make me feel again

Всегда сложно смириться с тем, что ты залез туда, куда тебе не следовало бы залезать. Я чувствовала то, насколько Джастин был зол на меня. Ну да, зашла в его мини-студию. Ну да, увидела картины. Что здесь такого? Все бы сказали, что все нормально, когда это ни черта не так. Джастин выгонял меня с такой ненавистью в голосе, что я, признаюсь честно, даже захотела куда-нибудь спрятаться и больше никогда не попадать под взор карих глаз, которые с нескончаемой ненавистью смотрят в мою душу. Я лежу на кровати, лицом уткнувшись в подушку. Я залезла туда, куда нельзя. Увидела то, чего нельзя видеть. Мне явно гореть в аду. Я усмехаюсь сама себе, но мимолетное хорошее настроение, что пришло ко мне, сразу же испаряется. Мне нужно извиниться перед Джастином. Или нет? Если я зайду к нему, то он меня проткнет кисточкой. Пожалуй, я останусь в комнате до вечера, пока ему не понадобится моя помощь, но меня прерывает стук в дверь. — Да-да, — я сразу же подрываюсь с кровати и спешу поправить свою одежду. Я подбегаю к двери и, открыв её, обнаруживаю мистера Бибера. — Не отвлекаю? — спрашивает он. — Нет, что вы. Что-то случилось? — Гвенет, я хотел тебе сказать, что мне придётся уехать на пару дней из-за работы, поэтому я прошу тебя, пожалуйста, будь ему главной опорой вместо меня. — То есть, вы оставляете меня за главную? — я вопросительно поднимаю бровь. — Да, у Джастина через два дня визит в больницу, поэтому прошу быть с ним рядом. — Да, конечно. Я всё сделаю. — И да, Джастину завтра утром доставят посылку, ну, скажу, что она достаточно большая, это чтобы ты не пугалась. — Хорошо, я поняла, — киваю головой я. — Ты выглядишь слегка взволнованно. Что-то случилось? — мистер Бибер внимательно осматривает моё лицо. — Не знаю даже как сказать, просто я зашла в его, как я поняла, мастерскую. — Ты увидела картины? — мужчина с интересом спрашивает меня. Почему я чувствую сейчас себя ещё хуже? — Да, я просто увидела свет и решила, что Джастин там, но его там не оказалось и он был очень разозлен, увидев меня, — я поджала губы. — О-о, не переживай. Это что-то типа его убежища, — чуть улыбнулся он. — Он всем запрещает входить в свою мастерскую, но если ты стоишь передо мной целая и невредимая, то все отлично. — Я, наверное, должна извиниться перед ним? — Не сейчас. Ему нужно остыть и сломать парочку кисточек, — мистер Бибер расслабленно смеётся, отчего я сама слегка улыбаюсь. — Спасибо, что успокоили, — улыбаюсь ему я. — Нет проблем, но в следующий раз не заходи туда. Это что-то типа его интимной комнаты, куда он запрещает кому-либо входить. — Я поняла, спасибо. — Пока-пока, — мистер Бибер покидает комнату и я чувствую себя немного лучше, понимая, что Джастин не убьет меня во сне за это. Всё не так плохо, как я думала.

***

Следующий день проходит в суматохе. С десяти утра уже начал приезжать товар, заказанный, как я поняла, Джастином. Он за весь день навернул километров пять от входной двери до своей комнаты, где оставлял все коробки. Он сделал, по моим подсчетам, больше семи росписей в документах. Я не знаю, что ему доставили, но могу догадываться, ведь на фургонах, в которых были коробки, была яркая надпись довольно известной фирмы по производству канцелярии. По длинным коробкам я могла догадываться, что ему могли привезти мольберты и полотна, а по широким, что в них находятся краски и кисточки. Я не могу быть точно уверена в этом, потому что совершенно не разбираюсь в рисовании, да и мало ли, что он мог заказать. Весь день я провела помогая Джастину таскать эти коробки и по моим подсчетам их больше пятнадцати. Я так и не смогла нормально извиниться перед Джастином, ибо каждый раз, когда я только хотела начать разговор, он уезжал. Мне приходилось идти за ним, а на мои слова он хмуро смотрел на меня и бурчал себе что-то под нос. На часах было уже почти семь вечера, а на улице потемнело и вновь пошёл дождь, изредка сопровождаемый громом. Я сидела на кухне, грея руки об кофе, который мне любезно приготовил дворецкий. Все мои мысли были заняты тем, как бы мне всё-таки поговорить с Джастином и извиниться, чтобы он не махнул на меня рукой и не заперся бы в своей мастерской. Горячая кружка с кофе греет руки, но мне все равно морозно и я даже подумываю о том, чтобы подняться в комнату и позвонить маме, дабы узнать о её самочувствии. Из моих мыслей меня вытягивает звук затвора камеры и я резко поворачиваю голову влево. Там был Джастин с камерой в руках, которая была направлена в мою сторону. Он что, сфотографировал меня? Я кидаю вопросительный взгляд на него, а он, как я и ожидала, молчит. — Не думай, что я фотографировал тебя. Мне нужны те цветы, — через пару секунд говорит он и я поворачиваю голову вправо, где на тумбе чуть дальше от меня стоял букет полевых цветов, которые оказались здесь вчера, но я не знаю кто их привез. Я ощущаю себя дурой на пару мгновений за то, что решила, что меня сфотографировали. Идиотка. Я прикусываю губу и направляю взгляд в окно, в котором виден уличный фонарь. Однако, красиво. Джастин делает ещё пару фотографий цветов, а после исчезает за кухонной аркой.