Рандеву с призраком

- Снежок, ну, стой же ты смирно! - умоляюще шепнула Эсмеральда, но конь только тряхнул головой, ему совершенно не хотелось слушаться девчонку, даже если это приказ хозяина. - Он скоро привыкнет к тебе. В первые дни он так и будет дичиться, - произнес Фролло не без улыбки, наблюдая за тем, как девушка старается слезть с широкой и теплой спины Снежка. Цокнув языком в привычном жесте Клод заставил Снежка опуститься. - Слезай горе ты луковое. Девушка осторожно спустилась со спины лихого скакуна. Тот недовольно заржал - когда девушка неловко сползла на землю, он фыркнул и мотнул головой в знак того, что ему это крайне не понравилось. - Скоро научишься. - произнес Фролло. - И не бойся его. Снежок тебя, если и сбросит, то лишь по случайности. - От этого не легче знаешь ли. – лишь произнесла девушка. Чувствуя наконец-то под ногами твердую землю, цыганка перестала подрагивать и указала Фролло на стойло о котором уже успел позаботиться Клопен. Цыгане работали быстро и слаженно. Пока Эсмеральда подъезжала к своей повозке на Снежке, ее друзья по просьбе Клопена обустроили все, как и полагается, а после удрали, не желая пересекаться с конем ненавистного судьи. Повозка Эсмеральды мало чем отличалась от большинства других во Дворе Чудес. Разве что дверь была сокрыта в небольшом шатре, возле которого и устроили стойло. Фролло провел Снежка в указанном направлении и скрылся за поднесенным цыганами сеном. Мимо повозки Эсмеральды часто бегали дети… Снежок придирчиво осмотрел свое новое место жительства и заржал, в очередной раз пытаясь ткнуться носом в руку хозяина. Фролло немного утихомирил коня, и Снежок, дуясь, поплелся в самый угол, где улегся на землю и, подложив себе под голову шляпу хозяина, вздохнул. Судья поджал губы. Ему было жаль Снежка, но единственное, что он сейчас мог сделать для благополучия питомца, это убедить его, что Эсмеральда станет хозяйкой не хуже, чем Фролло. - Ме-е-е-е-е! – послышалось громкое блеяние со стороны, и Фролло оглянуться не успел, как через него пролетела коза. Джали ожидала свою хозяйку в шатре, а когда та вернулась и заявила, что привела козочке нового друга, Джали тут же бросилась смотреть, кто же там такой. Увидев не только огромного Снежка, но и призрака, козочка не медлила. Набычилась и бросилась в атаку. Не ожидая, что попытка навредить судье не увенчается успехом, Джали свалилась на землю. Поднялась, тряхнула головой, снова замекала и бросилась в атаку во второй раз. Фролло сидел у сена не двигаясь. Наблюдал за попытками козы его боднуть и пару раз даже ухмылялся, пока действия козы не стали причинять неудобства. Чем больше та проскакивала через него, тем больше у Фролло создавалось впечатление, что через него пропускают какую-то желеобразную массу. "Вот же пристала - фыркнул про себя Клод. – Хотя…чего я еще ожидал? Что она ко мне ластиться начнет?" Морщась от мерзких ощущений Фролло невольно уже чувствовал, что хочет разбить этому безмозглому существу череп, но внезапно раздался голос девчонки: - Джали! Ну хватит. - Эсмеральда вошла в стойло ставя перед Снежком обещанное лакомство. Увидев любимую хозяйку, козочка тут же подбежала ласкаться к ней и в то же время косилась на призрачную тень, все так же угрожающе блея. - Это была вполне ожидаемая реакция. - произнес Фролло глядя на Снежка, которому явно была безразлична коза цыганки, ибо сейчас его занимало только ведро свежей моркови. - Джали, веди себя прилично. – Эсмеральда чесала любимицу за ухом, а та, услышав, что от нее требуется, удивленно заблеяла еще громче, словно спрашивая: «Почему это?!» - Потому, что вреда ни тебе, ни мне судья причинить не может. Фролло фыркнул на этих словах: - Больно хотелось. - Ой-ой… Кто бы говорил, не далее, чем три месяца назад, ты меня сжечь хотел. Очень сильно хотел, если ничего не путаю. - Три