Часть третья.
8 сентября 2017 г., 20:12
Проснулся Андрей на следующее утро. И снова не сам. Кто-то ломился в дверь и орал как оголтелый. Пришлось, крехтя и проклиная весь белый свет, подниматься с постели и идти, чтобы открыть дверь, а лучше убить назойливого гостя.
— Андрей! С тобой всё в порядке? — начал Санёк прямо с порога, как только дверь приоткрылась на сантиметр.
Андрей ничего не ответил, только молча пропустил друга в квартиру.
— Где ты был? Мы тебя обыскались! Телефон оставил на столе, даже гитару свою бросил и ушёл в туалет. Да так и с концами! Ты где был?
— Я? — недоумённо уставился Андрей. — Ну, дома. Где мне ещё быть?
— Серьёзно? А почему не сказал никому? Свалил по-тихому и никого не предупредил.
— Я не помню, — соврал Андрей.
На самом деле, он всё прекрасно помнил, но признаваться в этом не хотелось. Андрей просто не понимал, как он мог вообще ворваться в чей-то кабинет и отбивать с боем совершенно незнакомого человека, которого видел всего-навсего только второй раз в жизни. Но почему-то тогда это показалось таким правильным, таким логичным. Хотелось забрать его от этих мужиков, отгородить, потому как Андрей почувствовал, что не очень-то и приятно этому Максу было заниматься тем, чем он занимался, хотя тот и утверждал обратное.
Саша понял, что приставать с вопросами к другу было бесполезно, поэтому он передал Андрею гитару, телефон и похлопал по плечу, мол, бывай, я пойду.
А Андрей и не держал его. Проводив друга, он пошёл в душ, чтобы смыть последствия вчерашнего вечера встреч, который не только не помог ему расслабиться, но и добавил новых размышлений.
После он решил перекусить. Залез в холодильник и грустно вздохнул. Два яйца и полупустая бутылка кетчупа.
— Эх, ну, ладно.
Было принято решение пожарить яичницу, залить кетчупом и запить всё это чаем.
Завтрако-обед был готов и получился довольно сносным в исполнении человека, который не умеет готовить ничего, кроме варёных сосисок. Зато как виртуозно он делает это. Кстати, сосиски в собственном соку (в воде из-под крана) — коронное и единственное блюдо в арсенале Андрея.
Вдруг зазвонил телефон.
— Аффо, — с полным ртом еды ответил он.
— Приятного тебе аппетита, Андрей, — в трубке послышался смех.
— Сфасипо, — не желая торопиться прожёвывать, ответил он.
— Слушай, Андрей, выйди сегодня за меня в ночную, очень надо.
— Вить, да ты заколебал! Третий раз за месяц, сколько можно?! — быстро прожевав, возмущённо выдал Андрей.
— Ну, я уже давно договорился на игру сходить. Блин, ну, это ж полуфинал! Пожалуйста!
— Ладно, но будешь должен! — нехотя согласился Андрей.
— Проси всё, что хочешь! — радостно раздалось на том конце.
К футболу Андрей был равнодушен, но коллегу в беде не бросил бы.
Конечно, ему никуда идти не хотелось, но это лучше, чем думать о вчерашнем вечере ещё сутки. А работа поможет ему забыть об этом странном парне хотя бы на время.
***
Придя на смену, Андрей действительно отвлёкся и с полным энтузиазмом принимал пациентов. Конечно, ночью их немного, но это даже хорошо.
— Есть там кто следующий? — бодренько позвал Андрей.
Спиной зашёл очередной пациент.
— Пожалуйста, только не заявляйте в полиц.. — парнишка повернулся лицом к врачу и сразу же замолчал. — Блядь, — обречённо выдохнул он и уже хотел сбежать.
— Стоять! — властный голос Андрея заставил того вздрогнуть от неожиданности и врасти ногами в пол.
Андрей подбежал к двери и запер её на ключ.
— Опять ты, — безнадёжно и совершенно жалобно пропищал парень, привалившись к стене.
— Максим, больше не встретимся никогда, да?
— Заткнись.
Слова Максима Андрея отрезвили. Да, он нарушал врачебную этику, таким тоном разговаривая с пациентом. Тем более, вид Макса просто кричал, что ему нужна помощь: ссадины, синяки на открытых участках тела и огромный "фонарь" под глазом.
— Ложись, я тебя осмотрю, — абсолютно серьёзно сказал Андрей.
Максим подозрительно покосился на врача, но послушал и лёг.
Андрей сел рядом на кушетку и поднял свитер парня.
— Кто тебя так? — спокойно спросил он, хотя внутри он переживал настоящий шок.
За что этого парня избили?
Однако Максим не ответил ни слова, демонстративно отвернувшись, разглядывая удивительно прекрасные трещины на стене и потолке.
— Тошнит? — спросил Андрей.
Максим, повернув голову и чуть скривившись, покачал рукой из стороны в сторону, что означало "более-менее".
