Выкуси, дрянь!

      В тесной квартире-студии со скучным двухместным диваном, углом-кухней, парой-тройкой шкафов и двумя рабочими столами пахло кофе, бумажной пылью и перегретым процессором. — Дышать нечем, — открыв откидное пластиковое окно вверх, Оксана занавесила его непроницаемой тёмно-серой шторой. — А ты курить бросай — дышаться сразу легче станет. Льдинка, — за монитором, подпирая подбородок кулаком, сидел немолодой блондин со стрижкой под горшок на льняные волосы, тяжёлыми и одутловатыми чертами усталого лица, без конца клацающий правой кнопкой мышки; его зелёные с серым ободком глаза не отрывались от строк на экране. — Опять ты за своё, — откинулась на спинку стула Светлая, — Я же просила так меня не называть. — Нет-нет, да и напомнишь. Её… — Хватит, — обрезало реплику слово, процеженное сквозь зубы, — Я соболезную и всё такое, но никак не могу понять. Чем я похожа на эту твою… Эх, не важно. — Своей холодностью и упрямством, — безошибочно подметил собеседник, — В это я в ней и влюбился, мне кажется. — Ещё скажи, Виталь, что я так же тону. Давай, проведи параллель, ты же их обожаешь, — собирая по столу мусор — упаковки от бутербродов и батончиков, съехидничала бледнолицая брюнетка. — Ты когда питаться нормально начнёшь? Здоровье угробишь, — не поднимая глаз от монитора, сказал всевидящий Виталий. — Кончай изображать из себя отца. Я в нём не нуждаюсь, — подойдя к мойке, девушка, засучившая рукава чёрной толстовки с принтом в едких тонах, сполоснула свою кружку под краном, чтобы снова наполнить её чёрным кофе без сахара, — Так. Виталь. А это у нас что? Не многовато ли кружек в раковине? — с издёвкой и назревающим в голосе раздражением повернулась она к мужчине, — Если узнаю, что в моё отсутствие ты тех двоих водил… — Кого? — изображая недоумение, как бы по ходу дела вопрошал сидящий, всецело поглощённый вбиванием данных в компьютер. — Дурачка не включай. Ты знаешь, о ком я говорю. О тех мелких утырках. Увижу их здесь — всех троих вас нахуй вышвырну! Услышал меня?! — вскипевшая Оксана забрала за ухо прядь отрезанных под каре чёрных волос — те снова мешались и без конца лезли в лицо, — Я им запретила сюда приходить! — Да чего ты так на них взъелась-то? — повёл плечами делающий свою работу айтишник, — Дети они и есть дети. Подрастут — научатся уму-разуму. — Ты бы знал, что эти "дети" творят! — яростно выдохнула брюнетка, — Мне Ариса написала. Ей всю квартиру разнесли. Меня подозревала. Вот тебе и "детки", — со злостью выплюнула она последнее слово, — Откуда такое удивление? Я отпустила тебя в Москву раньше при условии, что ты будешь, как обычно, мониторить переписки и держать меня в курсе. Неужели там совсем ничего не было на этот счёт?! Ты их вообще, по ходу, не открывал. Гулять с младшим братом — замечательно, но не в ущерб работе! Совсем одного оставить нельзя, — встав у его стола, Светлая потеснила мужчину, которому пришлось подвинуться в сторону. — Виноват. Мне дали большой заказ и поставили дедлайн. Я и занялся им, пока ты в Питере, — оправдывался Виталий, вынужденный отложить своё занятие под выжидающим взглядом девушки, — Чего ты дуешься? Да не убежит от тебя важная информация. В сообщениях опять одна болтовня ни о чём. В конце концов, всё это уже немного не наше дело… — осторожно попытался он донести до заказчицы, причём уже не в первый раз. — Всё, что касается Русалочки — моё дело! — рявкнула на него Оксана, но тот остался невозмутимым и спокойно продолжал сведение звука. — Долго ещё ты собираешься за ней следить? Пока нас не засекут? Может, оставишь уже в покое? У неё теперь своя жизнь, новая девушка. Займись лучше собственной, не трать время на бессмысленное сталкерство в сети.       Сжавшая кулаки Светлая клацнула зубами. — Я тебе за что плачу? Чтобы ты мне морали читал?! Ты и так большую часть времени хернёй страдаешь!.. — кричала она прямо над ухом у преспокойно обрабатывающего звуковую дорожку нелепо постриженного мужчины. — Не забывай, я звуковик. Это моя основная работа и основной доход. Мы и так с тобой, по сути, подсудным делом занимаемся. Я ради тебя на риски иду. Так что отключай уже режим фурии, — допустив добродушный смешок, он надел наушники. — Ну ладно, ладно, Виталь. Я ценю твою помощь, — начала остывать Оксана, — Просто вся эта хуйня… кхм!.. Бесит!.. — Не переживай, Льдинка, я на твоей стороне, — Виталий с осторожностью приобнял хмурую и вымотавшуюся девушку, по-отечески похлопывая по спине, — Я знаю, как много она для тебя значит. — Ну всё, пусти, — шмыгнувшая носом брюнетка выпуталась из его объятий, — Пойду всё-таки сделаю нам кофе. — Если опять будешь курить — на балконе, пожалуйста, — бросил он ей в спину.

***

— Оперативно. Ну, меньшего от тебя и не ожидала, — Ариса развернулась в дверях боком, давая Карине и её спутнице пройти. — Марго, — ей была тут же протянута ладонь ничуть не растерявшейся Маргариты. — Ариса, — немного оторопело потрясла её руку на пару секунд впавшая в прострацию брюнетка, — Карин, а ты не говорила, что у тебя есть девушка, — крутанув пару раз для верности новенький засов, метнула она подозрительно-хитрый взгляд на вошедшую следом за Рей. — Мы… — начала было Орешко, но её опередила подруга с дредами. — …мы просто спим время от времени, — прямота Марго обескуражила и без того прифигевшую хозяйку ещё больше; той показалось, что уводящая глаза в сторону Карина поджала губы с каким-то неявным разочарованием и обидой на знакомую. — Но сейчас речь не о нас. Расскажи, что произошло. Всё по порядку. С самого начала, — снимая одолженную кожанку, со всей серьёзностью во взгляде попросила взявшая себя в руки обладательница очков. — Я и не знала, что у тебя на самом деле такая большая грудь. Ты никогда её не подчёркивала. До сегодняшнего дня… — не удержавшись, прокомментировала увиденное Нишигая; кое-чем от Русалочки она всё же успела заразиться — синдромом "языка без костей". — Я обычно не ношу настолько глубокий вырез, — с некоторым усилием выдавила из себя неожиданно смущённая Карина; сегодня она была несколько странная, не похожая на саму себя — вымученно-неловко улыбалась, не понимала, куда деть глаза, — Это одежда Марго, — Рей заметила, как полукровка передала Маргарите двусмысленный взгляд, — Но ты имей в виду: я-то дама свободная, а вот у тебя уже есть девушка. Осторожнее с комментариями. Вернёмся лучше к теме. — Идёмте на кухню. Сейчас чаю сварганим, и я всё расскажу, — предложила разувшимся гостьям Ариса. — Арис, у тебя нет чего-нибудь от головы? — без стеснения усаживаясь возле окна, спросила загорелая подруга Орешко, — Мы пили всю ночь, голова трещит просто жуть как. Я не смогла даже сесть за руль, пришлось брать такси. — Найдём. Вам сразу рассказывать? Или подождём Сашу с Ольгой? — развернулась к ним Нишигая с жестяной коробочкой зелёного чая в руке. — Ну давайте подождём, — пожала плечами светлоглазая татуированная особа, — Мне без разницы. — А во сколько обещали быть здесь? — Карина не могла спокойно сидеть, прохаживаясь по комнате взад-вперёд. — Пишут, что задержатся. Оля в душ пошла, Саша без неё уехать не может, — тяжело выдохнула полукровка, сверяясь со входящими СМС, — Ситуация повторяется. Через минут двадцать, сказали. — Да уж. Оля в своём репертуаре, — с усмешкой сказала Карина, разглядывающая взятую со шкафа статуэтку манэки-нэко.

