Стальная

— Галя? Гарри? Саша? Паша? А что вы тут все делаете? Я вас не ждал… Только в пятницу, если… — проговорил, входя в собственный дом, Николай Иванович. — Мы соскучились, — просто проговорила она, глядя как дети обнимают родного деда. — Мне нужно с тобой посоветоваться… — Галь, я устал за день… Пойду наверх. — Проговорил Гарри. — Мальчики, вам тоже пора… — заметил он с нажимом. Парни, поняв, что матери с дедом нужно поговорить наедине, быстро попрощались и пошли с отцом наверх. *** — Будешь уху? — Нет. В последнее время на рыбу у меня прямо-таки рвотный рефлекс… Рогозина, присев на поваленное дерево, наблюдала, как отец готовит уху из вечернего улова. Вспоров брюхо окуню, распотрошив его, и очистив от чешуи и плавников, Николай Иванович варил на костерке рыбный суп. Она все ему рассказала, не утаивая не единой подробности сегодняшнего разговора с Султановым. — Ты отказалась? — Думаю отказаться… Я беременная… у меня дети… дом. Я, в конце-концов, давно не практикую… — Зря… — отец помешал в котелке рыбу, — ты давно не занималась настоящим делом. Ты разучилась с бедой человеческой лицом к лицу встречаться. Страшно тебе… И страшно что-то менять — плавный ход жизни… И, кроме того, есть еще одна, вторая причина… — Это какая же? — Не хочешь ты под началом Султанова работать. Ну да, конечно, не пристало нам… Гордыня. Слепая и и смешная гордыня. Он тебя не в чиновники звал… — Пап, ты считаешь, что я подлость совершу, если откажусь? Отец вздыхает: — Когда я только начинал, было такое правило: судья, подписывающий смертный приговор, обязан был присутствовать при исполнении этого приговора. И некоторые тогда уходили. Из судий. Просто психологически не выдерживали… Так что, каждый принимает решение, и каждый должен отвечать за него. Главное перед самим собой… Гарри вспомни. Какой ад у него был перед глазами… Что с ним делали и не делали только… Но он выбрал жизнь — вместо смерти, и добро — вместо зла. Путь ему было нелегко карабкаться наверх, он преодолевал себя и собственные пороки, нередко заглушая темный голос, который шептал ему — отомстить, убить и наказать. У него в душе была надежда… Которую никто и ничто в этом мире не может погасить… Ты до сих пор не можешь понять как, через столько прожитых лет, Гарри все равно улыбается каждому дню. Я отвечу: он самый достойный из всех мужчин, которых я только повстречал на своем жизненном пути… Я рад, что он стал твоим мужем, и моим зятем… — Да. Гарри всегда будет меня старше. Не телесно, а духовно… — признала она, поглаживая свой живот. — В нем всегда горит негасимое пламя… Мы с ним многое прошли бок о бок… А теперь оно вечно будет и со мной… *** — Я все равно не понимаю, как она может вам помочь… Николай Петрович Круглов и Султанов стояли посреди будущей Федеральной Экспертной Службы. Вокруг носились строители, электрики, маляры и штукатуры, с краской, трубами и проводкой. –… она же несколько лет не практиковала… Не с той стороны вы заходите, Руслан Султанович… Не с той… — Может, ты объяснишь, с какой стороны, Коля… Что стало известно за полгода с той стороны, — злобно бросил генерал майору. — Как далеко ты продвинулся… Майор помолчал, а затем так же злобно и сквозь зубы процедил: — Где ваш Пикертон и Мата Хари в одном флаконе? — Вот она… О, и Гарри здесь… Рогозина-Поттер шла твердо. Черный костюм не скрывал ее «интересного положения», но придал ей строгий и деловой вид. Ее блуза была ослепительно белой, а туфли были на низком, но удобном и устойчивом каблуке. Гарри, так же как и она — одетый во все черное, даже рубашка была у него темная, с интересом уставился на незнакомца, встав чуть поодаль, давая поговорить жене и двум мужчинам. — Доброе утро, Галина Николаевна. Они с Султановым пожали друг другу руки. Майор окинул еще «незнакомку» — от него не скрылось ни обручальное кольцо, ни ее беременность, ни то, что она пришла не одна. — Прошу знакомиться, майор Круглов Николай Петрович. Они тоже пожали друг другу руки. Хватка у нее, обратил он внимание, была очень твердой и сильной. Цепкой. — Руслан Султанович, давайте сразу к делу, — проговорила она. Гарри тут же встал ближе к ней, — и сразу проясним нашу ситуацию… — Извольте, — чуть склонился ей генерал. — Я готова возглавить ФЭС при условии, что мне будет гарантирована одна вещь… Она шла напролом. Гарри и ее отец