Ритм любви

Где Юри и Виктору стало комфортнее быть партнёрами в танцах на льду… а затем Виктор падает. ______________________________________________ Прошли недели, и Юри обнаружил, что ему стало более комфортно отрабатывать программу с Виктором. Они могли делать растяжку, а затем просто кататься вдвоём в оставшееся от тренировки время. Чаще всего Виктор показывал Юри способы оставаться в синхронности с ним, и Юри очень любил это. Он понял, что любит танцевать с Виктором на льду. Их союз, чувство единения… это было изумительно. И намного интимнее, чем он мог бы признать. Конечно, родители Юри были в абсолютном неведении. Его мать задавала кучу вопросов, но, похоже, она купилась на историю с репетиторством. Отец же никогда ничего не спрашивал, и не только об этом, правда… он тихо наблюдал, улыбаясь, когда Юри восторгался Виктором. (Иногда он всё же делал это. (Ладно, чаще, чем иногда.)) Однако Юри всегда контролировал, чтобы правда никогда не стала явью, предусмотрительно избегая упоминаний танцев и катания во время рассказов. Где-то за месяц с небольшим до состязания, в начале декабря, Виктор упал. Запыхавшийся Юри стоял в углу катка, делая огромные глотки воды из бутылки. Они работали, в частности, над дорожкой шагов, так как Виктор хотел оставить минимум одновременных прыжков из-за риска их столкновения друг с другом. Виктор продолжал работать над программой, и когда Юри повернулся к нему, собираясь прыгнуть тройной аксель, сильно прижав руки к своей груди… Глаза широко раскрылись. Юри увидел, как качнулась стопа Виктора. Вместо того, чтобы грациозно приземлиться на ноги, Виктор упал на бок. Его голова столкнулась со льдом, издав звук, заставивший всё внутри Юри сжаться. Виктор катился, катился… и всё ещё продолжал. — Виктор, — вздохнул Юри. Бутылка выпала из его рук. Он вцепился в бок своего наставника. — Виктор, — повторил он хриплым голосом, как только упал на свои колени. Он схватил Виктора за плечи и перевернул на спину… Ничего не выражавшее лицо Виктора, было самым пугающим из того, что Юри доводилось когда-либо увидеть за всю его жизнь. Юри стянул перчатку и пощупал пульс в шее Виктора. Его сердце начало снова биться только после того, как он нашёл его: размеренный и устойчивый, сильный, как и сам Виктор. — Ух… — брови Виктора сошлись вместе, но он не открывал глаза. — Виктор? — Ох… ч… что… что сл… Дрожа, Юри встал. Он забрал куртку Виктора и потащил его по льду. Это потребовало некоторых усилий, но он смог поднять Виктора на скамью. Юри оттряхнул куртку, сложил её и положил под голову Виктора. Затем он помчался за своим телефоном и набрал номер- «Кому мне следует позвонить?» Не родителям, они будут волноваться (не упоминая ещё и то, что тогда Юри придётся очень многое объяснять) И не школьным друзьям (удивительно, что никто чудом не прознал об их недавних победах). В конце концов, Юри трясущимися руками убрал телефон. Он подошёл к начавшему шевелиться Виктору. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Юри, приземляясь рядом с ним на колени. — Угх… как будто я… сильно упал… — простонал Виктор и открыл один глаз. — Что… произошло? — Наверно, ты поскользнулся, — вздрогнул Юри. — Я унёс тебя со льда. — Ты… нёс меня на руках?.. — Не настолько романтично, — сказал Юри. — Скорее, притащил. Виктор полностью открыл глаза и начал садиться. — Нам нужно вернуться– Юри встал и толкнул его плечи вниз. — Подожди. Оставайся здесь. Когда ты сможешь идти, я провожу тебя до больницы. — Нет-нет, всё н- — Виктор, если ты хочешь сказать, что всё нормально, то я убью тебя, — цокнул Юри. — Судя по тому, что я вижу, у тебя может быть сострясение, причём сильное. Я не буду кататься с тобой, пока мы не отведём тебя на обследование. — Хорошо, — сказал Виктор, закрывая глаза. — Я бы не хотел случайно столкнуться с тобой и навредить тебе. — Да не поэтому! — воскликнул Юри, сжав руки в кулаки. — Я беспокоюсь о тебе! — Интересно, сможем ли мы всё ещё танцевать… Юри вздохнул: — Сейчас не это главное. — Именно это, — Виктор опёрся на руку Юри. — Вот, мне уже лучше. Я могу идти. Подняв куртку со скамьи, Юри перекинул руку Виктора через своё плечо. Виктор тяжело опирался на Юри, но не мог сдержать смеха: — Ох, Юри, разве нам не нужно идти вперёд? — Виктор!.. Он просто рассмеялся. ~ — Это сотрясение, верно, но не слишком серьёзное, — сказал доктор, убирая стетоскоп с груди Виктора. — Как, вы говорите, он получил травму? — Мы фигуристы, — объяснил Юри. — Он упал на бок, и я увидел, как он ударился об лёд головой. Доктор кивнул: — Я не буду делать осмотр, но, думаю, у него есть синяки. Тут поможет гель арники, но лучшее лекарство — время. — Что насчёт катания? — Виктор придвинулся к столу. — Когда я смогу вернуться на лёд? — Приходите через две недели, и я посмотрю по вашему состоянию, — доктор поправил очки. — Будьте осторожны, и до тех пор никаких нагрузок. — Но- — Доктор прав, Виктор, — сказал Юри. — Если мы хотим, чтобы ты мог выступать, нам стоит быть осторожными и не допустить получения новой травмы. Виктор вздохнул: — Думаю, ты прав… Затем на его лице появился дьявольский блеск. «О нет, — подумал Юри, вжавшись в сиденье. — Это лицо»… Доктор вышел из кабинета, бормоча что-то про бумажную работу, и Виктор рукой подозвал Юри к себе. Он шагнул вперёд. — Юри, — Виктор поместил свои руки на его плечи и соединил их, сжав руки в замок, подвинув Юри ближе к себе. Юри сдержал румянец и отвернулся. — Хэй, Ю-у-у-ури, — пропел Виктор. Когда Юри поднял взгляд и встретился со взглядом Виктора, его сердце забилось сильнее. Синева его глаз, казалось, сжигает его. — Итак… Как насчёт того, чтобы ты исполнял ведущую роль в танце? Юри почувствовал, что он, в таком случае, сделал бы всё, о чем его попросит Виктор.