Рефракция

      Магия Убийц Драконов является типом Потерянной Магии, которая позволяет ее пользователям преобразовывать физические способности тела в драконьи.        Убийцы Драконов — это люди, которые используют форму Потерянной Магии, Магию Убийц Драконов. Каждый Убийца Драконов имеет свою собственную форму Магии, как и каждый дракон, который является мастером своего собственного элемента. Эти люди, как известно, обладают более острыми развитыми чувствами, чем обычные люди: обонянием, зрением и слухом. А также отличительными особенностями, такими как узкие зрачки и более острые зубы.       Есть три поколения Убийц Драконов: Первое Поколение — это те, кто узнал свою Магию от самих Драконов. Второе Поколение — это те, которым пришлось имплантировать Лакриму Дракона в свои тела. И Третье Поколение — это те, которые являются комбинацией двух предыдущих поколений: учились у Драконов и могут по желанию входить в Драконью Ярость. Драконья Ярость — заключительная способность Убийц Драконов.        Когда Убийцы Драконов входят в Драконью Ярость, они фактически превращаются в подобие Дракона, получая рептилью чешую и черты: удлиненные клыки и когти. Драконья Ярость — заключительная и сильнейшая способность, которой могут обладать Убийцы Драконов; предоставленная им сила сопоставима с той, которой обладали настоящие Драконы: силой, способной разрушить все.       Откинувшись на ствол дерева, девушка с морозно-голубыми волосами посмотрела на ночное небо, которое усыпали миллионы и миллиарды звезд.       — И как ты такое читаешь? — вернув книгу своему искиду, спросила девушка.       — Точно так же, как ты терпишь своего братца и его друзей, особенно того мага Души! — прошипел кот и вальяжно махнул хвостом, тем самым показывая возмущение. Но на его упрек недовольно посмотрели, давая тем самым понять, что такое «оскорбление» добром не закончится.       — Это как я тебя терплю, Сэнсоу. Тем более, я нашла своего брата, да и друзья у него отличные. Не то, что у нас в гильдии были. Желали только силы и славы, лишь единицы были готовы на всё ради дружбы и своей команды, — подняв руку на уровне глаз, она смотрела на ладонь, где медленно вырисовывалась синяя паутинка из вен.       — Зато там была дисциплина! А что с них взять? Они на каждом задании устраивают драку, рушат здания, вон, Часы вечности за «один пинок». А этот Нацу вынес главаря из Просящих, а бонусом еще и отомстил за Мишель! — недовольно пискнул искид и, расправив крылья, перебрался на вытянутые ноги своей хозяйки, которая была увлечена разглядыванием своей руки. — И мне до сих пор интересно, почему у тебя с твоим братом разная магия, да и характер? Вы родные же, — крылья исчезли, а искид с любопытством смотрел на Мидзу.       Она отвлеклась от своего «интересного» занятия и усмехнулась. Этот пушистый комок шерсти не один раз пытался что-то разузнать про её брата, а когда узнавал, то начинал интересоваться, почему разный элемент. Тем более искид прав: у них разная магия, характер и взгляды на жизнь.       Нацу — беззаботная и безрассудная личность. Он лоялен к каждому члену гильдии и готов бороться за своих друзей, как бы бесполезно это порой не казалось. И при этом его решение проблем часто связано с насилием (драками). Даже когда он столкнулся с врагом, который испытывает к нему ненависть, Нацу редко испытывает что-то похожее, и потому часто прощает обиду. Нацу постоянно хочет доказать всем свою силу. В различные моменты (иной раз неподходящие) он бросает вызов Эрзе, Лексусу, Миражанне и порой Гилдартсу, одним словом — магам S-класса, и каждый раз они его побеждают. Несмотря на проигрыши и драки, Нацу каждого члена гильдии считает своей семьёй, не имея к ним неприязни. Это отношение демонстрируется даже к бывшим врагам. При этом, из-за Магии Убийц Драконов он страдает от укачивания, хоть он и не один такой, но может на время прийти в себя, если услышит что-то, что касается его гильдии и товарищей. Также во время прохождения экзамена на старшего волшебника, он испытал страх, который признал для того, чтобы помочь себе и другим членам гильдии расти эмоционально, так как до того момента он боялся Эрзу, транспорт и Магический совет. Нацу беспокоится о своём внешнем виде, поэтому, когда его шарф почернел из-за магии Зерефа, он возмутился касательно сочетания чёрного шарфа и чёрного жилета, считая это немодным.       