Меня нельзя есть, я заразный!!!

***сцена космодуэли родилась благодаря этому замечательному синглу https://music.yandex.ru/album/4368853 *** Тот случай Реннер пережил в принципе не так сложно, как даже сам ожидал. Поначалу он хотел броситься во все тяжкие и новыми ощущения вытеснить эти минуты с генералом. Но пораскинув не самыми тупыми мозгами решил, что синдрома жертвы не допустит. По сути ведь это было насилие. Конечно, Джереми понимал, что при его внешности стать жертвой насилия в армии или на войне раз плюнуть. Он был морально готов к тому, что это может произойти. Он даже был морально готов к тому, что ему может и понравиться, ну мало ли. Он понимал, что может быть насилие психологическое и тоже к этому себя готовил, ведь на войне еще и плен бывает. Но вот то, что все это будет вместе, да от человека которому ты хочешь кадык вырвать и это будет самым ярким сексуальным опытом твоей пока совсем еще короткой жизни — к такому пиздецу жизнь не готовила. Но, погоревав немного, что вот такой он извращенец уродился, Джереми в принципе успокоился, хотя влажные сны его не отпускали еще довольно долго и просыпаясь с мучительным стояком Реннер либо пытался успокоиться, либо кусал себя за кулак, пытаясь болью отвлечь себя от возбуждения. Однако быстро понял, что боль не вариант, ведь именно боль тогда оказалась спусковым механизмом удовольствия. — Ну хуеть, я еще и мазохист, — шептал обреченно Реннер, глядя в потолок. Правда от других он как-то боль принимать не хотел, да ну нахуй, поэтому вскоре решил, что наверное боль…ну просто так….ну совпало. Короче к чертям психоанализ, а то мозги через ноздри вытекут, решил здраво Джереми. Удивительно, но Морс не стал мстить, ну по крайней мере явно, как можно было вполне предположить. Никто не завалил его на выпускных экзаменах, академию он закончил блестяще, за него аж бились несколько военных подразделений, так что выбор был В конечном итоге он влился в славные ряды пятой оборонительной эскадрильи, где служил вместе с Томом, как хвост следовавшим за ним и ставшим его личным штурманом. А потом разразилась гражданская война. Джереми был в то время как раз в дальней колонии, когда с Земли пришли новости о правительственном перевороте. В мятежной хунте были одни беты, беты из числа бывшего правительства быстро смекнули где можно нагреть руки и присоединялись к радикалам. На Земле начались массовые гонения на омег, аресты, и даже казни. Одни колонии выступили на стороне Земной хунты, другие, как можно понять с большинством омег, выступили против. На стороне омег было много и бет. У многих омеги были членами семей, друзьями, любимыми. Сложнее всего было то, что Морс, получивший тогда звание командора космофлота, естественно был одним из лидеров хунты. А тягаться с таким соперником было крайне сложно. Война продолжалась долгих 4 года. И все это время Реннер постоянно натыкался на Морса так или иначе. Однажды даже лично. Так состоялась их вторая встреча о которой он уже не мог забыть никогда. В ту ночь он отправился в разведывательный полет, полетел один, без прикрытия. Нужно было беречь технику, в последнем сражении они потеряли 4 истребителя, их здорово потрепали, что было очень плохо. А главное было непонятно — их летчики постоянно натыкались на засады, а конвои с провизией и вооружением один за другим расстреливались на подлете к их дислокации. Нужно было выяснить кто крыса, а главное откуда выскакивали эти проклятые беты. Тем более у омег готовился в строжайшей секретности план контр удара и сейчас совершенно лишнем были всякие гребанные крысы. Ресурсы их крейсера истощались и если в ближайшие дни не решить эту проблему придется туго. Поэтому когда из-за планетоида Zed1547, оставшегося справа по борту, выскочили аж пять вражеских истребителей, Реннер присвистнул и ушел в крутой вираж, пытаясь увернуться от нейтрализующих зарядов перехватчиков. Кто-то явно не хотел поджарить ему задницу, кто-то хотел заполучить его задницу свежей. Но