месяца назад ты меня прилюдно унизила на Дне Дураков, предварительно вытащив на сцену Квазимодо, которому вообще было запрещено выходить. Не послушался – вот, что вышло. - Ты его двадцать лет растил! Мог бы и заступиться сам, тогда я бы не чудила! - А тебе это только в удовольствие было. Капитан Феб хотел остановить издевательства сразу, но я сказал, чтоб обождал. Квазимодо должен был усвоить урок. Не веришь – можешь лично спросить нынешнего «защитника» Парижа. Если бы ты не вмешалась, я бы все равно отдал приказ снять Квазимодо с этого помоста. Эсмеральда вгляделась в лицо судьи. Конечно, тот был искусным лжецом, но сейчас цыганка видела, что Фролло даже не пытается лгать. Поверить бы на слова, но танцовщица все-таки поставила себе галочку: поговорить с Фебом об этом инциденте. - И все равно… Ты поступил слишком жестоко! - Жестокость – удел добрых людей, когда об их доброту начинают вытирать ноги. Теперь сама подумай, подхожу ли я под такое описание. – отозвался судья, и Джали снова на него заблеяла, да так громко и зло, что Фролло мог поклясться: сейчас эта коза покрывает его самыми нецензурными эпитетами, какие только можно придумать. Эсмеральда хотела сказать было что-нибудь колкое, но промолчала. Погладив успокаивающе Джали, цыганка невольно задумалась. А ведь действительно если подумать, то у судьи были свои оправдания и мотивы на совершение своих поступков. Не всегда он был жесток и не со всеми. Взять Квазимодо так вообще удивишься, как такой человек мог растить этого крайне уродливого на вид воспитанника все двадцать лет, но при этом вырастить такого хорошего человека, будучи лично тем еще чудовищем. А уж про Снежка и говорить нечего. - Но ведь ты тогда пытался убить Квази… - неуверенно произнесла девушка. Фролло заскрипел зубами. Не ответил… Конечно, он пытался его убить. Квазимодо встал на пути, множество раз нарушил прямые указания, пошел, так сказать, в самоволку, навалилось и безумство, коим был охвачен судья после Дня Дураков. Если так посмотреть, то Клод по-прежнему был готов спалить весь Париж, лишь бы Эсмеральде было негде от него спрятаться, но… Теперь это не имело смысла. Ровно как и не имело смысла пытаться кому-то вредить – будто бы он мог в таком состоянии. - Откуда такая лютая ненависть к моему народу? – задала давно мучивший ее вопрос Эсмеральда и выжидающе уставилась на судью, надеясь, что хоть сейчас Фролло ей ответит. Думал он долго, сам решал, говорить о причинах, или же умолчать и огрызнуться. С одной стороны, хотелось рассказать, так сказать, выгородить себя перед девчонкой, дать ей понять, что не с бухты-барахты охота началась, а с другой… Слишком больно вспоминать, что стало отправной точкой его чудовищного геноцида за цыганами. - Цыгане только и могут, что забирать. И они забрали у меня то, чего не вернешь никакими драгоценностями и жертвами мира. – выдавил из себя Клод, понимая, что голос дрогнул, а руки затряслись, и, прежде чем Эсмеральда успела задать уточняющий вопрос, Фролло вскочил на ноги и скрылся в каменной стене. Ему нужно было проветриться... Это было слишком тяжело вспоминать. Да и не хотелось особо. Смерть никого не щадит все люди равны перед ней. Но одно если она приходит и дарует человеку мучающемуся в агонии блаженство и облегчает его страдания, а совсем другое когда она приходит туда где ее не ждали. Жеан… Младший брат, оставшийся сиротой после смерти родных от чумы. Брат, который видел во Фролло поддержку и тепло. О том с какой любовью судья относился к этому человеку невозможно было сказать. Он воспитывал его как мог, постоянно баловал и крепко привязался - стоило лишь Жеану поднять на своего брата глаза, Фролло не мог не улыбнуться ему и не потрепать по волосам. Жеан был таким же добрым, как Квазимодо, но в отличии от горбуна…мальчик мог в любое время выходить на улицы. Школяр