Нацу имеет большой опыт по использованию магии Огненного Убийцы Дракона. Он может поглощать свой элемент, но не созданный им самим же. При этом сила огня Нацу пропорциональна эмоциям Саламандра, также такое пламя имеет название — «Пламя эмоций». Да и его магия даёт большой иммунитет к разному виду пламени, и позволяет изрыгать огонь из легких. При этом у Нацу огромная магическая сила, и он является мастером рукопашного боя. Потому он частенько используется разные стили рукопашного боя вместе с Магией Убийц Драконов.       Мидзу — ранее была холодной и апатичной. Она могла без всяких слов ударить своего союзника по гильдии, когда была раздражена или ей «ставили палки в колеса». Но она оставалась преданной своей гильдии до того момента, пока они не предали её. Точнее, их заставил Мастер гильдии вместе со своей дочерью. После того, как ей пришлось покинуть бывших товарищей, она решила вступить в гильдию, где состоял её брат. Она помнила его, и помнила то, как он сказал, что вступил в «Хвост феи» и предложил ей вступить, но она отказалась, сказав, что желает найти своего учителя. Так же она сказала, что, как найдет его или потеряет веру, то вернется обратно и вступит в «Хвост феи» или какую-либо другую понравившуюся ей гильдию.       Когда она вступила в «Хвост феи», то начала меняться, но некоторые старые качества остались. Непринужденная, заботливая, она всегда беспокоилась о своих товарищах по команде и никогда не поднимала руку на них, а когда ей хотелось кого-то ударить, то просто использовала заклинание Лазурного дракона, которое рассеивала над головами товарищей. При этом она являлась строгой, немного нетерпеливой натурой. Но всё равно Мидзу оставалась немного холодным человеком, который в некоторых ситуациях полагался на себя. Хотя порой и бывает доверчивая, только вот это крайне редкая черта, которую нельзя из нее вытянуть, так как она осталась в её далеком и «поломанном» детстве. Иногда, крайне редко, она может быть приветливой, открытой и довериться кому-то, доверить все скелеты, тени своего прошло. Таким «человеком» стал искид — Сэнсоу. И при этом Мидзу любит читать старые и пыльные книги по истории и Потерянной Магии, исключая Убийц Драконов, так как про этот тип магии она достаточно много узнала.       Магия Мидзу — это вода и лед, которую она пытается освоить, но пока что эти попытки проваливаются. Своей магии она обучилась у Уми — дракона воды. При этом она отчетливо помнила ещё одного дракона — Тацумаки, его стихию — лед, а смутно — образ. Сколько раз она не пыталась понять суть его магии — ничего не получалось, хотя она и понимала, что лед — это такая же вода, но в кристаллизированном состоянии. Но понимая, что, если она сейчас зациклится на одном этапе, в будущем ей будет трудно. Она решила отложить магию ледяного дракона на потом, когда в совершенстве овладей магией воды. На совершенствование последней ушло десять лет. За это время она смогла узнать запрещенные заклинания и немного начать изучение магии льда.        — У нас были разные учителя, Нацу пошел в отца, а я в маму, а может, и наоборот, — Мидзу хотела протянуть руку к искиду и потрепать его шерстку, но остановилась. Она раньше такое не часто делала, только когда было превосходное настроение или когда это существо становилось игрушкой-антистрессом.        — Расскажи про ваших учителей! — Требовательно сказал искид, наблюдая за тем, как Мидзу задумалась, смотря в одну точку на дереве, которое было за его спиной.        — Рассказать… — Вдыхая воздух в легкие, повторила она начало реплики искида. — Ну, дракона Нацу я плохо помню. Но помню лишь то, что эта огнедышащая ящерица была поумнее Нацу, также как и я, давал ему подзатыльники, рушил горы, как сейчас он рушит здания и города. А имя… Кажется, Ингол, Ивон или Игнил. Что-то такое, лучше спроси у него. Своего учителя я запомню на долго, она меня частенько топила в озере со словами: «Ты учишься Магии Убийц Драконов водной стихии! Ты должна знать, что значит — быть водой! Не думай, как человек! Отдайся течению, почувствуй его!». И так почти каждый раз. Только в десять лет я поняла смысл её слов! — Пожав плечами и переведя взгляд на задумчивого искида, спокойно рассказала она.        — А имя?        — Какое имя?        — Твоего учителя, дура! — хмыкнул искид и лапкой с высунутыми коготками ударил по ноге хозяйки.        — Ах ты, шашлык ходячий! — Сжав зубы, прошипела она и, взяв за шкирку смеющегося искида, кинула его в сторону ближайшего камня. — Уми. Имя моего учителя — Уми, а второго, который меня ни чему так и не научил — Тацумаки, — холодно бросила она и поднялась с земли, отряхивая траву, мелкие камни и землю с ляжек.        — Больно вообще-то, — лапками взяв безрукавку, сказал искид, и, пискнув, махнул крыльями и направился в небо, надеясь, что эта девушка сжалится над окружающей природой и искидом, так как природа тоже хочет жить, как и искид.

