Девичьи комплексы

Линали всеми силами старалась сохранять самообладание. Она знала как никто другой, что Орден беспощаден. Она знала, что ей, возможно, не хватит сил вести себя достойно на суде. Возможно, она даже попытается малодушно использовать Инносенс, чтобы спастись от палачей. Возможно, ее даже поймают. И хотя суд никогда не обрекал экзорцистов на смерть, Линали знала, что в некоторых случаях даже смерть будет лучшим приговором. Например, в ее. Ответом ей было пораженное молчание. Аллен буквально кожей чувствовала, как в воздухе сгустилось напряжение. Но сказать ничего не могла. Мысли разбежались, отказываясь собираться в хоть сколько-нибудь стройную картину. Это все было слишком странно, слишком удивительно, чтобы быть правдой. Ее единственную подругу будут судить за убийство?.. Да даже ночные кошмары никогда еще не были столь изощренными! - И как это случилось? Аллен сначала не поняла, кому мог принадлежать настолько спокойный голос. Пока не посмотрела на Канду. А он и в самом деле совсем не изменился в лице. Или уже успел победить эмоции. - Линали, - неожиданно поддержал его Лави, - может быть, Комуи именно это и имел в виду, когда дал нам задание спасти тебя. Так что мы должны знать все с самого начала, а не только общие фразы. Было видно, что Линали борется с желанием сохранить все в тайне. Но в конце концов доверие победило. Они слишком много пережили вместе, чтобы скрывать что-то друг от друга. Даже сейчас, зная, что она обречена, Линали не могла отказать друзьям. Хотя и не хотела втягивать их в еще большие неприятности. - Это случилось вчера поздним вечером, после того как мы с Сэмом сдали наши билеты на поезд в кассу. Я попросила Сэма идти в гостиницу, а сама решила обойти город. Здесь и раньше было много акум, и я знала, что уничтожила тогда не всех. Акума первого уровня мелькнул за углом дома неподалеку отсюда и скрылся. И я решила, что лучше сразу догнать его, чем потом драться с десятком. Но нападать на меня он не спешил, продолжал лететь вперед, даже когда заметил меня. Я гналась за ним два квартала и настигла в переулке. Решила атаковать сверху, чтобы уж наверняка. Но когда я приземлилась ему на голову, передо мной был уже не акума, а до смерти перепуганный человек! – Линали вздрогнула. – Инносенс обычно не причиняла вреда людям, поэтому я была спокойна. Но этот мужчина вдруг вскрикнул, схватился за голову и взорвался! - А акума? – Канда отложил палочки, даже не притронувшись к обеду. - Кроме того мужчины поблизости никого не было. Но я не могла ошибиться – секундой раньше на его месте действительно был акума. И испарился! Час спустя в город прибыли эксперты из Ордена, но в останках погибшего не было ни капли яда акумы. Так что… Некоторое время все молчали, уткнувшись в свои тарелки. Аппетита не было никакого даже у вечно голодной Уолкер. Думали о чем-то своем, Лави сосредоточенно мусолил раздобытую где-то зубочистку. А Аллен не могла отделаться от мысли, что подобный рассказ она уже слышала. Всего секунда ушла, чтобы вспомнить, где. - Канда, не ты ли сегодня утром говорил об исчезнувших в переулке акумах? Мечник лишь кивнул, поднимаясь. - Линали, покажи мне то место, где вчера взорвался мужчина. - Я под арестом, - Линали невесело усмехнулась. – Попрошу Сэма проводить вас. Вместе с искателем за ними увязался еще один очкастый парень в черной форме, представившийся сотрудником научного отдела и экспертом Ордена. - Я должен лично убедиться, что вы не сделаете с уликами ничего недозволительного, - как будто извиняясь, объяснил он. – Мы вчера уже взяли все анализы и сделали фотографии, но судьи могут пожелать лично осмотреть место. Никому не хочется попасть под раздачу, знаете ли. Аллен брезгливо усмехнулась, но спорить не стала. Все равно от «места» уже наверняка ничего не осталось – кое-что вчера растащили на анализы, а кровавые пятна смыл дождь. Однако к месту они приближались, готовясь зажимать носы от сладковатого въедающегося запаха гниющего мяса. Таким запахом однажды пропиталась вся их штабная церковь, когда после бойни в Барселоне там хоронили убитых ноями экзорцистов. Но помнил об этом, на счастье остальных, лишь Книжник. У него вообще накопилось предостаточно ассоциаций с этим запахом – так пахли все города, охваченные войной… Но ни за сто, ни за десять метров до переулка, ни в самом переулке никакой вони не было. Стояла тяжелая тишина, капли дождя стучали по карнизам и навесам, барабанили по черепичной крыше. Где-то в водосточной трубе робко посвистывал ветер. И все. Ни следа, который бы напоминал о недавней смерти человека. Ни капли крови. Тишина давила на барабанные перепонки, гнала прочь отсюда. Канда едва заметно напрягся, потянувшись к рукояти катаны. - Вы все, назад! Живо! – голос прозвучал надрывно, серой полоской сверкнул меч. И тут-то Аллен увидела то, что заставило Канду всерьез испугаться. Вся мостовая была усеяна обломками. Серыми, потемневшими от дождя. Тут и там черным горели пентаграммы. Маленькие и побольше, по размеру обломка. Надо скорее все это уничтожить! Пока не раздались взрывы, пока не погибли люди. Здесь Лави – он может умереть от яда акумы. Рука медленно перетекала в боевую форму. Рядом и чуть сзади о мостовую тяжело бухнул выросший молот. - Постойте! Все обернулись, Канда даже меч опустил. Очкастый эксперт напрягся, весь подобрался, чуть передвинулся, не обращая внимания на возмущенные взгляды пока подчинявшихся экзорцистов. Достал из кармана миниатюрный фотоаппарат, какими нередко пользовались сотрудники научного отдела (и часто не по назначению). Перещелкнул пару рычажков, подгоняя изображение под нужный размер и ракурс, сфотографировал, потом опять что-то настроил, подождал пару секунд. А потом выдал таким тоном, как будто только что открыл Америку: - Они лежат точь-в-точь как части тела того мужика! - Это и ежу ясно, - рыкнул Канда, отворачиваясь и сквозь зубы матеря эксперта на чем свет стоит. Драгоценные секунды были упущены. - Мои снимки будут служить доказательством для инквизиторов, - быстро нашелся парень. – Если что, мой голем, - ткнул указательным пальцем в серебристую заклепку на вороте плаща, - все снимает, так что нас не cмогут обвинить в фальсификации. Аллен хотела отпустить едкое замечание относительно как бы невзначай ввернутого экспертом «нас» вместо обычного «вас», но не успела. Проклятый глаз обожгло жгучей болью. Аж в глазах потемнело, как тогда, в деревеньке у железной дороги. Зрение перестроилось на иной уровень, все привычные вещи стали черно-белыми и отошли на задний план. Зато стало видно, что обломки акум вовсе не праздно лежат на дороге. Что-то лиловое корчилось и извивалось среди металла, что-то зарождалось в самих обломках, рвалось наружу, исходя черным дымом. - Мне кажется, у нас проблема, - Аллен услышала, как Лави сглотнул. Должно быть, внутреннее преобразование стало заметно и снаружи.