неплохо учился и все свободное время проводил с друзьями или в наблюдении за уличными артистами и…цыганами. Пару раз Жеану даже удалось вытащить старшего брата из комнат, отвлечь от учебы, работы и привести на площадь, где чудачил и показывал фокусы вольный народ Парижа. Сегодня Фролло казнил себя за то, что в тот день ушел раньше, что оставил Жеана до позднего вечера веселиться с другими горожанами, что позволил тому уговорить себя дать уже повзрослевшему брату шанс… Повзрослевшему, как же… Жеану было от силы четырнадцать лет… И в тот день Фролло в последний раз видел младшего живым… Ночью Жеан не вернулся домой, а на утро Фролло доложили о зверском убийстве на окраине города. Когда молодой судья прибыл на место происшествия с небольшим отрядом, его чуть не вывернуло наизнанку. Жеан и несколько его друзей были изувечены, растерзаны словно дикими животными. Органы валялись на земле вместе с телами, а головы ровным рядом насажены на колья. Нескольких цыган, повинных в убийстве, солдатам удалось поймать еще при деле. Последний мальчишка был еще жив, когда от него оттянули язычников, но умер от кровопотери, не дождавшись лекаря. Когда приехал Фролло, пойманных цыган связали, а за другими устроили погоню. Видя, что эти ублюдки сотворили с последним родным человеком, судья не раздумывал. Выхватил из ножен меч и одним движением срубил пленным головы. Солдаты даже не думали мешать… Их самих воротило от устроенного язычниками представления… С той поры судья поклялся истреблять этот варварский народец, сеющий смуту в сердцах набожных людей Парижа. Фролло старался использовать каждый шанс, чтобы убить как можно больше этих цыган. Ему было плевать, чью кровь он проливает: женщины, старика, младенца – они все должны были быть крещены огнем. С каким удовольствием Клод это делал. Как он упивался своими триумфами, с каким наслаждением он наблюдал за тем, как этих ненавистных цыган пытают, а потом вешают или сжигают. И обычно в эти моменты Фролло видел искаженное от боли, покрытое кровью лицо младшего брата и шептал себе, что если бы не эти твари с улиц, то Жеан был бы жив… На улицах было людно. Фролло, стараясь сбежать от шума каждодневной суеты горожан, ушел со Двора Чудес к собору, где снова забрался на балкон и, опершись на перила, уставился вдаль. Ему нужно было успокоиться…подумать… Если вернется назад сейчас, когда в душе всколыхнули воспоминания, когда жгучая ненависть вновь жаждет крови, Фролло может наговорить столько всего, о чем после будет жалеть. Эсмеральда не доверяла ему и согласилась приютить Снежка только по причине, что могла поставить себя на место судьи, приняв за аналог коня свою козочку Джали. Если Фролло будет излишне суетится, выпячивать свою агрессию и сыпать оскорблениями на пару с проклятиями…только Святой Марии известно, что станет с его питомцем. Только ради Снежка Фролло готов был потерпеть и прикусить длинный острый язык. *** Когда Фролло скрылся в стене, Снежок, заметив уход хозяина, забеспокоился. Оставил морковку, подскочил на ноги и громко заржал. Эсмеральда почти мгновенно оказалась рядом, обхватила морду скакуна ладонями и попыталась успокоить, приговаривая, что Фролло вернется. Снежок еще несколько раз истерично заржал – он боялся, что случится также, как три месяца назад: хозяин ушел и больше не вернется. - Тише, он вернется. Обязательно вернется, только пожалуйста, тише, мальчик. – Эсмеральда гладила животину по мощной морде, шее, шептала что-то еще. Мельтешащая под ногами Джали жалобно заблеяла, словно тоже пыталась успокоить Снежка – козочке даже мысль была страшна, что она потеряет Эсмеральду… Снежок, бросив взгляд на жмущуюся к хозяйке козочку, лишь мотнул головой и с немым укором взглянул на девушку. Он-то прекрасно помнил, как тогда в конюшне, открывая свою боль единственному родному существу, судья