Прилив

Спокойно, Гилберт, говорил я себе, подходя к дому Элизабет. Она будет на месте. Она просто дурачилась сегодня на пляже. Конечно. Ведь она без ума от меня! Она не станет врать, как Наташа. Дорожка сделала поворот, и я увидел домик – белый, с синими ставнями. Над крыльцом грел фонарик. Да! Она меня ждёт! Вдоль дорожки росли мелкие красные маки. Я сорвал несколько штук. Поднялся по деревянным ступенькам, ударил кулаком в дверь и замер с довольной улыбкой. За дверью царила тишина. — Эй, Элизабет! Никакого ответа. Я забарабанил в дверь. Что она там, уснула? — Просыпайся, крошка! Праздник начинается! Где-то в глубине послышались шаги. Я откинул волосы со лба и попытался выровнять свой хилый букет. Несколько цветков уже сломались. Ну ничего. Дверь отворилась. На меня удивлённо смотрела соседка Элизабет, Кэти. Она была в банном халате и с полотенцем на голове. — Ой, Гилберт, привет. Ты меня напугал своими воплями. — Прошу прощения, — я вынул из букета один цветок и протянул ей. – Держи. Поставишь в вазу и будешь вспоминать обо мне. — Спасибо, — она смущённо улыбнулась, поправляя полотенце на голове. – Мне надо сушить голову. — Никаких проблем. Только скажи Элизабет, что я здесь. — Понимаешь, — она растерянно закусила нижнюю губу. – Я бы с удовольствием, но не могу. — То есть? — Её нет, — сказала Кэти мягко. Я молча смотрел на неё. — Ну, пока, — она потянула дверь на себя. — А ну, погоди, — я крепко ухватился за ручку. – Ты хочешь сказать, что она до сих пор не пришла? Вышла на минутку по делам? — Не совсем. — Что это значит? Где она? — Не знаю, — Кэти теребила полотенце. – Гилберт, мои волосы… — Да забудь ты про свои волосы! – взорвался я. – Я спрашиваю, где Элизабет? — Но я правда не знаю, — настаивала Кэти. – Она мне ничего не рассказывала. Просто сказала, что уходит. Я решила, что она идёт в кино, но точно не знаю. Внутри всё не просто закипело, а забурлило. Я стоял, онемев от ярости. Кэти внимательно посмотрела на меня, а затем быстро захлопнула дверь. Я рассержено шлёпнул по двери ладонью. Спускаясь по ступенькам, я вдруг заметил, что всё ещё сжимаю в кулаке проклятый букет. Я медленно смял, раскрошил в пальцах красные лепестки. С ним я поступлю точно так же. Кто бы он ни был. Я швырнул изломанные цветы под синюю дверь и рванулся к машине. Подожду у выхода из кинотеатра, решил я. Благо, он здесь один на весь городок. Дождусь, когда они выйдут, посмотрю, что это за парень. А потом я ему покажу. Но только не так, как тогда. Я не буду ждать, играть в игры. У меня просто не хватит на это сил. Я готов взорваться от бешенства. Крепко сжимая руль, я гнал машину по Центральной улице Логан-Бич. Летом город заполняют туристы. Вокруг сновали толпы отдыхающих, и движение было довольно насыщенным. Прямо передо мной замедлил ход грузовик – начал поворачивать, чтобы припарковаться. Но я быстро загнал машину в свободное место. — Эй, — ко мне, сопя, бежал невысокий толстяк, водитель грузовика. – Вы что, не видели, как я сигналил? Вы заняли моё место! — Да что вы? – распахнув дверцу, я вылез наружу. – Я что-то не заметил здесь таблички с вашим именем. — Но… Как же… — забормотал он. — Что ‘но’? Может, подерёмся из-за места? — Вы что, вы что, зачем драться? – он начал торопливо отступать к своему грузовику. Я сделал несколько шагов вслед, потом остановился. Спокойно. Отвяжись от толстяка. Побереги злость для того парня. Того, который с Элизабет. Глубоко вздохнув, я зашёл в кафе, расположенное прямо напротив кинотеатра. У входа в кинотеатр было пусто. Хорошо. Значит, фильм ещё не закончился. Он даже ещё и не начинался, подумал я с мрачной усмешкой. Настоящее кино начнётся, когда этот парень выйдет. Я стоял у дверей, думая об Элизабет. Как она могла так поступить? Ведь я же её предупредил! Или она думает, что это