каким бы асом Реннер не был, эти пять чуваков тоже не детсадовцы, поэтому очередной нейтрализатор попал точно в его истребитель, заблокировав к ебеням всю электронику, а два противника тут же взяли звездолёт в магнитные силки и Реннер понял, что приехали, бабуля — плен. Истерить он не стал, кончать с собой с криком: «Не дамся, суки!!!» тоже. Ему стало интересно, кто ж это так с ним осторожно. Кстати он и раньше замечал, что в сражениях его старались чаще нейтрализовать, чем шлепнуть. Пора было посмотреть, чья это забота такая трогательная. Все корабли прыгнули в открывшийся проход гиперпространства, из которого через некоторое время выпрыгнули недалеко от колонии 30-81. А увидев флагманский крейсер земного космофлота, Реннер похолодел, но не удивился. Ну да, а кто ж еще. Довольно грубо его вытащили из кабины пилота, разоружили. Вокруг стояли те самые пять пилотов, все как на подбор лоси бугаи, и где их таких только рожают. Потом один из них смачно врезал ему в челюсть, а следом и в живот приложил от души. Джереми сложился пополам, закашлялся, сплюнул кровь, моментально наполнившую рот. Хорошо хоть зубы все на месте. Немного отдышавшись и взглянув на драчуна из положения «Я нашел мыло на полу», Реннер улыбнулся и бросил этому высокому чернявому бете. — Бьёшь как баба. «Баба» тут же замахнулся для нового удара и хотел жахнуть ему по голове, но Реннер решил, что просто мячиком для битья он не нанимался. Если уж они решили отнять его жизнь таким образом, то хуй им, если они думают, что это будет просто. Поэтому увернувшись от удара, точным хуком в пах Джереми отправил этого зарвавшегося гуся высиживать и лелеять свои яйца. Офицер взвыл и рухнул на пол. Это стало сигналом для остальных четырех мужиков и все они как подорванные кинулись на Реннера. Подскочив, словно горный сайгак Джереми уцепился за швартовочную стрелу и вмазал тяжелым ботинком точнехонько в красную рожу слишком рьяно рванувшего к нему хмыря. Подтянулся на стреле, перекувырнувшись и зависнув на ней животом. Но беты не долго ворон ртами ловили и по стреле к нему, аки гимнастка по бревну, легко бежал очередной детина и ведь добежал, сука, вовремя, ударом ноги отправив Джереми в полёт на пол. Больно приложившись плечом, так что звезды вспыхнули перед глазами, лейтенант тем ее менее перекатился резво в сторону, что спасло его от очередного удара. Вскочив на ноги, Ренер аккурат подоспел в рукопашное мочилово. Отправив еще одного оплакивать свое достоинство, он оказался один против троих. Сражался как лев, но силы явно были не равны. Эти гребанные беты лупили его своими пудовалыми кулачищами, как ненормальные. Вскоре он уже лежал на полу, а удары сыпались, словно горох из рваного мешка. Джереми понимал, что его тело уже один большой синяк, лишь старался прикрывать голову и, в принципе, уже готов был попрощаться с жизнью, когда внезапно в эту кучу малу влетел астероид. Только так можно было описать то, что всех троих колошмативших его мужиков одновременно будто разметало в радиусе 10 метров. Реннер видел своим единственным не заплывшим глазом, что это был никто иной, как сам командор Морс. Он подходил по очереди к каждому своему офицеру и вырубал их к чертовой матери одним ударом. Уже, теряя сознание, Джереми увидел лицо Морса, когда он повернулся и посмотрел в его сторону: такого разъяренного выражения лица он не видел ни разу, ни у кого. А потом пришло благодатное забвение. Очнулся Джереми в какой-то каюте, прислушался к ощущениям, хм, было вполне сносно, если учитывать сколько и как его избивали. Второй глаз уже функционировал, что тоже весьма радовало. Оглядев полумрак каюты и поняв, что это скорее всего каюта командора, уж больно крутая была обстановка, он, наконец, окинул себя. На правой руке был гипс, чудненько. Пошевелив пальцами Реннер расслабился, значит пока терпимо. Ссадины и кровоподтеки были смазаны лекарством, что способствовало быстрейшему их заживлению. Но, что не вдохновило мужчину, так