искренне оплакивал своего брата. Конь тогда клал ему на плечо свою голову в знак сочувствия, а затем нежно лизал в щеки чувствуя на языке привкус соленой влаги. Девушка и сама невольно заволновалась. Снежок, переминавшись с ноги на ногу, с тоской опустился на соломенную подстилку и грустно тихо заржал. Эсмеральда невольно почувствовала себя виноватой. С ее стороны ведь это был необдуманный поступок, спрашивать о причинах, побудивших судью так поступать по отношению к ее народу - ведь танцовщица ничего не знала о прошлом Фролло. Она всегда считала, что истребление цыган было всегда для него первоначальной целью, и ненавидел он их практически за просто так. Фактически она даже считала, что Клод родился с этой мыслью, а уж сколько в детстве она наслушалась от взрослых баек об этом бессердечном человеке. Но это ведь лишь слова, разве может она судить о том, кого знает лишь только то, что он судья и истребляет цыган, она ведь никогда не думала, что есть и вторая сторона "жестокого слуги правосудия". Эсмеральда вспомнила, какие эмоции отразились на его лице: мука, боль, тоска... Цыганка попала своим вопросом точно в цель, содрав корку и открыв для себя его шрамы и старые раны. Снежок уткнулся носом в шляпу хозяина и затих. Джали пару минут просто мялась рядом, после чего медленно приблизилась к коню, улеглась рядом с его шеей и ткнулась носом в морду Снежка. Тот скосил на козочку усталый грустный взгляд и фыркнул. Эсмеральда вздохнула. Зря она вообще ту тему подняла… - Сестренка, я принес… Опа… - Клопен зашел в стойло, держа в руках небольшой ящик со щетками, расческами и скребками. Увидев, что конь мертвого судьи «скулит» в углу над шапероном, а козочка Эсмеральды пытается его успокоить, Клопен невольно подумал, что начал сходить с ума. – Я что-то пропустил? - Нет… Просто… Снежку нужно время, чтобы привыкнуть и… - Снежок? – прыснул со смеху цыган, за что получил тычок под ребра острым локотком сестрицы. Танцовщица забрала из рук барона ящик. – Прости-прости… Сама имя выдумала или кто подсказал? Только подумать! Снежок! Для такой-то махины! - Это имя дал ему прежний хозяин. - Звучит весьма иронично, - произнес Клопен, выразительно взглянув на черную блестящую шкуру скакуна. - А он твою Джали не задавит? Джали лишь угрожающе мекнула и тихо лизнула скакуна в морду, словно говоря: "Все будет хорошо, хозяин скоро придет". Конь нехотя взглянул на козочку и тихо фыркнул, даже не поворачиваясь к Клопену. Сейчас Снежок хотел только одного: побыть наедине с собой или просто убежать отсюда, искать своего любимого хозяина, пусть он и призрак, но дороже чем судья у Снежка не было существа. - Похоже, плохо ему без своего хозяина, - произнес серьезно Клопен поворачиваясь к Эсмеральде. – Кстати, сестричка, может расскажешь, как же ты умудрилась эту черную одичавшую зверюгу приручить? Очаровала его небось, или подкупила? - Твое б красноречие да в благие цели, Клопен. – Эсмеральда посмотрела, что принес барон, и подумала: когда вернется Фролло, нужно будет не только попросить Снежка постоять какое-то время, чтобы почистить его, но и извиниться перед судьей за то, что полезла с расспросами не в свое дело. Клопен постоял, понаблюдал немного за сестрицей. Разглядел скакуна, пробормотал что-то вроде: «Жаль, что скотина-то судейская… Прекрасный конь…» Почесал затылок, сбив шляпу на бок, вздохнул и, пожелав Эсмеральде удачи с дальнейшим приручением Снежка, удалился успокаивать сожителей. Большинство цыган, услыхав о том, что за зверюгу танцовщица привела во Двор Чудес, так и норовили сунуть свои любопытные носы в новоявленное стойло. Лишь страх перед черным зверем, в любой момент способным выйти из-под контроля, заставляла зевак держаться у ближайшего шатра и ждать новостей от барона, которого, судя по всему, инстинкт самосохранения обошел стороной. Эсмеральда