Проброс.

- Переспрошу еще раз: ты уверена, что тебя нужно высадить прямо здесь? - Именно так, командир. В указанной точке, в указанное время, на высоте трехсот футов. Откройте бортовой люк, и я сойду. - На тебе даже нет гравитационного пояса! - Это уже мои проблемы, командир. И мне казалось, что в Ми-пять вопросов лишних не задают. - А я к этим пиджакам не отношусь никак, я вообще на полицию работаю. Начальство сдернуло с дежурства и сказало - бери машину, забери в штаб-квартире пассажиров и высади, где скажут. Но знаешь, что-то это подставой пахнет... выкидывать Трейсер из гравилета по указке Ми-пять, с которыми, как я помню, у вас не все терки улажены. - О, так вы меня знаете?! - Да кто ж тебя не знает... - пробурчал пилот и покосился на пассажирку в кресле второго пилота.       Пассажирка производила двоякое впечатление: с одной стороны, яркие кроссовки, обтягивающие леггинсы, растрепанная прическа и озорство, которое проявлялось в каждом ее действии. С другой стороны - легкая штурмовая разгрузка с запасными батареями для импульсного пистолета-пулемета и ножом, сам пистолет пулемет, и палец, как влитой, упершийся в предохранительную скобу спускового крючка. Казалось, руки жили отдельной жизнью от нее самой - их движения были точны, выверены и не поддавались эмоциональным порывам, которые прямо таки излучала девушка. За спиной в деформирующейся обивке кресла утонул еще объемный квантовый передатчик, который эта особа носила на манер рюкзака. Огромные (по отношению к ее голове) пилотские наушники прижимали буйство ее прически, а ремень крест-накрест удерживал девушку в кресле. Он же закрывал какой-то источник голубого света, пробивавшийся сквозь майку и щели в разгрузке. - И вы наверняка знаете, что я могу? - Ну типа, ты что-то со временем странное мутишь... я не вникал так-то. - Именно, со временем. Нас не пишут? - Это машина, как ты видишь, без опознавательных знаков для особых случаев, которые бы не хотелось предавать огласке. Все, что может писать - из ее конструкции изъято. - Ну так вот... земля вращается, здорово же, правда?! И секунду спустя на том же месте будет крыша здания, на котором мне нужно высадиться. Выйдя, я просто метнусь на секунду вперед и оппа! - я на месте. - Ага... но ведь земля не только вращается, но и по орбите вокруг солнца летит. Оппа! - и ты в вакууме. Или в ядре земли. - Я в первый раз, когда такое проворачивала, так же думала. Время сильно зависит от больших масс, привязано к ним и течет относительно них же. Земля меня просто так не отпустит. Даже этот фокус - не такой простой, сложно расчитывать смещение относительно вращения Земли. - Хорошо, убедила. Впрочем, я бы и так тебя выкинул, приказ есть приказ. - Ээй! - с деланной обидой возмутилась девушка. - Мы приближаемся к точке. У тебя есть еще пять минут до высадки. - Окей, командир.       Девушка отстегнула замок ременной системы (ремни втянулись), сняла наушники и закрепила их на подголовнике кресла. Поправила небольшой пистолет-пулемет, который был притянут ремнем к груди, встала с кресла и протиснулась в небольшой пустой пассажирский отсек.        Пилот тем временем, снижая скорость, аккуратно приближал машину к указанной точке в пространстве. Сделав это, он переключил автопилот в режим автоудерживания, оглянулся в пассажирский отсек, намереваясь ляпнуть что нибудь ободряющее, но, увидев пассажирку, сидевшую в позе лотоса на одном из сидений и полуприкрывшую глаза, отказался от этого намерения. Он возил бойцов разных специальных подразделений на задания и раньше - некоторые использовали время перелета, чтобы настроиться на... работу.       Поэтому вместо болтовни он начал обозревать окружающий пейзаж. Было десять часов вечера, под машиной протянулись змеи автострад, по которым разреженным потоком двигались гравимобили. Недалеко на земле он увидел несколько полицейских пикетов, перекрывших некоторые артерии города и выделявшихся на фоне всего остального пространства маячками, по кругу высвечивающими землю, машины, здания. Сверху они казались лишь игрушками.       Время подошло. Пилот включил громкую связь с пассажирским отсеком. - Время. Тридцать секунд до высадки. Открываю левую дверь.       Дверь с легким шипением отошла. В кабине стало чуть больше низкочастотного гула, который производили гравитационные эмиттеры при работе. Пилот оглянулся в салон. Девушка уже сменила позу лотоса на более прозаичную, спустив ноги на пол. Затем подняла глаза на пилота и улыбнулась. Встала, повернулась напротив открытой двери, уперлась руками в стену справа и слева от двери. - Десять секунд до высадки.       Девушка уперла согнутую в колене правую ногу в пол, как будто была на соревнованиях по бегу. Немного покачалась в этой позе вперед-назад, разминая ноги и готовясь к прыжку. -Три... два... один... ПОШЛА! - рявкнул пилот.       Трейсер резко убрала руки от переборок, оттолкнулась согнутой ногой от пола, выпрыгнула из слегка покачнувшейся машины и... исчезла в яркой вспышке.       Пилот моргнул глазами. Затем снял машину с режима автопилота и повел ее на базу.       «Надо было хоть автограф для дочки попросить...» - подумалось ему напоследок.

