Рефракция

      Ступая по крышам ночного города, Мидзу, закрыв глаза, слышала, как из каждого открытого окна доносился непонятный шум. Шум с каким-то весельем, дружеским и не очень спором, какими-либо обсуждениями, планами. И никто не заботился о том, услышат их или нет, потому как сейчас время близилось к полуночи, и большинство людей спало. Были и те, кто решили прогуляться по ночному городу, не обращая внимания на недетское время.       Но вот только, хотя Мидзу и видела искренние улыбки на лицах прогуливающихся людей, а также интересные разговоры, она не сильно-то и обращала на это внимание.       Сейчас девушка раздумывала только о поединке Лаксуса, за которым она наблюдала в одной из таверн через магический экран. И что её напрягло больше всего, так это магия иллюзии. С иллюзиями она была знакома не понаслышке и не по книгам. Она испытала их на себе.       Все-таки в «Пересмешник» требовались почти что идеальные волшебники. Если же они не достигали стандарта, то их тренировали. И одна из тренировок — это иллюзия. Эту иллюзию создавал как раз таки бывший Богоизбранный, который отказался от этого статуса и стал обычным волшебником S-класса — Лойз. Именно он создавал такие иллюзии, от которых становилось плохо, и ощущения были реальными. Но самое страшное для нее было тогда — это подделанный бой, который он создал для того, чтоб она не вступила в гильдию. Второе — он как-то умудрился прочитать её страхи, хотя они не были знакомы. А третье — его возраст. Он являлся слишком молодым для Богоизбранного.       Она надолго запомнила тот бой и иллюзию, что так же отвлекала её. И благодаря этому опыту она распознала, что бой Лаксуса — не реальность, а также узнала магию, которая принадлежит Лойзу. И, что её больше всего напрягло, так это то, что он также ушел из «Пересмешника».       Остановившись, Мидзу посмотрела на вновь перебинтованную руку. Сегодня по возвращению в гостиницу рука снова начала болеть, и она направилась к Полюшке. Та сначала помогла ей, но после огрела метлой и сказала, чтобы та не участвовала в Играх.       Но когда она отказывалась от драк? Если только противник слабый, и только в том случае, если у нее хорошее расположение духа. Но не в этот раз. Она будет участвовать, даже если мастер Макаров запретит.       Остановившись, драгонслеер посмотрела на ночное небо.       «Минерва, ты выбрала не того противника», — закрыв глаза и глубоко вдохнув, девушка почувствовала легкий прохладный ветерок. Подняв руку в сторону луны, она медленно и тихо, почти не слышно, начала что-то шептать. И с каждым словом на небе появлялся бледный узор печати. Сначала контур, после — руны, за ним — рисунок. В конце, как только было сказано последнее слово, печать ярко засияла, привлекая к себе внимание тех, кто были на улице или смотрели в окно, на луну, потому как печать загораживала сам лунный диск.       Медленно открыв глаза, Мидзу слабо улыбнулась.       Восемь лет назад этому заклинанию её научила Кэйнна, сказав, что оно подходит всем убийцам драконов, которые хорошо могут контролировать свою магию. Это заклинание позволяло магии принять ту форму, которая может олицетворять душу, и в какой-то степени переплетало магию с душой.       И сейчас эта печать преобразовывалась в бледную фигуру. И эта живая фигура полностью состояла из воды, образуя собой чересчур большое существо, у которого были голова верблюда, рога оленя, глаза демона, шея змеи, чешуя карпа, когти орла, лапы тигра и уши коровы.       — Какое прекрасное создание, — приложив ладонь правой руки к лицу, драгонслеер наблюдала за тем, как дракон, открыв свою огромную пасть, громко рычит, привлекая к себе внимание. И он не исчезает после звучного рева, а наоборот становится больше и приглушенно рычит, опускаясь чуть ниже, на уровне одного из высоких зданий. Он «плывет» по небу, глядя на людей, что в страхе снуют снизу, словно муравьи. Волшебники и простые люди, посмотревшие в почти живые глаза существа, осели на землю, а некоторые и вовсе потеряли сознание.       — Олицетворение души, — легкий, тихий голос донесся до ушей морской убийцы драконов из-за спины. А после послышались негромкие шаги и шуршание одежды. Мидзу не собиралась поворачиваться лицом к собеседнице. Этого не нужно. Это существо и так знает, какое у нее выражение лица и настроение. И если она сейчас пришла, то присутствует шанс, что одним подобным заклинанием все не закончится.       — Мне незачем что-либо говорить, — заведя руки за спину, Амэри сложила их вместе. Мидзу не отводила взгляд от почти живого создания, хотя она и могла повернуться спиной к существу и поговорить с давней знакомой, но в этом случае «олицетворение» продержится чуть больше минуты. Тем более, Фортуна знает требование к данному заклинанию, и на её лице лучилась приветливая улыбка, а в душе не было и намека на обиду. С легким смешком она поравнялась с драгонслеером.       — Лун Инлун съедает много сил, — еще шире улыбнувшись, она наклонилась чуть вперед и посмотрела на выражение лица девушки. Абсолютно… безразличное?       Прищурившись, Фортуна попыталась понять, в чем подвох. Она прекрасно разбиралась в аурах, чувствовала и видела их. Может быть волшебники думали, что они способны это контролировать, но нет. Они лишь подавляли ауры до той степени, когда не ощущали их так же, как и окружающие.       — Упрек или напоминание? — фыркнув, Мидзу подняла правую руку и махнула ею в сторону, понятия не имея, что там находится. Хотя, специально это или нет, но она указала на гору, где находился отель Саблезубого тигра и аквапарк. И кажется, товарищи по гильдии собирались после окончания Великих Игр задержаться и посетить его?       — Тебе решать, — открытая и милая улыбка не сходила с лица гостьи, что решила прогуляться и увидела известную ей магическую печать. И когда та была завершена на половину, решила поинтересоваться, кто же так любит рисковать. А здесь оказалась давняя знакомая и немало опасная волшебница, которая может навредить по неосторожности или же специально. — Инлун выглядит очень реалистично; и не скажешь, что из воды, если смотреть на расстоянии. Но, мой тебе совет, тренируй и развивай обычные заклинания. Тебе ли не знать, что некоторые заклинания отрывают ма-а-аленькую крупицу души? — приложив указательный палец левой руки к губам, Фортуна задумчиво всмотрелась в морское создание.       Где-то она уже видела подобное существо. Но её насторожило то, что из воды создан Инлун, но он в форме дракона. Возможно, да, он без крыльев и напоминает его, только вот это создание-божество не является великим и древним существом.       — Тогда третий вариант: совет, — тяжко вздохнув и прикрыв глаза, девушка скривила губы в ухмылку.       Дикий, необузданный рев полуживого существа был слышен на весь город. Но особенно ярко он выражен в том месте, где недавно должны были преподать урок, только этого не случилось, к сожалению. А сейчас это можно исправить легким взмахом руки.       — Сочувствую этим ребятам, — убрав руку от лица, Фортуна на мгновение задумалась, а после растянув улыбку, которая больше похожа на маниакальную ухмылку, продолжила. — Заставить тебя спустя девять лет использовать олицетворение в третий или четвертый раз — уму непостижимо, — снова хихикнув, альбинос посмотрела через плечо назад и приветливо помахала рукой только что очнувшимся от шока волшебникам.       — Их трое: Генма и двое слепых, высокомерных, прогнивших изнутри волшебников, — как на духу, ничего не скрывая, выдала Мидзу. И зачем ей скрывать от этой женщины что-то? Она все равно об этом узнает сразу. Если не по языку тела, не по сердцебиению, которое она, черт побери, слышит и видит, так по цвету или «пульсу» ауры. Когда-то Фортуна пыталась ей объяснить, как это работает, но, объяснив все более чем десять-пятнадцать раз, она опустила руки и отказалась.       — Знакомо, но неинтересно, — хлопнув в ладоши, Фортуна развернулась на пятках и небольшими шагами начала идти обратно. — И мой тебе совет, Амэ-ри, — используй лед. Заодно и попрактикуешься, — на мгновение остановившись, сказала давняя знакомая, после чего с легкостью и без вреда себе спрыгнула на твердую землю и вальяжно махнула рукой, давая понять, что она возвращается обратно.       «Надеюсь, послушаешься моего наставления…»       В свою очередь, драгонслеер только усмехнулась и продолжила наблюдать за драконом, что молча летал над зданиями в той стороне, куда она указала. Но при этом Мидзу размышляла, какова причина того, что Фортуна решила ей помочь и не потребовала что-либо в замен. Или она так извиняется за то, что использовала приобретенную, но теперь постоянную, способность «Объятия удачи»?       Вполне возможно.