***

      Остановившись, девушка и искид оглядели небольшие развалины, где были разрушенные стены и остатки колонн. Волшебники, некоторые из которых чуть дышали, ощущали на себе холодные и костлявые пальцы своей смерти. Осматривая этих несчастных людей, окровавленный песок, сломанное оружие, она почему-то усмехалась. Ей были «немного» безразличны эти темные волшебники, которые сейчас были почти мертвые, но ей было не безразлично то, что не она вынесла этих людей, а кто-то её опередил на несколько минут или час, как максимум.        — Тебе не оставили «вкусного»? — махнув хвостом и хлопнув крыльями, спросил искид, у которого шерсть была цвета жидкого серебра.        — Умолкни, здесь еще кто-то есть, — собрав волосы, она ничем их не сцепила, а просто накинула капюшон, после чего направилась в ту сторону, где слышала голоса и суету. — Полетай где-нибудь вокруг этого места, а я хочу посмотреть, что там интересного, — с каким-то легким, чуть ощутимым холодом, сказала, а точнее приказала она.       Переступая с ноги на ногу, она прислушивалась к каждому звуку: шорох, скрежет, дуновение ветра, обрывки фраз, которые становились чуть яснее и немного громче, а когда же она наконец смогла расслышать полностью все фразы, то остановилась и посмотрела вперед. Перед девушкой предстала обрушенная стена, за которой возможно находились виновники сего «торжества». Подойдя к краю стены, она вышла из-за нее как раз в тот момент, когда светловолосый парень использовал Рев дракона и снес стену, задевая то место, где пару мину назад стояла Мидзу. Если бы ей не взбрело в голову поговорить с личностями, то, наверное, её задело бы, и не слегка.       Плечом облокотившись на стену, которая на удивление оказалась крепкой и не разрушилась, она посмотрела на темного волшебника, у которого на лице был страх. После, переведя взгляд на двоих волшебников и их иксидов, Мидзу немного напряглась. Убийцы драконов, тем более с противоположной магией.       «Уже семь убийц драконов, в двоих из которых имплантированы Лакримы», — скрестив руки на груди, она внимательно осматривала этих парней. Растрепанные блондинистые волосы, шрам почти на половину лица, левое ухо украшает железная серьга в виде острого лезвия, напоминающего кулон. Метка его гильдии расположена на левом плече. Одежда состоит из синего жилета, внешние края которого обрамлены золотистой линией, а внутренние — серым мехом. Жилет открывает накаченный пресс. На руках имеются тёмно-синие перчатки, которые доходят до середины бицепсов, а их края дополняют серые ленты, завязанные в узел и свисающие на несколько сантиметров. На ногах — шаровары, держащиеся на подтяжках и прикрепленные квадратными золотыми кольцами. На ноги надеты чёрные сапоги, которые достигают его бёдер.       А вот и его друг, одет немного по — другому, и внешность другая. Парень с темными волосами, которые были ему до плеч, челка скрывала правую часть лица. У него красные глаза, а змеиные зрачки чем — то напоминают глаза Гажила. Его одежда состоит из чёрного плаща с золотыми краями и белыми лентами, которые свисают на грудь. На левом рукаве плаща имеется знак гильдии. Под плащом носит простую серую рубашку с выпуклыми коричневыми манжетами. Имеется большой чёрный пояс, на котором изображены красные кресты с золотыми краями. Надеты тёмные брюки и бронированные сапоги с металлическими накладками на голени.        — Ты еще кто? — Заметив неожиданного гостя, недовольно спросил блондин. Но на его вопрос не последовало ответа.       Мидзу, облокачиваясь на стену, изогнула губы в улыбку, которая была видна из-под капюшона безрукавки, которая ей велика и скрывала половину лица, так, чтоб можно было увидеть кончик носа и губы. В длину верхняя одежда доходила до середины ляжек, и почти все время была застегнута лишь на половину от всей длинны. А обута она была в сапоги.        — Я повторю вопрос: ты еще кто? — Чуть рыча, снова повторил он, и, как ранее, ответа не последовало. Только блондин хотел уже сказать что-то оскорбительное, как голос подал волшебник, который все еще не отошел от шока.        — М-мисс, л-лучше с-кажит-те, к-кто в-вы. Он-ни из «С-саб-блез-зубого т-тиг-гра», Д-дуэт-т уб-бийц д-драк-конов, — кое-как произнес мужчина и свалился на землю, ползком пытаясь поскорей исчезнуть, ну, или хотя бы провалиться сквозь землю.       «Да мне как-то плевать», — отстранившись от стены, она еще раз окинула местность взглядом. Там, где она стояла — один песок, разрушенные стены, колонны и арки. Там, где стояли эти двое с искидами, был тоже песок, но рядом ещё росли пучки травы, а также лежала разрушенная колонна, на которой сидел блондин. Вдалеке виднелся сам город, та же часть, где они находились, была краем этого города с пустыней. Хмыкнув и пожав плечами, она уверенно, в развалочку, но в тоже время вальяжно, направилась вперед, «в пасть льва». Руки она расцепила и засунула в карманы безрукавки, а, подойдя к убийцам драконов, четко сказала:  — Сначала манерам научитесь, а потом спрашивайте. Из какой вы гильдии и какой вы там дуэт — мне плевать!       После чего Мидзу спокойным шагом, сдерживая легкий смех, направилась к городу, который виднелся впереди. Она даже не обращала внимание на то, что вокруг, и как резко меняется природа. В полушаге позади нее — песок, шаг вперед — редкая иссушенная трава, а где-то песок с камнями, еще шаг — полностью зелёная трава с небольшими камнями. Она даже не заметила взгляд двоих Убийц Драконов и их искидов, которые были немного шокированы таким поворотом событий. Но «добил» их серебристый искид, который подлетел к ней и держался на уровне её плеч. Он пытался достучаться до своей хозяйки. И, в конечном итоге, ей надоел не то писк, не то урчание искида, и она, схватив его за крылья, отправила в полет.

***

      После возвращения с задания, которое Мидзу не выполнила из-за этого напыщенного дуэта драконов, она смолкла, а на любопытных товарищей рычала и обдавала их горячей водой, почти кипятком. Своими действиями она очень сильно напоминала Люси Водолея или Джувию, которая со спины защищала своего милого Грея. На таких, как Гажил и Нацу, она использовала рев, крыло и коготь дракона. После чего эти двое пару дней ходили в царапинах, но, если точнее, это был не Гажил, а Нацу, который посчитал Мидзу достаточно сильным соперником, полез в драку, а впоследствии ходил весь перебинтованный.       Хоть его и пытались остановить, а один раз даже антимагическими цепями сковывали, но он умудрился сплавить их и съесть, после чего кричал на всю округу: «Вот я поел, и силушка вернулась!» и снова лез в драку: то с Гажилом, то с Греем, то снова со своей сестрой, которая не щадила ни его, ни свою магию — без всяких усилий уложила Нацу на лопатки одним ударом. И этот маленький балаган, который происходил в гильдии и на дворе, продолжался месяц. Пока Макаров не собрал всех, за исключением Гилдартса, который снова ушел на задание продолжительностью в пару месяцев. А собрал Макаров всех по поводу Великих Магических игр, где они обязаны участвовать и доказать другим гильдиям, что «Хвост феи» не потерял былую силу, и их стоит снова бояться, как боялись семь лет назад, когда команда Нацу, состоящая из Эрзы, Грея, Люси и Хеппи и самого Нацу, буйствовала, разносила города, храмы, здания, старые архитектурные сооружения, и пару раз — двор Совета, помогала им разрушить Нирвану, одолеть «Фантом лорда», перевоспитать двоих темных волшебников, помочь им стать светлыми.       После того, как Макаров огласил, что через три месяца будут Игры, он отправил всех тренироваться в один город, который находился рядом с Харгеоном и славился своими гостиницами, пляжами. И, когда они снова вернутся в гильдию перед Играми, он огласит список команд, которые будут участвовать в играх, представляя их гильдию, семью.       