согласились с ее мнением. — Я вас слушаю. — Штат я набираю сама. — Галина Николаевна, разумеется… — Хорошо. Тогда мне нужно постановление об изменении меры пресечения для Тихонова Ивана, который сейчас находится под следствием… — Хакер что ли? — перебил ее Круглов. — Который переводил деньги из банков? — Да он, — Рогозина-Поттер обернулась к пораженному майору. — Ничего себе… — с округлившимся глазами проговорил Николай Петрович, — он будет ловить Органиста?! Что скажут банкиры, нефтяные компании?.. — К-хм, — перебил его возлияния Султанов. — Это их деньги! — А можно я договорю? — бесстрастно проговорила женщина, но в ее руках хрустнула сломанная ручка. Этот персонаж ее уже бесил. Она уже видела — тот был старой закалки, и не признавал ничего нового и современного… — Многоуважаемый, — проговорил неожиданно черноволосый мужчина, который был представлен Султановым как «Гарри», — вы лучше меня знаете, что женщину перебивать вообще-то невежливо… Глаза майора моментально зажглись ненавистью. Но ответить он ничего не успел. — Спасибо. — Наконец-то дождалась женщина относительной тишины. — Я планирую использовать Тихонова в нашей службе как руководителя компьютного отдела. И считаю, что лучшего специалиста нет. К тому же, он по образованию биолог… — Понимаю вас. Когда вы хотите его забрать? — Сегодня. Я хочу, чтобы он как можно скорее начал искать, и по мере нахождения взламывать сервера, базы данных и каналы переписки нелегальных торговцев органами… –… и поймаем виртуального маньяка, — перебил ее снова не сдержавшийся от эмоций Круглов, — вы кино насмотрелись! — Товарищ майор, ведите себя по уставу! — рыкнул Султанов. — Перед вами ваш начальник! — Начальник??? — с удивлением проговорила женщина. Гарри переминался с ноги на ногу, и молчал. — Да, Галина Николаевна, это мое условие. Единственное. Майор Круглов ведет это дело почти с самого начала и владеет всей информацией в полном объеме. К тому же, он опытный оперативник… Будет работать с вами, — проговорил Руслан Султанович снимая очки. — Вашим заместителем. Я думаю, вы сработаетесь… — И много он наработал за полгода? — чуть с ехидцей поинтересовалась она. — Я дело не с начала веду… — Галя, — мягко и тактично вмешался в разговор Гарри. — Да, Руслан Султанович, — проговорила женщина. — Еще одно мое условие… Я желаю видеть своего мужа рядом. У него, во-первых, второе образование психолога, а это очень важно. Во-вторых, большой опыт общения с людьми, и знание многих способов необычных убийств и заметания следов. Еще его прошлое — знание преступного мира, нам сильно поможет… — Галина Николаевна, здесь не могу пойти вам навстречу. У вашего мужа двойное гражданство… — Я не претендую на должность оперативника… — холодно проговорил Гарри. — Лишь вольнонаемный. Там, психолог… хотя нет, или секретарь. — Я пойду секретарем. — Мгновенно согласился Гарри. — Я свободно владею двумя языками и могу вести документацию. Знаю основы иностранного права… — Превосходно… Галина Николаевна, вы можете получить Тихонова прямо сейчас, я только сделаю два звоночка… Хорошо? Рогозина покивала. Султанов, набрав номер, пошел беседовать начальником тюрьмы. Гарри, плюя на незнакомого ему майора, взял ее за руку и прижал к своим губам. Женщина открыто улыбнулась ему. Майор почернел, глядя на них: — А где же ваши детишки? У вас, вроде, двое… — За границей в языковом лагере… Пусть изучают немецкий и китайский… — проговорил Поттер, бережно держа руку жены. — Заодно в Европе освоятся… *** Рогозина шагала рядом с майором, который вел ее по извилистым коридорам тюрьмы, к камере, где и был искомый, страстно ей желаемый ею Иван Тихонов. Гарри остался ждать ее в машине. — Да, товарищ майор, подождите меня за дверью… — проговорила она, опережая тюремного сторожа. Тот нехотя загремел ключами в замке. В маленькой, темной камере, где с трудом помещались кровать и компьютерный стол, было очень накурено. У сидевшего за столом, сгорбившись, человека, стукающего по клавиатуре с необычайной быстротой, был еще и кальян… Сам он сидел в больших наушниках. — Здорово, Иван, — проговорила она. Тихонов не шелохнулся. — Иван! Пришлось аккуратно потормошить его. Тот от изумления вытаращил глаза и застыл, автоматически снимая наушники с ушей. — Собирайся, с вещами, — бросила ему женщина, которой хотелось выйти отсюда — притворно-сладкий запах табака был невыносим, как и само здание тюрьмы. — Здрасте, Галина Николаевна… Что случилось? — Поедешь со мной… — По УДО? — Нет, по поддельным документам. Собирайся… *** — Галь, давай его к себе, — проговорил Гарри. Женщина кивнула, и хакер (бывший осужденный) сел рядом с ней. Женщина вела машину, на ходу рассказывая Ивану про новую структуру: –…Федеральная Экспертная Служба. И нам нужен программист-компьютерщик. Точнее сказать, лучший хакер. Так что выбирай. Либо сидеть три года, либо работать с нами. — А чего за работа? — Интересная работа, очень интересная… Преступников ловить, маньяков, убийц. Трехразовое питание, оборудование, какое хочешь, прекрасный коллектив, а главное никакой судимости. — Прекрасный коллектив? Это вы что ли? — В том числе и я… Ты про Органиста чего-нибудь слышал? — Конечно… У меня же выделенка в камере стояла. — В общем, Органист — наша главная задача. Какие-нибудь мысли есть? — Да какие! Никаких! — Что-нибудь про торговлю органами детей видел? — Нет, не интересно… Нет. Не интересовался. — Значит теперь придется поинтересоваться… — В другой раз, Галина Николаевна! Он моментально, рывком вскочил из машины, и кинулся бежать. Рогозина ругнулась, стукнула обеими руками по рулю, но тут же заметила и отсутствие мужа на заднем сидении фэс-ого авто… *** Спустя пять минут, она услышала отчаянные вопли о помощи. Гарри, спокойный как танк, тащил худого недобеглеца, схватив того за отворот футболки и вывернув ему руку. Тот орал от боли и пытался вырваться из цепких мужских пальцев. Но никого вокруг не было. Гарри рывком кинул его в машину и сел сам, тут же крепко сжав ему запястье. Хакер дергался, но вырваться и разжать хватку так и не смог. — Явились, — проговорила женщина, стукая пальцами по рулю. — Слышь, заяц, — проговорил Гарри, — как тебе не стыдно обманывать беременную женщину… — Беременную? Да ладно? Снова? — Иван! Гарри! — коротко проговорила женщина обоим, но муж, похоже, не заметил ее протеста. –…и если ты снова попытаешься вырваться на волю, то я обещаю переломать тебе все ненужные конечности. В данном случае, это ноги и позвоночник… Я слов на ветер не бросаю… — Я понял… — взвизгнул он. — Больно! — Что ты понял? — медленно проговорил Гарри. — Я больше не буду! Извините! — Галь, у тебя наручники с собой есть? — Спросил у женщины Гарри. — Скуй меня и его… Из меня шикарный охранник, ты же знаешь… Рогозина с удовлетворением сковала их. Проверила — крепко скованы. И только после этого Гарри отпустил его запястье. — Галь, вода есть? Я пить хочу. Она кивнула и извлекла из рюкзака бутылку. Иван, блестя глазами и тяжело дыша, смотрел на это богатство. — А можно мне? — Обойдешься, — отчеканил Гарри. — В ФЭС только выпущу… И предупрежу, чтобы все входы перекрыли и не выпускали тебя из здания вовсе… — Блин… А вы правда муж Галины Николаевны? — Теперь, помимо статуса мужа и отца, я секретарь ФЭС. *** Как только трое перешагнули порог ФЭС, то Галина Николаевна отстегнула его от стальных оков. — Я за тобой слежу, — лаского проговорил Гарри, а Тихонов от его шелкового тона содрогнулся с головы до ног. — Работай, — жестко проговорила Рогозина. — А в туалет можно? И попить кофе? — просительно проговорил хакер. — Я его проконтролирую… Пошли, друг мой… Иван был вынужден пойти за Гарри. Женщина, усмехнувшись, пошла в их релакс-комнату. Как назло там был Круглов, который пил чернейший кофе. Она присела на диванчик, и положила ноги на подлокотник — они противно затекли. И взяла папку с делом — самую первую жертву Органиста… Это была девочка… *** Круглов ругался. По его мнению — работать с зэком — преступление. — Вам придется вместе работать, — прорычала Рогозина-Поттер, доведенная вконец и Кругловым, и издевками Вани. И снова занялась досье. Тихонов очень обиделся, что его тут не воспринимают за человека. — То, что кто-то хоть раз оступился, значит, по вашему не заслуживает доверия? — спросил Гарри, отпивая чай из своей чашки. — Да! — Тогда почитайте, господин майор, мое досье. Вам это пойдет на пользу… Хоть в кои-то веки будите заняты делом, а не путаться у нас под ногами, мешая… — Гарри! Майор побелел от гнева. И почти что выскочил пулей из комнаты. — Слава богу, — проговорил Тихонов негромко. — У меня есть мысли…– прибавил он громче. — Излагай, — проговорила Рогозина.