Ох уж эти случайные встречи, или случайности не случайны!

Максим вышел из подъезда и, достав из кармана ветровки полупустую пачку сигарет, в которой завалялась и зажигалка, закурил. Затянувшись, он выпустил едкий дым изо рта. Ему просто нужно успокоиться. Всё равно назад пути нет. Нет и не будет. Выход только один. Пойти туда. И он пойдёт. Дотлевала сигарета, иссякая прямо на глазах. Максиму не хотелось торопиться, но время словно было против него. Поэтому, вздохнув, парень выкинул окурок и, напоследок с какой-то необъяснимой грустью в глазах оглядев дом, в котором живёт Андрей, направился на пустырь. А что делать-то оставалось? Только пойти туда и поверить, что его сестру отпустят. Он не мог допустить, чтобы с его солнышком что-нибудь случилось. *** Дошёл он туда за полчаса. Кстати, даже раньше, чем планировал. Однако там его уже ждали. Два чёрных джипа. Он подошёл к охраннику, который курил, облокотившись на капот, а ногой уперевшись в колесо. — Чё надо? Вали отсюда, — сказал охранник, осмотрев его. Максим удивлённо выгнул бровь. Охуеть! Сами же, блядь, пригласили, а теперь вылупились взглядом "Вас не ждали, а Вы припёрлися". — Нууу, соображай быстрее! — протянул Максим. Охранник нахмурился и, выбросив сигарету, резко выпрямился, отряхиваясь от несуществующей пыли и размахивая рукой, тем самым отгоняя дым. Значит, всё-таки узнал парня. Понял, кто перед ним. — Здрасьте, — спохватился шкафчик в костюме. — Забор покрасьте! Где Роман Витальевич? — Ээ, — проблеял охранник. Максим закатил глаза. И откуда столько наглости взялось. Он вообще не боялся. Почему-то подумал, что терять ему уже нечего. Главное — сестра, а остальное так, хуйня на постном масле. Глубоко поебать, что с ним будет дальше. — Здравствуй, Максик. Послышался знакомый голос. Максим не боялся Романа Витальевича ни тогда, ни уж тем более сейчас. Его судьба изначально завидной не была, поэтому и страха он не испытывал. Макс всегда находился в максимально похуистическом состоянии. Потому как было похеру. И сейчас, смотря на этого человека, ему было всё равно. — Ну, чё? Где моя сестра? — Терпение, мой милый, терпение. Поедем со мной. Там всё и узнаешь. Макс пожал плечами. Надо, значит, поедем. Для этого он сюда и пришёл. Они сели в машину на заднее сидение. Роман Витальевич сразу же умостил руку на колене парня, за что поплатился шлепком и злобным оскалом. Роман Витальевич мило улыбнулся и руку убрал. Они поехали хрен знает куда. А Максим смотрел в окно и думал... об Андрее. Думал, что бы было, если бы тот узнал, куда на самом деле свалил Максим. Особенно теперь, когда Макс понял, что Андрей влюблён в него. Андрей его любит. А Максим сбежал. Наверное, он ещё даже не проснулся после их ночи. Парень закусил губу. Он не знал, куда его везут, что там с ним будет. Но с Андреем он не увидится больше никогда. Ведь знал же, знал, что ничем хорошим их знакомство и дальнейшее общение не закончится. Ведь знал же. Но эти случайные встречи только больше заставляли сомневаться на тему "А что, если..?" Максим грустно улыбнулся и закрыл глаза. Перед ним встал образ голубоглазого улыбающегося брюнета. Они расстались всего час назад, а Макс уже не может думать ни о чём и ни о ком, кроме него. Андрей. Любимый. Мысли сменялись калейдоскопом. "Прости меня, Андрей. Прости за всё. Я тебя люблю." "Надо было признаться." "Нет, не надо. Тогда я бы не смог уйти. А он не отпустил бы меня." "Я был бы счастлив." "А как же моя сестра!?" "Андрей сильный, он сможет пережить. Найдёт себе девушку и настругает ей детишек. Таких же голубоглазых, добрых и красивых, как он сам." "А я, идиот, свой шанс упустил..." Вдруг машина резко остановилась, прервав его мысли. — Ну, вот мы и дома, Максик. Максим обречённо выдохнул. Но делать нечего. Он сам пришёл сюда и согласился на весь этот фарс. Макс вышел из машины и огляделся. Здание внушающих размеров раскинулось на большой поляне. Несколько этажей, наверняка охрана по всему периметру. "Да уж, Макс, вот сейчас, кажись, ты точно попал!" — Пройдём внутрь. Его схватили за локоть и потащили. Но парень руку вывернул и зло зыркнул на Романа Витальевича. Тот, как и в первый раз, улыбнулся и, не став спорить, убрал руку. Они зашли. Огромный дом. Но какой-то одичалый, что ли. Не хватало различных безделушек, которые превращают просто здание в дом, куда хочется возвращаться. Какие-нибудь фотографии, которые могли сказать о хозяине красноречивее слов, книги, которые хозяин читал, но был прерван чем-то или кем-то. Проще говоря, не