провела Клопена задумчивым взглядом и вернула внимание к Снежку. Поглаживая коня по спутавшейся гриве, цыганка невольно напевала себе под нос старую песенку-колыбельную. Самой танцовщице она часто помогала преодолеть тяжелые времена. Снежок так и не заснул. Фролло вернулся во Двор Чудес, когда снаружи уже начало заходить солнце, и большинство цыган – да и горожан Парижа – забились в дома. В убежище вольного народа стало шумно. Любопытные носы больше не показывались из-за повозки – конь судьи не демонстрировал агрессии, да и вообще не делал ничего в целом, а значит и наблюдать за ним было не интересно. Судья, убедившись, что ни детей, ни собак с кошками поблизости нет, скользнул через стену к стойлу. Его взору открылась весьма странная картина. Похоже девчонка не пошла сегодня спать. Эсмеральда сидела на соломе и тихо что-то напевала, успокаивая коня, который с тоской прикрыл глаза и лишь прижался сильнее к танцовщице. - Ну что же ты дружок, - ласково шепнула Эсмеральда, поглаживая Снежка. - Я все понимаю, но он скоро вернется. Конь лишь раздраженно мотнул головой. "Изображает из себя бедного-несчастного, как же иначе" - фыркнул судья. Что уж тут говорить, ему было завидно что Снежку досталось все внимание цыганки. - Не было от силы полдня, а меня уже заново похоронить успели? – решив побыстрее прекратить весь этот фарс, судья вышел из тени. Снежок тут же встрепенулся, заржал и резво поднялся на ноги. Прискакивая на месте, он по привычке попытался снова ткнуться мордой в плечо хозяина. На этот раз Фролло ничего не сказал коню, а просто коснулся полупрозрачной рукой шеи зверя. Едва-едва ощутимое касание – и Снежок радостно заржал. - Он очень скучал по тебе. Фролло посмотрел на танцовщицу: - В мое отсутствие он стал...немного пугливым. - В том, что он переживает за тебя, нет ничего странного или постыдного! – Эсмеральда сложила на груди руки и сверкнула изумрудными глазами. Клод пару раз глубоко вздохнул. На балконе собора у него было время подумать и успокоиться, но неприятный осадок все еще сидел где-то в горле… Еще и эта забота, направленная совершенно не на него. - Я… Хотела извиниться. – послышалось от цыганки, и Фролло удивленно выглянул из-за головы Снежка. Тонкая черная бровь медленно поползла вверх. – За то…что сказала перед твоим уходом. Мне не стоило лезть с вопросами, ответы на которые меня не касаются. За это и прошу прощения. Эсмеральда виновато опустила голову. Она действительно чувствовала себя вывалянной в смоле. Такой липкой и противной. Раньше бы она никогда не стала так унижаться перед таким низким и гнусным человеком, как судья, но сейчас то, что произошло днем, заставило ее невольно признать, что она не должна была судить книгу по обложке, не зная ее содержимого. Танцовщица вздрогнула от прикосновения. Снежок, мягко коснувшись руки Эсмеральды мордой, взглянул на нее, словно одобряя ее выбор, и снова прижался к хозяину, который лишь покачал головой, но промолчал. Фролло видел Эсмеральду всякой: радостной, заплаканной, гневной, но такой...покорной. Такого никогда не было - Посмотри мне в глаза. - произнес устало Фролло. – И послушай, что я тебе скажу, - услышала цыганка голос судьи, мягкий и бархатистый. - Даже если бы я мог удовлетворить твое любопытство, тебе вряд ли бы понравилась эта история. Эсмеральда кивнула, но на лице ее все равно были вина и скорбь. Фролло вглядывался в лицо некогда смутьянки. Такая же прекрасная, как и на Дне Дураков, но…повзрослевшая… Интересно, а если бы до его смерти и сам судья, и эта девушка вели себя так, как сейчас, что бы изменилось? Снежок нетерпеливо снова ткнулся носом в плечо. Клод кивнул своему питомцу и со вздохом сказал: - Забудь об этом. Это больше…не важно… - Ме-е-е! – Джали подпрыгнула под ногами призрака. Она уже не боялась. Ведь и правда, чего бояться призрака? А его