это то, что был он абсолютно обнажен, хоть и прикрыт до пояса простыней, а руки и ноги были пристегнуты к медицинской каталке, на которой он собственно и лежал. Внезапно боковая дверь каюты отъехала в сторону и вошел сам командор. Был он в форменных штанах, ботинках и футболке, то есть такой весь расслабленный, на первый взгляд. Джереми погорячился в первую их встречу, решив, что Морс не атлет. Вовсе нет, прекрасно развитая мускулатура, подтянутое тело, плавные будто кошачьи движения. Морс подкатил стул к каталке и сел рядом. — Рад видеть, что ты очнулся, Реннер. А уж Ренер как был рад, поэтому упорно молчал, решив для себя, что на этот раз его не застанут врасплох, как какого-то лоха. — Вижу ты обиделся за не слишком теплый прием, — продолжал командор. Джереми мысленно закатил глаза и сделал фейспалм, но внешне изображал гордого голого мужика, пристегнутого к каталке, которому все нипочем. — Ну ты не держи зла на ребят, лейтенант, — развел руки Морс, — очень уж они на тебя сердились всё время. Надо отдать тебе должное, летчик ты от бога, потрепал за эти годы моих соколов, знатная ты заноза в заднице, вот и приложились немного. А так то мои ребятки незлобные, мирные ребятки. — Ребятки-то живы? — Подал голос Реннер. Морс улыбнулся. — Переживаешь за них? — Да я бы не переживал, если бы не увидел сбесившийся астероид локального масштаба. Не поздоровилось ребяткам, я бы не хотел, чтоб мой непосредственный начальник мне душу вынул из-за своей… — Из-за чего? — Дури, — припечатал Реннер, и увидел, как по лицу Морса еле заметно пробежала тень, но тот быстро взял себя в руки. Морс откровенно пялился на молодого мужчину. И если бы люди трахались исключительно взглядами, то можно сказать, что Джереми сейчас имели во всех возможных позах, долго и со вкусом. Что, что, а похотливые взгляды для Джера были не в новинку, но адмирал….лейтенант все отчетливее ощущал на себе руки Морса, которых не было, губы Морса, которых тоже не было, пока, язык Морса…. «Ээээ, тихо, тихо, тихо, иначе сейчас будет все как в прошлый раз, а нам это вообще не нужно», — Реннер мысленно дал себе по морде. Взгляд командора был сейчас настолько тяжел и темен, что…да, чего уж там, член Джереми решил поаплодировать стоя такому вниманию к своему хозяину. И лейтенант пошел в атаку, ведь лучшая защита это нападение. — Да, да, да, ну я понял, понял, — начал он как можно более похуистичным тоном, — вы всё еще хотите мою задницу. Могу дать, раз уж так невтерпёж. Все равно я тут валяюсь пристегнутым, а вы, если будете и дальше так смотреть заработаете спермотоксикоз. Джер очень надеялся, что эти оскорбительные и обидные слова бьют точно в цель. Он очень этого хотел. Но командор вдруг весело рассмеялся. — Ишь ты, нет, мистер «мне похеру с кем траться, я и не замечу», так легко ты не отделаешься, — продолжал смеяться он, — думаешь, что ляжешь со мной в койку, перепихнешься и забудешь как страшный сон? Ха-ха! Нет, я не из твоих многочисленных молокососов. Командор положил руку Реннеру на щиколотку и стал продвигаться вверх. В районе паха он остановился и чуть сжал бедро парню. Наклонившись так, что их носы чуть ли не соприкоснулись, посмотрев долгим темным взглядом на губы Джереми, от чего тому стало очень жарко, впрочем это могло быть от пышущего тела командора, Морс начал очень вкрадчиво, будто был не грозным военачальником, а змеем искусителем. — Знаешь зачем ты здесь? Ну кроме того, чтобы усладить мой взор своими прекрасными глазами. — О, что-то новенькое, прекрасные глаза, хм, а то все жопа, да жопа, — Джереми смело перебил командора. — Значит не только из-за них, вот обидно, а я то так надеялся, — парня несло, это были нервы и он никак не мог заткнуться. — Да, — задумчиво глядя ему в глаза, протянул Морс, — не только из-за них. Внезапно рука командора оказалось у лица Джереми, легко пробежав пальцами по его скуле. Затем большой палец лёг на бровь Реннера и несколько раз погладил, спустившись ниже прошелся вдоль