Сердце для падшего Ангела.

— Что хмуришься, друг по несчастью? — голубые пряди упали на мою открытую тетрадь, так низко она наклонилась над партой.       Я поднимаю глаза и встречаюсь с её, почти такими же голубыми, как волосы глазами. Первое впечатление: красивая, наглая и совсем маленького роста.  — Друг? — я стараюсь выдержать её взгляд, в котором мелькают смешинки и не заулыбаться в ответ.  — Ну так… — она многозначительно показывает указательным пальцем на себя, потом им же на меня. — Не боись, в обиду не дам.       Честно говоря, я слегка опешил от такого заявления. Да она даже тоще, чем я, и уверен минимум на пол головы ниже. Вот только не хватало ещё, чтобы девчонки меня защищали.  — Я и сам себя в обиду не дам.  — Смелый мальчик. Только вот надо быть умным, а не смелым. Твоя побитая мордашка никому тут не нужна, особенно тебе самому… Или ты у нас любитель боли? — наклоняется ещё ниже, так, что чувствую запах её духов, мягкий, ненавязчивый.  — Я нормальный, — звучит немного странно, учитывая мой вид.  — Все мы тут нормальные в некоторой степени, — девушка звонко смеётся, обводя рукой класс.       Только сейчас я замечаю, что после урока ушла только учитель, все остальные остались в классе и сейчас не скрываясь слушают наш диалог.  — Я староста, зовут Маша, для хороших друзей — Мальвина, — девушка уселась на край моей парты, закинув ногу на ногу, а я постарался не сильно глазеть на её бёдра, выглядывающие из-под короткой синей юбки. — Ребята у нас в классе неплохие, после меня к тебе привыкнут быстро.  — А к тебе что ли долго привыкали? — сам не понимаю, зачем почти хамлю. Просто эта персона заставляет меня чувствовать себя неуютно.       Кто-то за моей спиной громко заржал, остальные тоже подхватили смешками.  — Это кто к кому ещё привыкал, — Отозвался мой сегодняшний сосед по парте. — Мальвина в первую же неделю наградила почти пол класса бланшами.       Я удивлённо вскинул брови. Вот это вот недоразумение (про себя я тоже так думал иногда) смогло ударить кого-то? Терминатор в юбке, блять…  — Ты не кривись так, — это рыжая «ботаничка» в очках с первой парты от двери. — Машка у нас борьбой, между прочим, занимается.       Я опять перевёл взгляд на «Машку». Сидит, слегка помахивая ножками в розовых кедах. Ни тебе злости на такое недоверие с моей стороны, ни обиды на моё хамство. Улыбается. Как будто мы знакомы со времён песочницы. Я тоже улыбнулся. Потому что нельзя не улыбнуться, когда твои одноклассники оказались не такими уж плохими ребятами. * * *  — Вот скажи мне, мальчик Эмо, ты что прячешься тут? — Мальвина появляется из-за угла и нахально берёт у меня с губ только прикуренную сигарету. Затягивается и, как ни в чём не бывало, возвращает, я едва успеваю прихватить фильтр губами, чтобы не упала.  — На себя посмотри, девочка Эмо, — произношу издевку, но при этом лицо у меня явно довольное — Машка мне определённо понравилась.  — Не, ну я не к тому… Это я сократила от Эмиль. Не нравится?  — Неа, — я глубоко затягиваюсь и выпускаю дым в сторону.  — Ну значит будешь Милькой. Больше вариантов не вижу, — сигарета опять уплывает в её пальцы и губы и так же возвращается ко мне.  — Может тебя угостить? — протягиваю ополовиненную пачку Парламента. Идею с моим «новым именем» пускаю на самотёк, мне всё равно как она будет меня называть.  — Не надо. Я типа бросаю…  — И давно бросаешь?  — Так, время от времени… Так что прячешься?  — С чего ты взяла, что я прячусь?  — Тебя там шофёр ваш искал или кто он там… А ты сюда улизнул. Я видела.  — А-а-а… — ещё одна затяжка, и бычок в цветущую клумбу. — Не хочу домой. По городу поброжу.  — А домой как потом?  — Да как все. Городским транспортом.       Мальвина удивлённо поднимает брови (кстати тоже синие, только потемнее) и закусывает нижнюю губу.  — И часто так? Транспортом?  — Бывает иногда, — вру безбожно, я же всю жизнь на городском транспорте катаюсь. Сегодня впервые ехал с шофёром в машине. Май укатил по работе ещё на рассвете, и поэтому скинул свою обязанность на других. А я и не против. Не хотелось с самого утра портить себе настроение его «ангельским» личиком.  — С тобой поброжу, — и с её стороны это был вовсе не вопрос, а скорее утверждение.  — Ну раз так, то мне и не страшно будет вовсе, — Отлипаю от стенки и шутя ерошу её яркие волосы. — Ты же там занимаешься чем-то…  — Отвали от моих волос, придурок, — хихикает Машка и легонько толкает меня в плечо. — А то узнаешь, чем я там занимаюсь и тут тоже… * * *       Мы почти час бродили по парку недалеко от школы. Съели мороженое, кстати угощали меня, а не я, так как денег у меня оказалось в количестве только чтобы домой доехать. Развлекли малышей на детской площадке, Машка в роли Мальвины, конечно же, меня выставили Пьеро, хотя я сам считал, что не похож совсем. На удивление даже родители этих маленьких чудовищ снисходительно разрешили нам приблизиться к своим чадам, а потом и вовсе веселились со всеми. И если в начале идея мне не нравилась и я был категорически против, то потом вошёл в роль. Долго потом ещё ржали, сидя с Машкой на лавочке, с моего образа и её «Мальвины» с проколом в носу и брови.       Немного дальше парка на площадке перед каким-то многоэтажным зданием, предназначенным видимо под офисы, задержались. Машка потащила меня к компании разновозрастных мальчишек и девчонок со скейтами, которые ошивались тут. Почти половину ребят она знала очень хорошо, других только по именам. Кроме парня, примерно моего возраста с рыжеватыми дредами, и ещё одной девочки с тоннелями в ушах и короткой мальчишеской стрижкой, выкрашенной в ярко-рыжий цвет, остальные выглядели более-менее нормально.  — Умеешь? — Машка запрыгнула на взятый у кого-то скейт и оттолкнулась ногой, подпрыгнула, при этом средство передвижения перекрутилось в воздухе и аккуратно, ровненько встало колёсами на асфальт, и девушка на него, проехав ещё с десяток метров.  — Нет, — всегда хотел, но в нашем районе негде было, да и не с кем.  — Хочешь научу?  — Хочу, — а почему бы и нет. Мне нравилась она, нравилась её компания, да и вообще…  — Держи, — она передала скейт мальчику лет двенадцати, с собранными в хвост белокурыми волосами, и повернулась ко мне. — В следующий раз оденусь соответственно и покатаемся.       Я кивнул, а Машка взяла меня за руку, как будто мы всегда так делали и это было в порядке вещей. Я промолчал, а она сделала вид, что не заметила моё удивлённое лицо. Мы попрощались с ребятами и двинулись в сторону остановки. Мальвина вызвалась проводить меня и самолично посадить в автобус. Я не возражал. Мельком взглянул на время и не спеша пошёл рядом с ней.       Но сесть в автобус мне не пришлось. Минут через десять нашего топтания на остановке рядом с бордюром остановился блестящий чёрный Лексус. Мы вначале даже не обратили внимание на него, так как автомобиль припарковался немного сбоку. Машка увлечённо рассказывала мне про своё феерическое первое появление в классе год назад (оказывается девочка всего за год выбилась в старосты и построила всех одноклассников). Я делал непонятные пируэты на лавочке под козырьком, запрыгнув туда с ногами. Хорошо мы были одни, иначе я бы уже поймал на свою голову немало возмущённых реплик. Так вот, машина нас сразу и не заинтересовала. Зато мы были интересны водителю. Это я уже потом понял. После того, как через минут пять из машины всё же вышел её обладатель.       