Plots, Shocks and Romance

Риз выпрямился и чуть наклонился назад, придерживая ноющую поясницу. Еще на рассвете он вышел помогать крестьянам, чтобы заработать хоть немного золота. Деревушка, в которой он остановился, состояла лишь из пяти домов, окруженных плетеной изгородью, и полуразрушенной мукомольни. Эти дни, что он здесь провел, окружающий пейзаж не менялся ни на минуту — с утра небо застилала густая поволока грязно-белых облаков, за которой прятался будто бы выгоревший солнечный диск. Солнце не грело вообще, только наблюдало сверху за иссохшимися, как здешняя почва, людьми, дни напролет ухаживающих за урожаем. Второй день Риз стучал мотыгой по твердой земле. Жители узнали его, стоило Ризу ступить на порог местной таверны. «Гостей у нас почти не бывает, а особенно таких как ты», — расплылась ему в улыбке хозяйка, показывая комнату. «Обращайся, если тебе понадобится что-то еще». Его вообще много где узнавали. Он много путешествовал, все эти годы странствий стараясь найти себе дом. Не тот, который он оставил, схватив первую попавшуюся сумку. А свой, настоящий, в который он захотел бы возвращаться снова. По пути он встречал множество людей, тех, кто просил помощь или с радостью предлагал свою. Риз никогда не отказывал. Так весть о парне, скитающимся с огромным заплечным мешком, облетела всю страну, начиная от одиноких лачуг посреди леса и заканчивая крупными городами. Очередное поселение, стоявшее на лысом холме посреди пустыря, встретило путешественника непрекращающимися сухими ветрами и по-своему завораживающим видом на неприветливые голые поля. Риз смотрел в даль, оперевшись на черенок. Впереди бежала старая каменная дорога, ведущая на юг, к морю, если верить стоящему указателю. На побережье находился древний портовый город, славившийся своей рыбой и красочными фестивалями. Именно туда Риз и собирался, оставалось только запастись припасами на недели пути, ради чего он, собственно, и помогал с урожаем. Его размышления прервала девушка, тронувшая Риза за плечо. Сильно смущаясь, она протянула ему кружку меда. «Под таким ветром можно легко простыть, а вы наверняка вспотели», — сказала она, засматриваясь как колышатся завязки на его холщовой рубахе. Риз поблагодарил ее, и девушка ушла. Ей было не больше 16. Миловидная, с копной светлых волос, выбивающихся из-под платка. Она помогала матери в таверне. Риз не раз замечал ее восхищенный взгляд, а затем густо алеющие щеки. Она не интересовала его. Ему встречалось много девушек. Всех парень считал одинаково привлекательными — и медноволосых торговок, и пышногрудых трактирщиц, и звонкоголосых лютнисток. Некоторые были готовы идти с ним, была даже та, что вызвала его на честный кулачный бой. Но все до единой были для Риза одинаковыми. Он любовался ими и восхищался, вспоминая тех снежных королев, ласково укрытых мехами, и придворных дам, одурманивавших его резкими ароматами духов. Не раз он встречал таких, отчего понимал, о ком слагали песни и баллады влюбленные барды и писатели. Однако ни одна из них не осталась в его памяти надолго, как не останется и эта белокурая помощница. Вдалеке послышался топот копыт. Риз подумал, что это очередной патрульный, поэтому даже не стал обращать внимание на звук, снова проваливаясь в свои далекие отсюда мысли. — Вот ты где! Я тебя повсюду ищу! — восторженный крик раздавался где-то совсем рядом, чем заставил Риза все же обернуться — Тебе просили кое-что передать, лично в руки, — невысокий юноша бежал в его сторону, попутно роясь в своей наплечной сумке. Запыхавшись, он наконец протянул Ризу письмо, плотно закрепленное алым сургучом, — письмо от короля! Риз повертел в руках плотный сверток, отпивая из кружки. Крестьяне отложили работу, наблюдая за происходящим — все ждали реакции. Ни разу еще никто не видел такого, ведь король был так далеко, что вряд ли догадывался об их существовании. Риз попросил гонца подержать мед, заодно ладонью предлагая отпить. На дорогой, шершавой бумаге аккуратными чернильными вензелями было написано приглашение. Видимо, даже сам король был наслышан о приключениях Риза, раз так торжественно приглашал его к себе в крепость, хотел увидеть вживую. Внизу стояла личная подпись. Риз еще раз быстро пробежался глазами по буквам. Внутри приятно растекалось тепло — то ли мед, то ли радость и интерес от происходящего. Выдавив из себя «ладно, мне пора», гонец вернул пустую кружку Ризу и отправился седлать лошадь, стоящую неподалеку. Королевский дворец стоял на северо-востоке — совсем в другой стороне от моря, куда парень держал путь. Не раздумывая, Риз откинул мотыгу в сторону, спешно направляясь в таверну — ему стоило обдумать кратчайший маршрут, ведь нельзя заставлять