***

      — Четвертый день Больших игр! Сегодняшнее состязание вот-вот начнется, а называется оно: «Морская битва»! — сквозь шум, стоявший на трибунах арены, можно было разобрать громкий голос одного из комментаторов и наблюдателей игр. А посреди арены появилась магическая печать, из которой поднималась вода, формируя собой огромный водный шар. — А это значит, что сегодня придется повоевать в морской воде. Тот, кто окажется за границами пузыря — проигрывает. А тот, кто окажется в нем последним — выигрывает! — в возбужденном состоянии рассказывал Лола.       Чапати продолжал и дальше что-то объяснять, но вот участники слушали его вполуха, обговаривая между собой, кого лучше отправить. Некоторые уже заранее решили, кто первый выйдет на арену игр.       Например, одна из таких — гильдия «Саблезубый тигр». Да и «Кватро Щенок», потому как только объявили о состязании, Рокер вызвался первым. Но как только игроки погрузились в воду, у него пропало желание сражаться: он посчитал, что ему не место среди дам. Ну, и еще была одна команда. Все разрешилось просто: Мидзу забраковала Джувию, что рвалась на арену ради «милого Грея», хотя Драгнил-младшая не понимала, что именно она нашла в этом куске льда-дурака.       И действительно, от почти каждой гильдии игроками являлись девушки.       От «Чешуи Змеедевы» — Шерия Бленди, от «Синего Пегаса» — Дженни Реалайт, от «Пяты русалки» — Рисли Лау, от второй команды «Хвоста феи» — Мидзу Амэри. Но вот как только на поле вступила Минерва, народ начал ликовать. Победители этих семи лет. Тем более, теперь была собрана пятерка лучших в их гильдии. А последним игроком, что вошел в водную сферу, была участница от первой команды «Хвоста феи» — Люси Хартфилия.       И только оказавшись в воде, каждый начал осматривать своих противников, исключением являлись лишь двое: Минерва — она смотрела на всех сверху вниз и Мидзу — ей было плевать на волшебников из других команд. И вместо того, чтобы слушать то, что говорят себе под нос игроки, она спокойно плавала неподалеку от края и слушала пылкую речь комментаторов.       Но как только было сказано последнее правило и объявлено начало состязания, каждый начал колдовать. Только вот самой шустрой оказалась Люси, которая сразу же призвала Водолея. Как только дух появился перед ней, она опустилась чуть ниже и схватилась за хвост русалки. Водолей не обратила внимание на действия Люси и была доброй до какого-то неопределенного момента. После этого звездный дух запела свою «песню» касательно того, что вода — это её стихия; затем сразу же создала шторм с помощью своей урны, направляя на первого попавшегося игрока.       И первым волшебником, который выбыл, стал Рокер. После него временной целью Водолея стала Мидзу, которая оказалась почти что заметной, особенно тогда, когда волосы сливались с лазурным цветом воды.       — Водолей, есть другие игроки, — нахмурившись, недовольно рыкнула девушка. — Уж извольте. Ледяная пустошь, — оскалившись и показав свои клыки, убийца драконов вальяжно подняла руку, и перед той моментально появилась печать морозно-небесного цвета, а зрачки девушки немного сузились.       Все игроки, что остались в водной сфере, заметили эту печать. Но так же обратили внимание и на то, что вода постепенно становилась прохладней, и ее поток менялся. Рядом с магами постепенно появлялись небольшие кристаллы льда на определенном расстоянии друг от друга. Они окутывали волшебников с головы до пят, после чего тянулись такими же кристаллами льда до самой печати.       — Уж извольте, если будет перелом или нормально не будет функционировать определенная конечность. Я не сильно подружилась со льдом, — прищурившись, Мидзу смотрела на выражение лица Водолея. Что и стоило ожидать от звездного духа морской стихии. Та сразу же поняла, что это за заклинания и посмотрел на Люси. Вокруг заклинательницы не было кристаллов, и она спокойно выдохнула, кивнув драгонслеер.       Когда Люси не вызывает её или какого-либо другого духа, они все равно осведомлены о том, что происходит с их хозяйкой. Также Водолей знала, что Мидзу вступила в «Хвост феи» перед отправлением на остров Тенрю. Водолей знала и то, что та является младшей сестрой Нацу, что у нее магия морского убийцы драконов, но никак не льда.       — Я ухожу, — слабо улыбнувшись, она посмотрела на Люси.       — Ей, куда? — удивившись, златовласка отпустила хвост русалки и взглянула на своего духа.       — На свидание, — как-то спокойно ответила Водолей, главное — без какой-либо грубости! И растворилась в золотом сиянии, а Люси находилась в каком-то минутном замешательстве. В то время, как Мидзу сжала кулак, печать исчезла. А что касательно кристаллов — все выглядело довольно странно. От маленького ледяного кристаллика появилась тонкая, но чрезвычайно крепкая, почти незаметная нить, связывающая их.       