Отношения с руководством

Али-Баба Салуджа. Третий принц Балбада. На самом деле звучало это несколько гротескно, особенно учитывая тот факт, что Балбад превратился в республику, да и сам Али давно перестал зваться принцем. Говоря начистоту, он так себя никогда не называл. Принцы были благородными созданиями, исполненными чувства долга и высокой, как башня Амона, морали. Они сражались с врагами, рубили головы чудовищам и спасали прекрасных принцесс. Врагов у принца из трущоб было больше, чем сирот на улицах родного города, начиная от бывшего работодателя – того, что с «упругими сисечками», - и заканчивая организацией Аль-Сармен, которой Али, чистая душа, вообще непонятно чем досадил. Да и по части принцесс было туговато. Если не брать в расчет бесконечных Элизабет, Маргарет и им подобных орудий массового поражения, блондину с девушками категорически не везло. Милая и добрая принцесса Когьеку видела в Али доброго друга и учителя по плетению венков, фаналис Моржанна - непоколебимого лидера и свет, за которым необходимо следовать. В общем, жизнь медленно, но верно катилась к шайтану, думал покоритель башни Амона, кандидат в султаны четвертого маги и просто обаятельный мужчина, сидя в донельзя пыльной библиотеке дворца империи Ко. Ему уже восемнадцать, и он потерял свою страну, свою гордость, но, что самое обидное, до сих пор не потерял девственность. Да, из-за хитрых манипуляций короля Синдрии, да и просто из-за того что Али-Баба никогда не умел держать язык за зубами, ему пришлось застрять в этом жутком и пугающем месте, прямо под носом у всей красноволосой императорской семейки и - что самое страшное - прямо возле их ужасающего главаря, Рена Коэна. Железный принц, покоритель трех лабиринтов, а для друзей просто «великий император», по известным лишь ему одному причинам невзлюбил Али с первого взгляда. Постоянно цеплялся, называл слабым и бесполезным куском человека, вечно искал повод указать на его, Али, ошибки. Вот и сейчас, одарив взглядом, от которого, по словам Кохи, прокисало молоко, а враги обращались в бегство до ближайшего туалета, он отправил блондина в библиотеку разбирать бумаги, мол, «хоть где-то такой хлюпик, как ты, может быть полезен». Хлюпик! Али возмущенно фыркнул. Разве «хлюпик» смог бы покорить башню? Победить черного джинна? Всего-то на десять лет его старше, а ведет себя, будто он уже почтенный аксакал и знает все на свете. Блондин так разозлился, что не заметил, как, хлопнув по столу ладонью, взметнул целое облако пыли. Закашлявшись, Салуджа стряхнул с себя пылинки и, взяв уже рассортированную стопку, понес ее к полке. Что бы Али ни думал о старшем принце, библиотека была что надо. Столько интересных свитков на разных языках! Те источники знаний, о которых ему в свое время только мечтать и приходилось. Многочисленные древние фолианты, таившие в себе забытую мудрость древних, потемневшие от времени гобелены, хрупкие свитки с драконьими узорами. С детства любивший читать юноша чувствовал себя тут как рыба в воде. Но, к сожалению, прежде чем с головой погрузиться в чтение (естественно, пока никто не видит, так как разрешения на использование библиотеки никто ему не давал), нужно было перебрать огромную кучу нуднейших хозяйственных отчетов. Сколько в каком году уродилось риса, сколько крестьян сбежало партизанить, кто у кого что украл и тому подобный бред. И хоть на пятой стопке Али уже был готов выть в голос, воспаленный разум подкидывал весьма четкую картину: нахмуренные красные брови, жесткий взгляд исподлобья и брошенная в лицо фраза: «Ты даже на это не способен». Бесило, конечно, неимоверно, но в то же время давало хороший стимул - доказать заносчивому упырю, что он способен не только мечом махать да караваны обносить. Дойдя до полки с пресловутыми бумагами, Салуджа задумчиво почесал в затылке свободной рукой. Места там почти не оставалось, а на пол сваливать «ценные, а ты просто слишком туп чтобы осознать их важность» бумаги, было категорически запрещено. Обругав про себя всех старших принцев вплоть до десятого колена, Али-Баба принялся запихивать несчастную стопку в единственный безбожно узкий зазор. Сначала