королей ждать. Ничто не могло сравниться с тем чувством, когда после многодневного пути, человек наконец видит то место, куда идет. Вот и тогда, Риз, рысцой проезжая вдоль сосновой рощи, увидел как в нескольких милях от него развевались контрастные желтые флагштоки. Въезжая в огромные каменные ворота, Риз моментально вернулся в юношество, в те дни, от которых он бежал с рюкзаком наперевес. Запахи, тысячи запахов смешались в один, который бывает только в крупных городах — это дым кузниц, канализационная вонь и пряные вкусы таверн. Конь медленно хлюпал по мокрым улицам, едва покрытых тонким слоем первого в этом году снега, верно шагая вверх, к замку. Риз смотрел на людей. Он был в столице единожды, и с тех пор ничего не изменилось. Жители сновали туда-сюда, опустив головы вниз. Вертлявые женщины приманивали покупателей к своей тележке со свежими овощами, тягающие на себе ведра с водой мужчины, дети, ведущие лошадей за узды. Никто не обращает внимание на проезжающих людей, привычно пряча взгляд в землю, а потом снова продолжая делать свое дело. Не то чтобы Риз хотел внимания к себе, вовсе нет. Просто эти люди казались ему загнанными, совсем как те кони в стойлах. Безразличные, привыкшие ко всему. Вблизи крепость казалась еще более неприступной. Риз быстро шел ко двору по мощеной дороге в окружении сопровождающей его охраны. Ни один факел, висевший на стенах, не мог согреть это место. От поместья веяло таким же крепким холодом, каким было строение. Риз посчитал, что летом здесь возможно не так угрюмо, но вспоминая о том, кто здесь хозяин, он передумал. О короле он читал только в книгах, да слышал по рассказам пьяных мужчин в кабаках. Вторым он предпочитал не верить. Несмотря на возраст — ему было за 40 — король Джек проявил себя как человек настойчивый и властный, как и подобает королю. Он способствовал объединению всех земель, укрепляя их могущество и силу. В других королевствах его знали как диктатора, предпочитая лишний раз не ввязываться с ним в войны, так как этот человек шел по головам. Джек был жестоким, можно сказать чересчур, все из-за нездоровой паранойи и других навязчивых идей. Плаха ждала любого, кого король подозревал в предательстве или измене. Поговаривают, что это он убил двоих своих жен, а не чахотка, как говорит официальная версия. Единственный человек, кого Джек держал при себе — его дочь, Ангел, придворный маг. Дворец встретил Риза более приветливо, чем погода снаружи. Тепло от огня, звон тарелок и приятный желто-оранжевый свет пламени были более дружелюбны, чем промозглый ветер и слякоть под ногами. Уже один, парень сбавил шаг, заходя в огромных размеров зал. Первое что бросалось в глаза — обеденный стол, который накрывали несколько женщин. Над ним висели три люстры, увешанные дорогими камнями и золотом, что придавало дополнительный блеск. Удивляла больше не дороговизна и богатство всей обстановки — это же королевский дворец — скорее объем и нескромные размеры, то, с каким размахом представлено внутреннее убранство. Пока Риз поражался увиденным, к нему успел подойти рыцарь, держа наготове меч. — Что ты еще здесь делаешь? Король принимает аудиенции до полудня. — Я прибыл по личному приглашению. — Конечно, а я тут одна из служанок, — мужчина наклонился ближе к лицу Риза, сколько ему позволяли доспехи, — проваливай отсюда, пока я тебе ребра не пересч… — Вильгельм, пропусти его. Когда те пьяные мужчины из таверны шутили над прозвищем «Красавчик», Риз тоже смеялся. Сейчас он понял, что к чему. Джек вышел откуда-то справа в сопровождении двух невысоких женщин — смуглой, с короткой стрижкой и в кожаной броне, и другой, бледной, с длинными темными волосами и в серой робе. Мужчина прошел к трону, стоявшему на пьедестале повыше обеденного стола, и не отрывая взгляда от Риза, сел. Вильгельм, повинуясь, тут же отпрянул от гостя и вернулся на свое место неподалеку от входных дверей. Риз пошел Джеку навстречу, сопровождаемый десятками глаз. Все, кто находились в зале, уставились на промокшего, грязного Риза. Даже служанки, вцепившись в фамильные тарелки, остановились на пороге кухни, боясь испортить эту сцену. Стоя перед королем, Риз не чувствовал волнения или страха, как любой другой человек на его месте. Его желудок сводило от голода, и приятный аромат с кухни только усиливал это чувство. — Я вижу, дорога была нелегкой. Ангел, проводи нашего гостя в его покои и дай чистую одежду. Скоро будем ужинать. Чего уж точно Риз не ожидал, так это того, что ему выделят собственные апартаменты, ничуть не уступающие остальному интерьеру. Комната на предпоследнем этаже с прекрасным видом на озеро, отражающее в себе яркое ночное небо, широкая кровать, пахнущее мылом и