— Ясно, может быть сотрясение. Сколько пальцев? — спросил Андрей.
— Три, — еле слышно ответил Максим.
— Здесь нарушений нет, — профессионально оценил ситуацию врач. — Так больно? — Андрей надавил, Максим, дёрнувшись, зашипел. — Ребро сломано, — сжав губы в линию, выдал он. — А так? — Максим отрицательно покачал головой. — Хорошо, селезёнка цела. — Ладно, а вот так? — снова отрицательно. — Хорошо. Можешь перевернуться на живот?
Максиму стоило больших усилий сделать это, но он перевернулся. Андрей принялся простукивать нижнюю часть спины.
— Ну, как?
— Тупая боль, — с натугой выдавил он из себя.
— Били по почкам, — Андрей не спрашивал, он утверждал. — Если надо, могу сделать всё быстро и без шумихи.
Максим хоть и через силу, но смог повернуть голову и удивлённо посмотрел на серьёзного Андрея.
— Реально?
— Да.
— Сколько ты хочешь?
— Мне нужны не деньги.
— Тогда что же?
— Правда.
— Нет, — ответил Максим и снова отвернулся от брюнета.
— Только почему избили, инцидент в клубе обсуждать не будем.
Максим продолжал молчать.
— Это из-за меня? Тебя наказали из-за меня?
Максим уткнулся лбом в сложенные друг на дружку ладони.
— Максим, позволь мне помочь тебе. Пожалуйста, — он погладил парня по спине, от этого тот неожиданно вздрогнул и весь сжался.
— Я тебе не сделаю ничего плохого, обещаю. Откройся мне — и тебе станет легче.
— Все вы так говорите, — приглушённо начал говорить Максим. — "Максик, мы тебе поможем, ляляля!" — пискляво спародировал он кого-то. — А в итоге что? В итоге, я как всегда лежу на кушетке в травмпункте и договариваюсь с врачом, чтобы не снимали побои.
— Максим, поверь мне. Я тебя не обижу.
— Да уж, а про тебя я вообще ничего не знаю. Какого хрена ты вообще остановился, чтобы подвезти меня?! И в клуб этот идиотский заявился! Пялился на меня, мне, блядь, так стыдно перед тобой было, как никогда и ни перед кем в жизни. Сука!
Андрей прищурился, переваривая информацию, а Макс продолжал:
— И нехуй на меня сейчас так смотреть, да, стыдно было, да, я узнал тебя сразу, как только голову повернул. Да! Но не хотел, чтобы ты понял, – как бы между прочим, заметил Макс.
— Почему?
— Они стали бы тебя искать, — как-то очень тихо ответил Максим. — Но ты поступил совершенно по-идиотски, вытолкав меня из кабинета. На кой чёрт я тебе сдался вообще? — парень так и говорил, не поднимая головы.
— Я хочу тебе помочь.
— А может, мне твоя помощь и даром не сдалась?! Ты об этом не подумал? Может, срать я хотел на то, что впервые кто-то хочет мне искренне помочь? — Максим сорвался на писк, жалобный и протяжный.
— Нет, тебе не всё равно, — покачав головой, Андрей снова дотронулся до Максима.
— И вообще, прекрати меня наглаживать! Ты гей, что ли?
Андрей ошарашенно одёрнул руку:
— Нет, конечно, нет! С чего ты взял?
— Ай, забей! Так поможешь?
— Помогу, — грустно сказал Андрей.
— Помощь за правду?
— Нет, просто так помогу. Тому, кто сам не хочет помощи, я помочь не в состоянии, — как-то бесцветно и разочарованно ответил Андрей, вставая с кушетки.
Он старался не смотреть на Максима, ему было очень обидно, поэтому он так и не заметил грустный взгляд потухших карих глаз, устремленный Андрею в спину, когда полез доставать какие-то бинты из шкафчика.
***
— Сотрясения у тебя нет, это хорошо, — сухо говорил Андрей, глядя на снимок и стараясь думать о находящемся с ним парне просто как об очередном пациенте. — Сейчас перевязку сделаю и пропишу таблетки — и можешь быть свободен.
— Они просто с цепи сорвались, когда я заявился вчера, — смотря совершенно пустыми глазами сквозь Андрея куда-то в стену, сказал Максим.
Брюнет взволнованно взглянул на парня, но ничего не сказал, боясь спугнуть эти откровения.
— Да, ты прав. Мне досталось из-за тебя. Но можешь не переживать, искать тебя они не будут. Я их убедил, что ты просто выпивший был и перепутал меня с кем-то.
— Они тебе не поверили, — прошептал Андрей.
— Не поверили. Но то, что я вернулся, было красноречивей слов, поэтому они тебя искать не будут.
— А..
— Нет, Андрей, мы же, вроде как, договорились. Только причина — и ничего более.
Андрей согласно кивнул. Уговор есть уговор. И молча закончил свою работу.
