания баланса в нашей новой группе и для страховки моей жизни, на случай если Бейонд поменяет свои планы. Его желание уничтожить меня никуда не делось, Барбара. В последнем разговоре он ясно дал понять, что сейчас между нами лишь временное перемирие в силу обстоятельств. Но Бейонд такой же неуравновешенный, что и раньше и он может…       Я вздохнула, обхватила напряженные плечи детектива и повернула его к себе лицом, отчего крутящееся кресло детектива слегка скрипнуло. L прервался и теперь глядел на меня расширенными удивленными глазами. Я подавила усмешку и слегка наклонившись, поцеловала его в губы, легко и нежно, чтобы не оказывать лишнего давления. Детектив не двигался, и согласно моим ожиданиям, никак не среагировал на мой неожиданный ход.       Отстранившись спустя несколько секунд, я не удержалась и слегка погладила его бледную щеку пальцами.       — Новый дом. Это все, о чем я прошу. Ты сам можешь решить, где этот дом будет находиться и, конечно же, ты вправе посещать его в любое время.       L машинально облизнул губы, затем недовольно насупился и отвел взгляд в сторону.       — Я по этому скучал....однако, ты наверняка думаешь, что меня легко победить с помощью подобных манипуляций. Вынужден тебя разочаровать — теперь я еще больше настроен на отказ.       Я вздохнула, смирившись с тем, что переспорить и переиграть великого детектива невозможно. Не мне, по крайней мере.       — Но, Барбара, — неожиданно продолжил L,слегка улыбнувшись мне. — У меня есть встречное предложение.       — А? — опешила я.       — Если тебе так не нравится это место, я попрошу Ватари подыскать нам новую локацию и дом, который будет соответствовать не только твоим ожиданиям, но и моим и Бейонда тоже.       — Чё? Совместный переезд? — пробормотала я, меньше всего ожидая подобного поворота.       L кивнул.       — Это самый подходящий вариант, который устроит всех.       — Нет…— сказала я, стараясь не повышать голос, — Это не устроит меня.       — Но почему? — удивился детектив.       Да потому что я хочу жить одна, блядь, одна, в гордом одиночестве, без мозгоебства, манипуляций, игры разума, психологического давления и постоянной слежки, что тут непонятного, ебаный в рот?!       — Это дорого, — нашлась я. — Я понимаю, что ты богатый мальчик, но твои миллионы можно и на более благое дело потратить.       — Разве купить дом для моего единственного друга это не благое дело? — сказал детектив, глядя на меня невинными глазами.       Вот же расчетливая скотина. Теперь у меня два абсолютно бесполезных выбора — я соглашаюсь на новый дом, где буду находиться под таким же присмотром и давлением или я с позором отказываюсь и больше не заикаюсь о переезде.       Мда, полагаю, это мне месть за непрошенный поцелуй. Что ж, справедливо. Но жизнь в этом мире научила меня извлекать максимум пользы из любой ситуации. И если уж выбирать, то…       — Я хочу трехэтажный дом в классическом британском стиле, шикарную ванную комнату и роскошную спальню, кровать с балдахином и чтобы за домом был красивый сад и место для отдыха. И это еще не весь список.       L удивленно выслушал мои пожелания, но затем согласно кивнул.       — Я попрошу Ватари заняться этим. Передай ему все свои пожелания насчет дома. Думаю, переезд состоится в следующем месяце.       Я растерянно взглянула на него.       — Но ведь в ноябре…       — Согласно твоим утверждениям, Кира появится через несколько месяцев, — перебил меня L. — У тебя будет возможность пожить так, как ты того хочешь, Барбара. Я позабочусь обо всем, что нужно моему лучшему другу.       Очень сомневаюсь, что поживу спокойно.       Однако желание возмущаться, спорить и объяснять очевидные вещи человеку, который только что заявил, что намерен заботиться обо мне отпало само собой.       L задумчиво смотрел на меня, прикусив ноготь указательного пальца.       — Ладно, — сдалась я. — Думаю, смена обстановки пойдет всем нам на пользу.       — Я рад, что наши мнения совпадают, — флегматично ответил детектив, — это редкость.       Я уныло кивнула и пошла к выходу из его кабинета. Вслед мне раздался еле слышный довольный, но добродушный смешок.       Перспектива жить в одном доме с великим детективом, который испытывает мою психику на прочность с нездоровой маниакальностью и с гениальным убийцей, который вдруг нашел себя в роли моего преданного воздыхателя просто ужасала.       