маслами белье — последний раз, Риз спал на такой далеко в детстве. Отдав парню одежду и полотенца, Ангел скромно улыбнулась и поспешила уйти, не успел Риз и поблагодарить ее. Он отметил, что она несильно похожа на отца, даже внешне. Постоянно смотрящая в пол, она больше напоминала монашку, хотя Риз видел даже более раскованных монахинь. Внизу его уже ждали. Король, как ему и полагалось, сидел во главе накрытого стола, по правую руку сидела дочь. Остальные сидели поодаль, специально отсев на два места дальше. Ризу было уготовлено место напротив короля. Увидев сколько яств стоит перед ним, желудок издал протяжный вой, на что обернулись все, кто только мог. Джек же только хмыкнул, прося кухарок наложить гостю всего и побольше, дабы он ни в чем не нуждался. Запеченные перепела в кисло-сладком соусе из ягод и трав, подаваемые с тушеными овощами и зеленью, несколько сортов домашних сыров и свежевыпеченный хлеб, рагу из крольчатины с чечевицей и диким рисом, пирожки с мясом, яйцами и овощами, пряное вино и имбирный эль — от такого изобилия у Риза кружилась голова. Не успевал он доесть одно, как тарелки уносили, заменяя чем-то другим. Он наелся очень быстро, вместо противного спазма чувствуя внутри тяжесть и насыщение, но не мог остановиться. Риз ел как в последний раз, заедая одно другим, совсем не замечая ничего вокруг. — Риз, не торопись, за тобой никто не гонится, — Джек в упор смотрел на парня, вытирая салфеткой руки, — ты не брал с собой в дорогу еду? Откуда ты ехал? — С юга, я был на пути к морю, — Риз старался быстрее проглотить ком еды, — не подрасчитал время в дороге, Ваше Величество. — Что вело тебя к морю? — Ничего, просто никогда его не видел, хотел посмотреть. Джек поднял глаза и попросил подлить ему еще вина. Он выглядел озадаченным, хотя старался не подавать виду. — Ты из знатной семьи, верно? — король вновь привычно приподнял брови. — Откуда вы знаете? — Я наслышан о тебе, — Риз напрягся на этих словах, ведь из дома он сбежал много лет назад, и упоминать об этом он не спешил. Королю было что-то нужно от него. — Почему вы пригласили меня? — О тебе говорят больше, чем обо мне. Тебя ставят в пример детям. Некоторые считают, что ты мифический персонаж. Как тролль, например, — Джек говорил это спокойно, хотя внутри закипало бешенство. Непонимание. — Тролли не мифические персонажи, Ваше Величество, — внутри Риза закипала разве что размеренность и легкая сонливость от плотной трапезы. Ответ короля успокоил его. Остаток вечера прошел в тишине. Балконы — чудеснейшее изобретение. Риз подумал об этом, стоя босыми ногами на каменному полу и задрав голову к ночному небу. Звезды, как бриллианты и алмазы рассыпанные по бархату. Как те камни, что украшали наряд короля. Как мелкие сверкающие заколки, украшающие волосы Ангел. Легкое дуновение ветра колыхнуло его длинную сорочку, и Риз вспомнил как девушка шелестела плотным подолом робы. От нее пахло соленым и мылом, так же, как и от Риза сейчас. Чистотой и домом. Позади послышались шаги и парень обернулся. — Ваше Величество? — Не надо. Джек в точно такой же ночной сорочке, какая была на Ризе, подошел к нему и встал рядом, оперевшись руками о камень. В свете луны, без парчовых тканей и вычурных нарядов, он казался совсем другим. — Зачем вы пришли? — Риз говорил почти шепотом, всматриваясь в его лицо. — Когда ты предстал передо мной, ты не был напуган. Я не увидел ни одной эмоции на твоем лице. Это удивило меня. — Я видел множество людей, но человека, которому придерживают полы плаща, когда он идет, я вижу впервые. Я вас не знаю. — Сколько тебе лет было, когда ты ушел из дома? Четырнадцать? — Джек усмехнулся такой легкости, с которой с ним говорил Риз, — Неужели родители не научили тебя общению с титулованными людьми? Риз посмотрел куда-то сквозь него, чуть приопустив ресницы. Ему тогда было далеко не четырнадцать. — Вы пришли говорить не о моей семье, — скорее утвердительно ответил Риз, — зачем? — Я слышал много… историй о тебе, — даже в темноте парень чувствовал, как Джек прожигает его взглядом, — хочу предложить тебе титул и поместье неподалеку. — Вы поверите человеку, зная его по историям? — Ты нравишься мне все больше и больше, — Джек сказал это как-то громко, словно зная, что Риз так ответит. Выдержав паузу, Риз произнес: — Мне это не интересно. Джек чуть накренил голову вбок. Его уже не сильно интересовали мотивы этого парня, что-то другое заплясало у него во взгляде. — А что тебе интересно? — Мир, — Риз мечтательно прошептал это, поднимая голову к небу. Джек сделал шаг навстречу, подходя почти впритык. Он впился глазами в белую шею парня, от него исходил приятный жар. — Я им управляю, — прошептал мужчина Ризу на ухо.