глаза, перешел на нос и опустился к губам, стал водить по ним, не разжимая, не делая попыток проникнуть внутрь. А Джереми вдруг до чертей в глазах захотелось заглотнуть этот блядский палец. Нет, нет! Очередная мысленная оплеуха должна была привести его в чувства. — Так вот, — Морс ни на секунду не терял зрительного контакта с Реннером, — ты мой язык. Ой, не строй только из себя невинную овечку, я знаю, что у вас что-то готовится, а ты как один из ведущих пилотов вхож в штаб, стало быть много чего знаешь и всю информацию вытрясти из тебя не представляет сложности, однако, я могу отпустить тебя. Вот вообще, вот прям лети к своим. Но…при одном условии. Морс вновь улыбнулся видя, как Джереми закатил глаза. — Ну что поделать, да, да, вот только так, иначе ребятки меня не поймут. — И что же это за условие такое загадочное? — Спросил лейтенант. Морс задумчиво переместил руку на шею, обхватив, чуть сжал, большим пальцем стал водить по кадыку, а остальными гладить шею сзади. Сам же продолжил говорить буквально в самые губы, опаляя их дыханием. А мистер Морс знал толк в извращениях. Эта нехитрая ласка шибала по мозгам парня получше крепкого бренди. Теперь уже Джереми не мог себя обманывать, что не будь перед ним ненавистный противник и военный преступник, он бы вцепился в мужика мертвой хваткой и не отпускал его из постели…всю жизнь. Член стоял, в паху все ныло и требовало к себе внимания, больше всего на свете Реннеру сейчас хотелось поцеловать Морса, глубоко, жадно…или убить…или сожрать к ебеням! — Не ешь меня, вдруг я заразный? — вкрадчиво сказал Морс и улыбнулся. — Что? — хрипло проблеял Джереми, совершенно осоловевшим взглядом глядя на командора и силясь воспринять смысл того, что тот сказал. «Блять, у меня действительно чтоль на роже всё написано, да чтож за ёбаный пиздец», — в досаде и злости Реннер залился таким ярким румянцем, что Морс совершил над собой очередное титаническое усилие, дабы не сорваться. Но было нельзя, командор задумал другое и дал себе слово довести дело до конца, а он всегда выполнял свои задумки. Поэтому не обращая внимание на лежавшего перед ним возбужденного, доступного и полностью деморализованного парня (сделай он сейчас первый шаг и парень отдастся ему с восторгом, но нет, еще не время), Морс продолжил. — Я всё о деле, об условии. Я предлагаю тебе…ну пусть будет пари. Мы отправимся в полет и если ты сможешь хоть раз попасть по моему истребителю, сможешь совершенно спокойно рвануть обратно к своим, к милым, нежным омежкам, ну как, супер летчик, сможешь поразить меня? И Морс оттолкнувшись от каталки, откатился на стуле метра на два. А вот это было обидно, вот сучара, то есть он смеется над Реннером, сомневается в его мастерстве?! Негодование и азарт так обуяли лейтенанта, что одно возбуждение вытеснило другое. Член разочаровано опал, зато к мозгу кровь начала приливать весьма активно. — Я согласен, Вы даете слово, что если я попаду, то буду отпущен? — сощурился он. — Я никогда не нарушаю данное слово, — с достоинством ответил Морс, а потом ухмыльнулся и добавил, — если попадешь. — По рукам! — Тогда отдыхай, — с этими словами Морс подошел и взяв со стола инъектор вколол Реннеру в шею снотворное. Лейтенант и пикнуть не успел, как отправился в страну Морфея. Очнулся Реннер уже в другой каюте, обычной офицерской каюте, гипса на руке не было, хрен знает сколько он был в отключке, рядом на койке лежала его одежда, чистая и даже отглаженная. По быстрому одевшись, Реннер вышел из каюты, с обеих сторон от входа стояла охрана, пффф, ну, конечно. Кивком ему указали следовать за ними, вскоре они оказались в шлюзовом посадочном отсеке, где его уже ждал командор, в лётной форме, держа в руках шлем. Джереми бодро приблизился к нему и изучающе взглянул снизу вверх. — Итак, лейтенант, положение дел следующее, ты летишь на своем истребителе, я на своем, пока не достигнем нужных координат вооружение у тебя будет заблокировано, потом я дам команду и вперед, начинай. Всё