она не поддавалась, и ему пришлось подналечь, толкнув плечом ее, а вместе с ней и весь шкаф. Стопка в конце концов влезла, и парень с чувством выполненного долга уже собирался покинуть залу, как вдруг обнаружил, что на него с нарастающей в геометрической прогрессии скоростью начинает падать шкаф, весом эдак в десять таких же щуплых юношей. «Вот и возродили Балбад», - только и успел подумать Али, приготовившись к неизбежному и крепко зажмурив глаза. Но удара почему-то не последовало. Может, шкаф передумал падать, промелькнуло в голове у блондина, и он открыл левый глаз. И тут же закрыл его. - Ты долго будешь тут стоять? - послышался резкий голос где-то над ухом. Так и есть. Монолитной скалой над юношей возвышался Рен Коэн, одной рукой удерживая Али, а другой шкаф, весивший как минимум полтонны. Для полного драматизма ему не хватало только божественного сияния. - Эм… - Али, мягко выскользнув из-под руки своего спасителя, помог ему водрузить мебель на место, - спасибо Вам большое, Коэн-доно. - За что спасибо? - «Коэн-доно» смерил сжавшегося Салуджу убийственным взглядом. – За то, что спасли, – Али смотрел в пол. Не хотелось ему признавать того факта, что Коэн, при всей своей вредности, спас его от превращения в блондинистую лепешку. – Я никого не спасал, - старший принц, фыркнув, отвернулся. - Просто увидел падающий шкаф и решил поднять. Нельзя допустить, чтобы документы пострадали. И ты, кажется, не барышня в беде, чтобы тебя спасать. Али закатил глаза. Прочитав все эти документы, он был на все сто процентов уверен, что империя бы ничего не потеряла, употребив эту макулатуру на растопку очага. Коэн тем временем гордо прошествовал к столу, за которым Али просидел добрых часов пять, занимаясь этим «сизифовым трудом». - Ты что же, закончил? - Рен смотрел на принца трущоб с недоверием. По его субъективному мнению, Али-Баба не был способен справиться даже с самым примитивным заданием вроде сортировки бумаг. Честно говоря, Коэн и отправил блондина в библиотеку из чистого крючкотворства. Хотелось посмотреть, как долго этот изнеженный паренек там продержится. Результат его удивил. Али-Баба не только рассортировал и расставил все документы, но и составил полный список того, что и на какой полке находится. Из всех окружающих такую качественную работу мог проделать разве что Комей. Коха так вообще запинывал все в угол, прикрывая сундуками, или сваливал всю работу на слуг. Что уже греха таить, Коэн был приятно обескуражен таким поворотом событий. Внезапно принц услышал тихое покашливание за спиной. Взглянув назад, он увидел блондина, неловко переминающегося с ноги на ногу. – Коэн-доно, - Али смотрел четко в пол, будто под его ногами сейчас собралось все золото Аграбы, - если я закончил, можно мне… - Погулять хочешь? – принц слегка нахмурился. - Валяй, ты заслужил. Али удивленно моргнул. - Я вовсе не гулять хотел. Я хотел… Попросить разрешения воспользоваться библиотекой. Я видел несколько книг на языке торан и очень хотел бы прочесть их. Теперь настала очередь Коэна удивляться. Мало того, что парень не захотел выйти на прогулку, хотя Коэн гонял его по различным поручениям уже пятый день, так еще и желает почитать книгу на языке торан?.. И, к тому же, спрашивает разрешения. – Конечно, бери, - принц задумчиво провел рукой по затылку. - И можешь впредь не спрашивать. Бери, сколько хочешь. Главное, клади на место. - Спасибо Вам огромное, Коэн-доно, - Али низко поклонился. Все же эта глыба льда умеет быть благосклонной. Салуджа еле дождался, пока старший принц империи покинет библиотеку, прежде чем побежать к так привлекающим его древним томам. День определенно налаживался… А Коэн на секунду задержался на выходе, смотря, как блестят глаза Али-Бабы, когда он направлялся к книгам. Когда-то он и сам был таким. Жадным до знаний, с живой искрой во взгляде, хватался за любую возможность открыть что-то новое в мире, глотал книги одну за другой и никак не мог ими насытиться. И когда он наблюдал за Али, на мгновение лицо старшего принца империи Ко, грозного генерала, покорителя трех башен, озарила легкая улыбка. Этот день становился все лучше и лучше…