***

      Где-то за периметром квартиры независимо существовал свет дня. Он не проникал в стены, стиснувшие жалкие метры крохотной комнатушки. Нельзя было сказать наверняка, какое сейчас время суток. В результате всё сплавилось в единый монолит без начала и конца. Пространство Русалочки сузилось до её нового микромира, ограничивающегося ванной комнатой. Ровное, без мигания и дрожи, освещение выученной наизусть одинокой лампы. Бликующий от него кафель. Неприятно холодящая кожу керамика. Болтающаяся под потолком паутина — Русалочка готова была поклясться, что, когда она ненадолго падала в сон, по невесомым нитям, мягко перемещая цепкие лапки, скользили паучьи тельца.       Большую часть времени нимфа зависала где-то между сном и реальностью, в объятиях сонного паралича. Киру постоянно одолевала тяжёлая сонливость, однако, исчезая в странствиях помутнённого сознания, просыпалась она каждые пятнадцать минут — её мучила адская психоделика из смеси неприятных воспоминаний, потаённых страхов и жутковатой мистики. Все эти сновидения объединяло одно: там ощущалось чужое присутствие, селящее в ней загоняющую сердце панику и животный страх за собственную жизнь. Бескрайние поля пожухлой травы, туманные пустоши, замшелые полумёртвые замки, бездонные колодцы, выросший на раскрошенной в море каменной гряде незрячий одиночка-маяк… Являющиеся нимфе существа неизвестной природы неизменно преследовали её. Наблюдая из укрытий, маячили в области бокового зрения, незримо подбираясь ближе. Настигая, погружали в безумие, а затем съедали заживо. Сложив крылья, мерцающие марганцево-изумрудным оперением чёрные птицы смотрели на неё человеческими лицами без век, через воск их кожи выступали узлы мышц. Она вскакивала во сне, задыхаясь от ужаса.       Теперь Бессольская боялась засыпать, борясь до последнего, заставляя разум функционировать, пока он не отключался сам. Боль в пристёгнутых руках оставалась с ней саднящим дискомфортом, как и зуд в месте заживающей наколки; голова пульсирующе гудела от голода, усталости и перегруженности полчищем навязчивых дум.       Хозяин квартиры вовсе перестал к ней заглядывать. Закрыв дверь на наружную щеколду, он оставил девушку наедине с самой собой. Кира не ожидала, что пребывание в одиночестве в плену собственных мыслей может быть настолько тягостным. Нимфа пыталась звать Сергея, но тот не откликался. Он ставил свои старые песни. Русалочка их помнила — когда-то Сухарчук присылал записанные в студии треки на её суд. Девушка и подумать не могла, что эта музыка способна вытащить на поверхность столь мрачные мысли и подпитывать их с такой пугающей мощностью. Композиции давили, делали бесконечно больно, кололи сердце, прокрадываясь внутрь. Ундина не могла сдерживать слёзы: ещё никогда она не чувствовала свою ничтожность столь всеобъемлюще-ярко.       В конце концов изолированная от мира Русалочка неизбежно начала сомневаться в трезвости своего восприятия и собственной адекватности. Сам собой назревал вопрос. Долго ли она так протянет?..

***

— Прежде всего нужно сообщить в соответствующие органы… — говорила Немирович, только что приехавшая с возлюбленной к Арисе.       Испугавшийся внезапно нагрянувших гостей Русал со скоростью молнии скрылся в спальне. Кое-как разместившись в тесноте кухни, друзья сидели за столом. Чай в кружках стыл — им было не до него. — Я слышала, — деликатно вклинилась Ольга, прерывая свою девушку, — что об исчезновении человека надо заявлять спустя трое суток. Нет, я ни в коем случае не предлагаю вам тянуть, однако существует вероятность, что нас развернут и отправят по домам. — Такая практика действительно есть, но эксперты рекомендуют докладывать как можно раньше, коли на то имеются основания, чтобы работники начинали шевелиться. Так что будем действовать безотлагательно. Стоит расклеить листовки — вдруг кто что видел или знает. Ценна любая зацепка. И мать поставьте в известность, если ещё этого не сделали, пусть тоже подключается к поискам и будет на связи с полицией, пока мы принимаем другие меры. Важно задействовать как можно больше рычагов, — все внимательно слушали говорящую, Карина нервозно вертела в руках мобильник — ей нужно было чем-то их занять, — Далее. Опрашиваем всех её друзей и знакомых. Можно разместить пост прямо на её стене. — Я этим займусь, — вызвалась Рей; все заметили её дёрганность и волнение — она с утра была как на иголках, — Ещё в Инстаграме размещу, там много подписчиков, больше народу увидит. — И я могу репостнуть себе в группу. Там тоже большой актив благодаря недавней пиар-компании, — подхватила нетерпеливая Киса. — В полиции на нас болт забьют, как в прошлый раз. Будьте уверены, — не поддержала всеобщего энтузиазма вздыхающая у подоконника Ариса, которой сегодня не сиделось за столом, — В идею с широкой оглаской верится как-то больше, — хмыкнула она. — Не нужно было в тот раз отказываться от моей помощи. Я предлагала задействовать отца. У него есть знакомые в МВД, а значит, имеется и некоторое влияние. Но вы решили справиться самостоятельно. Что ж, ваш выбор. Моё предложение всё ещё в силе, — вновь подала голос лучшая подруга пропавшей. — Уверена? Ты же вроде не собиралась его впутывать? — по её левую руку Марго собирала дреды натурального оттенка в высокий хвост на макушке. — Это тот исключительный случай, когда без отца не обойтись. Он знает Русалочку, думаю, услышав о случившемся, сам предложил бы помочь, — подтвердила свою готовность шатенка в очках, — Мигом мобилизуются и забегают. Из-под земли достанут.       После этой фразы повисло неловкое молчание. — Ой, простите. Зря я это сказала… Конечно же, я и думать не хочу о том, что Киры может уже и не быть в живых, — к концу реплики Карина резко понизила голос, её губы подрагивали. — Раз все тут предлагают содействие, вброшу и от себя предложение. У меня, так сказать, связи в самых злачных районах. Не спрашивайте, откуда. Бывший постоянно ошивался со всякой шпаной, вечно его из передряг вытаскивать приходилось. Если будет нужно, попинаю их немного — живо всё выложат, — Маргарита блеснула глазами необычного цвета, — Уж они-то с огромной вероятностью могут оказаться втянутыми, сами понимаете. Самые настоящие отбросы общества, — сложив руки на столешнице, она оперлась на них грудью. — Слушай, ну прямо золотая жила. Имеет смысл покопать в этом направлении, только нужно найти кого-то для подстраховки, — выразила своё мнение невеста Ольги. — Об этом не беспокойтесь. Мои приятели к вашим услугам. — Я курить, — поднялась Нишигая с подоконника. — Я с тобой, — Рей тоже встала. — Пару минут, ладно? — полезла в кухонный ящик брюнетка. — Что-то ты подозрительно спокойная. По тебе не скажешь, что у тебя девушка пропала. Наводит на мысли, знаешь ли… — Марго сказала то, чего от неё никто не ожидал.       Обернувшаяся через плечо Орешко зло глянула на обладательницу дред, давая понять, что та перегнула палку. — На какие-такие мысли? — отдающий ехидством тон сощурившейся Арисы, убравшей пачку сигарет в задний карман джинсов, не предвещал ничего хорошего, — Ты думаешь, это я всё подстроила, потому что Русалочка мне надоела? — Я не так сказала. Не коверкай мои слова, — несмотря на жесты Немирович, Марго продолжала, — Ты считаешь, что я тебя во всём обвиняю? Просто ты объективно первая подозреваемая по делу, — обратившись к остальным, она добавила: — Если вы смотрели детективные сериалы, понимаете, о чём я. — Марго! — строго сказала Рей, и все разом замолчали, — Жизнь — это не детективные сериалы. — Что мне, по-твоему, причитать сидеть, навзрыд рыдать, на стены лезть?! — внезапно для всех слетела с катушек ещё минуту назад спокойная Нишигая, — Ну да, коне-ечно!.. Вам виднее, как мне страдать! В сериалах же всё не так, всё по-настоящему! Уж простите, что из меня никакущая актриса! — Риса, успокойся, — подошла к полукровке вскочившая с места Кисарова, попытавшись обнять, — Никто тебя ни в чём не винит, — но Ариса достаточно импульсивно отодвинула её от себя. — Я вообще тебя первый день знаю. Извини, если сказала что-то не то, — попросила прощения почувствовавшая в этом необходимость Марго. — Ой, да идите вы все!.. — покинув комнату, хлопнула дверью в коридор пребывающая на грани истерики брюнетка. — Ну ты молодец, конечно… Надо было головой думать, — осуждающе бросила Орешко в сторону Марго, присаживаясь с ней рядом, — Ей и так тяжело. — Я извинилась, сколько можно? — раздражённо выдохнула та. — Так, дамы, — заговорила Саша, и другие гостьи обратили к ней лица, — Ссорами делу не поможешь. Сходите кто-нибудь за Арисой и верните её к нам. Нужно, не затягивая, определиться с сегодняшним маршрутом. Время не ждёт.

