Часть 1
26 августа 2017 г., 16:05
ща все будет короче не ссым
За травой как на работу, прогулки до единственного круглосуточного магазина за алкоголем уже давным давно обычный вечерний-ночной променад. Главное с музыкой, чтобы хотя бы за нее цеплять уплывающее сознание и мысли. Взгляд никуда, идешь, шатаешься, головой мотаешь будто в ритм. Сзади болтаются еще два тела — совсем не функционируют люди. Мне дико скучно, развлекаю себя слайдами от сигареты в пальцах. Холод улицы совсем не бодрит, а будто нокаутирует. Меня пробирает нездоровый озноб сыпью по коже. Тридцать шагов до магазина за пивом и водкой и обратно в свои норы.
Артём возвращается в квартиру как будто через вечность, но я слишком укурен, настолько, что даже осознаю это. В квартире шумно, и мне скучно. Все это бесконечно здорово, но без Депо тут нечего делать, и я теряю интерес. Он подходит, уронив по пути пару банок пива, глухо матерится на выдохе и наконец оседает на кровати рядом, шумно плюхнувшись в одеяла. Ровно через секунду он начинает со мной говорить, но я не сразу включаюсь, утонув в огнях гирлянд светодиодов, мигающих в таком бешеном ритме, что невольно благодарю бога, что не эпилептик.
— Ты просто не представляешь, какой это был ад. — Артём кивает в сторону своих спутников.
Депо передергивает, то ли действительно от холода, то ли от тотальной интоксикации организма. Он нагибается и тянется за пивом, лежащим на полу.
— Лови-ка. — и он кидает Глебу банку, тот с трудом ее ловит, крепко прижимая ее к себе, тихо и немного измученно зашипев от холода металла.
— Ты вообще как, абонент? — Бульвар кидает через плечо, самую малость обернувшись на Фараона.
Голубин слишком разнеженный и заторможенный лежанием находит силы только вскинуть руку, складывая пальцы, в категорически положительный жест. Артем, видя всю эту хореографию, начинает тихо смеяться.
— Абонент не абонент. Он на все согласен, у него утвердительное лицо.
— Да пошел ты нахуй. — Глеб не может сдержать улыбки, резко садится, встряхнув головой.
— Во. — Депо пихает локтем Фару в худое бедро, приподнялся, вытряхивая из кармана стиль, и хмыкает. — Вот умный мальчик, безопасность превыше всего.
Глеб покачиваясь встал, охнув от результата, и, кивнув Депо на входную дверь, двинулся в сторону уборной. Квартира в огне, в душном угаре, но Глеб спокойнее удава. Потирает усталые глаза, напился он здорово, и на удивление до редкого состояния тихой бесконечной гармонии. Фараон застегивает ширинку и вываливается из квартиры. В подъезде так тихо, что зазвенело в ушах. И холодно. Депо был прав. Шаркающей походкой, обняв себя за плечи, Глеб доходит до подъездного балкона и, открыв дверь, видит сидящего Бульвара на одеяле, которое тот предусмотрительно притащил с собой. Артем обернулся и махнул рукой на место рядом с собой, прибивая косяк. Фара медленно опускается рядом, долгим взглядом пронизывая сквозь балконную решетку верхушки деревьев и редкие огни города, открывшегося с 20того этажа новостройки.
— Сильно. — сдавленно шепчет Артём, выдыхая дым и передавая джоинт Глебу.
Тот жадно вдыхает этот сладкий дым, уже кайфуя и предвкушая качество травы, и присасывается словно голодный ребенок, развалившись на одеяле.
Откинув руку с джоинтом в сторону Депо, он закрыл глаза, вслушиваясь в шум листвы и глупо улыбаясь своему состоянию.
— Тёма, я всё. — тихо смеясь, отвечает он. — Думаю, ты понимаешь это состояние.
— Да-да, аж ноги ебутся, я понимаю. — Артём коротко закивал и откинулся рядом с Фарой на одеяла.
Глеб принял косяк прямо с рук Депо и решил сконцентрироваться на теплом узле, завязавшимся внизу его живота. Сначала ощущения были немного чужеродными, будто бы не принадлежавшими ему, затем постепенно узел начал словно раскручиваться, пронизывая тонкими горячими лучиками весь организм.
