Слёзы
11 декабря 2018 г., 21:14
Партизан погиб на жестокой войне, Которую вел один против всех. Он сражался с врагами свободы в далекой стране Но иногда и героям изменяет успех... И он сказал из последних сил: "Я погибну здесь, но я победил! Умру на твоей земле, Боливия! Я так долго шел к тебе, Боливия! И пока битвам за революцию нет конца - Пусть пробьют это сердце, раз иначе нельзя - Девять граммов безжалостного свинца!" "Боливия" (группа "Электрические партизаны")
Оказалось, довести маму до слёз - до радостных слёз - совсем просто. Я стеснялась смотреть фильм "Че" 2008 года при ней. Не дай бог она подумает, что у меня кумир появился! Тем более такая спорная личность, как Эрнесто. ...Не дай бог она поймет, что я заурядный романтичный подросток. Поэтому, когда мама заходила в комнату, я резко переключала на другую вкладку. На вопрос, что я смотрю, я говорила: "Кино". А на вопрос: "Какое?" нахально отвечала: "Порно". А потом ещё со злой ухмылкой рассказывала, как разносчик пиццы отделал красивую домохозяйку... Мама качала головой, но лишь грустно улыбалась. За пассивно-агрессивное поведение принимала мою напускную пошлость? И лишь в морозный день, когда деревья гнулись под снежными шапками, а в небе сияло холодное солнце, я призналась ей: - Мам, я не порнографию смотрю. Не "Пятьдесят оттенков серого", ни что-нибудь в этом роде... я... Только не смейся, ладно? Я смотрю фильм про "Че Гевару". Художественный... И папе не говори, пожалуйста! Мама рассмеялась и обняла меня. Когда я подняла на родимую взгляд, я заметила, что в её глазах поблёскивают слезинки, а губы сложились в нежную улыбку. - Я только первую часть посмотрела... "Аргентинец" называется... - сбивчиво рассказывала я, когда мы, держась за руки, шли домой, - ещё целая вторая часть осталась. Снег хрустел под ногами, тяжелый пакет с покупками из супермаркета оттягивал руку, но у меня было легко на душе. - И знаешь что? - дурашливо продолжила я, - Не расслабляйся, "Пятьдесят оттенков серого" я всё-равно посмотрю. Я зачем-то зло передёрнула плечами, а мама фыркнула. ...Я хорошо знаю историю. Чего я ещё ожидала от фильма о боливийском походе Че Гевары? Хеппи энда? Фильм не мог, не мог закончиться иначе. Однако концовка схватила меня за сердце ледяной рукой, и пули, выпущенные в бесстрашного аргентинца, застряли в моей душе. Марио Теран словно стрелял в меня! Че расстреляли, верного Вилли и веселого Хоакина, и даже милую, красивую Таню-партизанку убили тоже, и, когда фильм окончился, я села и закрыла лицо ладонями. Надрывный мотив последних минут стоял в ушах. Мама зашла в комнату и обнаружила меня, всхлипывающую. Я отвернулась - я же серьёзный человек, она не должна видеть моих слёз! Но я хлюпала носом, и глаза мои были на мокром месте, и мама - она же не слепая - поинтересовалась: - Фильм грустно закончился? - Конечно, ты что, историю не знаешь? - резко ответила я. - Всех... расстреляли... Спиной я чувствовала, что мама смотрит на меня, но я не могла перестать дрожать. - Ты что, плачешь? - осторожно спросила мама. - Нет, конечно, нет! - ответила я, но голос дал петуха, и такая простая фраза прозвучала визгливо и до жути неубедительно. - Вот ещё, над каким-то фильмом плакать! Мама сделала вид, что поверила, а у меня... у меня от с трудом сдерживаемых слёз защипало глаза. Я выбежала в ванную со словами: "Что-то в глаз попало..." В ванной я сидела долго. Умылась раз пять. Включила ледяную воду и сунула голову под струю - может, тогда слёзы отступят? Не плакать же, в конце концов, из-за расстрелянных пятьдесят лет назад коммунистов? ...Вода громко ударялась о дно ванны, и я поняла, что меня никто не услышит. Поняла - и согнулась в спазме рыдания. Я плакала, плакала почти без слёз, снова и снова представляя привязанное к стропам вертолёта тело, проплывающую внизу Боливию, волны вокруг утлого судёнышка "Грандма", и безжалостные выстрелы... Когда рыдания утихли, я поспешила на кухню и выпила несколько стаканов воды - залпом, стуча зубами о стекло. Успокоившись, я вернулась в комнату - моё лицо было почти спокойным. Эта боль - сладкая боль ускользающей вечности - укрепляет душу; и человек, которому не довелось ее испытать, много потерял. Моя боль утихнет, а слезы обратятся в стрелы, разящие врагов. Но пока... пока нужно успокоиться и не всхлипывать больше, иначе мама сочтет меня истеричной дурочкой. ...Лучше бы она думала, что я смотрю порно.
