Рефракция

      Мидзу молчала: она не собиралась разговаривать с кем-то из гильдии «Саблезубый тигр». Девушку заставили участвовать до конца соревнований: её нельзя никем заменить, и она не может уйти без веской причины, что очень злит. А что касается правил на этой арене? Смешно, но эти правила ничего не стоят, как и половина лицемерных светлых магов.       Серьезно, для чего это им нужно? Для зрелищ и каких-то статеек? Найти объект для насмешек: тех, кто останутся на последнем месте, а про другие гильдии забудут? И будут восхвалять только победителя? Как «интересно». И эти мысли являются правдой, ярким примером выступают волшебники, стоящие перед ней, высокомерно высказывающиеся и не замечающие очевидных действий.       Медленно вдохнув, Мидзу натянула вежливую улыбку и наклонила голову к плечу. Но почему-то, наблюдая за этими действиями, создавалось какое-то двоякое впечатление.       — Надеюсь, вашим противником буду не я, — заведя руки за спину, она скрестила их, чуть наклонившись вперед. — И снисхождения в виде перелома или ушиба не будет.       Убийца драконов говорила довольно холодно, хотя выражение ее лица было приветливым. И именно из-за этого контраста появилось то странное чувство. А иксид, сидевший на плече девушки, молчал и старался особо не двигаться. Он хотел, чтобы эта беседа скорее закончилась. Ему было страшно. Очень страшно.       Пусть она и морская убийца драконов, но её элемент — вода. И это страшная стихия, как и остальные три. Овладев ею в идеале, перед волшебником открываются новые горизонты, новые возможности и трудно будет найти противника под силу. С подобными волшебниками он и Мидзу знакомы. Но и те являются старыми монстрами, про которых забыли, и записи о них потерялись в истории.       С ними можно встретиться где угодно, ты даже об этом и не узнаешь. Таким примером может стать Кэйнна, Буки Гунсин, известный в прошлом как Бог Войны и до сих пор живущий, что само по себе является невероятным. Фортуна. Пусть иногда он не может понять, что она говорит, потому как во время речи присутствуют устаревшие слова, но, когда она использует магию, вокруг нее появляется невероятный поток эфира, похожий на ветер, и остается некоторое время вокруг нее. Иногда у него проскальзывает мысль, что эфир живой и, оказавшись рядом с ней, он ждет, когда та начнет использовать магию…       — Ты! — сжав кулак, Минерва с нескрываемой ненавистью посмотрела на морскую убийцу драконов. Та, в свою очередь, им показалась странной: за все эти четыре дня они не видели, чтобы она так себя вела. Нахально, презрительно, высокомерно. До этого она чаще молчала и казалась холодной и отстраненной, но свирепой. Однако также уступающей своим товарищам и заступающейся за них подобно тому, как сегодня выступили за защиту заклинательницы духов.       Издав тихий смешок, Мидзу презрительно посмотрела на Минерву и, гордо расправив плечи, она продолжала держать руки за спиной. Они первые начали этот ненужный разговор и сами виноваты в том, что с ними случится, если их противником станет она. В этот раз Драгнил не будет сдерживаться и покажет «Саблезубому тигру», где их место; а также тому человеку, который обязал её участвовать, что это была их главная ошибка!       — Вы отвратительны, — решив закончить пустое сотрясание воздуха, Мидзу спокойным шагом направилась вперед, не собираясь отступать, задев плечом Стинга и тихо произнеся: — так ты — подавно, — язвительно заметила Драгнил-младшая, проходя мимо Роуга и Минервы. У последней было явное желание наброситься и собственными руками задушить ее без применения магии. Кроме того, силы стали плохо подчиняться ей сразу после того, как она услышала тот хруст.       Кости достаточно крепкие, и обычному человеку их трудно сломать. А вот что насчет волшебника? А убийцы драконов, которая немного отличаются от обычного человека и мага?       — И ты это нам говоришь? Ты такая же, как и мы! — только Мидзу отошла на несколько метров, яростно крикнула Минерва, а увидев, как та остановилась, тут же закрыла рот и неосознанно отступила назад. Потому как аура вокруг девушки резко переменилась, и стало как-то прохладно. Дуэт убийц драконов приготовился использовать магию, поскольку Мидзу повернулась к ним полубоком и, откинув голову назад, слабо улыбнулась.       — Отвратительна? Увы, нет, — спокойно произнесла она, вальяжно махнув рукой в их сторону. — Эта мисс — сама невинность, — а прямо перед ладонью возникла печать светло-синего цвета с бледным драконом, кусающим самого себя за хвост. И только дуэт собрался атаковать, из печати вырвался сильный поток горячей воды, сбивший с ног и понесший далее по коридору, в другую сторону, в которую им требовалось.       Опустив руку, она снова продолжила свой ход, возвращаясь на балкон, где не хватало только её одной. Сэнсоу решил не возвращаться на балкон, а сидеть вместе с Мидзу. Ему не хотелось лететь к остальным членам «Хвоста феи». Сейчас они казались какими-то слишком идеальными и светлыми, словно они видят мир в розовых очках и стараются добиться первого места для того, чтобы доказать: «Хвост феи» — не гильдия слабаков. Если это так, тогда почему те, кто остался, не могли защитить честь вашей гильдии? А только появились волшебники, которые пробыли в заточении сна семь лет, и их развитие осталось на том же уровне, когда те уходили, а их магия стала только чуть сильнее. В то время, как вы семь лет жили спокойно, действовали, выполняли задания, посещали Великие игры — вы слабее этих волшебников, которым где-то двадцать лет, а по развитию шестнадцать или больше, а кому-то и меньше.       Став позади всех, ближе к выходу, Мидзу смотрела на магические экраны. Там шел, точнее, уже заканчивался поединок между «Синим Пегасом» и «Кватро щенок». Как ни странно, она ушла раньше всех, но вернулась почти под самый конец. Либо это она долго разговаривала с теми людьми, либо организаторы выбирали так, чтобы все быстро закончилось. Но и за это время ни «Хвост феи», ни «Саблезубый тигр» не участвовали, что дало ей понять одно — организаторам мало зрелищ.       Приложив руку к лицу, Мидзу прикрыла рот, скрывая ухмылку, более напоминающую оскал дикого зверя.