Каждая нить тянулась от одного к другому, и не в определенном порядке, а в запутанном. Почти как в паутине или клубке. Но было несколько нитей, что не путались между собой — они тянулись к сжатому кулаку Мидзу. Та, в свою очередь, завела одну руку назад и положила на нее голову, а ноги скрестила. Выражение лица девушки говорило само за себя: «Мне плевать на вас».       — Мидзу, завязывай! — сидя на трибунах для гильдии между Мастером основателем и Мастером Макаровым, Сэнсоу вальяжно махнул хвостом. Вчера, когда Амэри вернулась обратно в номер, отведенный их команде, она рассказала иксиду о том, что встретилась с Фортуной. Также она вкратце поведала о их разговоре, но особенно выделила сказанные напоследок слова.       И сейчас она вела себя, как ранее: лениво, непринужденно и безразлично. Словно для нее не существовало достойного противника, и все перед ней пустое место. Так сказать, насекомые. Сегодня на арене нет того, на кого она посмотрела бы как на равного.       — «Хвост феи», почему вы не отправили Венди-тян на состязание? — задал вопрос Рабиан, директор известного театра, в котором когда-то «Хвост феи» выполнял задание, но, в конечном итоге, из-за кое-каких обстоятельств разрушил его. Волшебникам пришлось отдать свою награду на починку здания.       — В состязаниях команда сама решает, кто будет участвовать, — холодно и безразлично фыркнула волшебница, после чего потянула на себя отставленную руку. Тонкие, на вид хрупкие нити натянулись, а кристаллы полностью с ними слились. — И не стоит показывать свою извращенность — это противно! — когда она резко дернула рукой в сторону судей, градусы в воде окончательно упали. Оставшиеся участники, кроме первой команды «Хвоста феи» и Минервы из «Саблезубого тигра», одновременно покинули водную сферу. А на их телах появились не сильно глубокие порезы. Из них не бежала кровь, просто несколько сантиметров вокруг раны были покрыты льдом. Если и учитывать то, что кристаллы появлялись на расстоянии пятнадцати сантиметров друг от друга в ширину и десять сантиметров вверх-вниз… Мидзу выбросила из воды недееспособных волшебниц.       А возбужденный Рабиан, которого пригласили, стал каким-то недовольным и хмыкнул, на что только получил насмешливый взгляд водной драгонслеер. Ранее она только слышала, что этот человек очень любит свой театр и пытается поднять его в рейтинге до номера один, хотя он уже и так первый в списках. Ну, и еще то, что он извращенец. А сейчас она видит это собственными глазами, от чего становится противно.       Но зато на её аргумент и недовольное лицо трибуны что-то «запели», при чем не оскорбительное. Только вот они не учли одного — она их даже не замечала.       — Поразительно! Мидзу избавилась от трех соперниц одним махом, но, к сожалению, Минерве из «Саблезуба» удалось избавиться от её заклинания и остаться в сфере! — воодушевленно прокричал в микрофон Чапати Лола. На магических экранах была видна Мидзу. Но картина после резко изменилась, потому как вся вода почти исчезла, а точнее, оказалась где-то сбоку.       Не успела она понять, что произошло, как совершила разворот через свою ось и приземлилась на обе ноги. Издав нечто напоминающее смешок, девушка подняла руки и скрестила их за головой, а после посмотрела на Минерву. Минерва также смотрела на нее с насмешкой.       — Ого, какая жалость! Только после одного заклинания она уже выбыла. Но все-таки у нее есть третье место, а это шесть очков! — подметил Лола и внимательно всмотрелся в водную драгонслеер, на которую временно обратили внимание. Что насторожило бывшего члена Совета, так это то, что девушка лишь ехидно улыбнулась и сделала пару шагов назад, не сводя взгляда с волшебницы «Саблезуба», словно уже предвидела её действия и ничуть не удивлена, а, так сказать, разочарована.       — Чапати, ты ошибаешься. Присмотрись внимательно и скажи, какое выражение лица у Мидзу? — спокойно задал вопрос старик и посмотрел на постоянного комментатора игр. И он послушал Яджиму, внимательно присмотревшись.       — Ни следа печали! Спокойствие и… насмешка? — удивленно воскликнул Лола, а его глаза расширились и он широко улыбнулся. — Она бросает негласный вызов «Саблезубу», а именно Минерве Орланд! — он хлопнул по столу, да так, что микрофон пошатнулся и почти упал.       Переведя взгляд выше, на то место, где сидели комментаторы, девушка внимательно присмотрелась и разглядела очертания лиц этих людей. Она кивнула только одному из них, а именно тому, кто находился справа от Рабиана и слева от Чапати Лола, по крайней мере, так выглядело с её стороны. Но долго взгляд Мидзу не задержался на них — её внимание привлек так называемый бой Минервы и Люси.       