хватало уюта. А в квартире Андрея был этот уют. Любое место, где бы он ни находился, и всё, к чему бы он ни прикасался, становилось прекрасным. Андрей. У него всегда всё получается. Ну, кроме готовки, конечно. В этом он безнадежный профан. Максим слегка улыбнулся. Вспомнил момент с тестом для шарлотки. В тот день они чуть не поцеловались. Надо было поцеловать. Надо было. Почувствовать вкус его бесподобных губ раньше. А не перед тем, как они расстались навсегда. Как же это горько... Видимо, Роман Витальевич принял лёгкую полуулыбку Макса на свой счёт, поэтому приободрился и радостно сказал: — Максик, пойдём, я покажу тебе твою комнату. У Макса вырвался нервный смешок. Блядь! Как принцесса. Ну, ёб твою мать! Вот нахера ему это надо? Он что, баба, что ли, чтобы вокруг него такая хуйня творилась? Они зашли в комнату. Тяжёлые портьеры темно-синего цвета сразу бросились в глаза. Дорогие обои, наверное, с золотыми нитями. Уж очень переливались на свету. Изысканный ковёр из меха какого-то животного застилал дорогущий паркет. Шкаф для одежды. И кровать... Да уж. Это не кровать, это траходром какой-то. Наверняка это для того, чтобы Максим привыкал к тому, что, когда он будет готов, придётся спать с Романом Витальевичем во всех смыслах этого слова. От этой мысли он скривился. Ему было неприятно это. Но сестра важнее. — Где моя сестра? — А пойдём в столовую? Ты же голоден? — Роман Витальевич будто и не слышал произнесённых парнем слов. — Где моя сестра? — с нажимом повторил парень. — Как только поешь, я расскажу тебе о её местонахождении. Парень обречённо покачал головой. И довольный Роман Витальевич повёл его в столовую. А там уже всё было накрыто для приёма дорогого гостя. Две пары приборов, куча блюд. Максим сел за стол. Взял ложку и сказал: — Учти, если ты мне что-то подсыпал в еду... А потом решишь трахнуть моё бессознательное тело, я с собой покончу, так и знай. Мне терять нечего. — А как же твоя сестра? — Если меня не будет, она тебе без надобности. Ты же не педофил. — Ты себя не убьёшь! — Хочешь поспорить? — Глаза Макса опасно блеснули. — Наверное, нет, — с опаской ответил мужчина, отрицательно покачав головой. — Ну, приятного аппетита, — после добавил он и взял в руки столовые приборы. Они поели. За столом не было произнесено ни звука. Основной приём пищи подходил к концу. Когда посуда исчезла со стола и остались только чашки с чаем и вазочки с различным печеньем, Максим, сложив ладони домиком, спросил: — Где. Моя. Сестра? — Понимаешь, Максик, её здесь нет. — Не понял? — Я тебя разыграл. — Ты меня обманул, — процедил парень. — Я хотел, чтобы ты вернулся ко мне. — Где она тогда? — Где и была до этого. В Максе одновременно возникло два чувства: облегчения и жуткой злости. — Сука! Я тебя ненавижу! Максим вскочил и бросил чашку в стену. Та разлетелась вдребезги рядом с мужчиной. А Роман Витальевич даже бровью не повёл. — Успокоился? — Нихуя! Всё, я ухожу! Роман Витальевич щёлкнул пальцами. Сразу же на пути у парня встали охранники, которые преградили ему дорогу. Максим повернулся. — Ты понимаешь, я человек терпеливый. И я подожду, когда ты будешь готов. Но если ты будешь перегибать палку и закатывать истерики, моему терпению может быстро прийти конец. Понял? — Понял, блядь! — рявкнул он и, злобно зыркнув и развернувшись, направился в сторону выделенной ему комнаты. Закрыв дверь и скатившись по ней спиной, он сел на пол и уткнулся в свои колени. — Какой же я идиот! Как я мог так повестись? Да меня же развели как пятиклашку! Почему я не додумался позвонить Олесе Юрьевне и спросить о Лизе? Придурок-придурок-придурок! — он кулаком начал бить себя по бедру. — Он же меня никогда не выпустит. Я как птичка в золотой клетке. И Андрею никак не намекнул. Надо же было оставить хоть что-то, что могло бы навести его на мысль о том, что я не бросил его, что не уехал от него, что ушёл только для того, чтобы спасти сестру и обезопасить его. *** За весь день Максим так ни разу из комнаты и не вышел. Не хотелось никого видеть и понимать, что он сам подписался на это заточение, добровольно оставив всё, что было для него важно. Бросил сестру на произвол судьбы, хотя именно из-за неё он в это и ввязался. Оставил Андрея. От этого хотелось выть особенно громко и протяжно. Ведь он прекрасно понимал, что Андрей легко может поверить в это дурацкое письмо, в котором было так мало правды. Максим измучил себя морально настолько, что так и уснул на полу. На тёплом мохнатом ковре из шкуры хер пойми кого. Но явно очень редкого.