***

      "Я — пустота. Я — звучащая, пронзительная тишина. Я — самое глубокое и полное чувство. Стань моим продолжением…"       Созревшая капля сорвалась с крана и разбилась о раковину. В затылок упирался жёсткий бортик ванны. Запрокинувшая тяжёлую голову Русалочка не отрывала расфокусированного взгляда от темнеющего к углам потолка. Побелку с разводами ржавчины разъели трещины. Кира уже знала каждый сантиметр своей клетки наизусть, могла с закрытыми глазами воссоздать в памяти всё целиком. Слабые руки безвольно висели в наручниках — она научилась принимать это как должное.       "Я всё и ничто. И я поглощу весь острый свет", — беззвучно шелестели сухие губы. С усилием прикрывая болезненные веки, испачканные остатками макияжа, нимфа хмурила лоб и снова расслабляла его, ширила губы в бессмысленной, никому не предназначавшейся усмешке, пока уголки рта с кровящими трещинками не начинало щипать.       "Я — это ты".       Лишать себя способности видеть было страшно. Но ещё страшнее было возвращаться в реальность.       Когда она, погасив усмешку, неохотно распахнула глаза, дверь оказалась открытой. В дверном проёме тенью возник хозяин квартиры. Было в его сутуловатой позе нечто неуверенно-жалкое. — Здравствуй, солнышко, — Бессольская не реагировала, — Скажи, у тебя бывало так, что не оставалось сил двигаться дальше? Я в таком состоянии уже не первый год. Выжимаю из себя последнее. И творчество, и жизнь… всё стоит на месте, проходит мимо, — улыбаясь с горечью, он прислонился спиной к закрытой им же двери.       На этих словах Русалочка обратила к нему свой пустой взгляд. — Что бы я ни делал, ничего не меняется. Я уже всё перепробовал. Общество словно выкинуло меня из себя, как какой-то… дефектный образец. И не даёт вернуть всё как было. Забавно, но когда-то у нас даже были поклонники. С тех пор как группа распалась, я неоднократно пробовал продолжить в одиночку, но оказался совершенно не способен идти дальше. Та твоя татуировка… Я хотел, чтобы от нас осталось ещё хоть что-то кроме песен, которые все уже забыли, — присевший на край ванны Сухарчук сгорбился, не поворачиваясь к вышедшей из странного состояния Кире; она глядела уже внимательнее, не чувствуя от него никакой угрозы. — Я никчёмный человек. Вместо того, чтобы научиться жить эту жизнь заново и справиться с творческим застоем, творю чёрт знает что. Заплатил друзьям, чтобы похитить понравившеюся мне девушку, запер её у себя дома… Я всегда желал тебе только хорошего, правда тобой восхищался. И при этом так с тобой поступил… Я себя ненавижу за это. Если ты только сможешь простить меня… Понимаешь, я отчаялся и окончательно потерял себя, — от того, как он говорил, искренне, очень тихо, медленно, с большим количеством пауз — словно приходилось вырывать из себя каждое слово, голубоволосую пробирало до мурашек; поёжившейся Русалочке вновь стало зябко и неуютно. — Я больше не способен так жить. Я всё уже решил, — Бессольская сделала судорожно-жадный вдох — внутреннее напряжение натянулось тонкой леской, — Я не могу здесь больше оставаться. Единственный выход отсюда, это…       Душа ухнула под ноги. Жизнь в испуганной Русалочке сумасшедше заколотилась, раня хрупкую плоть. — Подожди… Что ты хочешь сделать?.. — хрипло подала голос она. — Давай пойдём вместе. Этот мир вытесняет из себя всё человеческое и настоящее. Духовность тут не приживается. Я не хочу ни приспосабливаться, ни лицемерно угождать людям, ни идти по головам. Я не чувствую себя на своём месте. Ты же пойдёшь со мной?.. — грустные глаза повернувшегося торсом Сергея столкнулись с полными злости и ужаса серо-зелёными глазами ундины — он терпеливо ждал ответа.       Гнев растянутым полотном вздымался и опускался, вторя глубокому дыханию. Тугие канаты рвались один за одним. — Да. Давай!.. Давай перейдём черту! — внезапно воскликнула Русалочка, светясь отчаянным безумием, истерически улыбаясь, — Собственными руками уничтожим всё, что когда либо имело значение. Зачем ещё ждать?.. Зачем пытаться?.. Ведь не осталось ничего. Ни-че-го, несущего хоть какой-то смысл. Жизнь глупа и несправедлива, покончим же с нею!.. Негатив существует, лишь чтобы ломать и опустошать, но никак не для того, чтобы учиться ценить хорошее! Никак не для того, чтобы расти и впоследствии крепче стоять на ногах! Хорошо, давай всё бросим! Не осталось никаких незавершённых дел, ничего, что ещё нужно успеть! Всё же обречено на провал по одному своему определению! Уже само наше появление на свет — недоразумение…       Сергей опустил лицо. Он выглядел озадаченным и неуверенным, внимал, поражённо теряясь в мыслях. — Нам ведь не дано выбирать собственный путь и строить свою жизнь именно так, как захотим! Никакой свободы, никаких ресурсов! Нас никогда не любили, нами не дорожили, с нами не считались. Не было родителей, которые принимали нас и поддерживали во всём, беспокоились о нас больше, чем о самих себе! Нам же всё это безразлично, верно?!.. Мы же не умеем дорожить тем, чем располагаем, и не готовы этому учиться! — выкрикивала она, задыхаясь от слёз, — Я только сейчас встретила настоящих друзей, которым на меня не плевать! Нашла своего человека — девушку, которую действительно люблю! Наконец поняла, ради чего живу! Наконец почувствовала себя нужной! Только перестала возвращаться к преследовавшим меня долгие годы мрачным мыслям, переборола ненависть к себе! Открыла для себя такие простые, но, в то же время, важные вещи, нашла в себе силы двигаться дальше и бороться за своё счастье, настроилась заниматься тем, чем нравится, без чего я себя не представляю! Приняла и отпустила своё прошлое, сделала необходимые выводы и вынесла уроки! — худые плечи мелко колотило от переизбытка эмоций, — Да, конечно! Давай пошлём всё к чёртовой матери! Давай исчезнем, перечеркнув всё то, что было до этого! Весь жизненный опыт, все приятные воспоминания и всё то, что мы в себя вкладывали, чтобы ощущать себя живыми! Ведь всё же так бессмысленно, лживо и безыдейно!..       У нимфы была истерика. Она не могла остановиться, захлёбываясь рыданиями, не справляясь с болью, которую испытывала. Хозяин квартиры, как какой-то растерявшийся мальчишка, в ужасе смотрел на неё, не в силах отвести виноватых глаз, и не знал, что предпринять. — Да, я с радостью похерю всё, что старательно строила всё это время! Откажусь от идеи начать новую жизнь без сожалений, переломаю всё к херам собственными руками! Я же, блядь, бесхребетная, слабовольная идиотка! Пародия на то, какой я мечтала стать! Конченная инфантильная дура, зацикленная на собственной внешности и создании видимости успешности! Позерша и пустышка!       Задумавшийся Сухарчук не знал, что на это ответить. Он молча наблюдал её эмоциональный взрыв и, казалось, находился под впечатлением после такой шоковой терапии. — Знаешь, — на сухих губах девушки появилась бесстрашно-уверенная усмешка, — Все эти юные обладатели сумасшедших состояний — брехня собачья. Среди таких историй правдивых — одна на миллион. Практически никто не добивается поставленных целей, а уж тем более известности без колоссальных усилий и упорной работы над собой. Только пройдя все трудности и тяжёлые времена, мы вырастаем как люди. Это ли не бесценный опыт? Неудачи и прорывы, провалы и свершения… Это и делает нас теми, кто мы есть. Иначе какой во всём этом смысл? Мы — наш жизненный путь. Опыт прохождения испытаний закаляет. Ценили бы мы то, чего не приходилось бы добиваться? Очень сомневаюсь. Всё существует не просто так. Наша жизнь — та ещё азартная игра, — добродушно растянула Кира губы в улыбке, — Выходить из неё в самом разгаре процесса — читерство. Но, если будем играть по правилам, сможем в дальнейшем подогнать её законы под себя. Стоит продолжать играть, тогда наши старания рано или поздно окупятся, — притянувшая к себе колени Бессольская подалась вперёд, насколько позволяла цепь наручников.       Кажется, её слова возымели эффект: на лице слушающего тоже проступила улыбка. Пусть и печально-слабая, сместившаяся на один уголок рта. — В этом есть смысл, — с едва уловимым смешком согласился он. — Не нужно намеренно пытаться преодолеть творческий кризис, — продолжала воодушевившаяся своей маленькой победой и подуспокоившаяся Русалочка, — Это так не работает. Лишь загонишь себя в него ещё больше. Возьми тайм-аут, попробуй на время забыть о творчестве, переключись на нечто действительно захватывающее. Пробуй записывать собственные ощущения, анализировать их. Научись лучше себя понимать и чувствовать. Забудь о своих "обязанностях" перед самим собой. Не вини себя за "отлынивание". Отдыхать и хвалить самого себя тоже нужно уметь. Этому тоже учатся. Получается, кстати, не сразу. Как только почувствуешь, что готов вернуться к творческой деятельности — приступай. Постепенно, понемногу. И дело пойдёт. Не дави на себя, не ругай себя, не заставляй себя, не работай через силу. Творчество — тоже труд и ещё какой. Будешь следовать этим рекомендациям — всё получится, вот увидишь! — страстно делилась советами голубоволосая. — Да, пожалуй, ты права… — негромко отозвался Сухарчук, — Спасибо тебе. За то, что веришь в меня, хотя сам я, признаться честно, уже перестал. — Главное — начать. А там всё само наладится. Смени подход, взгляни на ситуацию как бы со стороны, более отстранённо. Попробуй, хуже не будет. А что касается депрессивных состояний… Могу подсказать отличных специалистов, к которым обращалась сама. Проверенные люди, буквально на ноги поставили и привели в себя. Могу поискать контакты, — с готовностью предложила Кира.       У неё на душе стало значительно легче и свободнее. Пропало давящее ощущение стягивания грудной клетки ремнями. Вместо этого под рёбрами вспыхнула надежда.