Тем более, был запущен таймер пяти минут, как только она покинула сферу. И сейчас первый, кто покинет сферу, окажется на последнем месте.       Зрители начали ликовать, а судьи-комментаторы снова вернулись к своему обсуждению соревнований и начали общаться между собой, словно они здесь одни. Хотя время от времени что-то успевали сказать и зрителям. Но они не отрывали взгляда от двоих волшебниц. И главной причиной было то, что Минерва успела использовать жар и забрать ключи Люси. А когда та оказалась рядом с краем сферы и почти выпала, Орландо, так сказать, «помогла»: снова использовала жар и отшвырнула её обратно ближе к центру, ближе к себе. Что еще главное, так это то, что она даже не сдвинулась с места. Двигалась только одна рука и были видны следы магии.       Но, что еще, так сказать, порадовало, так это то, что в какой-то степени данное время наблюдатели были на стороне Люси. Они не желали, чтобы она выпала из сферы и оказалась на последнем месте, и постоянно напоминали ей об этом, как только она оказывалась неподалеку от края сферы.       И также, как и в первую минуту, Минерва не желала, чтобы Хартфилия покидала её и использовала свою магию, отталкивая ту от края, снова ближе к центру и снова к краю. А Люси терпела, говоря, что выдержит; потому как, если она проиграет, то не сможет посмотреть в глаза своим товарищам.       Именно после этих слов Минерва перестала атаковать. Да и тем более, осталось полминуты. Некоторые удивились и подумали, что она пощадила её. Только вот сам «Саблезуб» знал, что будет на самом деле, а также очень наблюдательные персоны. Например, Мебиус, мастер-основатель гильдии фей, Мидзу и Сэнсоу, потому как они прекрасно знали, что та не отпустит Люси просто так. Если бы вместо Минервы была она, то предоставила возможность передохнуть немного и продолжила, но уже с большей силой и большим натиском.       «Если это так… Люси сейчас будет плохо», — прикрыв глаза, водная драгонслеер посмотрела на членов «Хвоста феи» второй команды, а после — в ту сторону, где были остальные. Там как раз была и мастер-основатель, и Сэнсоу, взмахивающий хвостом из стороны в сторону, внимательно смотрящий в водную сферу.       И это он еще совсем недавно был возмущен тем, что она вступила в эту гильдию. Где её надоедливый и высокомерный иксид? Она требует его обратно! Подобное существо, которое можно пустить на фарш или на шашлык, ей не нужно!       Выдохнув и посмотрев на время, Мидзу развернулась и, сделав шаг, замерла. Неожиданно затихшие трибуны и наступившая тишина позволили ей кое-что разобрать.       Нахмурившись, Драгнил-младшая опустила руки и развернулась полубоком, посмотрев на сферу. Более она не собиралась двигаться. Девушка оказалась права: эта женщина предоставила зрителям, первой команде «хвостатых» и самой Люси ложную надежду. Именно в последние секунды Орландо решила добить и сделать подачку «Хвосту феи».       Только вот она не учла одного — они разозлили не ту гильдию.       Наклонив голову к плечу, «хвостатая» задумалась. Со вторым источником они стали сильнее, а значит и мощь значительно выросла. Эрза, Венди… Получается, сила остальных тоже возросла. Хотя, кажется, не все его открыли. Но это не меняет суть того, что их сила выросла.       «Что-то я упустила», — открыв глаза, первое, что она сразу же увидела, так это «саблезубую» мадам с высокомерной ухмылкой, держащую Люси за горло. Вопросительно изогнув бровь, Амэри только посмеялась над «находчивостью». Хоть за своими мимолетными мыслями она не слышала, что было последние пятнадцать секунд, но уже предполагала.       Как ни как, а в «Пересмешник» она поступала также и игнорировала все возможные правила. Хотя, эти правила не касались их нейтралитета. Они могли убивать, как темные маги, могли и помогать, как светлые. Но не из-за этого их называли нейтральными. Основой существования являлись только деловые отношения, а что касательно заданий по поводу постройки, спасения, убийств — это второй план.       — … сначала я должна ей помочь! — откуда-то сбоку донесся тонкий и детский голосок Венди, а за ней еще несколько рунных рыцарей, которые должны будут её отнести.       — Я тоже помогу, — посмотрев в сторону, Мидзу заметила Шерию, но не придала этому значения: может она также спрыгнула с трибун своей команды или не уходила с арены. Её это касается? Нет. Тогда зачем ей следить за этими волшебниками?       