Опустившись на колени, убийца драконов оперлась одной рукой о землю, другой схватилась за одежду, сжимая ту в кулаке.       В районе солнечного сплетения все сдавило, становилось трудно дышать, а звук биения собственного сердца отдавался в ушах и причинял неимоверную боль, которую почти невыносимо терпеть. И это стало последствием заклинания, которому обучил её же учитель. Но ей никогда никто не говорил о последствиях его использования и том, что может случиться.       Она знала, что секрет убийц драконов — это одно из сильных заклинаний, уступающих ярости, но она никак не могла ожидать подобного исхода.       — Это?.. — позади бесшумной тенью подобралась темноволосая девушка, присевшая рядом и положившая руку на спину девочки.       — Морская колыбель. Есть и другая аналогия для людских волшебников: «проклятие души», — мысленно закончила девочка, посмотрев вперед на то, что она сама натворила. Ей всего лишь десять лет, но за это время она забрала столько жизней, сколько обычный человек или сильный волшебник не смог бы отнять за свою жизнь. Ей были отвратительны предсмертные крики, но она их слышала, она все слышала, даже хруст чужих костей: то, как они под давлением трещат и трутся между собой, превращаясь в порошок. Она слышала звук рвущихся мышц: еле-еле уловимое щелканье. Как ножницами по ткани. Она слышала, как нарушается кровоток.       Она познала все звуки, присутствующие в поле действия этого заклинания, от чего часто приходила в ужас, а грудь сдавливало, магический запас невероятно быстро исчерпывался, колыбель расширялась и так же быстро забирала жизни светлых магов, темных, некоторых союзников, а также — знакомых из гильдии. Пусть они практически не общаются, но она не хотела их убивать.       В который раз Мидзу убедилась, что до сих пор отвратительно контролирует магию. Сколько времени прошло, как она начала её изучать и стараться слиться с ней? Ни год и не два, даже не пять лет. Самые слабые и средней сложности заклинания она без проблем контролирует, но и то не всегда. Чаще всего, если она устает, отвлечется на мгновение или сделает не то движение — все пойдет прахом. Она теряет контроль. Всегда.       И сейчас также. Она потеряла контроль и забрала жизнь не только людей, но и живой природы. Что-то стало прахом, а что-то — потемнело, словно заболело неизлечимой болезнью. Можно было даже подумать, что здесь когда-то был пожар или прошел могущественный темный маг…       — Накапливай вокруг себя эфир, но не поглощай. Станет хуже, — спокойно произнесла темноволосая, погладив девочку по голове. Кэйнна, убийца драконов, она как никто другой понимала, что значит испытать все муки на себе. Она чаще использовала свою тень в бою лишь для того, чтобы перекинуть на нее боль, а на себя принять ментальные атаки, которые закаляли её разум.       — Можешь отдохнуть, а дальше мы сами разберемся, — перед ней в паре шагов присел Дейк. Волшебник класса S, также обладающий древней магией, убийца богов. Когда-то в детстве тот являлся волшебником, служащим в храме Богов, и чаще всего он находился в храме, посвященному Богу Сна — Каймин’у, а в определенное время он обрел эту магию. Как именно он это сделал, никому не рассказывал.       По его словам — это одно из обещаний, данное Богу.

      Стоило поединку между Пятой Русалки и Чешуёй Змеи Девы закончиться, Мидзу посмотрела на балкон, где находились члены гильдии. Ей было интересно, кто и где находится. В какой гильдии состоит тот или иной волшебник, участвующий в Играх. Ранее она этим не интересовалась: не считала нужным. А сейчас, когда последний поединок, день выходного, и потом будет общая битва, в которой она обязана участвовать.       Осознавая своё положение, Мидзу злилась. На того человека, на организаторов этих Игр. Она хотела переломать им кости, аккуратно вскрыть брюхо и заставить есть собственные органы. Но она сдерживала себя по нескольким причинам: девушка не знает, кто организаторы, сколько их, какая у них охрана. И то, что ей известен один человек, многого не говорит. Не все люди, находящиеся под пытками, станут что-либо рассказывать.       Вздохнув и облокотившись на стену, Мидзу со скрещенными руками посмотрела на балкон Чешуи Змеи Девы и заметила знакомого человека. Стоило ей на него посмотреть, как кровь внутри вскипала, а по телу пробежал не один табун мурашек. Она испытывала страх и дискомфорт.       Отведя взгляд, Драгнил-младшая накинула на голову капюшон и посмотрела в другую, в противоположную сторону, где находилась гильдия «Саблезубый тигр». Ей было неприятно смотреть в сторону этой гильдии, но, по крайней мере, это намного лучше, чем перспектива вновь испытать те ощущения. Лишь при одном воспоминании о них появляется такая реакция, а если она встретится с ним взглядом? Или потом, когда закончится сегодняшний поединок, на улице? У нее нет никакого желания сталкиваться с этим богоубийцей!       Иксид, заметивший реакцию своей хозяйки, посмотрел на тот балкон, от которого она отвернулась. Он не мог понять, что или кого она увидела, чтобы поддаться подобным эмоциям? Осматривая волшебников, он не заметил ничего странного.       Снова посмотрев на Мидзу, Сэнсоу, расправив крылья, переместился на плечо девушки, которая даже не дернулась. Она все также смотрела в противоположную сторону, даже не смея отвести взгляд.       — Мидзу? — тихо позвал кот, а девушка только дернула плечом, но ничего не сказала и не скинула его. Такого еще не было. Он даже не знал, как реагировать.       — Он здесь, — попытавшись сглотнуть, тихо произнесла драгонслеер дрожащим голосом. Иксид не понял, о ком она говорит, и снова обратил внимание на балконы участников, но теперь он внимательно осматривал каждый балкон с той стороны, в которую его хозяйка не смотрела.       Разглядывая волшебников, он не замечал кого-то знакомого или странного. Вплоть до того, как не дошел до волшебника, разговаривающего с Джурой на балконе для участников соревнований. Прищурившись, он узнал в нем убийцу богов. Но не ту, которая владеет ветром, а другого волшебника. С ним он и Мидзу знакомы давно.       Они даже знают его силу. Но какова та сейчас, они могут только предполагать. И он также знал, что с тем человеком морская убийца знакома дольше, чем с собственным иксидом.       — Неожиданно… разве он до этого был здесь? — удивленно поинтересовался иксид чуть громче, чем до этого говорил, привлекая внимание Гажила и Лексуса.       Двое убийц драконов сразу заметили странное поведение товарища и взглянули на иксида, который смотрел не на арену. Они также проследили за его взглядом, точнее, попытались. Но все, что они смогли увидеть, так это балкон с участниками от гильдии «Чешуи Змеи Девы». И еще одного волшебника, который ни разу не участвовал в соревнованиях.       — Вы сейчас про того, что не показывался на состязаниях? — задал интересующий вопрос Лексус, посмотрев на Драгнил-младшую. Та одарила его не самым доброжелательным взглядом.       Своим вопросом Лексус переключил внимание других трех волшебников на сестру Нацу, а после — и на балкон противников, где они также увидели незнакомого волшебника. И тот, почувствовав на себе не одну пару глаз, поднял голову и посмотрел в ту сторону, где, по его интуиции и мнению, находились следящие за ним люди.       И, подняв голову, он увидел, что на него смотрит команда от «Хвоста феи». Не все, только четверо человек и серый кот. А за ними он видел знакомую волшебницу. Усмехнувшись, он отсалютировал. Не волшебникам хвоста феи, а иксиду, который потом передаст своей хозяйке. Да, в прошлом, перед тем, как она ушла из гильдии, они не очень хорошо ладили и почти влезали в драки, принося разруху вокруг и вред друг другу, а также своему магическому источнику.       Посмотрев на Джиему, он что-то прошептал и направился в туннель, возвращаясь на балкон гильдии, откуда можно наблюдать за последним на сегодня поединком.       Иксид ничего не отвечал, а просто взглянул на Мидзу, которая все также смотрела в другую сторону, и тяжко вздохнул, дернув хвостом.       — Мидзу, он не участвует. Только наблюдает, — промурлыкал кот, а девушка наклонила голову, скрывая лицо за капюшоном. Она была рада такой новости, но не смела этого показывать. Зачем? Нет смысла. Эта давняя неприязнь должна остаться при ней.       — По крайней мере, он не вмешивается, — прошептала драгонслаер, облегченно выдыхая. Четверо «хвостатых» не понимали, что к чему, да и Сэнсоу не объяснял, как обычно это бывает. Он просто смотрел на арену, где медленно к центру выходил человек, одетый в костюм. Его лицо скрывала большая тыква.       И только Чапати стоило выйти на середину арены, как все зашумели, предвкушая очередной, завершающий бой, который обещает большого зрелища и адреналина. Четверо посмотрели на арену, а Мидзу, согнав иксида, вошла в туннель. В чем он была уверена, так это в своей кандидатуре на участие в сегодняшнем бою и в том, что это все так просто не закончится.       Она сегодня предупредила «Саблезубых тигров», чтобы те надеялись на то, что она не станет участвовать. В противном случае они не получат пощады. Но, как она предполагала или даже уверена в этом — «Саблезубый тигр» проигнорировал её слова, посчитав шуткой, особенно Минерва и тот световой убийца драконов. Кажется, его Стив зовут или Стинг.       Медленно вдыхая и выдыхая, она успокаивала себя. Она не желает того, чтобы магия вышла из-под контроля. Это будет слишком унизительно для её самооценки, для нее самой, а также опасно для окружающих. Хотя, какое они имеют к ней отношение? Умрут, и что дальше? Её не смогут посадить за решетку, только отправят куда-нибудь, чтобы научить контролировать, или вообще заблокируют. Но это будет смешно, очень смешно.       Даже находясь на полпути к выходу к арене, она слышала свое имя и имя брата. Идеально. Дуэт драконов против дуэта драконов. Брат с сестрой против двух напарников. Такое сочетание ей нравится, но не пришлись по душе противники и ситуация, в которой все происходит.       Остановившись перед самым выходом, чтобы её не касался свет, она повернулась полубоком, глядя назад, где должен будет показался Нацу, а за ним — Хеппи. Если она не ошибается, то её безбашенный братец перед этим заглянул к заклинательнице духов.       — Закончил? — ощутив легкий аромат лекарств, а также пепла, Мидзу посмотрела на улыбающегося огненного драгонслеера.       — Ага. Давай разнесем их и порадуем всех наших, — сжимая кулаки, с уверенной улыбкой, сказал Нацу. Да и Мидзу не была против: у нее такие же мысли сейчас, только они появились на другой почве. Отличались также и их цели.       — Нацу, — сзади подошел Хеппи, обращаясь к огненному волшебнику, а после посмотрел на Мидзу.       — Не сдерживаясь, им стоит показать всю силу первого поколения, — ухмыльнувшись, произнесла Мидзу, разворачиваясь и выходя на арену.       — И силу «Хвоста феи»! — добавил Драгнил, кивнув и с широкой улыбкой сжав кулак. Но что-то ему показалось странным в сестре. Что-то, что трудно было описать. Словно она стала другим человеком…       Оказавшись на арене, светловолосая оглядывалась в поисках хорошего места для наблюдения. Высоко она не хотела садиться, да и спускаться тоже. А использовать магию — не хочет. Это будет нечестно по отношению к участникам, которые будут драться не только за счет своих сил.       Но и раньше она не хотела приходить, заранее зная, что будет скучно. Она пришла на этот бой лишь для того, чтобы увидеть, узнать, насколько остановился её прогресс в магии. Ухудшился ли контроль над водой или остался таким же, означая, что ледяные красивые скульптуры были созданы ею. Но ей было интересно, что те люди сделали такого, из-за чего оказались живьем поглощенными льдом?       Они до сих пор живы и видят, слышат, ощущают, что происходит вокруг. Но, к их большому сожалению, лед не тает. Эти люди умрут или из-за голода, либо из-за холода, что маловероятно, или, к чему она больше склоняется, так это к тому, что они полностью превратятся в лёд.       Может, это дитя еще не знает весь смысл того заклинания, но она уверена в том, что со временем она поймет и осмыслит все те заклинания, которые уже знает.       Прикоснувшись пальцем к виску, Фортуна смотрела на арену, оценивая состояние участников. Каждый из них был настроен решительно, особенно огненный убийца драконов. Что касается неофициальной ученицы (и её ли она ученица?), то она сомневалась. Выражение её лица, поведение — все также, как и в те времена.       Когда она с ней встретилась и когда это дитя состояло в нейтральной гильдии. Пусть вокруг нее не было той отстраненности, освобожденной ауры, но эти ощущения, когда она смотрела на нее тогда, оценивая, и сейчас — одинаковы. Словно кто-то в гильдии обидел, сказал лишнего или же сегодняшние противники решили сыграть в рулетку, испытывая удачу.       — А… так и среди стихийных есть опасные драконы, — опустив и скрестив руки за спиной, Фортуна легкой походкой направилась по верхним рядам среднего сектора для зрителей. Она не собиралась уходить: хочет увидеть силу Драгнил-младшей, но и садиться рядом с простым человеком не желает: для нее люди — примитивные существа, среди которых трудно найти кого-то ценного. Даже если в этом веке она увидит убийц драконов, убийц богов, некромантов или даже падшего Бога — это еще не значит, что он уникален.       