Любимая пара и моя фантазия

Питер лежал на кровати, ковыряясь в телефоне. С его плотным графиком ему бы следовало поспать, но сон так и не идет. Ребра ужасно сильно болят после битвы со Стервятником. Будто розы с острыми шипами растут прямо внутри грудной клетки. В телефоне ничего интересного не было. В совместной беседе класса только и идет обсуждение о Человеке-Пауке. Паркеру это ужасно льстило, но немного поднадоело. В последние дни настроение у него было ниже плинтуса. Девушка его мечты уехала. Чуть ли не выгнали из школы. И Мэй начала вести строгий надзор за ним. Ничего положительного. Ну кроме того, что он спас всех от Стервятника, который оказался отцом Лиз. Ирония, не правда ли? Паркер тяжело вздохнул, переворачиваясь с бока на спину. Он продолжил смотреть в экран, который находился над его лицом. Спустя пару минут телефон выскользнул из рук владельца, падая ему на лицо. Питер не громко рыкнул и выключил мобильник, кладя его под подушку. Всё равно завтра выходной, — будильник не нужен. Он закрыл глаза, надеясь хотя бы с рассветом заснуть. Телефон приглушённо вякнул. Чисто из любопытства Паркер вытащил его и посмотрел, кто прислал сообщение. И какого же было его удивление, когда на экране показалось имя «Мишель». Нахмурив брови, он убавил звук и поднес динамик к уху, чтобы прослушать голосовое сообщение. Первые десять секунд ничего не было, и Питер подумал, что сообщение отправилась случайно, но вдруг до него донесся голос. — Эм… Привет, Питер… Я знаю, возможно это не мое дело, но я… волнуюсь о тебе? — Мишель усмехнулась, но вновь продолжила. — Тебе наверняка сложно после случая с Лиз… Я просто хочу сказать, что тебе нужно расслабиться, чувак. Это сложно, да. Но постарайся. На этом сообщение резко обрывается. Голос Гонзалес был какой-то охрипший, будто болеющей. Ему была приятна забота Мишель. Это ужасно странно и неестественно, но так по-необычному мило. Если бы кто-нибудь ему до этого момента сказал, что «Мило» и «Мишель» слова совместимые, то он бы посмеялся этому человеку прямо в лицо и смеялся бы до боли в боках. Но сейчас он и вправду думает, что Мишель милая. Ведь никто (кроме Неда, конечно) не поинтересовался о нем. Паркер приложил телефон к самому рту. Он боялся, что сбитое дыхание выдаст его радость. У вас бывало так, что от одного сообщения тело наполняется теплом, сердце бьется быстрее, и хочется визжать от радости. Будто после морозной улицы залез под одеяло, прижимаясь к горячей батарее, и чувствуется как каждая клеточка тела согревается, и приятная нега наполняет всего тебя. Именно это чувствует Питер. — Спасибо, Мишель. Да… Тяжело как-то без Лиз… Но не волнуйся, я справлюсь. Еще раз, спасибо. Он отправил это сообщение и начал ждать ответа. Маленькая и внезапная надпись «Просмотрено» перевернула все внутри него. В следующую секунду он понял, что она вновь записывает голосовое сообщение. Он приготовился слушать. — Хах, вот и славно. Потому что смотреть на твои провалы с Лиз было жалко, лузер, - Она замолкает на секунду. Но Питер может настолько отчетливо слышать ее действие, что четко представляет, как она облизывает пересохшие губы, поправляет взлохмаченные волосы и пару раз моргает, потому что не уверенна стоит ли говорить дальше, - Просто перестань быть лузером. Питер в негодование приоткрывает рот, хмуря брови. Но потом вновь усмехается, когда в его голове пролетает мысль: «Хэй, это же Мишель Гонзалес». Он задумывается, стоит ли продолжать такую несвойственную им обоим беседу о его разбитом сердце. В задумчивости он прикладывает большой палец к губам, начиная покусывать его кончик. Он готов набрать сообщение просто так. — Ох, завались, Эм-Джей, — это звучало бы грубо, если бы Питер не смеялся, говоря это. Но он по-настоящему расслабился, говоря с ней. Все мысли о Лиз и ее отце просто испарились, хотя их разговор был в какой-то мере об этом. И он был по-настоящему благодарен Мишель за ее заботу. Он не хотел говорить об этом через телефон. Он скажет ей при встрече. Телефон зазвенел от нового уведомление. Вновь голосовое сообщение он Мишель. — Спокойной ночи, лузер Паркер, — Питер вновь засмеялся, но быстро умолк, надеясь, что не потревожил чуткий сон тети. — Спасибо, что не пенис, — Питер повернул голову в сторону двери. В кромешной темноте был хорошо виден свет из-под двери из коридора. Там не было ничьей тени, значит Мэй не стоит под дверью. — Спокойной ночи, Гонзалес. Питер до жути довольный перевернулся на бок, вновь пряча телефон под подушку. Он посмотрел перед собой в темноту и широко улыбнулся, прищуривая глаза, думая о милой грубиянке с вороньим гнездом на голове. Всё-таки приятна забота от Мишель, которая никогда ни о ком не заботилась (хотя Пит уже и в этом не уверен). Чувствуешь себя особенным. Паркер поправил свои кудрявые волосы и закрыл глаза, все еще широко улыбаясь. Хоть сегодня он выспится.