Снова посмотрев на заклинательницу, Мидзу заметила, что та уже не дрожала, но все же прерывисто дышала да и пульс был «побитым», слабым. Словно она сейчас может умереть. А в полушаге уже стояли двое: Нацу и Грей, что смотрели на нее и собирались впутаться в небольшие неприятности, если бы не Эрза, остановившая их, а также трое из «Саблезубого тигра», вставших перед спускающейся Минервой. Здесь не хватало только Роуга Чени, что стоял на трибунах и смотрел со стороны.       Что касательно Эрзы, Титания стояла с ровной спиной и поднятым подбородком. Она загораживала путь двоим волшебникам и недовольным, почти прожигающим взглядом, смотрела на волшебницу с магией пространства.       — Что за взгляд? — медленно спустившись, она все с той же высокомерной ухмылкой и горделивым взглядом посмотрела на Титанию. Нет, не одна она. И остальные трое: Руфус, Орга и Стинг. — Поблагодарили бы за то, что позволила этой бесполезной девчонке занять второе место, — хмыкнув, спокойно, словно так и надо, произнесла Орланд.       — Оу, ты еще и «спасибо» требуешь? — издав короткий смешок, Амэри прикрыла улыбку ладонью, а взгляд её был направлен на затылок Орланд, которая про нее совсем забыла. — Следи за тылом, «саблезубый котеночек», — обычный шаг, и три метра разницы превратились в ничто. Оказавшись рядом с Минервой, она положила руку на ключицу темноволосой волшебницы, злобно улыбнувшись. А назад обернулись только двое: Руфус и Орга.       — Ой-ёй, между двумя командами возникло гнетущее напряжение! — воскликнул Чапати, констатировав факт. Наверное, сказал он это зря. Именно после его слов хватка медленно сжимающихся пальцев усилилась, а через секунду или две произошло неожиданное.       Те, кто стояли рядом, услышали слабый хруст.       Орга внутренне напрягся и собирался уже сделать шаг, чтобы убрать руку Мидзу. Но ему помешало что-то жидкое, холодное, скользкое на руках и ногах. Посмотрев на свои руки, убийца богов замер. Когда она могла успеть сотворить заклинание? Ведь без печати откуда было взяться… воде. Повернув голову, Орга заметил водную сферу, в которой горели два желтых огня в виде глаз.       Руфус тоже нахмурился, но почему-то решил остаться на месте. Он понимал, что это похоже на трусость, но как он мог противостоять ей в данной ситуации? Рядом с ней её же элемент. Но главное — так это то, что он не сводил взгляда с руки Мидзу. В первый день игр он уже испытал на себе силу волшебницы. И как бы ему не было неприятно признавать, но она была сильнее. Сравнивая Амэри с Оргой, Минервой, Стингом и Роугом, он точно не мог предполагать даже не смотря на вчерашний совет очень знакомого человека. И если прислушаться к нему, можно подумать, что поодиночке они могут быть равны.       — Мидзу Амэри, убери руку с плеча Минервы Орланд, или будешь отстранена на год за нарушение правил! — по всей арене прошлось эхо голоса одного из организаторов: как раз того человека, который отдал приказ закончить бой, когда закончились «пять минут».       Как бы это странно не выглядело, но слова, сказанные судьей, подействовали в обратном порядке, словно разрешение маленькому ребенку взять конфетку из вазочки.       Ухмыльнувшись, Мидзу еще сильнее сжала плечо Минервы, и теперь все услышали отчетливый хруст кости, а кожа почти моментально начала менять свой цвет. После этого Драгнил развернула её к себе лицом и, отпустив плечо, ударила в солнечное сплетение раскрытой ладонью. Затем сразу же отошла в сторону на три шага. В прошлом ей было сказано использовать подобный прием для пытки предателя союза Нейтральных из их гильдии. Тогда она находилась в одном из филиалов, что был в Фиоре. А таких всего четыре. Один располагался на границе востока, другой — на западе, севере и юге.       Что касается приема, больше всего ей нравилось в нем то, что он действовал моментально. Он заставлял почувствовать мгновенную слабость и тошноту. В крайнем случае, противника вырвет несколько раз кровью. Что еще примечательно, так это то, что он блокировал магию на некоторое время — на минуту или на две и мог даже заставить остановиться на секунду.       — Прошу прощения, что так слабо ударила, — шутливо поклонившись, она развернулась на пятках и сделала шаг вперед, а после наклонилась в сторону, избегая физической атаки. Покачав головой, девушка даже не удосужилась посмотреть на того, кто это сделала. Да и зачем? Здесь полно глаз, спроси любого — любой и ответит.       Стоявшие позади участники первой команды, а также противники, удивленно хлопали глазами, а вот «тигры» испепеляюще смотрели вслед Амэри. И они не понимали одного, точнее, Минерва. Как она одной рукой, лишь сжав её, смогла сломать кость и нарушить кровоток? Разве для подобного ей не нужно соприкоснуться с мокрой рукой? Или она использовала что-то другое?