Она не обращает внимание на магию. Даже на обычного мага со способностью письмен или даже взять того же человекопса, который может использовать ядовитые когти. Если вывести некоторые вещества из тела и правильно направить его развитии — выйдет отличный волшебник, который сможет достичь класса С, а при больших усилиях может оказаться и в нижнем ряду класса В. Но она сомневается, что это существо будет так стараться.       Он за силой не гонится.       Остановившись на месте, Фортуна подошла к перилам среднего сектора, опустив голову вниз. Магические экраны — толку ноль. Они не могут передать того, что ты видишь собственными глазами, смотря на этот поединок. Замечая каждую деталь, какое движение перед атакой, какое будет заклинание, даже когда не произнес слова; с какой силой, куда лучше бить.       Но, к сожалению, она видит все это только из-за своей сущности и способностей, которыми её наградили. С того момента, когда она стала такой, её восприятие изменилось, как изменился и окружающий её мир. Она стала видеть больше, чем обычный человек, магическое животное или демоническое, скольких осталось мало. В этом мире есть еще существа, с которыми она может сравниться по силе, и некоторых превзойти, но и есть еще один персонаж.       Этому человеку она благодарна, но и с давних пор, когда радость поутихла, и пришло осознание, она почувствовала презрение и ненависть. Но и при этом она не пытается её убить, отомстить. Она просто ушла из тех краёв, странствуя по континентам в разные империи, королевства, города, села, небольшие поселения, периодически задерживаясь с разными караванами.       И в каждом месте было что-то свое, но и были те, кто обращали внимание на её странную внешность, проверяли её магию. А в какой-то момент просто предавали, не все, но были отдельные личности. Только вот за их деяния следовала «карма» в виде её недовольства. Она не вмешивалась, а давала полную свободу её маленьким «детям», которые очень придирчивы к еде, а что стоит говорить о её созданном фамильяре? Еда для нее — это стопроцентная гарантия на мигрень. Мало того, что эта змея требует волшебника, но и у него должен быть талант не ниже определенного класса.       Каждый раз, кормя змею, у нее появлялась мысль: она тоже такая привередливая? Всё же, это существо Фортуна создала из частицы своей сущности, если не души. Так что некие ее качества будут у этой белой прелести.       — Мелодия боя прекрасна, — прикрыв глаза до той степени, когда Фортуна видела только одно пятно разных цветов, гудящий звук исчезал, и она слышала шепот, смешанный с потоком магии, кружащим вокруг арены и на самой арене. Ту концентрированную магию, которую выбрасывают волшебники.       Конечно, начала боя было неожиданным: его начали не дуэт из «Саблезубого тигра», а двое убийц драконов из «Хвоста феи». Как подметила Фортуна, Мидзу сначала хотела атаковать блондина, нацелив на него свою кровожадность, но в последний момент изменила траекторию, нацелив на Роуга, перед которым неожиданно появилась. И Драгнил-старший поступил также, покрывая пламенем руку и ударяя кулаком в лицо, оставляя небольшой красный ожог, который скоро, в течении какого-то небольшого промежутка времени, исчезнет.       Двое не ожидали такого резкого выпада и даже не успели блокировать атаки. Но, и получив её, не растерялись. Однако кое-что расстраивало. Они недооценивали своих противников…       — Лучше переоценить, чем недооценить, — открыв глаза, девушка лениво посмотрела на светового и теневого убийц драконов, использующих стимуляцию*. Но после она обратила внимание на гильд-мастера «тигров». Человека она узнала и только покачала головой. Не повезло гильдии с мастером, хотя, у каждой гильдии свой мастер, свои стандарты. Не ей судить.       Игнорируя поединок светового и огненного драгонслееров, она наблюдала за Роугом и Мидзу. Да, она уклонялась, но, по крайней мере, по ней не попадали атаки. Чени наносил удары в пустоту, которые через долю секунды попадали в стену или направлялись вперед по траектории, теряя свою эффективность.       Хотя один удар все-таки прошел, но и это было по инициативе Мидзу, которая пыталась скрыть показывающуюся ухмылку. Видно, что это дитя что-то задумало. Она могла только предположить, что именно. Потому как про себя она окрестила Мидзу как гения, не осознающего свои положительный и сильные стороны. Иногда это дитя предсказуемо, а иногда способно сделать то, что никак не могут от нее ожидать.       А что стоит говорить о её внешности? Она не выглядит на свой возраст и в прошлом на него не выглядела. Всё же большинство обращают внимание как раз таки именно на нее.       Покачав головой, светловолосая положила руки на камень, опираясь и внимательно наблюдая за ареной, где во всю шел бой, не останавливаясь ни на мгновение. Разве что гильдия «снежных котят» разговорилась, или она и не замолкала?       Мидзу все также легко уклонялась, расходуя выносливость противника. Видно было, что она просто играется. А вот Саламандр стоит на месте, ожидая очередного удара от светового дракона. Никто из окружения даже не видит, как он сжигает метку. Или просто не обращают внимание, сконцентрировавшись на более массовых и видимых атаках? Ох, еще и наблюдатели-комментаторы.       Была бы она на их месте!       — Неплохо, а? — ударив Стинга по лицу, улыбнулся Нацу, а Мидзу, поймав удар Роуга, неосознанно искривила губы в усмешке. — Хотя до совершенства далеко, — добавил огненный волшебник.       — Думаете, вы настолько крутые, салаги, — выражение её лица подчеркивало интонацию голоса — холодную и безразличную. — Не смейте недооценивать «Хвост феи»! — резко потянув теневого волшебника на себя, морская волшебница ударила коленом в живот, а сверху нанесла удар локтем и ногой, снова отталкивая от себя Роуга, словно тот являлся мешком, набитым мусором. Хмыкнув, Фортуна знала, что Мидзу хотела сказать совсем другое, но и она также желала дать лицо гильдии, в которой состоит.       Она покачала головой. Даже если они и разговаривают — бой не прекращается. Один волшебник может стоять на месте и, не двигаясь, принимать удары и атаковать, анализировать. Другой же будет использовать выносливость, постепенно истощаясь. Или тоже анализировать, если не будет столь уверен в своей победе.       Но все, что она видит, так это агрессивное нападение «Саблезубого тигра», атаки которого принимают или уклоняются от них, а потом отвечают.       