коня тем более – Снежок был покладистым, когда рядом Фролло, и тихим смеренным без него. Пытаясь прервать эту нелепую напряженную тишину, повисшую между ними, Эсмеральда подбежала к ящику, вытащила оттуда пару щеток, снова обернулась и с улыбкой спросила у Фролло: - Постоишь рядом с ним? Снежка нужно почистить и расчесать. Судья кивнул и попытался улыбнуться в ответ. Коза под ногами заблеяла и сделала несколько кругов вокруг собственной оси. Пока Фролло пытался понять, какие дьявольские ритуалы решила устроить это животное, Эсмеральда, увидев его выражение лица, громко засмеялась. - Это она так радуется, что все хорошо. - Ме-е-е-е! - в подтверждении слов хозяйки козочка принялась ласкаться и тереться золочеными рожками о ее руку. Фролло кивнул и посмотрел на Снежка. Тот нетерпеливо фыркнул и забил копытом, ревностно потряхивая гривой, словно говоря, что он, как и любой конь, обожает, когда его чешут. Судья лишь цокнул языком и аккуратно погладил Снежка по морде. - Не бойся, - шепнул судья цыганке. - Если он почувствует, что ты не причинишь ему боль, он расслабится и будет получать удовольствие. Хотя и чрезмерно баловать я бы тоже его не советовал. Начни с шеи. Если он будет видеть, что ты делаешь, это его успокоит. Эсмеральда кивнула. Объяснял, как обходится с лошадью, Фролло многим лучше Клопена. Последний знал об уходе за четвероногими скакунами от других и редко занимался подобным сам, а Фролло лично ухаживал за Снежком почти каждый день. Цыганка сделала, как велел Фролло. Встала рядом с ним, – судья продолжал едва-едва поглаживать питомца, - и опустила на жесткую шерсть щетку. Сперва нужно было почистить самого коня, а после заняться гривой и хвостом. Снежок ударил по земле задним копытом и выпустил из ноздрей пар. Эсмеральда шумно выдохнула в унисон и мягко опустила щетку на жесткую шерсть. Танцовщица действовала аккуратно, медленно, тщательно вычесывая даже самые мелкие песчинки. Снежок сперва стоял весь напряженный и лишь со временем немного расслабился, вытянул шею и мотнул головой, показывая, что ему нравится такое обращение. Фролло не отходил. Его питомец был не только очень послушным, но и наедине с ним достаточно хулиганистым. И сам судья не знал, что может учудить его конь, если слишком развеселится. Эсмеральда в очередной раз засмеялась, когда Снежок потянулся к ней, дабы облизать ей руки или лицо, но Фролло шикнул на питомца, говоря: "Потом мальчик, все потом." Наблюдая за тем, как девушка с какой- то странной нежностью расчесывает коня, Фролло невольно почувствовал, что опять отчаянно завидует своему же коню. Тот на удивление быстро привык к девчонке – она о нем позаботится. Но если бы самому Фролло удалось укротить эту цыганку... - Насколько я понимаю у тебя была до Снежка лошадь - произнес тихо Клод, прерывая тишину, нарушаемую лишь легким шорохом щетки. - Я время от времени приглядывала за лошадьми здесь. Только приглядывала. Иногда чесала и кормила, но ездить… Уж увольте, наездница из меня так себе. Держусь в седле только на честном слове. – отозвалась Эсмеральда, и Фролло прыснул со смеху. На честном слове, как же. - Будь все действительно так, Снежок даже против моего приказа пытался бы тебя хоть как-то да скинуть. Лошади чувствуют, кто и как с ними обходится, как на них ездит. – конь фыркнул в знак согласия, и Фролло продолжил: - Конечно, пока боялась, это доставляло Снежку некоторые неудобства, но, думаю, когда сядешь на него снова, езда доставит удовольствие вам обоим. Закончив говорить, Фролло прикрыл глаза. Чудовищной волной накатила грусть – он сам больше никогда не сможет оседлать Снежка. - Так… Готово… Теперь грива… - Эсмеральда была слишком занята расчесыванием коня, чтобы заметить, что Фролло уже совсем раскис. И до встречи на балконе собора он не особо радовался своему состоянию, а после того, как