— Скажу вам только три вещи. Первая — раньше я являлся мастером гильдии «Пересмешник», но ушел со своего поста за два года до того, как они стали темной гильдией. Второе — у этой девчонки двойная магия, и не стоит верить её внешнему виду. Она волшебник S-класса, по крайней мере, таковой была девять лет назад. Каков сейчас её уровень силы, мне не известно. Третье — она убийца драконов первого поколения стихии воды; есть и вторая. Вода является основным элементом; наверное, она уже успела отточить соответствующие навыки. Лед — второй элемент, приобретенный; на тот момент она только начинала его изучать и не сильно могла его контролировать, — осматривая разрушенный зал гостиницы и пытаясь спокойно говорить, рассказывал интересные факты Генма. — Это я вам говорю не просто так! Тогда у меня были большие надежды на эту девчонку, и замечу, Минерва, она тогда была еще ребенком и являлась в разы сильнее тебя, а ты старше нее на год или около того, — переведя взгляд уже на участников Больших игр, подметил Генма.       — Мастер, вы имеете ввиду, что она может у нас выиграть? Это смешно, — ухмыльнувшись, спросил Стинг. Неужели он уже успел забыть о том, как она с легкостью нанесла серьезную травму Руфусу?       — Не исключено. Замечу еще то, что если завтра судьи поставят вас, дуэт убийц драконов, против нее и еще кого-то, Роуг, тебе стоит держаться тени, — безразлично произнес мастер. Холод прошлого и тот взгляд Кэйнны он запомнит до конца жизни. А то заклинание Мидзу? Она разозлилась почти на всю гильдию, но большую часть своего гнева направила на него и использовала «Секрет убийц драконов». Но какая именно у него была форма или название, он не запомнил, что действительно странно. — Это твой единственный шанс выиграть у нее. Все остальные атаки она с легкостью сможет отбить! — опомнившись, подметил и посоветовал мужчина, попутно посмотрев на Чени, которого уже не было. Мастер «Саблезубого тигра» даже не заметил того, когда именно Роуг исчез в тени.

      Посмотрев на улыбающуюся Миру, Мидзу испытала мимолетный страх, который обычно у нее вызывала бывшая напарница. И та всегда либо также улыбалась, либо снисходительно смотрела. Возможно, Мира действительно выражала искренние эмоции, но инстинкт самосохранения твердил о другом, поэтому она молчала и медленно отходила к двери, стараясь делать это как можно незаметнее. По крайней мере, она на это надеялась.       — Мидзу, ты куда собралась? — оказавшись в шаге от заветной двери, Мидзу собиралась «уйти в закат» до вечера или до завтрашнего дня. Но закон подлости решил сегодня взяться за работу, а не лениться как предыдущие пару дней. — Подожди вместе с нами Мастера, его организаторы к себе позвали, — как можно мягче и со скрытым (или нет) смыслом произнесла Мираджейн.       Драгнил-младшая хотела что-то сказать, но решила промолчать. Как ни как, а Мира верно подметила. Она пошла против слов одного из организаторов только для того, что бы её отстранили от участия в этих играх. И если Макарова отчитают за это, а он ей будет напоминать о данном инциденте, как после возвращения с задания — вполне резонно. И сказать нечего будет, кроме как: «Они сами виноваты», — словно она маленький, обиженный ребенок.       Тяжко вздохнув, Мидзу подошла ближе ко второй команде гильдии и посмотрела в сторону дверей, надеясь на то, что Макаров скоро придет. А в это время рядом с Люси и Хеппи сидел Сэнсоу, смотревший в одну точку. До этого, во время игр, он в основном молчал, только говорил пару слов да и то лишь по делу или же что-то объяснял Макарову и Мавис. Но сегодня, когда Мидзу запросто могла убрать Минерву, он подметил только то, что она сломала ключицу, устроив тем самым сумбурный поток магии в руке.       — Команда А, команда В, вы все в сборе — это хорошо, — дверь в лазарет открылась, а на пороге показался Макаров. — К счастью это иль нет, но только что я получил приказ от организаторов. Команды А и В объединяются!       — Объединяются?! Почему, Мастер? — первая задала вопрос Мира и наперед озвучила медленно появляющийся вопрос в головах других волшебников.       — Неравное количество участников. И объединить вас должны были еще перед морской битвой, — молчавший до этого иксид встал на лапы, а за его спиной появились крылья. Хлопнув пару раз ими, он перелетел на плечо своей хозяйки. — «Черных ворон» убрали, и вместо восьми команд теперь семь. А кого слишком много? Правильно — «Хвоста феи». Так что, это очевидно, — спрятав крылья и высокомерно мяукнув, Сэнсоу посмотрел на Макарова.       