И я уже предвкушала радостный гиенинг Бейонда Бездея, когда он узнает о моем очередном поражении в споре с великим детективом. Теперь я понимала, почему этот ушлепок отнесся к моему решению переехать в отдельный дом удивительно спокойно. Он изначально знал, что этого не случится.       В голове пронеслась крамольная мысль о том, как было бы здорово сейчас воспользоваться шизотетрадью и свалить в неизвестном направлении, но она исчезла так же быстро, как и появилась. Слишком глубоко я увязла во всем этом, чтобы куда-то сбегать. Да и не хотела я никуда бежать. Хотелось, чтобы арка с Кирой быстрее началась и еще быстрее закончилась желательно без смертей двух гениев, к которым я успела привязаться и которых успела своеобразно полюбить.       Шел долгий март, в течение которого я, великий детектив L и Бейонд Бездей учились сосуществовать друг с другом, работать вместе и привыкать к новой динамике.       Тот факт, что теперь Бейонд жил в собственной комнате и имел возможность передвигаться свободно по всему бункеру, сильно осложнял жизнь и мне и детективу. Он мог в любое время дня и ночи завалиться в мою комнату, чтобы поболтать, угостить меня сладким или напроситься на ласку и поцелуи. К счастью, большего себе Бейонд не позволял, возможно, потому что заранее получил предупреждение L о соблюдении конкретных правил. Однако правила не мешали Бейонду докучать самому детективу, когда тот был занят, нагло лезть в его расследования и навязывать собственное мнение, когда его об этом не просили. Пожалуй, единственная причина, по которой детектив не отправил Бейонда обратно в камеру — он знал и ожидал подобного поведения, возможно даже приветствовал его.       А вот тот факт, что L не делал никаких попыток повторить «постельные эксперименты», хотя недавно явно намекал на них, нервировал. Я понятия не имела, какие мысли и желания роятся в лохматой голове детектива, что нервировало еще больше. Я была совершенно не готова к осознанию, что он может прийти в любое время, или тупо поставить меня перед фактом, я не представляла, что ему может понравиться в постели, а что нет, и меня конкретно злило ощущение, что меня просто используют, будто я не человек, а всего лишь гребаная функция. Лишь понимание, что у этого парня нет причин обходиться со мной так низко, тормозило меня учинить скандал. Со временем я просто расслабилась и решила ждать, когда великий детектив созреет для очередного эксперимента. Первая ночь получилась трогательной, смущающей, но ее недостаточно, чтобы L понял, как важно заботиться об удовольствии друг друга. Не говоря уже об опыте.       Конфликты между двумя гениями, к моему облегчению, были на редкость легкими и непродолжительными, и случались гораздо реже, чем ожидалось. По моим наблюдениям Бейонд в общении с великим детективом предпочитал не открытую конфронтацию, а искрометные и неожиданные шутки с долей сарказма и целью подъебнуть. Сам L с его непробиваемым самообладанием и постоянной занятостью часто даже не замечал стараний Бейонда поиграть на его нервах. Однако, я заметила, что детектив не остается в долгу и мастерски уничтожает своего заклятого друга интеллектуально в решении очередной логической задачи или при работе над новым расследованием.       Ёкай стал появляться гораздо чаще, чем обычно, и к огорчению Ватари оккупировал кухню, окончательно устроив там свинарник. Первое знакомство личного помощника L со своенравным японским божеством я умудрилась пропустить, зато теперь частенько заставала их забавные ссоры на тему, кто в кухне хозяин. В глубине души я немного злорадствовала над Ватари. Вредные пакости ёкая были заслуженной кармой для этого старика за его негативное отношение ко мне.       Сама я занималась любимыми и привычными делами — пинала балду, гуляла в городе, изредка развлекала Бейонда и L беседами, и баловала их подарками. Самый важный подарок — айфон последней модели из моего времени, добытый с помощью шизотетради, был надежно спрятан и ждал заветного дня — тридцать первое октября.       Наступил апрель, а вместе с ним и время нашего переезда в роскошный особняк в британском стиле, подготовкой которого занимался Ватари. И к своему ужасу, я испытывала ощущение, что мы трое теперь точно стали не просто командой, а почти семьей. Очень странной, ебненькой, но по своему интересной и милой семьей.       К счастью, последующая совместная жизнь в новом особняке быстро развеяла мою иллюзию. Это была гребаная катастрофа.