всего день провел без погонь и взаимных попыток друг друга изничтожить рядом с Эсмеральдой, да еще и коня вернул, в душе стало совсем гадко… Раньше он что-то, да мог сделать, но был ослеплен ненавистью, властью и желанием. Сейчас осталось лишь желание, а возможности как-то продемонстрировать свои чувства нет. - Ме-е-е! - услышал Фролло у себя за спиной. Джали стояла рядом и с интересом рассматривала судью, но тот лишь рассеяно погладил животину по рожкам и тяжело вздохнул. - Тебе повезло с хозяйкой. - тихо шепнул Клод, глядя на Эсмеральду. Джали, почти не почувствовавшая прикосновения призрачной ладони, дернула ухом. Ласковая улыбка танцовщиц, ее звонкий смех, сияющие изумрудные очи... Сейчас они причиняют Фролло куда большее страдание, чем раньше. У него нет права на нее…и вряд ли когда-нибудь было. Снежок между тем заметил исчезновение хозяина, нетерпеливо взмахнул гривой и топнул копытом, но от цыганки не отстранился. Ему было так лень куда-то идти, а расчесывала его Эсмеральда тщательно, и Снежок невольно признался себе, что ему очень нравятся ее прикосновения. Может…не так уж эта девчонка и плоха. Можно попробовать довериться, тем более…хозяин же рядом… Закончив причесывать Снежка, Эсмеральда довольно вздохнула, придирчиво осмотрела свою работу и, легко похлопав коня по шее, сказала: - Все! Красавец! Еще морковки хочешь? Снежок отрицательно мотнул головой, и цыганка, поджав губы, задумалась: «Если не угощение, то что?» Конь посмотрел на хозяина, и тот, прекрасно зная, как горят глаза скакуна при том или ином желании, фыркнул: - Ну, нет, приятель. Хочешь поднять на уши весь Двор Чудес? Это тебе не пустой загон. Завтра будешь веселится. Конь нетерпеливо начал приплясывать на месте. Эсмеральда, сначала не понимающая, о чем говорит Фролло, быстро догадалась, чего хотел Снежок. Но было и правда уже поздно для того, чтобы позволять животному бегать даже по кругу. Снежок конь мощный и каждый его шаг эхом будет разносится по двору, а если конь еще и бежать начнет, от его скачков затрясется пол. - Сегодня тебе нужно отоспаться, Снежок. – сказала Эсмеральда в поддержку слов судьи, когда конь умоляюще взглянул на танцовщицу. Вот, что Фролло имел ввиду, когда говорил, что его не стоит баловать… Снежок уже пытался чуть-чуть да манипулировать цыганкой. Осознав, что ни хозяин, ни эта человеческая девчонка ему спуску не дадут этим вечером, Снежок тряхнул головой и поплелся обратно в свой угол. Джали, подпрыгивая, побежала следом. Фролло, усмехнувшись посмотрел на устроившихся рядом друг с другом животных. Миниатюрная козочка улеглась у передних ног мощного скакуна, но тот даже бровью не повел лишь тихо фыркнул и прикрыл глаза. Конечно, коню не очень нравилось такое соседство, но жаловаться ему теперь уж точно не на что. Хотя сегодня был трудный день как для него, так и для его хозяина. Взгляд судьи снова скользнул по фигурке цыганки. Та сидела на сене, отдыхая после тяжелой работы. Обняв руками колени, девушка склонила голову себе на плечо, и Фролло содрогнулся увидев, как совсем случайно ее простенькое платьице чуть задралось, обнажив стройные, словно у лани, ножки, что так и манили судью коснуться их. Наверняка они очень гладкие и... Судья Фролло где же твоя совесть? Вымерла…вместе с динозаврами… "Святая Мария, защити меня от этого греха, - невольно шепнул Клод про себя и с трудом заставил себя отвести взгляд от красавицы-цыганки. - У меня нет права взять ее и никогда не было». Даже смерть не лишила Фролло этой болезненной страсти. Образ Эсмеральды - идол и символ его тайного поклонения. Он ненавидел ее и вместе с этим пылал адским пламенем чувств. А затем ненависть сменилась на желание, а презрение – на благоговение. Он был готов сам взойти на костер, чтобы гореть, но полу призрачное существование теперь казалось ему еще более сильной мукой…