Blue memories

       В его комнате уже давно стояла гитара. Знаете... просто так. Эту гитару он получил от Отабека в один из хмурых Питерский дней — в свой день рождения... Правда, в то время Алтын был уже далеко за тысячу километров и переслал подарок доставкой. После этого казах ещё долго извинялся, ведь такой подарок он хотел подарить лично.        Когда первого марта в дверь постучались, то Юра не удивился — наверняка, кто-нибудь из знакомых, по классике, решил пошутить и заказал в его квартиру цветы или, как шутят глупые одноклассники, "Подарок для нашей милой дамы". Плисецкий нехотя поднялся с насиженного места и направился к двери. Взявшись за ручку и потянув на себя, блондин удивился — курьер стоял с огромной прямоугольной коробкой. — Эм... Вы Юрий Плисецкий? — он поставил посылку на плитку — как оказалось, коробка была почти плоской. — Да. — отрезал блондин, уже вовсю разглядывая необычной формы посылку. На боку была какая-то надпись, но от продолжения "сеанса" изучения его оторвал голос курьера и протянутая бумажка с ручкой. — Распишитесь, пожалуйста, вот здесь. — усталым голосом проговорил он и указал пальцем на пустующую полосу с надписью под ней — подпись. Выхватив ручку из чужих рук Юра быстро оставил "автограф" и забрал протянутую коробку. — До свидания, всего хорошего... — эти слова скрылись за железной дверью, а человек в синей форме доставки уныло пошагал к лифту.        Затащив коробку в квартиру, Плисецкий вздохнул и принялся дальше нести подарок — а он был уверен, что это подарок — в свою комнату. Дотащив злосчастную коробку, он, недолго думая, решил её открыть. Открывалась передняя — как у книжки — часть. Увидев то, что было в ней, блондин сразу понял от кого был подарок. Потя, тоже поняв что это, отвлёкся от обнюхиванья посылки и радостно мяукнул. Это была гитара. Настоящая рок гитара.       Юра с завидной скоростью стал распаковывать её от многочисленных пакетов и плёнок. Как только последний моток скотча был разрезан, Плисецкий смущённо выдохнул. Он никак не решался взять инструмент — ему казалось, что если он его возьмёт, то обязательно сломает или покоцает: сама гитара была тонкая, около грифа был вырез (кажется, как помнил Юра, он называется катавеем); также, на корпусе были ещё всякие кнопки; цвет гитары был коричнево-бежевый, но, поднимаясь выше, где-то на середине корпуса, в хаотичном порядке были нарисованы чёрные пятнышки — как у леопарда; гриф был тонким, с белыми "отметинами" и поблёскивающими на свету струнами; смотря выше, на голову гитары, которая была тоже коричнево-бежевого цвета, можно было увидеть металлические колки и название фирмы музыкального инструмента, выведенное золотым цветом — "Gibson".       Решившись, Плисецкий сначала осторожно провёл пальцами по, как он выяснил, металлическим струнам и взял гитару в руки. Он не мог налюбоваться самим инструментом и думал, что, наверное, никогда не сможет играть на ней. Юра, сам не зная почему, краснел, держа эту гитару в руках. От рассматривания самых мелких деталей музыкального инструмента его отвлёк звонок, доносящийся от подоконника. Телефон! — мигом сообразил блондин и помчался поскорее взять трубку. — Алло! — проговорил Юра, недовольный тем, что кто-то (кто ему звонил он не посмотрел, схватив трубку) отвлекает его от изучения одного из самых лучших подарков. — Привет, Юра. — послышался знакомый голос с той стороны трубки, отчего в глазах Юрия появились счастливые искорки, — С днём рождения! Получил подарок? — кажется, Отабек немного смутился — Я хотел подарить его сам, но тренер... — Это самый лучший подарок в моей жизни! Спасибо огромное. — кажется, зеленоглазый сейчас взорвётся от счастья, забыв о том, что Отабек не рядом. — Эээ... — Алтын замялся — Так гитара тебе понравилась? — Да, очень! — Юра немного успокоился, но сердце до сих пор бешено колотилось — Ты ведь... научишь меня на ней играть? — Юрию радостно претила эта мысль. — Конечно! — не раздумывая выпалил Алтын — Тогда давай сегодня по Скайпу? Предположим...ммм... в 19? — Хорошо, — ответил на предложение Плисецкий — До встречи. — До встречи.        В этот день блондин будет ругаться всем матом, который есть у него в словарном запасе, а Отабек будет корить его за это, тихо посмеиваясь. В этот день Плисецкий скажет, что у него болят не мышцы, а подушечки пальцев, что до ужаса странно и непривычно. В этот день Юрий возьмёт гитару в руки в первый раз. И, в этот день, он изменит то, что ему предначертано.