***

      Внизу шевелился и шумел проспект. Смугловатый парень с копной карамельно-русых кучерявых волос сидел на крыше многоэтажки, прислонившись к кирпичному монолиту выпущенной из неё трубы. Надменно-безразличным взглядом карих глаз всецело завладел негаснущий экран смартфона в громоздком розовом чехле. — Так, посмотрим…

***

      Когда Русалочка с трудом разлепила веки после — впервые за долгое время — более-менее ровного сна, в висках стучала боль. Голова будто бы налилась тяжёлым металлом и казалась неподъёмной. В мыслях отчётливо прозвучало: "Что-то здесь не так". Сердце участило биение, дышать стало труднее.       В нос бил едкий запах. Угарный газ.

***

      Из-за приоткрытой оконной рамы сквозил пробирающий свежестью утренний воздух. Глотнув несладкий кофе, усевшаяся за компьютерный стол Оксана отставила кружку в сторону. — Это какая по счёту? Уже третья? Может, всё же стоит спать по ночам? — отвлёкся от работы широкоплечий и нескладно сложенный Виталий, — И голова болеть перестанет. — Сама разберусь, не начинай, — потирая горячий лоб, отмахнулась от его заботы Светлая. — Ты знала, что кофеин… — очередную поучительную речь бесцеремонно прервали. — Только без лекций, окей? — зло сверкнула глазами брюнетка, — Лучше проверь сообщения. Есть ли обновления? — Сейчас сделаем, — подавшись вперёд, мужчина приблизил лицо к монитору, открывая нужную вкладку, — Так… Вчера вечером, в восемь часов тридцать одну минуту Ариса пишет: "Ты скоро? Я тут ужин готовить собираюсь. Что ты хочешь? Есть пожелания?" Русалочка пишет: "Тебя". Ухмыляющийся эмодзи. Ариса пишет: "Но я не влезу в духовку. Да и костлявая слишком, мяса почти нет". Три смеющихся эмодзи. Русалочка пишет: "Такой момент нужно ещё уметь испортить. Ты умеешь". Ариса пишет: "Это тоже будет, но уже после ужина". Эмодзи-луна. Русалочка… — Давай я сама прочту, — сорвалась с места в полной мере испытавшая испанский стыд Оксана, тут же очутившись за спиной зачитывающего, — Гм… А что было ранее? Прокрути-ка немного назад, — велела она, вскользь пробежавшись взглядом по отображённой на экране переписке.       На лице Виталия, над которым, словно наваждение, нависла бледная девушка с каре, кратковременной вспышкой зажёгся испуг. Звуковик внутренне напрягся в предвкушении неизбежного. — Стой, это что, скрин?.. — недоуменно уставилась в экран Светлая, не видя на страница привычной анимации, — Не удобнее ли зайти на сайт? Скринов наделал зачем-то. Я разве просила скрины?       Тот хотел было что-то сказать, но его опередили. — Дай мне. И подвинься, — забрав мышку из руки обтекающего холодным потом айтишника, брюнетка открыла браузер. — Интернет что-то сегодня барахлит. Может, позже?.. — подал голос Виталий, хоть и понимал, что это его не спасёт. — Да нет же, смотри, всё работает, — прокручивая колёсико мышки на окне с диалогами, Оксана решила, что её подводят собственные глаза, — Это ещё что за херня?.. Как у неё накопилось столько сообщений? Она же почти круглосуточно онлайн и старается отвечать всем как можно быстрее. Даже Арисе не ответила, — открыв одну из переписок в режиме невидимки, едва не вздрогнула, — Почему все спрашивают, куда она пропала? Пишут, что волнуются. Объясни мне, блять, что творится! Это нихуя не смешно!.. — вцепившиеся в мышку тонкие пальцы подрагивали.       "Ну и услужил ты мне, Серёжка. Ещё старый друг, называется, — думал в ту секунду молчащий в ответ звуковик, — Умолял, божился, что на два дня максимум, а там и отпустишь девочку. Надо было всё-таки вчера наведаться, как чувствовал. И чтоб я тебе ещё раз помог… Она же меня заживо закопает, как узнает правду". — Ты мне скажешь или нет?! Где, блять, Русалочка? Что с ней произошло, мать твою?!.. — оттянутый ворот чёрной водолазки, зажатый рукой Оксаны, заставил мужчину приподняться, — Язык проглотил?! Продолжишь в молчанку играть — прирежу нахрен, как псину. Дерьма кусок! Что тебе известно? Отвечай! — с силой тряхнув провинившегося, Светлая выбила из-под него кресло, а затем, резко отпустив ткань, швырнула Виталия на пол.       Глаза-ледышки не врали. Искажённое бешенством и отчаянием худое лицо со спавшими на лоб прядями прямых густо-чёрных волос прочно отпечаталось в его памяти. — Я не знаю! Ничего не знаю! Где она, что с ней… — Ага, то есть, хочешь сказать, эти скрины — просто совпадение, и ты совсем ничего не пытался от меня скрыть?.. — переведя дух, понизила голос высящаяся над ним брюнетка, — Думаешь, я совсем, блять, тупая? И не вижу, когда мне лгут?! Ты на что, сука, рассчитывал? Что удастся замять?!       Монитор с крупной диагональю с ужасным грохотом рухнул на пол. Оксана разбила его ногой. Следом со стола слетели вещи.       Совершенно растерянный мужчина беспомощно наблюдал, как девушка с ожесточением расправляется с тем, что всего лишь пару мгновений назад было его рабочим местом. — Ну что же ты оборудование ломаешь-то! Я его ради тебя из дома привёз, а ты с ним так… Знаешь, сколько лет собирал всю комплектацию, сколько денег вложил. Я без него как без рук, — подал голос айтишник, неуклюже пытаясь подняться: он здорово ушибся, — Русалочка твоя у моего давнишнего друга. Серёги Сухарчука. Всё упрашивал меня познакомить его с ней лично. Пообещал денег…       Серые глаза округлились от ярости. — Я тебе мало плачу, что ли?! Ты как вообще на такое согласился? Совсем ёбу дал? Мало ли, что у него на уме?.. Чем ты вообще думал?!.. — Я еле тяну нас с Андрейкой, ты сама знаешь… В долгах весь. Пришлось согласиться… Кгх!.. — Где она?! — выкрикнула ударившая его ногой в живот Светлая, помешав подняться, — Она всё ещё у него?!.. — Я как раз собирался… — после болевого спазма выдохнул зажмурившийся Виталий, — ехать к нему и выяснять… Что… там. — Адрес говори! — Хочешь, съездим вместе… — Адрес, я сказала! — Сейчас, сейчас… — перекатившись на бок, сильно вспотевший и красный от напряжения мужчина сунул руку в карман в поисках мобильного телефона, — Подожди… — Обманешь меня — в мясо разъебу. Понял меня, сука?!.. — для вида замахнулась брюнетка, и край каре полоснул её по подбородку. — Да!.. Да, всё понял. Не горячись… — А я тебе, сукин ты сын, доверяла всё это время. Как же я, блять, устала ошибаться в людях…

