Балетная симфония

Глубокая ночь. Подозрительный звук, открывающихся ворот. Кто-то только что разбил окно на первом этаже. Лидия слышит крики своей мамы, которая просит ее не трогать. Девушка в панике встает с постели, направляясь на звук шума. Наощупь она доходит до лестницы, но последующий шаг оказывается неудачным, Лидия кубарем летит со ступенек, падая к ногам преступника, который зажимая ее рот и нос, начинает душить. Лидия просыпается в ужасе ощущая запах дыма. В комнате становится так жарко, будто ты находишься в печи. Мартин понимает, что дом горит и ей некуда идти. В любой момент она может наступить в огонь. Девушка чувствует приближение неизбежного, когда кончики пальцев пронзает что-то обжигающее. Она ничего не может сделать и только кричит. Кричит и не понимает, что это всего-лишь очередной сон, в котором она умирает из-за своей беззащитности и ущербности. — Лидия, Лидия, ты слышишь меня? Открой глаза. — Натали начала приводить Мартин в чувства. Девушка открывает глаза, хватая воздух ртом. — С тобой все нормально? Ты так кричала, я сразу примчалась. — Все в порядке, видимо кошмар в кошмаре. — Лидия приглаживает волосы руками, приходя в себя. Сегодня она впервые разбудила свою маму. Кошмары не оставляли ее все два года, но в этот раз Мартин чуть не сошла с ума, крича на весь дом. — Который час? — Почти девять утра, думаю, что пора вставать. Сегодня ты собиралась опять позаниматься в зале. — Натали с надеждой смотрит на Лидию, видя как она расплылась в улыбке. — Да, я была бы счастлива вновь отправиться туда. — Она присела на кровати, вытирая пот со лба, который образовался во сне. — Мне нужно в ванную, помоги, пожалуйста. Мартин ненавидит себя за это. Она не любит просить о помощи, она взрослая и самостоятельная. Это она должна помогать своей семье, а не наоборот. Лидия до сих пор винит себя в смерти отца, ведь если бы не тот ужасный день, возможно, что все было бы хорошо. — Завтра я долго работаю. Ты же не против, если Эллисон побудет с тобой, как и всегда? — Натали подает руку своей дочери, помогая встать. Лидия знакома с девушкой с детства. Она одна из немногих, кто не отвернулся от нее после аварии и продолжает навещать, поддерживать общение. — Ты же знаешь, я доверяю только ей и тебе. — Мать направляет Лидию в сторону ванной, следя за тем, чтобы девушка не ударилась. — Дальше я сама. Мартин нащупывает кран, чтобы включить воду. Она подносит руки к воде, наполняя их до краев, и умывает лицо, ощущая прилив бодрости. — Что тебе приготовить на завтрак? — Доносится голос Натали из коридора. — Я не откажусь от омлета.

***

Она аккуратно посылает кусочек завтрака в свой рот. Вилками пользуется только мама Лидии, сама Мартин предпочитает ложку. Однажды она случайно чуть не проткнула себя. — Какой образ ты хочешь использовать сегодня? — Миссис Мартин любит придумывать для дочери разные образы, чтобы со стороны никто не понимал в каком отчаянии находится Лидия. — Я хочу то платье в цветочек и красную помаду. Когда твои глаза всегда скрыты от посторонних — определиться с макияжом становится проще. Тебе остается выбрать только цвет помады, ведь это единственное, что остается. Девушка всегда была поклонницей яркого, — и локоны, если тебе несложно. Лидия боялась, что в один прекрасный день мама отвернется от нее, и она останется совсем одна. — Романтичный образ? — Натали расплывается в улыбке, Лидия кивает, опуская голову вниз.