понятно? — Заряды будут боевые? — уточнил Реннер, чуя подвох, неужели командор реально решил дать палить по себе боевыми зарядами. -Ну конечно, — Морс развернулся и зашагал к своему истребителю, но остановился, оглянулся и кинул, все еще стоящему Реннеру, — ну и постарайся не отставать. Лейтенант хмыкнул и, надев шлем, полез в кабину. Двигатели были запущены и как только швартовочная мачта отсоединилась оба звездных истребителя рванули к выходу из шлюза. За дуэлью своего командора наблюдали все. Несмотря на крутой нрав и даже жестокость командира, его очень уважали и чуть ли не боготворили, ведь он не раз спасал от верной гибели их задницы. Реннер тоже был не самым последним летчиком в космофлоте, поэтому аттракцион обещал быть занимательным. Тем более давно командор лично не вылетал в бой на истребителе, а тут, да еще и против какой-то омеги. Два истребителя, набирая скорость, неслись в открытый космос. Морс шел впереди, Реннер держался чуть сзади. Сказать, что сейчас молодого мужчину охватил восторг, ничего не сказать. Лететь вместе, в связке со своим кумиром, это, это, блять, да от такого кончить можно! Да, он противник, да Реннер готов ему рожу начистить за его взгляды, за его отношение к омегам, за то, что от этого мужика у Реннера кровь закипает, но это же гений, мать его, полетов, живая легенда. И сейчас Джереми делал то, что любил больше всего на свете — несся с бешенной скоростью в космическом пространстве. С Морсом, своей детской мечтой. Морс сука, хитрая лиса, он дарит ему то, о чём грезилось всю сознательную жизнь. Скорость всё нарастала, когда слева по борту начал открываться вход в гиперпространство. Совершив крутой вираж, Морс направил своё судно в проход, Реннер метнулся следом. Несколько длинных минут и оба истребителя вынырнули в каком-то незнакомом секторе. О, да, лучшего места для тренировки личного состава и придумать было нельзя. Множество планетоидов разной величины, обломки астероидов, мотавшиеся по их орбитам, а вдалеке какая-то небольшая планета. На мониторе кабины появилось изображение лица командора, которое транслировала внутренняя камера каждого истребителя. Связь была двусторонняя и у командора на мониторе сейчас было лицо Реннера с горящими возбуждением от предвкушения глазами. Морс улыбнулся. — Ну что мистер Реннер потанцуете со мной? И в тот же миг на панели управления загорелись датчики, показывающие, что вооружение истребииеля в полной боевой готовности. Изображение лица исчезло и в тот же момент командор пошел в отрыв. — Псих ненормальный, — восторженно пробормотал лейтенант, рванув за ним. Говорите попасть хоть раз. Да Реннер заебался так, будто копал траншею метра три глубиной, ну или трахался три часа. Второе видимо вернее, ибо злость от того, что он не то, что попасть не мог в истребитель Морса, а даже поймать в захват системой наведения, сочетались поистине со свинячим восторгом от тех скоростей, виражей и маневров, которые вот уже 15 минут совершали оба летчика. Морс носился и кружился так, что у Джереми с железным вестибулярным аппаратам голова кружилась словно вентилятор. Он только и успевал тормозить и сворачивать от астероидов, которые то и дело попадались перед мордой его истребителя, когда внезапно перед ней же исчезала жопа истребителя Морса. Реннер несколько раз втапливал сенсор пушки, но все его заряды уходили либо в молоко, либо в несчастные астероиды. А уж венцом их дуэли стал финт ушами от комондора, истребитель которого начал кружиться вокруг истребителя лейтенанта, как нитка вокруг веретена. Реннер не мог поверить, что такое вообще возможно, он выжал рычаг управления до упора и попытался повторить маневр Морса. Со стороны их истребители напоминали детей, катающихся на карусели напротив друг друга. Чем выше становились скорости, тем сильнее накрывало Реннера восторгом. От перегрузок становилось тяжелее дышать, уровень кислорода в крови понизился, но он тащился ведь у него получался такой охуенный