Город, в который их отправили для тренировок, называется Акане Биаш. И по прибытии все разделились на команды, определились, кто и где будет тренироваться. Громовержцы всей своей компанией ушли в глубины гор, которые на половину были покрыты зеленью, а на половину — снегом слоем в десять сантиметров, если не меньше. Семья Штраусс тоже отправились в горы, но потом они ушли на соседний берег, где их «избивала» Миражанна, тем самым тренируя и развивая выносливость, а также закалку тела, но немного своеобразным методом. Гажил с Лилейным тоже ушли, но в лес со скалами, где тренировались сообща и одновременно в спарринге.       И в это время, пока одни волшебники тренировались, другие находились на пляже — загорали, замораживали небольшой слой моря, от запястья до локтя, после топили, кромсали, разбивали бедный и ни в чем не повинный лёд, при этом подвергая опасности местное население. Они утверждали, что это — всего лишь тренировка. Некоторые, кто не соглашался с таким утверждением, находились в стороне, тренировались, но теми способами, которые им под силу. Люси тренировала магию заклинателя духов, Леви — магию слов и написание письмен, изучала книги, которые были предоставлены в библиотеке утром и днем, а после приходила к своим товарищам на пляж. Джет и Дрой особо и не тренировались. Плавали, ели, загорали, снова плавали и спали. Нацу, Эрза и Грей, почти также. Мидзу же вообще куда-то пропала, никто её не видел после двух дней в этом городе. Кто-то сказал, что она вернулась в гильдию вместе с Макаровым и еще кем-то, чтобы помогать оформить бумаги и отправить их в Совет, а после поехать на собрание мастеров.       Четвертый день «тренировок» был увлекателен тем, что неожиданно для компании «Хвоста феи», перед всеми появилась Дева с обеспокоенным видом.        — У нас беда, — это всё, что сказала Дева и оглядела всех, кто сейчас был рядом с Люси, её хозяйкой, но, как просила сама Люси её называть — другом, после чего поклонилась.        — Что? Дева, объясни, — увидев своего обеспокоенного духа, Люси оглядела её, выискивая хоть какие-нибудь царапины и ссадины, которых, к облегчению, не обнаружилось.        — Король Звёздных Духов ожидает Вас. Он хочет видеть Вас всех! — Она так и осталась в позе поклона перед членами «Хвоста феи».        — Ладненько, положись на нас! Друга в беде не оставим! — Сразу же сказал Нацу и с улыбкой «во все тридцать два» замахнулся рукой. Что-что, а подраться и навалять кому-то он любит. Хоть и со стороны Драгнил выглядит глупым, но во время драки он все схватывает на лету. И чем сильнее противник, тем сильнее Нацу становится.        — Погоди, разве люди могут попасть в «Мир духов»? — Дева встала ровно и сложила руки, а Люси посмотрела на неё в ожидании ответа на свой вопрос. Она помнила только один случай с Миром Звёздных Духов и это официальное первое задание Люси и Нацу с Хеппи в команде. Тогда им нужно было уничтожить книги, и им попался «злодей», который владел магией заклинателя, а также магией земли. И во время этого задания Нацу побывал в мире духов.        — В звёздном одеянии Вы сможете действовать в нашем мире, — при этом Нацу побывал там не в звёздном одеянии. Дева сделала два шага назад и расправила руки. Под ней и под остальными ребятами «Хвоста феи» появилась большая печать, которая захватила половину валуна за Девой и парочку пальм. Звёздный дух посмотрела на волшебников гильдии и сказала лишь одно слово, — Отправляемся.       И именно после этого слова появился большой столб света, который не выходил за пределы этого магического круга. Этот же магический круг перенес волшебников в Мир Звёздных Духов, но было одно «но». Не все, кто был на этом небольшом участке пляжа отправились к духам. На пляже остались Джет и Дрой. Как только печать и столб света пропали, они осмотрелись вокруг, выискивая друзей и не понимая, почему они остались одни. Вокруг них на землю медленно падали золотые пылинки.        — Чего? Где Нацу, Эрза, Грей и остальные? — Откусив небольшой кусок мяса от куриной ножки, спросил Дрой, но на его вопрос не последовало ответа.