Даже когда они показали так называемый «козырь», что они получили как итог? Эти двое приняли атаку и с легкостью остановили её. Глубоко вздохнув, Фортуна в очередной раз покачала головой. Когда эти волшебники концентрировали магию, она думала, что получится хоть что-то годное, но, увы, стоило им атаковать, она сразу поняла исход данной атаки. Эти двое убийц драконов — световой и теневой — не до конца сконцентрировались и просчитались, а также плохо управляют своей магией.       — Я хочу видеть стоящее зрелище, достойное моего времени, А-мэ-ри, — чуть прикрыв глаза, Фортуна смотрела на водного драгонслеера, которая точно услышала её слова. То, что она сделала, очень похоже на телепатию, но для этого не обязательно ею обладать. То, что она только что использовала, совмещает в себе две магии: магию ветра и звука. Если человек в поле её зрения, магия достигнет цели, и та будет слышать то, что нужно, либо будет атакована.       И в подтверждение её слов, Мидзу легко уклонилась от удара, быстро отходя дальше и осматривая арену, чтобы увидеть ее. Эта убийца драконов была уверена, что она не придет? Или то, что она явится только на последний день игр, если вообще куда-то уйдет? Это, кажется, обидно.       — Я жду, — добавила женщина, наклоняясь вперед и сгибая руки в локтях.       Драгнил-младшая, так и не увидев говорящую, снова посмотрела на оппонента и поморщила нос, словно увидела нечто противное, раздражительное. С помощью магических экранов это видели все. И весь стадион зашумел; большая часть поддерживала, как раз таки, дуэт из «Саблезуба».       — А! Чёрт с тобой, змея ты ядовитая, — ядовито рыкнула на всю арену Мидзу. Подобного высказывания никто не ожидал: на какое-то время арена замолчала, наблюдая за тем, как девушка в мгновение исчезла, оказываясь рядом с Нацу, которого оттащила за шарф назад, к себе за спину.       Роуг, Стинг да и все, кто наблюдал, не поняли, что сейчас произошло и даже не заметили того, как быстро передвигалась девушка.       — Ты! Не мешайся! — сжимая кулак, рыкнул Стинг, глядя на волшебницу. Он помнил взгляд, которым она на них посмотрела несколько часов назад. Такой взгляд не забудешь, как и эту атаку или тот лед. Он также помнит, как она с невероятной легкостью сломала ключицу Леди и заблокировала поток магии Руфуса. Покрыла льдом большую часть арены.       — Ну уж нет, — тихо произнес Роуг, тяжело дыша. Он, как и Стинг, помнил резкие выпады в их сторону и ту неожиданную атаку. Но он не смог её блокировать только из-за неожиданности. Он расслабился, подумав, что она ничего не сделает.       — Я обещал Лектору. Не могу проиграть, — выпрямившись, спокойно говорил Стинг, игнорируя разговаривающую тыкву, комментаторов, которые не понимали, что к чему. Чем может закончится такой исход событий?       Оба дракона покрылись чешуей, свойственной их магии, а аура, исходящая от них, усилилась, приводя окружение в очередное состояние шока. Никто не понимал, что происходит; кто-то понимал, но молчал, а кто-то — шептался.       Фортуна и Мидзу одновременно ухмыльнулись. Первая была знакома с этой завершающей способностью убийц драконов, она даже видела, как двое человек из-за своей магии стали драконами. Один потерял рассудок; другой и вовсе потерял себя, проклял всё, что было связано, и то, что было внутри него самого. Мидзу испытала на себе только малую часть драконьей ярости, но ни разу не входила в нее. Она никогда не поглощала что-то, что могло стимулировать резкий подъем в силах. И она не поглощала свой элемент в таком количестве. Только немного, чтобы восстановиться, если магия была почти исчерпана.       Хмыкнув, она повернулась полубоком. Амэри выглядела расслабленной в отличие от нахмурившегося брата и настороженных товарищей по гильдии. Для тех, кто раньше не сталкивался с подобным, вызывает особое беспокойство. Зрители утихли в ожидании, и только из всех людей «Саблезубый тигр» насмешливо смотрели на арену.       Их забавляла сложившаяся ситуация.       — Роуг, стой там, — остановив напарника вытянутой рукой, произнес Стинг, осматривая двоих противников. Он был уверен в своих силах и в том, что может одолеть двоих волшебников в одиночку. — Меня и одного хватит.       — «Саблезуб» только что был на грани поражения! А теперь готов биться в соотношении один против двух! Какой самоуверенный! — эмоционально говорил один из комментаторов. Двое как стояли на месте, так и стоят, глядя вперед.       Нацу ощущает, что Стинг изменился. Тот стал сильнее. Мидзу же даже не дернулась. Но она хотела узнать, насколько будет силен этот «персонаж», используя драконью ярость. У этих двоих разная магия, а также уровень владения ею.       Но стоило ему двинуться, как от него осталась лишь тень. Примерно этого и ожидала девушка, а вот её брат, на которого пришелся первый удар — нет, и он был отброшен назад. Следующей целью являлась она. Амэри даже не пошевелилась.       Мидзу продолжала стоять на месте, разве что подняла руку, подзывая противника, провоцируя. Стинг же посчитал это как оскорбление и разозлился, увеличив скорость, но при этом его атаки стали свирепей и быстрее, но теперь у него могли появится слабые места, брешь в защите.       Хмыкнув, девушка отставила одну ногу назад, а другой поймала атакующего.       — Глупый световой убийца драконов, — спокойно, в половину голоса произнесла девушка, показывая широкую улыбку. При этом на магических экранах был виден легкий пар.       Зрачок Эвклифа сузился, стоило ей открыть рот и выдохнуть прямо в лицо, потому как из появившейся печати перед носом ударила сильная волна, напоминающая водный ураган, поднявшийся на побережье океана. Этот поток водного урагана сбил волшебника с ног, отбросив назад. И Мидзу не останавливалась, она выдыхала весь поток воздуха, а, отдаляясь от нее, водный ураган становился сильнее и задел Роуга, также находившегося в состоянии драконьей ярости.       Печать голубого цвета, в центре которой находилась голова дракона с изогнутыми рогами и белыми глазами. Печать двигалась, точнее, руны ходили по кругу. А дракон, у которого была открыта пасть, медленно её закрыл, и сама печать быстро исчезала, а поток воды прекратился, рассеиваясь.       Мидзу стояла на месте, смотря на небольшие участки земли, на которых лежал быстро таявший лед. Нацу поднялся с земли, посмотрев сначала на Мидзу, а потом и на двух убийц драконов. Этот рев показался ему странным. Он выглядел так, словно она пыталась сдерживаться. Да и от этого рева арена была почти разрушена. На ней появилось множество трещин, и был виден нижний этаж, над которым построили еще один — арену. Надежная конструкция для того, чтобы ничего не случилось, и участники не упали в пропасть под горой.       