***

— Есть вести? — спросила Ариса у вышедших из машины Карины с Марго. — Нет, — тяжело выдохнула Рей, доставая из кармана купленную по дороге пачку сигарет. — И у нас ничего, — досадливо опустила потухший взгляд брюнетка, — Дашь мне тоже? Я свои дома оставила. — Да, бери, — поделилась Орешко, протягивая вскрытую пачку — уже вторую за сегодня. — Ребят, мне тут одна девочка пишет, Анжелика, — окликнула их ненакрашенная Ольга с убранными в пучок волосами, — Узнавала насчёт съёмки. Ей меня Русалочка порекомендовала, они виделись недавно, как я поняла. — Так что пишет-то? — нетерпеливо перебила Нишигая. — Да вот я расспросить пытаюсь как раз. Они вдвоём гуляли по ТЦ. Говорит, на встрече Кира была какой-то странной и вялой, вдобавок, немного беспокойной и отстранённой, что на неё не похоже. Постоянно проверяла телефон, писала кому-то. Разошлись где-то в седьмом часу. Анжелика считает, что Русалочка могла после этого куда-то пойти… — Перешлёшь в общую? — прервала блондинку уже Карина, — Это может нам помочь. — По крайней мере, теперь нам известно, откуда начинать поиски, — включилась в обсуждение Саша, — Обшаривать весь ваш район, полагаю, особого смысла нет. — Только давайте писать ей будет кто-то один? — резонно высказалась носительница очков, — Оль, ты вроде отлично справляешься. — Да уж. Уже второй день колесим по городу, а поискам ни конца, ни края не видно, — вздохнула курящая терпкие сигареты Марго, прислонившись спиной к машине.       Рей посмотрела на девушку с такой металлической холодностью во взгляде, что той пришлось объясниться. — Нет, нет… Я понимаю, что дело небыстрое. Просто прежде ни в чём таком не участвовала. Не смотри на меня так. — Раз стало ясно, откуда искать, не будем медлить. Залезайте, — закрыв переднюю дверь за своей невестой, Немирович уселась за руль сама, — Я отвезу вас к тому торговому центру.

***

— Ты сообщила новые детали в участок? — серьёзно поинтересовалась Саша у Орешко; в этой ситуации, когда все остальные в их компании были на нервах и периодически друг на друга срывались, рассудительная Немирович казалась самой уравновешенной. — Да. Отцу тоже написала. Он пока занят, но обещал помочь, как разберётся с неотложными делами, — сняв очки и сложив их душки, Карина устало откинула голову на спинку сидения. — В итоге мы сами занимаемся их работой, — фыркнула распустившая и перевязывающая хвост Маргарита, зажав резинку в зубах, — Даже не пошевелились. Заверили, что "всё будет хорошо, только не волнуйтесь". Надо будет гневный отзыв оставить. Ахуенно, блять, устроились… — Да уж. Единственная надежда — связи отца, — согласилась вымотавшаяся Рей, ложась головой на её плечо. — Ариса там долго? Её одну ждём, — приобняла лежащую на ней девушку Марго. — Может, плохо стало, — пожала плечами держащая руки на руле Саша. — Простите, что долго, — дверцу в салон открыла Ариса со стаканом горячего напитка, наполняя тесное пространство кофейным ароматом, — В глазах потемнело что-то. — Не перенапрягайся смотри, — усаживалась она под понимающе-обеспокоенным взглядом развернувшейся к задним сидениям Кисаровой — Нишигая была настолько морально истощена, что даже внимание "в лучших традициях Анны" её нисколько не напрягало.       Автомобиль тронулся. До места ехали молча: слишком утомились для разговоров. Проверяли, не всплыло ли новой информации, читали отклики под постами о пропаже. Не обошлось, конечно, без издёвок и сальных оценок внешности в духе: "Жаль, конечно. Милая девчуля, дал бы ей на клык". Но в целом адекватных реакций было больше. Столько ужасающихся людей и сочувственных комментариев. И не одного полезного. Лика уже выложила всё, что знала. Остальные друзья Бессольской в один голос заявляли, что в последнее время не замечали за ней никакого подозрительного поведения — Кира общалась со всеми как обычно. Выглядела так же, как и всегда. Шутила и смеялась. Никто не заметил подвоха.       Нишигая с ужасом вспомнила факт, спонтанно прочитанный ею где-то в интернете: "Если человек действительно решается свести счёты с жизнью, он, как правило, никому не сообщает о своём намерении. Просто в один момент берёт и действует. Так никто не сможет его остановить". Но был ли у Киры мотив? Может, всё это время нечто гложило её, съедало изнутри, а находящаяся рядом Ариса совсем этого не замечала?.. Мысли сами несли полукровку, с пугающей скоростью набирая обороты. У неё уже не было сил задавливать их в себе.       Она, уже, скорее, по привычке, взяла в руки телефон, так же механически сняла блокировку и зашла ВКонтакте, в переписку с нимфой. Пролистала длинную полосу не прочитанных той сообщений.       "Мне кажется, я не смогу так просто принять это и отпустить тебя… Что бы ни случилось".       Ариса — реалистка, не особо верящая в чудо — дёрнулась так, что все, кроме водительницы, обратили к ней глаза, не понимая, что произошло. Вся цепочка её посланий разом отметилась как прочитанная. Метнув взгляд в верхний угол экрана, Нишигая готова была закричать от шока: Кира была онлайн.       Брюнетка вытерла рукавом некстати навернувшиеся слёзы. — Девки! Она онлайн! И набирает сообщение!..       Из-за её выкрика против воли подскочили уже все. А потом вместе с ней замерли в напряжённом ожидании.       …в котором провели несколько мучительных минут. Русалочка всё ещё набирала текст сообщения.       Как только оно наконец отобразилось на экране, Саше пришлось остановить машину, чтобы они все впятером не убились. Телефон был передан в середину салона, дабы можно было читать всем одновременно.       "Привет, Ариса >:3 Я жуть как соскучилась и всё это время не переставала думать о тебе, мур~       Знаешь, я очень долго размышляла обо всём… И о нас. Ты говоришь, что любишь меня. Но кого именно ты любишь? Созданный тобой же образ, который поселился в твоей голове или же настоящую меня? Я тут задалась вопросом… Насколько хорошо ты вообще меня знаешь? Моё прошлое, моё настоящее, планы на будущее… Все те составляющие, что делают меня мной. Принимаешь ли ты это или просто делаешь вид? Мне кажется, сейчас самый подходящий момент, чтобы всё выяснить и расставить по местам. После всего, что я пережила, для меня очень важно, чтобы ты принимала меня такой, какая я есть. От этого зависит, будем ли мы вместе в дальнейшем. Ты согласна на мои условия?"

***

      Лениво прогуливающийся по набережной юноша откинул со лба вьющиеся волосы, треплемые поднявшимся ветром.       "Что ж… Начнём игру", — уголок рта с отметившим кожу шрамом дрогнул, приподнявшись вверх.

***

      Двигаясь быстрым шагом вдоль припаркованных у дворовой ограды громоздких авто, Оксана сжимала убранные в карманы руки до побеления костяшек.       "Вот блять, кто бы мог подумать? Надо же было оставить всё на него?.. Довериться этой мерзкой крысе…" — она едва не прокусила нижнюю губу до крови.       "Нужно позвонить Марату".