***

Студия, в которой Лидия занимается уже семнадцать лет, находится довольно далеко от дома. Семья много раз переезжала, но Мартин не могла проститься со своим убежищем, где пряталась от проблем, растворяясь в танце. Нужно быть либо хорошей актрисой, чтобы прятать боль, либо просто выпадать из своей реальности, представляя что-нибудь другое. Натали ведет машину, а Лидия вставляет наушники, слушая музыку. Раньше ее нельзя было даже усадить в машину, уже не говоря о поездке куда-либо. Она долго боролась со своей фобией, думая, что автомобиль — это зло, которое уничтожило ее жизнь и жизнь ее отца. Небо затянулось тучами, и первые капельки дождя ударились об лобовое стекло, угрожая. Сильный звук ливня заставил Лидию оторваться от музыки и вернуться в реальность. — Я всегда ношу с собой зонт. — Натали заранее успокаивает дочь, но Мартин это не так важно. Впервые ей захотелось выйти под проливной дождь и поцеловать человека, который будет бережно убирать капли дождя с ее щек. Лидия прикосается руками к холодному стеклу, вырисовывая невидимые фигуры. — Мы приехали. Автомобиль припарковывается прямо ко входу в величественное здание, где Мартин провела огромную часть своей жизни. Она бы все отдала, чтобы взглянуть на него еще раз. Девушка открывает дверь, встречая свою мать с зонтом в руках. Здесь можно спокойно пробежать и не намокнуть, но Лидия передвигается слишком медленно, в страхе упасть или пораниться. В холле доносятся звуки из каждой аудитории. Где-то играет классика, где-то слышатся тяжелые вздохи новичка, который, видимо, выжимает из себя все возможное. Мартин закрывает мокрый зонт. Каждый, кто находится в одном помещении с Лидией одаривает ее различными взглядами. В чьих-то глазах читается сожаление, некоторые пытаются совладать с собой и не разглядывать девушку, а кто-то прожигает ее надменным взглядом. Пренебрежение. Мартин не видит этого, но чувствует. Она всегда хотела оградить себя, возвести огромную стену, которая никогда бы не сломалась. — Ох, Лидия, как поживаешь? — Малия встала напротив, преграждая путь. В ее голосе чувствовались нотки раздражения и… зависти? «Какой адекватный человек будет завидовать такой, как я?», — пронеслось в голове Мартин. Она привыкла распознавать нутро человека по голосу. — Малия, любимая, все замечательно! Как там твоя роль в новом спектакле? — Лидия демонстративно расплывается в широкой улыбке, скаля зубы. Тейт взглянула на Натали, а затем пулей выскочила из здания культуры. Лидия почувствовала вкус очередной победы. Она никогда не хотела уничтожить Малию, они даже могли стать хорошими друзьями, если бы не истинное отношение Тейт ко всему, чем она занимается. Считает, что все ей должны и все ей обязаны. Это одно из самых ужасных качеств человека. Лидия входит в свою студию, бросая сумку на пол. — Дальше я сама, спасибо. — Натали кивает и выходит, нервно покусывая ногти. Лидия присаживается на стул. Новый день, старое занятие. Она выдыхает облокачивается, забывая о том, что у стула нет спинки. Грохот. В эту же секунду врывается миссис Мартин, поднимая Лидию. — Все хорошо? — Мать озабоченно осматривает Лидию, та кивает. Ее глаза на мокром месте. «Ничтожество». Стук в дверь и Натали послушно дергает ручку на себя. — Ох, я рад, что вы здесь, — директор театра вежливо целует миссис Мартин в тыльную сторону ладони, — я могу поговорить с вашей дочерью? — Натали кивает, отходя в сторону. — Лидия, как ты себя чувствуешь? — Он настороженно приближается, Мартин дергает уголками алых губ. — Я знаю как ты дорожишь своим увлече… — Это не увлечение, это — жизнь. — Девушка перебивает директора. Он прочищает горло прежде чем продолжить. — Дело в том, что семье Тейт необходимо срочно уехать, на неопределенный срок. Премьера спектакля срывается и… Я хочу предложить тебе главную роль. Лидия хмурит брови, пытаясь переварить услышанное. Она только что вернулась в дело? Или ее взяли только из-за того, что Малия не может выступить? А может это просто жалость? Вдруг это наоборот признак уважения? — Я должна подумать. — Ты же знаешь, что для этого спектакля мы решили написать собственное музыкальное сопровождение? — Директор нервно теребит галстук. — Я что-то слышала об этом… — Лидия почувствовала волнение в его голосе, — что Вы имеете в виду? — Ты, как никто другой, чувствуешь ритм, понимаешь чего не хватает, что необходимо. Мы можем пройти в мой кабинет? С минуты на минуту должен прийти композитор, с которым я хочу тебя познакомить. Говорят, он гениален. — Директор смотрит на Лидию с надеждой. — Но, что Вы хотите от меня? — Ты должна ему помочь. Мартин, недолго думая, поднимается и направляется в сторону двери. Троица движется в кабинет директора. Он продолжает теребить то галстук, то пуговицу пиджака. — Присаживайтесь, — просит мужчина. Натали послушно усаживается на кожаный диван, который противно заскрипел. Лидия направилась к окну, слушая шум дождя. Стук в дверь, которая сразу же открывается. — Мистер Стилински, рад Вас видеть! Отец парня отводит директора в сторону, что-то шепча ему на ухо. Он напрягается еще сильнее, чем до этого. Жестом мужчина указывает на Мартин. Стайлз переводит взгляд на девушку, которая продолжает стоять спиной, пялясь в окно. Она ощущает взгляд, который буквально прожигает ее насквозь. Парень рассматривает ее прекрасные рыжие локоны, нежное платье, величественную осанку, гордо расправленные плечи. Мартин поворачивается лицом, и Стилински обращает внимание на ее яркие губы, удивительные очки, которые не просвечивают, как он думает, ее удивительные глаза. — Добрый день, Вы слишком молчалив, не находите? — Лидия улыбается, но в этот момент обрываются любые ниточки, потому что Стайлз не слышит ее, а она не видит его.