Двое драконов выглядели потрепанными. Шатаясь, они снова поднялись на ноги и посмотрели на расслабленную девушку, словно этот рев ничего из себя не представляет, а является лишь обычной детской шалостью.       — Только не говорите, что вы уже все? — издевательски поинтересовалась Мидзу, кладя одну руку на бедро, а другой махнув в их сторону. — И вы из гильдии, которая победила? Больше похоже, что вы подкупили судью, — девушка прикрыла рот рукой, а ее взгляд был наполнен презрением и насмешкой. Драгнил инстинктивно сделал шаг назад: он никогда не видел свою младшую сестру в таком состоянии.       Он знал, что она не говорит о прошлом из-за каких-то своих обстоятельств, и она вела себя по-другому. Но он не хотел верить в то, что его сестра вела себя именно так. Или она сейчас притворяется? Она же ему рассказывала, что на некоторых заданиях им нужно было притворяться, действовать так, как им не свойственно, и выполнять грязную работу. Он не знает, насколько грязную, но он может представить разные виды работ, которые люди и волшебники из гильдий назовут «грязью».       Сжав кулак, Нацу нахмурился; он не хотел видеть свою сестру такой. Но он пытался понять, почему она так действует. У них ограничено время, и им надо выиграть в этом раунде, показать им, на что способна их гильдия. Но его сестра действует так, словно издевается и мстит им. Может ли быть такое, что они уже пересекались, и дуэт убийц драконов обидел ее?       Сжав сильнее кулак от таких мыслей, Драгнил, нахмурившись, посмотрел на Мидзу, которая почувствовала взгляд брата, но проигнорировала. Они смогут поговорить и после поединка. Видя, что его игнорируют, Нацу посмотрел на злого и дрожащего, еле сдерживающегося Эфлифа.       Дальше, что он заметил, так это то, что Стинг снова двинулся и оказался над ними, концентрируя магию…       — Световой рёв белого дракона! — рыкнул Эвклиф, а Роуг отошел назад. Потому как атака ослепила все основание арены, скрыв её ухмылку, которую никто не увидел, даже Нацу, рядом стоящий.       Она предполагала такое. Конечно это не то, чего она добивалась, но и так тоже может сойти. Нацу даже не ожидал подобного. Он только почувствовал, как земля рушится и уходит из-под ног, все на несколько секунд стало белым. А когда исчезло, он падал вниз, как и его сестра. Он заметил ее взгляд, устремленный в землю — совершенно безумный. Словно она забавляется тем, что сейчас происходит.       — Как думаешь, это и есть сила третьего поколения? — спокойным голосом поинтересовалась Мидзу, игнорируя приближающегося светового драгонслеера, яростно кричащего про то, что это всего лишь разогрев.       Услышав подобный аргумент, Драгнил схватился за большой обломок падающей арены. Девушка последовала примеру брата и тоже нашла опору. Раз вы только разогреваетесь, то и остальным пора вступать в игру.       — Разящий клинок… — концентрируя вокруг себя огонь, огненный волшебник посмотрел на светового убийцу драконов.       — Морская… — собирая вокруг эфир, она решила использовать именно его в качестве проводника, который станет основой нужного заклинания, поскольку рядом не было большого источника воды.       — …огненного дракона, — закончил волшебник, отталкиваясь от небольшого клочка земли, который был разрушен до небольших булыжников и падал намного быстрее больших участков арены. Оказавшись наравне со Стингом, он провел свою атаку, от чего Эвклиф отлетел назад, а за ним появилась Мидзу.       Ощутив позади себя движение, Стинг оглянулся. Там находилась Мидзу. Её глаза, выражение лица — были лишены эмоций, полное безразличие, а она безмолвно произнесла: «Я предупреждала». Даже сейчас, не слыша звуков, в ушах Стинга эхом отдается тот голос, которым она говорила те слова. По телу прошел странный ток. Он вызвал в нем беспокойство, но вместе с тем и ожидание.       — Пустошь океана, — Эвклиф чувствовал сильное удушье вокруг, воздух словно стал сухим, из ниоткуда появилась вода, заполняющая все пространство от земли и до проделанной дыры в арене. Вода, появляющаяся из воздуха, очень холодная, вызывающая судороги, а её давление, направленное на него, готово раздавить, оставив только расплющенную лужу останков.       Он не понимает, откуда в этой девушке столько агрессии, если она находится в светлой гильдии, которая ценит дружбу? Откуда эта аура Асуры*? Где был основной состав «Хвоста феи»? Или же она вступила к ним в гильдию, покинув темную? И он не может понять и вспомнить, что он сказал и сделал такого, чтобы вызвать такой… гнев?       — Надеюсь, она никого не убьет, — ощутив движение эфира, который быстро направился вниз, где была видна лазурная гладь воды. Зрители сидели молча, напряженные. Они также видели это безразличие и то, как волшебника «Саблезубого тигра» придавило водой, а союзника девушки вода даже не коснулась, образовывая купол, наполненный кислородом.       Фортуна больше беспокоилась о девушке, которую может посадить Совет за убийство. Выдохнув пузырьки кислорода, Мидзу спокойно подплыла ко дну. После взмаха рукой, вода в несколько секунд исчезла, обрушившись сильным потоком на нее, Нацу и также лежащего на земле Стинга. Только вот девушка позабыла об этом эффективном исчезновении воды, которая после впитается в гору, а потом подводными потоками распространится по земле. Так что не одного «Саблезубого» придавило к земле. Её и саламандра тоже. Нацу опустился на колени, а вот Мидзу присела на одну ногу, а другую немного вытянула: на нее упал небольшой булыжник, поцарапав.       Наблюдающие зрители с помощью телелакримы видели данную ситуацию. Они думали, что они так и останутся стоять, и после продолжат поединок, но уже с теневым волшебником. Но никто не ожидал, что даже та, кто использовала это заклинание, попадет под его действие.       Почувствовав, что давление исчезло, Стинг вдохнул полной грудью, глядя вверх. Он увидел Роуга, наблюдающего за всем сверху, и сам себе усмехнулся. Он сказал, что сам справится, его хватит и одного. А что в итоге сейчас произошло? Эти двое так легко уложили на лопатки, и теперь у него ощущение, что на него упало нечто тяжелое. Хотя, так и есть. Давление воды.       Морская пустошь океана — обоюдно острое заклинание. Оно может убить и самого волшебника, который его использует. Просто это заклинание уже редко используют, потому как все волшебники воды его сторонятся. Его относят к трудным заклинанием стихии воды, но не запретным.       — У, по затылку попало, — вставая на ноги и прикоснувшись к затылку, Мидзу лениво подходит к лежащему Эвклифу, а Роуг быстро спускается вниз, чтобы продолжить поединок. Она выглядит слишком беззаботно и лениво. Можно смело сказать, что девушка забыла о втором волшебнике. И если так сейчас скажут, она не будет отрицать.       Драгнил забыла про второго волшебника, с которым играла в начале боя. Да-да. Она играла с теневым убийцей драконов. Она могла сразу использовать магию, чтобы убрать своего противника.       — Мидзу! — Нацу заметил Роуга, уже спустившегося и направившего заклинание в её сторону. Эвклиф, который умудрился встать, тоже направил в её сторону магическую атаку. А девушка по привычке повернулась и посмотрела на побледневшего брата. Но, когда она поняла, почему, было поздно уклоняться. Оставалось только принять атаку с открытой спиной.       Ух, если бы сейчас здесь были те, кто её обучал, они точно начали бы её ругать за такое небрежное отношение, даже Уми.       Две атаки, прошедшие по спине и затылку, шее, принесли также отрезвляющую боль. Ощутив её, она почувствовала, как все движется, а окружение плывет, в ушах начинает звенеть, с этим противным звоном она также ощущает очередную порцию боли.       Нацу видел, что девушка до этого получила ранение и была в более неприглядном положении, чем он минутой назад, и когда давила вода. Парень, видевший, как в сестру попали две атаки одновременно, лишь нахмурился, а в мыслях царил полный хаос.       — Ты зря беспокоишься, Нацу, — спокойно произнесла Мидзу, отряхиваясь от грязи и камней. Когда тест был завершен, неожиданно появившаяся гильдия устранена, Мидзу обратилась к Гилдартсу с просьбой потренироваться и просила, чтобы он не смел ей поддаваться. А постепенно использовал всю свою магию. Она хотела ощутить все эмоции во время тренировки. От ослабевания, сильной ощущения боли до того, как она полностью поймет своего противника. Его ритм, дыхание, движения. Тогда она сможет определить, какое заклинание будет использовать, заметив то или иное движение.       Она лучше всего обучается во время боя, чем когда ей рассказывают и показывают. Она усвоила, что личный опыт очень ценен, как и опыт посторонних, которые по завершении укажут на все ошибки.       Даже когда все наблюдавшие увидели, как Гилдартс собирался использовать какое-то заклинание, что остров дрогнул, как тогда, когда проходило первое испытание. И как они поняли, это был Гилдартс. Мужчина видел, как Мидзу дрогнула, смотря на него широко раскрытыми глазами. Он видел в них беспокойство, дискомфорт. Но страха или чего-то подобного — нет; он видел сомнение и то, как она боролась против самой себя. Каждый видел это сомнение.       Но в следующий миг девушка все же напала. Она неожиданно исчезла и также неожиданно появилась перед Гилдартсом, используя крыло дракона для начальной атаки, за которыми она использовала обычные водные заклинания.       На самом же деле, она скрывала свой страх. Девушка не хотела, чтобы в будущем кто-то его видел. Этим страхом может воспользоваться её противник. Лучше быть мразью, бесчеловечной, чем потерять все.       И в тот момент, когда она хотела использовать очередное заклинание, появился он. Оставшийся в живых — Акнология. Именно перед ним никто не смог скрыть своего страха, даже она. Стоя на месте, Мидзу слышала, как часто начались биться сердца членов гильдии, как поток крови учащается…       А когда она пришла в себя, начала понимать, что происходит, они использовали заклинание…       Заклинание, которое скрыло их на семь лет. Если она смогла остаться в живых после того непонятного кровотока, что для нее должна значить эта атака?       Открыв глаза, она глубоко вдохнула, отчетливо слыша басистый голос комментатора. Нет. Она проиграет этим волшебникам, которые даже не могут дотянуть до темных S-волшебников или даже до того богоубийцы, который сейчас также наблюдает? Если она проиграет, ей будет очень плохо.       Плохо за то, что она открыла спину и проиграла — от Фортуны; а от этого человека она также услышит замечания и издевки, а после он скажет, что будет тренировать… Извините, она сейчас была слишком мягка и высокомерна, а также надменна. Ей стоит это исправить, чтобы такого не повторялось. Это неправильно!       Медленно поднимаясь, девушка села, посмотрев вперед. Впереди она видела тележку, рельсы и тоннель. Как хорошо, они даже до шахт спустились. Можно не беспокоиться, что ранит окружение?       — Ребят, это неприятно. Нехорошо так с девушками обращаться, — поднимаясь с земли, она привлекла внимание двоих убийц драконов, широко раскрывших глаза и смотревших на нее. Они не верили своим ушам и глазам. Что уже говорить о них, даже зрители не верили. Эта девушка была в отключке пару минут, а, придя в сознание, спокойно встает и говорит, что нехорошо так обращаться с девушками. А как это «так»?       Прикоснувшись холодными руками к шее, она повернула её. Был слышен хруст костей, как и других, когда она потянулась.       — Ты…       — Если драться не хочешь — продолжай лежать, я сама поиграю, — спокойно произнесла девушка, делая ровный и уверенный шаг вперед. Она даже не шаталась, а вокруг нее поднималась полупрозрачная аура, которая с каждым мгновением становилась видимой.       Двое убийц драконов не понимали, что сейчас происходит. Они только уложили Нацу, как встает она и говорит, что плохо с ней обошлись, а потом добавляет, что огненный волшебник может просто лежать. Это как можно понимать?       Двое волшебников, не веря своим ушам, сделали шаг назад, а также завели назад руки. «Саблезубы» не могли поверить, что они до сих пор стоят, словно ничего не было. Они даже заметили, как встает Нацу. Стинг и Роуг увидели этого волшебника, потому как девушка неожиданно исчезла, как в начале боя и появилась позади них, приложив руки к спине.       Волшебники ощутили ее холодные руки даже через ткань одежды. Как так получается? Насколько должны быть холодные руки? Но, повернув голову, маги даже не успели что-либо увидеть. Их просто отбросило в сторону. А самим стало холодно, словно они оказались в самом холодном месте, где температура воздуха намного ниже нуля.       Ударившись спиной о стену и почувствовав, что они себе что-то вывихнули, они подняли головы, увидев, что Нацу уже стоял рядом со своей напарницей и, положив одну руку ей на плечо, другую поднял с жестом «Хвоста феи». Даже Мидзу, лениво, через своё нежелание подняла руку. А холод рассеивался вокруг. Синие вены, виднеющиеся от кончиков пальцев до локтя, медленно исчезали одна за другой.       Теряя сознание, дуэт драконов видел своих противников, а в мыслях у каждого были свои слова и обращения к иксидам, которые следили за поединком.