***

      Расслабленно усевшемуся на лавочку шатену пришлось положить смартфон Бессольской сбоку от себя: его собственный, в кармане джинсов, зазвонил. — Да, слушаю тебя, — прислонив свой к уху, сказал он, вновь поправляя отпущенную посередине непослушную шевелюру. — Марат, привет. Тут такой пиздец. Нужна твоя помощь, — звучал по линии голос Светлой, — Я в полном ахуе, если честно. Сначала эти сраные дети — до сих пор не понимаю, как они вскрыли квартиру Арисы, потом ещё и это… Короче… Виталий оказался предателем. Совсем страх потерял: наёбывал меня, как выяснилось, проворачивал всякую херню у нас за спиной… — Для начала успокойся. И расскажи мне всё. От начала и до конца, — изображая интерес, попросил кучерявый парень, наклоняясь с телефоном немного вперёд и расставляя ноги пошире. — Он и его братия подкараулила и поймала Русалочку, отвезла на хату к какому-то мутному типу. Тот держит её у себя уже не первый день. Этот уёбок Виталий всё это время зачитывал мне фейковые переписки, представляешь? Я злая как сука, еду по адресу, который удалось из него выбить. Буквально. Проблема в том, что я даже не знаю, кто там. Нужно, чтобы ты тоже подъехал к ним на квартиру. Адрес сброшу, — на ходу говорила Оксана. — Вот как, значит… Да, ситуация трешовая. Ты извини, но я сейчас занят. Никак не смогу приехать, — потирая пальцами выбритые виски, нахмурил лоб парень, — Давай я тебе позже перезвоню — будем вместе разбираться. — Подожди, ты не понял. Я не могу ждать. Прямо сейчас еду. Откладывать нельзя, — голос брюнетки с короткой стрижкой огрубел, став жёстче и чётче. — Извини, сейчас я ничем не могу… — Ну и пошёл ты! Сама всё сделаю!.. — в сердцах выкрикнула Оксана и бросила трубку, прерываясь на гудки. — Прости, крошка. Мне абсолютно не до тебя, — произнёс Марат в пустое пространство перед собой — сам себе, — У меня есть дела поинтереснее, — в его ладони снова очутился айфон в объёмном розовом чехле.

***

— Ну что вы тормозите? Пишите, что принимаете! — реплика Марго вывела всех из нервного паралича. — Написала, — отчиталась Ариса. — Хорошо, ждём, — кивнула Рей.       Спустя пару минут тревожного молчания Нишигая сунула подругам под нос новые абзацы текста.       "Я буду давать подсказки и направлять. Однако всё зависит только от тебя самой, имей в виду. Все последующие шаги будут вести тебя ко мне. Справишься со всеми этапами — придёшь в нужную точку. Я буду ждать тебя там.       Раз ты согласна, думаю, можем начинать. Начало твоего пути — место, где я потеряла себя. Как только отыщешь его — дай мне знать". — Что это она затеяла? — сведя изящные брови к переносице, Киса задала вопрос, вынужденный остаться без ответа. — Господи, ну что за херня?.. — отпившая кофе полукровка знала, что все присутствующие разделяют её чувства. — Как же я люблю ебучие квесты, — вместо ответа выразила общее настроение Марго, — Она издевается? — Не говори. Какой-то бред, — подхватила вздыхающая в предвкушении весёлого приключения Карина. — Арис, напиши ей, у неё что, совсем с головой всё плохо? Что за хуйню она предлагает? — никто не посмел перебить девушку с дредами: остальные были с ней солидарны. — Сейчас, — усевшись поудобнее, и приняв новую дозу тонизирующего кофе, брюнетка села печатать ответ.       "Давай лучше встретимся и всё спокойно обсудим. Зачем эти сложности?" — отослала полукровка. — Ребят, а вы уверены, что это она? — резонно поинтересовалась их личная водительница Немирович. — В смысле? — тупой вопрос Арисы был проигнорирован. — Спросите прямо, кто сидит со страницы, — после гениального предложения Ольги Нишигая опять схватилась за телефон. — Пишет, что не она сама, но тот, кто приведёт меня к Русалочке, если я всё сделаю правильно, — вскоре уведомила подруг девушка пропавшей. — Всё-таки блядский квест, — и снова высказывание Марго было как нельзя кстати. — Место, где Русалочка потеряла себя, — не торопясь, вслух проговорила Ариса, — Когда? Где? Что? Нихрена не понятно… — Хм, — задумалась Орешко, — Дайте-ка подумать… Кажется, всё должно быть на поверхности. — Честно — не знаю, — призналась Кисарова. — Стойте. А вдруг это… клуб "Инь-Ян"? — неожиданно для всех выдала Саша. — А ты откуда?.. — с подозрением покосилась на неё белокурая невеста. — Не столь важно. Но я почему-то уверена, что это он, — настаивала Немирович. — Когда ей было невыносимо одной, она собиралась и ехала в лесбийский клуб на всю ночь, — продолжила мысль поражённая озарением Рей, — Что там происходило, даже думать не хочу… — Случайный секс? — всё же вставила свои пять копеек Марго. — Может, не стоит об этом? Арисе, должно быть, неприятно, — остановила её поменявшая позу Карина прикосновением к плечу. — Да в курсе я, что она там девушек на одну ночь находила, — заявление Арисы повергло всех в шок, — Ну или они её, не суть. Сама мне говорила. Так куда двинем? В "Инь-Ян"? — Ну, раз вы так уверены. Проверить стоит. Секунду. Я сейчас проложу маршрут, — сказала Ольга, утыкаясь в экран. — Я помню дорогу, — внезапно прозвучало от Саши. — Саш? — подняла бровь её возлюбленная. — М-м? — Нам нужно будет серьёзно поговорить, когда вернёмся домой, — с задних сидений на Немирович с сочувствием уставились три пары глаз. — Как скажешь, — крутанув руль, бросила коротко стриженная шатенка.