— Вау, так и кончить недолго. — кинул он Бульвару, усмехнувшись.
Тот открыл глаза, и сладко потянулся, улыбнувшись:
— Вообще пиздец.
Фара перелег набок и скрутился около Депо, закинув руку поперек груди друга. Он начал чувствовать сильную потребность касаться кого-нибудь, хоть как-нибудь, совсем без сексуального подтекста, просто потому что хорошо. Футболка Бульвара оказалась очень приятной на ощупь, немного теплой от тепла тела, с маленькими узелками вязки, которые особенно чувствовались, прокатывая ткань между пальцев. Потом он обнаружил для себя, что вообще в принципе Артём имеет довольно интересную консистенцию, немного упругую и твердую одновременно. Глеб даже приподнялся на локти на энтузиазме.
— Я смотрю тебя сильно растаращило, — Артём приоткрыл глаза и посмотрел на Фару из-под полуопущенных ресниц, улыбнувшись. — превращаешься в кота.
Звук голоса немного вывел Глеба из этого транса, он поднял глаза и встретился взглядом с Артемом. Тот почувствовал, как будто тонкий ток кольнул разрядом сердце, от чего оно чуть екнуло, и сладко заныло, словно расширяясь в груди. Он привстал, оказавшись на одном уровне с лицом Глеба. Дышать стало слишком сложно и палевно, на балконе повисла ватная тишина, каждый почувствовал невозможность оставаться еще хоть немного неподвижным, не предпринять хоть что-нибудь, чтобы сократить это расстояние. Бульвар первым сделал шаг, качнувшись в сторону Фары, практически коснувшись губами его губ, обжигая их своим дыханием. Но Глеб не торопился идти навстречу, словно сомневался, хотя сама эта мысль уже казалась в данной ситуации смешной.
— Да ладно тебе. — глухо прошептал Артем, носом касаясь щеки Глеба, и Фара сдался.
Поддавшись вперед и закрыв глаза, Глеб с редкостным наслаждением терся лицом о немного колючую щеку Депо, с упоением смакуя кожей легкие прикосновения и тепло чужого тела. Артём, скользнув рукой по шее Фары, поймал его за подбородок и наконец плавно, тягуче коснулся губ. Глеб тихо зашипел и, наплевав на комфорт, потянулся вслед за языком Депо, так нетерпеливо и обиженно, как ребенок за конфетой. Артём чуть углубил поцелуй, и они замерли наслаждаясь моментом. Им жестко сносило крыши, Бульвар немного запустил кисть под футболку и скользнул рукой по гладкому животу своего друга, крепко сжимая бока. Он ахуеть как хотел его. Смертельно хотел, хотел царапать эту кожу, чтобы почувствовать его даже под ногтями. Как в абсолютном голоде он шарил руками по телу, стискивал до побелевших пальцев чужой зад. Фара забрался на Депо, усевшись задницей на пах Артема, от чего тот вскинул бедра и прогнулся в спине, с измученным шипением вжимая Глеба в себя.
— Пиздец меня кроет, Тём. Я так хочу тебя, как будто сейчас сдохну. — прерывисто и горячо зашептал он куда-то в шею другу. — Я вообще себя не контролирую.
Эти слова как команда питбулю заставили Депо схватить рукой Фару за шею и крепко прижать к себе, зафиксировав в мертвой хватке. Он начал вдалбливаться в лежащего на нем Глеба и ладно, что через одежду, и ладно, что даже больно, большим животным, чем сейчас, он никогда себя не чувствовал. Невозможное наслаждение разливалось по телу смертельным ядом, Фара стонал похлеще бляди, надрывно и громко, узел внизу живота начал стремительно скручиваться, готовясь в любой момент выстрелить.
— Я сейчас кончу, еб твою мать. — перейдя на последнем слове в глухой глубокий стон, Депо начал с силой вскидывать зад, содрогаясь от оргазма, сжав в ладони пах Глеба.
Глеб вжался в что есть силы в друга, откинув голову назад, зашелся крупной дрожью, кончая до перебитого дыхания.
— Просто пиздец.