Противоречишь самой себе, Мидзу!

***

      Остановившись неподалеку от толпы, девушка тяжело дышала, оперевшись руками о колени. Она слышала здесь взрыв, но было не до этого: она смотрела назад, выискивая волшебницу с магией пространства для вооружения. По-другому такую магию называли магией рыцаря.       На этой площади она оказалась случайно. Просто выбежав из гостиницы, в которой остановился «Хвост феи», Мидзу старалась не оглядываться назад. Не хотела. Позади бежала Эрза в костюме медсестры с бинтами в руках. Она не желала, чтобы эта женщина перевязывала ей раны. Амэри хотела еще немного пожить, она еще не до конца отошла от недолгого и чуткого сна, который являлся кошмаром, где Фортуна все же мучила её, но не так, как она обычно «играет».       Она не знала, по какой дороге бежит, но девушка понимала, что нужно бежать быстрее и попытаться избавиться от алой мечницы. И, в итоге, она просто бежала вперед, иногда сворачивая направо, влево или просто перепрыгивала через какие-то препятствия. Главное — убежать от этой страшной девушки-садиста. В итоге, оказавшись на незнакомой широкой улице, она увидела невероятной мощности взрыв. И то, как в течение двух-трех секунд исчезла часть города. Остался только чёрный кратор, а также раздающиеся на всю округу душераздирающие крики жителей.       Но она их игнорировала. Мидзу снова не обращала внимание на окружение, она лишь молилась всем богам, даже Богу Сна, чтобы волшебница, потеряв её из виду, направилась обратно в гостиницу. Драгнил очень на это надеялась.       — О, Мидзу! — услышав голос, который звучал в ее самом жутком кошмаре, Мидзу поняла, что этот вечер у нее выдался отвратительным. Даже с большой буквы «о». Сглотнув, волшебница подняла голову и увидела двух больших, фиолетовых змей.       Её кошмар начался сбываться, и то, что она видела, это было предупреждением от какого-либо Бога? Или её лимит удачи на ближайшие несколько месяцев в один момент был исчерпан?       — Ты что здесь забыла? Казалось, что ты должна была свалить из города, — мысленно ударив себя по лицу, Мидзу заговорила привычным для нее тоном. Сегодня она уже показала себя с плохой стороны. Этого не должно повториться.       — Но эти смертные обидели мою ученицу! — скрестив руки на груди, недовольно заметила Фортуна и кивнула в сторону. Посмотрев, куда она указывала, девушка тяжко выдохнула и прикоснулась к голове. Либо приключения на пятую точку находит её, либо она сама их находит, уходя от других, менее масштабных. И почему она сразу не догадалась, что это была Фортуна? Чем она думала? Ну скажите, чем? Рукой, ногой, животом или жопой? Но точно не головой!       — Не повезло этому человеку с учителем, — тихо произнесла девушка, сочувственно посмотрев на «Саблезубого тигра». Не то, чтобы она была против. Но, в чем она была уверена, так это в том, что она не промазала. Она специально это сделала. Чтобы напугать. — Нет, погоди. У тебя был ученик, а не ученица, — вспомнив, как говорила о каком-то парне, которого она обучала древней магии, Мидзу недоверчиво посмотрела на светловолосую.       Та ничего не сказала и пожала плечами, взяв за руку человека, которого она ну никак не ожидала увидеть рядом с Фортуной и представить, что он её ученик. Руфус Лоа.       Определенно, сегодня отвратительный день! — Ты не спишь, моя дорогая. Это все взаправду! — самодовольно произнесла женщина, посмотрев на побледневшую Минерву. Она была напугана той магией и той аурой, которая исходила от этой волшебницы. Но еще она была удивлена тем, что эта дрянная девчонка, посмевшая сломать ей кость, знакома с этим монстром. А Руфус является её учеником.       Мидзу открыла рот: хотела что-то сказать, но лишь безмолвно закрыла его и медленно подошла к нахмурившимся «Саблезубым». Она не атаковала, не смеялась. А просто быстро пожала каждому руки и отошла.       — Я, конечно, вас ненавижу, но смерти не желаю, — начала Мидзу, отойдя на пару шагов и посмотрев на них через плечо. — Но валите в свою гостиницу, пока это, — убийца драконов показала, на альбиноса. — Не решила, вас мучить и съесть четыре главных внутренних органа. Она очень любит сердце и печень, особенно человеческие, — любезно подметила Драгнил-младшая, подходя к альбиносу, которая улыбнулась и кивнула.       Но потом нахмурилась, посмотрев на нее, а две больших змеи переглянулись, не понимая происходящего. Вроде как их владелица не поедает четыре главных органа людей. Или их хозяйка запечатывает их, когда такое происходит, чтобы никого не напугать? Или эта девчонка решила впутать их владельца в какую-то авантюру?       Хихикнув, Фортуна улыбалась, наблюдая за реакцией её змей. Увы, среди всех существующих зверей ей подчиняются змеи и другие хладнокровные создания. Но и даже так она не против, в отличие от других животных. В подчинении змей и других хладнокровных она абсолютно уверена. Потому как некоторых она лично создала, используя запретную магию, напоминающую некромантию. Но она не воскрешала кого-то без какой-либо цены. Она предоставляла взамен что-то стоящее. И это принесло свои плоды.       Три змеи, которые всегда с ней: две фиолетовые, ядовитые и одна белоснежная, напоминающая её саму.