***

      Мрачноватый с виду вход в подвал в тихом дворе суетливого жилого квартала. Клуб не сообщал о себе даже вывеской. Обшарпанная тяжеловесная дверь намекала, что "происходящее в этих стенах здесь же и останется". Сложно было представить, как это место оживает в тёмное время суток. Сейчас, в утро буднего дня, никто из прохожих не то чтобы не шёл в этом направлении, даже не смотрел в сторону не самого высокорейтингового заведения. — Вот этот подвал? И его ещё не закрыли? — вопрошала явно не вдохновлённая зрелищем Кисарова. — Нет. Ты погоди, ещё не вечер, — убирая мобильный в карман, говорила её благоверная, — Арис, напиши, что мы на месте. Спроси, куда дальше.       Долго ответа ждать не пришлось — тот, кто сидел в сети вместо ундины, явно держал ухо востро. — Так. Теперь нам нужно место, где Русалочка скрывала боль, — прочтя, поделилась Нишигая, — Нам к ней домой, что ли, ехать? Зря мы сюда тащились? В чём смысл? — раздражённо недоумевала она. — Мы разве не от клуба должны идти? По правилам этой дебильной игры, — подала здравую мысль щёлкающая зажигалкой Маргарита, — Это должно быть где-то здесь поблизости, по логике вещей. — Ну да. "Инь-Ян" — отправная точка, — Рей сказала это таким тоном, будто то был очевидный факт. — Тут должно быть уточнение. О какой боли идёт речь? Моральной или физической? — девушкам показалось, что Саша копнула слишком глубоко.       Всем, кроме Карины.       Орешко пустила свою мысль по тому же руслу: — Скрывалась ото всех сама, когда испытывала боль, или же скрывала тот факт, что испытывала боль? — она была следующей, кого осенило, пока Нишигая нещадно тупила; по сосредоточенному выражению лица замолкшей на время Рей было видно, что она, как никто, близка к разгадке, — Скрытность… Маскировка, камуфляж. Ну точно!.. Ищем ближайший тату-салон. — Эх, а я не сильна во всех этих логических задачках, — с видимой досадой и разочарованием в собственных силах вздохнула брюнетка. — Минуту, — Немирович сразу же полезла в карты, — Есть! Тут совсем рядом, давайте за мной. — Может, я домой поеду? Зачем я вам? — обратилась Марго к обладательнице очков, вместе с ней идущей позади остальных. — Подожди пока. Вместе поедем, — придержала её за рукав Карина.       Не прошло и пятнадцати минут, как пятёрка начинающих следопыток с Гугл-картой была на месте.       Высветилось пришедшее сообщение с подтверждением предыдущей локации и новым указанием: "...Что делает меня мной? Без чего я была бы не я?" — Господи, час от часу не легче… — закатила глаза полукровка, — Инфантилизм? Шизанутый характер? Сдаюсь. Можно помощь зала? Ебала я решать эти ваши шарады… — Вопрос и правда хороший, — поддакивая ей, влезла Маргарита, — Полистайте её страницу. А там что-нибудь и придёт на ум. — Боже, дай нам сил!.. — взмолилась Ариса; она не знала, сколько ещё будет продолжаться этот кошмар.       "Раз ты так хорошо справляешься, дам тебе подсказку. Она в статусе", — как по волшебству, пришло со страницы Киры. — Бог нас услышал! — радостно воскликнула брюнетка. — Ты же не веришь в бога, — подняла бровь шатенка с алым омбре, — Ну да ладно. Что там? — Говорит, статус должен нам помочь.       Все пятеро уткнулись в телефон Арисы, пробегаясь глазами по цитате. "Не жди ярких моментов, создавай их сам". — Какая банальщина, — и снова особа с двуцветными дредами отпустила лишний комментарий, но все так усиленно думали, что пропустили его мимо ушей. — И что это значит? — хмыкнула владелица смартфона. — Ищите ключевое слово. Очевидно, это "ярких". Посудите сами. Похоже, речь о волосах, — без видимого напряга разобралась с задачкой отвлёкшаяся на Твиттер Марго. — Вот видишь! Рано тебе уходить! — схватила её под руку впечатлённая аналитическими способностями девушки Карина — а впечатлить её, надо сказать, было дано далеко не каждому. — Ну а дальше что? Расспрашивать людей с голубыми волосами или как? — Арисе стало обидно, что она оказалась бесполезной. — Без паники. Это должны быть только статичные объекты. Уж вряд ли тот, кто за всем этим стоит, мог бы ручаться за что-либо подвижное. По крайней мере, мне так кажется. Пойдём лучше осмотримся, — по-прежнему сохраняла спокойствие Саша.       Поиск отсылки к бирюзовым волосам занял едва ли не полчаса. В конце концов они наткнулись на остановку, обезображенную совершенно безвкусной рекламой какого-то косметического бренда с кривляющейся моделью в голубом парике. — Оно? — пытаясь отдышаться, повернулась к подругам Немирович. — Ну и срань… — недолго думая, выразила своё мнение блаженно хандрящая где-то позади всех Маргарита. — Мы куда-то поедем? Да ну нахер… Этого ещё не хватало, — ворчала вымотанная беготнёй и уже теряющая терпение Нишигая, — Сейчас отпишусь. — Да твою мать… — по следующей её реплике девушки поняли, что той прислали номер автобуса и обновлённую наводку.       Аноним поздравлял их с прохождением трети пути, что команду уже не очень юных сыщиков, в общем-то, не особо вдохновляло. — Бля, да он прикалывается! — заныла брюнетка. — Что?! — занявшие соседние автобусные сидения друзья тут же подняли на неё глаза. — Это вопрос уже не про Русалочку. Нам нужно будет выйти на остановке с ориентиром, который есть на татуировке Светлой, на запястье. Где мы это найдём? Мы же всё проедем нахрен! Не знаю, что там за хер сидит с её страницы, но, сука, он меня выбесил!       Пока Карина с Сашей утихомиривали Арису, Ольга вспомнила одну немаловажную деталь. — Я ведь говорила вам, что Оксана у меня снималась? На тех фото может быть видно, если поискать. Давайте выйдем на следующей и спокойно посмотрим? Саш, где мой фотик? Я тебе вроде отдавала. — Э-э… Извини, милая… Я отнесла его обратно в машину, пока мы искали последний пункт, — раскаялась её девушка, — Побоялась, что в этой суматохе уроним ещё… — Вот чёрт, — побледнела Киса, — Я надеялась, он у тебя. — А ты не выкладывала их никуда, случаем? Как те, с Арисой. Ей самой не отправляла? — фактически спасла ситуацию Марго. — Если сохранилось в переписке с удалённой страницей… — прикинула Ольга, — Надо проверить.

***

— А она совсем не изменилась с тех пор, — размышляла вслух Рей, — Она что, вампир?.. — Да не так уж и много времени прошло, если подумать, — Кисарова листала документы из вложений. — Открой-ка вот это, — попросила Карина, ткнув в миниатюру. — "Время не лечит", — прочла вслух Немирович, — Стало быть, "время" — то самое слово. — Это должны бы какие-нибудь часы на фонарном столбе, как пить дать, — уверенно заключила Орешко, и никто не стал спорить, — Следите, чтобы не проехали. Марго, давай ты. У тебя зрение после коррекции хорошее. — А ты сама-то? — вскинула подбородок девушка с дредами.       Вместо ответа Рей многозначительно постучала ноготком по крупной оправе своих очков.       "Быстрее бы это всё уже закончилось", — думала глядящая в окно Ариса. И без того расшатанные нервы требовали прекращения этой экзекуции.       "Пожалуйста, дождись нас".

***

      "Так он всё-таки сделал это".       Дверь была не заперта. Щель дверного проёма открывала вид на коридор. Пронизывающий сознание ужас коснулся плеч кончиками пальцев. В квартире стояла мёртвая тишина. Сердце заходилось в беспамятстве. Сердцебиение гулко прокатывалось по телу, его отзвуки тяжестью оседали на дне грудной клетки. Русалочка зашевелилась в своей ванне. Цепь наручников, звеня, билась о смеситель.       Она звала его. Громче и громче. Хрипящий голос то и дело срывался, но нимфа продолжала кричать. В горле сильно запершило — его обожгло сухим кашлем. Кира согнулась, стараясь откашляться.       Никто не отвечал и не подавал признаков своего присутствия. Трясущиеся пальцы бессильно стискивались в кулаки. Перед слезящимися глазами всё плыло. Бессольская задыхалась от кашля. Чем больше она вдыхала, тем ощутимее драло горло. Ещё немного, и она выкашляет внутренности прямо себе на живот.       "Какого чёрта?! Какого чёрта он всё равно поступил по-своему?.."       Мелко дрожащая девушка снова пыталась выбраться из наручников, надеясь на счастливую случайность. Но не пропускала ширина кистей. Она сдавливала их так сильно, что, по ощущениям, деформировала суставы, однако те всё равно не пролезали. Стискивая зубы, не помнящая себя от страха Кира методично продолжала эти болезненные манипуляции.       "Сука! Ну давай же! Твою мать!.."       Сначала яростно, потом более монотонно и инертно-вяло.       "Это бесполезно", — она отказывалась верить, но мысль сама прозвучала в голове.       В конечном итоге Бессольская просто сдалась: кружаящаяся голова не давала нормально координировать движения. По пересохшему горлу волнами прокатывалась тошнота, в застланных слезами глазах всё плыло.       Она словно чувствовала на своих волосах руку Арисы. Ариса гладила её по голове, уложив к себе на колени. Русалочка даже ощущала аромат кондиционера и тот запах, которым пахло всё в доме Нишигаи — запах уюта с примесью кофе, сигарет и шерсти Русала.       "Ты не уйдёшь?.." — мысленно спросила Кира. Она знала, что выглядит сейчас не лучшим образом: зарёванная, с красными глазами и следами косметики на лице, спутанными и потускневшими голубыми волосами, обезображенная уродливой незажившей отметиной на своём теле. Такая жалкая. Но сейчас она просто хотела, чтобы Ариса её не оставляла.       Искреннее удивление на лице Арисы сменилось немного детской и неумелой, но тёплой улыбкой.       "Я всегда буду рядом". Задержав ладонь на щеке девушки, она дала той возможность прильнуть к её руке.       "Я знаю".       Иллюзия растворилась, раздробленная новым приступом невыносимой головной боли.       "Ариса… Почему я не могу тебя увидеть? Чёрт возьми, я ничего больше не прошу!.."       Снова и снова голубоволосую одолевали самоуничижительные мысли. Те мысли, которые было страшно даже произнести вслух. Они звучали в голове, разложенные на сотни голосов: визгливых, рычащих, издевательски-насмешливых. Они смеялись над ней, глумились, оскорбляли, смешивая с грязью. От них невозможно было спрятаться. Самым пугающим казалось то, что все эти голоса принадлежали ей же. Раздирая изнутри, не давали прийти в себя ни на секунду. Физические страдания сливались воедино с давяще-щемящими внутренними.       "Я сама во всём виновата. Это я пустила свою жизнь под откос. Заставляя себя не думать, ложилась в постель с первыми встречными, совершенно не фильтровала свой круг общения, легкомысленно связывалась с плохими компаниями. И вот результат. Я не заслуживаю того, что имею. Не имею права быть счастливой. Теперь я это понимаю. Это только моя вина и ничья больше. Я недостойна Арисы. Если бы только можно было всё изменить. Но… Уже поздно что-либо исправлять, что сделано, то сделано. Я окунулась в эту грязь, и мне из неё не вылезти. Это клеймо на всю жизнь, прямо как то отвратительное чернильное пятно на моих рёбрах. Такие мерзкие люди, как я, не должны жить. Сейчас мне должно воздаться за всё…"       С болью выжимаемые из глаз слёзы пропитывали ткань рваных джинсов. Согнувшаяся к притянутым к груди коленям нимфа конвульсивно всхлипывала, до рези в спине и плечах вжимаясь в керамическую ванну.       "Ничего не останется. Совсем ничего…"