вираж, правда он нихрена не мог попасть в Морса, мало того, внезапно Морс оказался позади его истребителя, а в наушнике вдруг прозвучал очень чуть хриплый, тоже задыхающийся от перегрузок голос командора. — Ну же, мальчик мой, выстрели по мне. И Джереми не выдержал, вдавив сенсор пушки и выпуская один залп за другим, так что со стороны это зрелище было похоже на огненное кольцо из фейерверков, молодой мужчина закричал отчаянно и страстно. Пушка давно перестала выпускать заряды, а Джереми все не отпускал сенсор, постепенно снижая скорость истребителя. Он не боялся, что Морс врежется в него, даже не думал об этом, сейчас его начало волновать другое, как только он немного пришел в себя, то понял, что спустил в штаны. Осознание сего факта шокировало его, вдобавок его лицо с пылающими щеками, прилипшими ко лбу и вискам волосами, тяжело дышащего прекрасно отразилось на мониторе Морса, который снова включил связь. В свою очередь Реннер увидел темный влажный взгляд Морса. — Мне тоже понравилось, мягко улыбнувшись сказал он, лейтенант космофлота Джереми Реннер, вы невъебенно великолепны. Джереми со стоном откинул голову в кресле пилота. Что сейчас было? Ничего особенного, кроме того, что полетом Морс довел его до оргазма. Но подумать об этом больше у Реннера не получилось. Внезапно сверху слева от них из образовавшихся ворот гиперпространства вылетели семь иштанских перехватчика, которые неслись в данную секунду прямо на них. — Лейтенант, на правый курс, по касательной, вперед за мной — отдал приказ Морс ни секунды не сомневаясь в его исполнении. Реннер пошел в отрыв пытаясь уйти от несущихся на них иштанцев. Весь заряд залпового оружия он израсходовал и теперь был просто беззащитен перед противниками. Несясь, как угорелый, он увидел, что командор обошел его виражом и сейчас, прикрывая его с тыла, принял бой и подбил уже один корабль иштанцев. Но он был один против шестерых. Джереми развернулся и направил свой истребитель обратно, желая отвлечь на себя хотя бы часть сил противника. Ему удалось. Паля из всех пушек, за ним рвануло сразу три иштанских пилота. Опять начались гонки на виражах. Пока Морс сшибал одного иштанца за другим, Реннер уносил ноги, петляя между астероидами. Один из взрывов разорвался совсем рядом от его истребителя и взрывная волна основательно встряхнула посудину, но в тот же момент сам иштанец отправился к праотцам точным попаданием в него из орудия истребителя командора. Оставались всего двое противников, когда из тех же самых ворот гиперпространства вылетело еще 12 иштанских истребителей. — Ох ты ж заебись, — отчаянно выдохнул Реннер. На экране вновь появилось лицо Морса, а невдалеке открылся проход в гиперпространство. — Немедленно туда, Реннер, как только ты пройдешь туда я захлопну вход, — прокричал Морс. — НЕТ! — воскликнул Джереми полным возмущения голосом. — Я не дискутирую, лейтенант, это приказ, — прогремел командор и в этот момент вблизи его истребителя взорвался очередной залп. — Вы не мой командир, сэр, не вам отдавать мне приказы, — яростно воскликнул лейтенант. И в эту самую секунду залпом задело его корабль, в кабине россыпью звезд брызнули искры от поврежденной электрики. По сути это был конец для него. Без оружия, с поврежденной электросетью, оставалось лишь катапультироваться. — Вместе, — проревел Морс, направляя корабль к проходу. — Хорошо, — воскликнул Джереми в любой момент готовый катапультироваться. На подлете к воротам гиперпространства Реннер нажал на катапульту и его капсула влетела в проход, когда внезапно проход за ним закрылся, впуская последний заряд залповой пушки иштанского зведолета. Морс остался там. -Нет, Нет, НЕЕЕТ! — В отчаянии закричал Джереми и его капсула продолжила полет в гиперпространстве, а через несколько минут выскочила точно около их боевого крейсера, в разведывательный полет с которого лейтенант и отправился несколько дней назад. Морс забросил его в проход, ведущий домой и захлопнул дверь, всё как и сказал.