***

       — Ма-а-астер, а почему Вы сказали, чтобы я вместе с Вами вернулась в гильдию? Здесь же почти пустота, исключая животных во дворе, ну и Макса, Наба, Вакабы и Лаки, — недовольно спросила Мидзу у Макарова, который положил перед ней небольшую стопку каких-то документов, от которых веяло пылью и старыми бумагами. Мидзу желала сейчас находиться в Акане Биаш, где её товарищи тренировались, а некоторые отдыхали и плавали в море. И у неё не было никакого желания возвращаться обратно в Магнолию, гильдию, где её собираются напрячь какой-нибудь скучной бумажной работой, которой обычно занимался Макаров или Миражанна.        — В какой гильдии ты состояла до «Хвоста феи»? — Серьезно спросил мастер и сел за стол напротив Мидзу, что сложила руки на деревянную поверхность мебели и оперлась на них.        — Гильдия «Пересмешник», но, наверное, сейчас эта организация стала темной. Я даже не удивлюсь, — хмыкнув с неким безразличием, сказала Мидзу и посмотрела в сторону окна, рядом с которым находились Лаки и Макс. Они разговаривали как раз по поводу задания и предстоящих Игр. Они гадали, кого же выберет мастер, — так как в гильдию не редко приходили задания, где нужно было кого-то убить, ограбить, шантажировать, порой разрушить крупные города и спихнуть все это на волшебников из каких-либо гильдий. Тем более, как вы знаете, печать гильдии легко подделать, а Совет не особо разбирается в этом. Хотя, в гильдии были нормальные люди, но под гнётом нынешнего мастера они падут в пучину мрака, ненависти, злости и другой чепухи. — Переведя взгляд на Макарова, который задумался и не обращал внимание, что происходит вокруг него, Мидзу аккуратно вылезла из-за стола и так же аккуратно и тихо ступала по деревянному полу, который неожиданно и не приятно скрипнул привлекая к ней внимание.        — Присядь обратно, Мидзу. Я ещё не все узнал, что хотелось бы, — тяжело выдохнув, она послушалась Макарова и села обратно, но полу боком. — У вас в гильдии были Старшие волшебники? — Убийца драконов кивнула. В гильдии были волшебники S класса, двое из которых — убийцы богов, один Убийца Драконов, элемент стихии ветра, а также волшебник иллюзий.        — Да, были. Пятеро: убийцы богов, убийца драконов, элемент и иллюзионист, — решив промолчать про то, что она является волшебницей, хоть и бывшей, S-класса. Не обязательно всем это знать, тем более, она до сих пор не всем доверяет в гильдии. Мастеру гильдии — моментами, так же старшим волшебникам, а Эрзе — тем более, хотя последнюю она по большей части остерегается.        — Пятеро? — Макаров вопросительно изогнул бровь и пристально посмотрел на лицо Мидзу, которая смотрела в сторону выхода, ожидая, когда же этот «допрос» закончится. Ей не нравятся такие вещи, особенно, если они направлены в её сторону. Хотя, подобные выходки она прощает своему искиду, который обнаглел, когда понял, что она не убьет его, не вырвет хвост, не подстрижет до кожи. — Разве не шестеро? — Младшая Драгнил мотнула головой.        — Было, но Кэйнна умерла. Она являлась Убийцей Драконов первоначального хаоса. Она умерла из-за своей магии. Всё началось с того, что некоторые заклинания были не стабильны, а после — её энергия и тень. Она умела придавать своей тени разную форму, одним словом — её тень была живой, и это было начало, — усмехнувшись, девушка чуть наклонилась и локтями уперлась о колени, а на шее скрестила руки, прижимая свои длинные распущенные волосы к шее, — дальше было страшнее — её магия иногда пропадала, а бывало, что и забирала жизнь вокруг неё в радиусе двух метров, после в радиусе пяти, а вот это уже были цветочки. Ягодки — она менялась: цвет кожи, структура магии, её «огня», её поведение, стиль речи, её тень стала агрессивной, нападала и разрывала живых существ, даже обычного жука. Вроде обычный жук, но даже так можно устроить резню на мелкие-мелкие кусочки. А конец, где были плоды — магия вышла из-под контроля, во время обычного заклинания — рева. Получилось так, что она не смогла извергнуть этот сгусток хаоса в виде торнадо, а вместо этого она создала его внутри себя, поражая легкие, печень, сердце. И этот сгусток прошелся даже по её венам, смешался с кровью, — еще с середины своих слов Мидзу дрожала, зрачки её были расширены только от того, что она вспомнила смерть своей напарницы. Она видела её, видела как та мучилась, она хотела ей помочь и помогала, как могла. Но вот эта помощь ничего не давала кроме того, что лишь делала боль тише.        — Мидзу, — тихо произнесла Лаки, они с Максом отвлеклись от своего разговора, когда Мидзу сказала имя «Кэйнна». Эта девушка один раз заходила в гильдию «Хвост феи» от Совета, но они запомнили её из-за мрачного образа и небольшого дракона, который следовал за ней, словно тень. Лаки, Макс, Наб и Вакаба, который зашел на средине рассказа, слушали внимательно, как и Макаров, который даже не ожидал такого услышать.        — Я пыталась, пыталась ей помочь! Правда пыталась! Но тогда я была способна только на то, чтобы утихомирить её боль, притупить на половину, но только на половину. Но если бы это произошло чуть позже, где-то на год или полтора, возможно, я ей помогла бы. Тем более, она долго скрывала это, держала все в себе. Обо всем узнали случайно, узнала я и Эрик. Я его уговорила пойти со мной к ней в гости… — Резко замолчав, Мидзу сжала зубы, сжала тонкие пальцы, которые врезались в кожу шеи рядом с сосудами и венами. Она винила себя, винила в том, что считала себя её товарищем и напарником, хотя на самом деле проводила мало времени вместе с ней, мало знала про нее. — Кэй… она была одна из первых волшебников, которые вступили в гильдию, только она могла угомонить мастера гильдии, и она была сильнее его. Но она отказалась от поста мастера, сказав, что ей нравится быть свободной, а не находиться все время за бумагами, выслушивая Совет, которому от скуки нечего делать. Она была приветлива ко всем, но и в тоже время строга и требовательна к волшебникам, которые ей нравились и которых она иногда тренировала, — расслабив пальцы и опустила руки, Мидзу продолжала смотреть на выход, где видела образ, нарисованный её воображением. До того, как её магия убила, и до того, как убивала, поглощала и разрушала.        — Мидзу! — Более громкий, грубый и требовательный голос раздался в здании гильдии. За то время, пока Мидзу вспоминала драгонслеера Хаоса, её звали по имени, фамилии около семи раз, но она не слышала, и сейчас для неё словно не существует окружающих.        — Мидзуки, — серый искид влетел в гильдию, а в его лапках находились два конверта. Но он застыл в воздухе на половине пути к своей хозяйке, которая снова не откликнулась. Хотя обычно за такое он получал по затылку, или же драгонслеер мучила его крылья, а если это не возможно, то издевалась над хвостом и лапками с ушами. — Мидзу, Нацу разнёс половину твоего дома и вазу, которую тебе подарил Эрик, спалил диван, который тебе подарила Кэйнна! — Громко пискнул кот и сразу же подлетел к Макарову и спрятался за его спиной. И как бы это странно не было, но это подействовало. Зрачки Мидзу сузились и удлинились, а руки сжались в кулаки, да так, что костяшки побелели, а ногти впились в кожу до крови.        — Где эта тварь? — Оглянувшись, рыкнула она, но, спустя пару секунд вспомнила, что они почти неделю в другом городе, а в её доме была только она и искид, который ничего не может разрушить, исключая посуду и декор, в который входит ваза.        — Ахаха! Мидзу, ты бы себя видела! — Улыбнулся кот и сел на плечо Макарова, взмахивая хвостом. В его лапках все также находились два конверта.        — Мидзу, Кэйнна тебе была сестрой, так? — Услышав имя напарницы, она кивнула и закусила щеку изнутри. — Не вини себя в её смерти. Как мне известно, этот вид магии не подвластен почти никому. Даже некоторые некроманты сходили с ума. Ярым примером может стать дракон, которого мы видели на острове Тенрю, тёмный волшебник Зереф. А Кэйнна дала слабину, засомневалась, во что трудно поверить. Я видел ее на собрании мастеров, но не мастера «Пересмешников», — спокойно говорил старик, наблюдая за реакцией Драгнил. И не только он один наблюдал за её реакцией, но ещё и те волшебники, что остались в гильдии.