всё шуточки? Ничего, она увидит. Я посмотрел на часы. Уже скоро. Она поймёт, что я был абсолютно серьёзен. Ага. Из кинотеатра выходили первые зрители. Толпа росла. Ну же, Элизабет. Где же ты? Выходи. Кто там с тобой? В толпе мелькнул знакомый силуэт. Элизабет. Она держала за руку парня. Я посмотрел на него, и меня бросило в жар. Этого не может быть! Я крепко зажмурился. Кто угодно, только не он! Открыв глаза, я снова посмотрел на него, ещё надеясь в глубине души, что обознался. Парень с улыбкой смотрел на Элизабет, держа её за руку. Он! Друг, человек, которого я вижу почти каждый день. Нет, теперь уже не друг. Он только прикидывался другом. А сейчас стоял рядом с моей девчонкой. Я почувствовал, как участилось дыхание, как кровь бьётся в висках, как руки сами сжались в кулаки так, что ногти больно впились в ладони. Догнать его. Врезать как следует. Сколько можно терпеть. Я рванул через дорогу. Но тут же прямо у меня над головой загудел какой-то грузовик. Я испуганно отскочил. — Ты, болван! – заорал водитель, высовываясь из окна. – Тебе что, жить надоело? Смотри, куда идёшь! Я попытался перебежать дорогу позади грузовика, но вплотную за ним едва тащился синий фургон. Внутри гремела музыка, веселились какие-то подростки. — Да скорей же, — в отчаянии я ударил ногой по фургону. — А ты ударь посильнее, — крикнул один из парней. – Авось ногу сломаешь! Остальные расхохотались. Я стиснул зубы. Мне безумно хотелось вытащить этих пацанов из машины, одного за другим, и показать им, почем фунт лиха, но я сдержался. Прибереги эмоции для него, приказал я себе. Для того, кто с Элизабет. Кто притворялся твоим другом. Наконец фургон прополз мимо. Я посмотрел на кинотеатр. Элизабет со спутником исчезли. Вокруг гудели машины, кто-то крикнул, чтобы я проходил. Лавируя между автомобилями, я с трудом перешёл на другую сторону. Они не могли уйти далеко, просто растворились в толпе. Надо найти их, проучить его, избавиться, наконец, от этой ярости, кипящей во мне с самого утра. Торопливо оглядевшись в поисках русой головки, я ринулся напролом сквозь толпу. Распихивая окружающих и вглядываясь вперёд, я вдруг столкнулся с парнем, выходящим из-за угла. — Артур! Артур вздрогнул и схватился за меня, чтобы не упасть. — Гилберт! Ты чуть не сбил меня с ног, — он рассерженно потёр руку. — Ты видел Элизабет? – спросил я, тяжело дыша. – Ты видел, с кем она? — Да, — он со вздохом опустил глаза и начал ерошить свои светлые волосы. Кажется, я заскрипел зубами. — Послушай, — Артур снова вздохнул. – Я всё понимаю, но… — Мне надо идти, — не слушая, я рванулся вперёд. — Идиот, подожди! Я не обращал внимания. Сейчас я хотел только одного – найти его, догнать, избить, проучить на всю оставшуюся жизнь. Толпа постепенно редела, но Элизабет по-прежнему нигде не было видно. Я ускорил шаги. И врезался со всего маху в какого-то парнишку лет пятнадцати. — Эй, поаккуратней! Я схватил его за ворот и притянул к себе. — Это ты поаккуратней, малявка. — Извините. Как скажете. Мне очень жаль… — мальчишка уставился на меня перепуганными глазами. — Нет, тебе ещё не жаль. Но скоро будет… Ухватив мальчишку за шиворот, я толкнул его на боковую аллею. Он упал на колени, но я тут же снова схватил его за воротник, поднял и ударил в лицо. Из носа мгновенно брызнула кровь. Пошатываясь от боли, он споткнулся об урну и упал бы, если бы я его не поймал. — Ну что, теперь тебе жаль? – процедил я сквозь зубы. – Или ещё не очень? Кровь лилась у него по лицу и капала с подбородка. Он хотел что-то сказать, но я изо всех сил ударил его в живот. Мальчишка согнулся пополам от боли, и я тут же накинулся на него, повалился, начал бить. — Гилберт! Гилберт, остановись! Это крикнул Артур. Он схватил меня за руки и хорошенько встряхнул. — Прекрати, идиот! Ты же убьёшь его! Остановись!