Макаров молчал, взглянув на иксида Мидзу. Если верить некоторым источникам, иксиды очень похожи на своих хозяев или же могут являться их противоположностями. Взять, например, Нацу и Хеппи. Два сапога — пара. Один рушит или собирается свершить глупость, другой удивляется, а потом помогает. Еще одним примером могут стать Гажил и Лилейный. Одновременно чем-то похожи, но в то же время совершенно разные.       А вот эти двое: Сэнсоу и Мидзу — они никак друг на друга не похожи, если только не считать каких-то определенных моментов. Но их единицы. Эти двое не уступают друг другу. Один что-то скрывает, понимает что-либо, но не говорит заранее. А в последний момент может сказать или промолчать; в крайнем случае, если все удачно закончится без его напутствий — объяснит. Мидзу тоже недоговаривает, да и никто не выпытывает. У каждого свой скелет в шкафу. Но зато она почти всегда до конца искренняя перед товарищами. И не показывает весь арсенал своих способностей, а постепенно их раскрывает. Разговаривает только тогда, если к ней подойти и начать диалог, хотя может и проигнорировать. В какой-то степени она холодная и безразличная, особенно это было заметно во время ранения. Морской убийце драконов безразлично, есть эта рана или нет, но в то же время она не может про нее забыть из-за резкой боли, Полюшки и Сэнсоу.       — Так оно и есть. И, похоже, выберут меньший результат. Тридцать пять очков первой команды, — грустно покачал головой Макаров.       — Все ради зрелища, не хватает только чего-то красного, — язвительно фыркнула Драгнил-младшая и собиралась уже покинуть лазарет и выйти на балкон гильдии, а в лучшем случае — наткнуться на каких-нибудь гадких личностей. Но, как видит Бог, и у Госпожи Удачи свои планы. Макаров её остановил.       — Мидзу, организаторы в обязательном порядке включили тебя в состав команды до конца данных игр, — от слов Макарова Амэри остановилась на месте и посмотрела вперед. Её взгляд не двигался, сфокусировавшись на каменной стене. Разве она ранее их не ослушалась? Она специально пошла против слов одного из организаторов, надеясь, что те развяжут ей руки. К сожалению, этого не произошло.       — Я поняла, — все, что смогла выдать из себя Мидзу, после чего убийца драконов широким шагом покинула лазарет и направилась на балкон первой команды ожидать остальных четверых участников. Она даже не заметила Сэнсоу, который последовал за ней. Он летел наравне с ней и надеялся, что никто не появится на пути, и кому-нибудь не взбредет в голову прогуляться по коридорам в ожидании начала второй части дня, потому что сейчас пара каких-то слов «на ветер» может привести к возможной потере чужой жизни.       Кажется, в последнее время Мидзу начнет преследовать неудача.       Завернув за очередной угол, она столкнулась с тремя участниками чужой гильдии: с Минервой, которой она сломала ключицу, а также дуэтом драконов.       — О, «хвостатая», — язвительно произнес световой убийца драконов, с которым почти столкнулась Мидзу. Он был крайне рад, что эта девчонка «сама пришла» в лапы тигра.       — Стинг, мы до сих пор на арене, — в шаге от двоих личностей стоял теневой дракон, попытавшийся как-то предупредить напарника, но слушал ли он его? Конечно нет. Точно также было и в тот раз, когда он вернулся в гильдию, предварительно попытавшись поговорить с ней. Хотя, то и разговором не назовешь. Отбросить волшебника всего лишь взмахом руки. Кому такое под силу? Кажется, тем, кто стоит в начале списка S-класса, или тем, кто постоянно совершенствуется в магии давления, ветра.       — Роуг, не стоит разочаровывать нас, — высокомерно процедила Минерва. Она не приняла того факта, что смогла получить ранение от какого-то мусора вроде этой девушки. Тем более, у их напарника по команде был странный знакомый, что мог без проблем исцелить. Не потребуется много времени для того, чтобы рука вновь нормально функционировала.       — Высокомерная кучка идиотов, — фыркнув, Сэнсоу сел на плечо молчавшей морской убийцы драконов. Та даже не посмотрела в его сторону и, вроде как, не слушала, о чем они говорят и как к ней обращаются. Это с одной стороны плохо, а с другой — хорошо.