***

      Впавшая в забытье Русалочка уже не слышала оглушительного треска со стороны прихожей: проломленная входная дверь скрипуче отворилась, и затыкавшие её щели тряпки упали на пол. Толком не видела похлопывающую её по щекам Светлую и почти не различала слов. Та что-то кричала ей, пробовала высвободить запястья, смазав кожу мылом, но метал сидел прочно, матерясь, металась в поисках того, чем можно было бы перекусить цепь или хотя бы разжать одно из звеньев. — Мама, это ты?.. — ундина смотрела на Оксану невидящими глазами, не понимая, что происходит вокруг. — Невозможно дышать, — Светлая приложила к лицу ладонь, закрывая нос и рот.       Выйдя на кухню — остальные межкомнатные двери оказались заперты, а ломать ещё одну у неё не было сил, да и подходящий для этого инструмент, сослужив хорошую службу, приказал долго жить, — брюнетка увидела лежащего на полу в наркотическом припадке хозяина квартиры. Он дёргался, что-то бормотал и успокаивал сам себя, обнимая свои предплечья. По полу были разбросаны зип-пакеты, пустой шприц, чайная ложка и ещё какая-то дрянь. Все четыре конфорки горели на полную. — Отвратительное зрелище, — с этими словами потушившая огонь Оксана двинулась к окну.       Форточка не открывалась, будто застряла.       "Этот дебил заклеил форточки?"       Девушка с каре подняла с пола валяющуюся табуретку. По квартире разнёсся звук глухого удара и звон сыплющегося стекла. В комнату ворвался свежий воздух, замещая собой ядовитые пары.       Отбросив табуретку обратно на пол, брюнетка подошла к свернувшемуся в позу эмбриона, корчащему лицо парню. — Нет, псина помойная. Сдохнуть так легко не получится. Тебе придётся жить дальше. Жить и платить по счетам.       Она склонилась над ним, со всей силы сдавив за плечи, и тот глухо захрипел. — Где ключи от наручников, ублюдок? Куда ты их дел, сукин сын?! — в исступлении трясла его девушка.       Мужчина в ответ лишь невнятно мычал. Она била его по лицу, прикладывала головой об пол. Но он, казалось, разучился членораздельно говорить. Плюнув, Оксана начала обыскивать неудавшегося суицидника. — Есть! — на её счастье, ключи обнаружились в кармане джинсов.       Если бы она знала, что всё окажется так просто, потратила бы на него меньше времени. Только сейчас, при виде кровавых отметин на связке ключей, брюнетка обратила внимания, что порезала пальцы битым оконным стеклом.       "Чёрт… Но ладно, не смертельно".       Щёлкнувший механизм наручников освободил руки Бессольской. Однако голубоволосая всё ещё находилась в бессознательном состоянии и несла бессвязный бред, не узнавая бывшую девушку. — Знаешь, я бы всё отдала, просто чтобы поговорить с тобой, как раньше… — Оксана взяла ослабшую ладонь Киры в свою, — Но сейчас ты меня не воспринимаешь. — Где я, мама? Ты пришла за мной?.. — совсем тихо происнесла нимфа, смотря как бы сквозь брюнетку.       От её взгляда пробирало до костей. — Вот об этом и речь, — внутренне передёрнувшись, произнесла Светлая, — Пойдём отсюда. Но прежде, чем мы уйдём, я всё же должна тебе кое-что сказать. Даже если ты не поймёшь. Это для меня важно… — опустила свои ледяные серые глаза Оксана, от неё впервые за долгое время веяло неким человеческим теплом, — Наверное, это глупо, но знаешь, я… — Что это за дыра? Кто выломал дверь? Нас опередили? — девушку оборвали раздавшиеся в прихожей громкие голоса. — Похоже на то, — оглядываясь кругом, согласилась Карина. — Вы уверены, что это та самая квартира? — несмело внесла свою лепту Ольга. — Нет, но обыскать стоит. Двери просто так не ломают, — прошла за всеми по устланному щепками полу Саша, — Позовите Марго. Она там не потерялась? — Покурить пошла, — пояснила Рей.       Когда из ванной вышла Оксана, опешившие девушки едва удержались на ногах. — Оставляю Русалочку на вас, — сказав это в воцарившейся полной тишине, она покинула квартиру. — Что здесь делала Светлая?.. — оторопело спросила Орешко у тишины комнат. — У неё порезы на пальцах, — заметила Немирович. — Пошли за Рисой, — позвала Кисарова, — Чувствуете дышать тяжело? У вас тоже глаза слезятся и голова гудит?..

***

      Тусклая голая лампа над головами Арисы и Русалочки, надрываясь, горела из последних сил. Вместо ненужных слов Нишигая просто крепко обняла нимфу, пряча лицо в копне спутавшихся и потерявших вид бирюзовых кудрей.       "Наконец-то мы нашли тебя".       Прижатая к её плечу Русалочка смотрела своим замершим взглядом, не закрывая глаз.       "Теперь ты в безопасности, мы об этом позаботимся".       "Я здесь. Всё будет хорошо".

***

— И что дальше? — спросил парень-старшеклассник, со всей важностью взрослого затягиваясь сигаретой; его друг-ровесник внимательно слушал, что скажет старший, "авторитет" в их компании, — Что там с идеей подставить Светлую? — План провалился. Дело замяли, ни на нас, ни на неё так и не вышли, — потёр подбородок загорелый Марат. — Бля, ладно. Может, стоило всё-таки донести на неё за торговлю веществами? — хмыкнул важный с виду мальчишка. — Это вызвало бы слишком много вопросов к нам. Марат верно предложил начать с другой стороны, — наконец подал голос более робкий пацан, — Либо ловят её. Либо нас, а там мы её и сдаём с потрохами. Тут-то правда о незаконной деятельности вскроется сама собой, а у нас будет больше шансов выйти сухими из воды. Доказать, что мы попали под дурное влияние — проще простого. А она получит по полной программе. За всех нас. Марат тут вообще как бы не при чём.       Задумчиво глядя поверх ограды, стоящий у крыльца Марат выпускал дым над их головами. — Будем придумывать новый план, как привлечь мусоров к делу, не замаравшись о наркотики? Её наказать надо бы. Давно уже. Пиздец она меня бесит. Из-за неё Виталик постоянно задерживается. Мешает их с общению с братом, заставляет сутками сидеть на карауле, — смяв окурок о доску скамейки, подросток выбросил его себе под ноги. — Мне, кстати, Виталик звонил. Она его ещё и избила с нихуя. И дорогущий монитор сломала, сука! — из уст парня-тихони ругательства звучали, скорее, комично, нежели устрашающе. — Марат, какие идеи? — обратились школьники к своему старшему товарищу. — Ничего мы ей не сделаем, да и зачем? Она свой урок уже выучила, нам тоже стоит заняться собственной жизнью, — ровно и весомо заметил кучерявый парень смешанных кровей. — Справедливо, — согласился один из старшеклассников, — Ну её… И так дохуя сил и времени ушло. — Лишних проблем как-то не хочется, — подтвердил второй.       Марат про себя усмехнулся. "Теперь баланс, стало быть, восстановлен. Мы не палачи и не спасители. Мы — лишь звенья с цепи событий, влияем на исход, но не более того. Каждый человек сам, своей же рукой пишет свою судьбу. На своё личное усмотрение".

***

      Открыв почтовый ящик по пути в магазин, Ариса не поверила своим глазам, обнаружив в нём севший телефон Русалочки.       "Чудеса в решете. Господи, если ты всё-таки есть, пошли мне подходящую вакансию".