Блять… Ну вот зачем? Всё же было так чудесно! Нормальное утро, хороший день, прекрасные пару часов с Машкой, за которые я забыл обо всём, и о новом доме, и о новых родственниках, забыл о брате… Только вот он видимо не забыл. Явился собственной персоной, и как только нашёл? Стоит смотрит, опираясь на приоткрытую дверцу. Я тоже смотрю, зависнув на лавочке и упираясь ладонями в козырёк остановки.  — Садись в машину, — чётко, спокойно и довольно громко, даже Машка обернулась.  — Ты его знаешь? — девушка с неприязнью смотрит на Ангела.  — Как бы… Это мой брат…  — Брат?.. — Мальвина окидывает меня взглядом, как будто видит впервые. — Ты серьёзно?  — Более чем… Сам в шоке, — я спрыгиваю на грязную каменную плитку, но не спешу уходить.  — Сейчас же сядь в машину! — уже громче и не так спокойно.       Машка поворачивается ко мне лицом и одними губами говорит «иди»… Не понял? Она, что его испугалась? Мальвина?.. Ангела?..Пытаюсь взглядом спросить «в чём дело?», но она только серьёзно кивает и опять повторяет едва слышным шёпотом: «Ну иди же. Завтра увидимся»…  — Бывай, Мальвин, — намеренно ерошу её волосы и улыбаюсь на прощание.  — Пока, Милька, — совсем тихо, но тоже с ответной улыбкой.       С каменным лицом, типа «мы вас не ждали, а вы…», сажусь на заднее сидение. Май ещё какое-то время сверлит взглядом девушку, которая смотрит на него в ответ, правда не так смело, как раньше на всех остальных, потом садится за руль, и Лексус медленно вливается в поток машин.  — Ты что творишь? — его голос, как лезвие ножа, холодный и острый.  — Что? — я вот действительно не понимаю в чём виноват.  — Я ищу тебя по городу третий час…       И тут я не удержался, и то ли в истерике, то ли действительно подкатило, прыснул со смеху… Где были мои мозги в это время — я не знаю, но они улетели ещё дальше, когда этот придурок затормозил машину у обочины и схватил меня за шкирку, притягивая моё лицо почти впритык к своему. Я слышал возмущённые сигналы других водителей позади нас и в стороне, но похоже Ангелу было плевать на нарушение правил.  — Маленький щенок, ты вздумал играть со мной?  — Да что я сделал такого? Мы просто погуляли… — упираюсь ладонями в спинки передних сидений, пытаясь хоть немного отстраниться. — Ты больной, пусти меня… — и тут же улетаю, вмазываясь в мягкую кожу сидений за спиной. Скула горит огнём. Охренеть — он меня ударил… И не просто мазнул по лицу, а реально так приложился.  — Ты хоть понимаешь, что я за тебя отвечаю?! — голубые глаза метают молнии.  — С какой радости? А как же отец?..  — Отцу плевать на тебя, щенок! «Я и сам это знаю, братец, ничего нового ты мне не открыл»  — И мне тоже плевать, но я твой опекун, и если ты вляпаешься в какое-то дерьмо — отвечаю тоже я! — он отворачивается к рулю, видимо посчитав, что на этом разговор окончен. Заводит машину и спокойно, как будто это не его кулак, только что въехал мне в лицо, продолжает движение.       А мне просто нечего ему ответить больше. Такой подлянки от родителя (хоть и не любящего) я не ожидал. Как можно было назначить моим опекуном этого белобрысого маньяка, помешанного на подчинении?!..