***

      Трейсер материализовалась прямо на крыше исследовательского центра, отстоявшего от точки выброски в трехстах метрах. Точнее, появилась она в трех метрах над ней, пролетела рыбкой оставшееся расстояние, коснулась руками поверхности крыши и погасила инерцию падения в кувырке, перекатившись в том числе через угловатую коробку квантового передатчика у неё за спиной. - АЧчччерт...       Ей предлагали и более удобные и более компактные средства связи, чем эта двухкилограммовая махина, но при всех своих недостатках? эти устройства, работающие на принципе квантовой запутанности, обладали одним неоспоримым достоинством:       Они ничего не излучали.       Не было такого сканера, который бы мог обнаружить их работу по излучаемым этим передатчиком волнам, не было таких устройств, что могли перехватить передаваемый между устройствами поток, что позволяло скрывать сам факт связи. - Это я. Высадилась. Продвигаюсь в помещение. - Понял. Предположительно, они в серверной. Твоя задача - только разведка, - донесся искаженный, но узнаваемый голос Уинстона. - Принято.       Крыша представляла из себя посадочную площадку для приземления гравилетов, над ее поверхностью возвышалась лишь небольшая будка с двумя дверьми - лифта и технической лестницы. Трейсер двинулась ко второй. Подойдя, она покопалась в одном из карманов разгрузки, извлекла оттуда карточку доступа, приложила к замку и дождалась, когда тот щелкнет. Затем повернула ручку и вошла.       Глазам не пришлось привыкать к яркому свету - лестница была освещена лишь тусклыми автономными аварийными светильниками, которые давали ровно столько света, чтобы не потерять во тьме собственные ноги, и ни люменом больше.       Девушке нужно было на десятый этаж. Это двадцать лестничных пролетов вниз. Вздохнув, она взяла пистолет-пулемет наизготовку и начала осторожный спуск.       Каждый пролет был похож на предыдущий. Выходы в основное помещение каждого этажа были закрыты тяжелой взрывозащищенной дверью. Стояла тишина, и она напрягала больше, чем какой-либо шум.       Вот и десятый этаж. Лена, упирая пистолет-пулемет прикладом в плечо правой рукой, левой достала ключ-карту и прикоснулась ей к замку двери. Дверь щелкнула и отворилась. Лена зашла на серверный этаж.       Тут свет горел, но тоже было очень тихо. Люди из Ми-пять, проводившие инструктаж, сказали, что сегодня у института был выходной день и персонала в нем было по минимуму, поэтому тишина была не такой пугающей.       Стандартные офисные коридоры, расцветка стен стилизована под дерево. Где-то метрах в двадцати по коридору мигает свет. Лена, пригнувшись, медленно пошла в сторону мигания, не забывая оглядывать все вокруг и запоминать.       На перекрестке коридоров ее ждало тело охранника. Лена присела на колено рядом с ним и на всякий случай проверила пульс: труп. Впрочем, это было и так очевидно судя по огромной вмятине в груди. Человек на такое неспособен. Судя по всему, удар поднял его в воздух, где он ударился об потолок, повредив часть светильников и грохнулся на пол, где и остался в мигающем свете поврежденных осветительных приборов. - Нашла тело. Охранник. Мертв. Механические повреждения. - Принято. Осмотри помещения, доложи и возвращайся.       Лена поднялась и пошла дальше по коридору, где виднелась одна приоткрытая дверь. Девушка очень тихо подошла к ней, убедилась в том, что замок на двери сломан и заглянула внутрь.       Длинное помещение,метров десять длинной, справа и слева - серверные стойки, по потолку проброшены технические коммуникации. Все перемигивает огоньками индикации, а в дальнем конце помещения...       В дальнем конце помещения спиной к Лене стоял один из захватчиков, из тех двоих в рабочих комбинезонах и кепке. Девушка не видела, что он делает, но несколько проводов выходило из его затылка (дополненного металлической пластиной с разъемами) и шли на какое-то устройство перед ним, которое Лена не видела. Лена пронаблюдала за ним около секунды, отошла, не сказав ничего по рации, дабы быть полностью уверенной, что человек в аппаратной комнате ее не услышит. Отвернулась, вдохнула, дабы прошептать о находке в микрофон.       И увидела второго.       Тот стоял в конце коридора, лицом к ней, наклонив голову так, что край кепки скрывал глаза. Лена вскинула свой пистолет-пулемет, уперла его прикладом в плечо, направила ствол на незнакомца и замерла.       Человек медленно поднял голову. Лена усмехнулась: - Эй, малыш, ты же не будешь безобразничать?       Человек что-то сказал. Звука не было слышно, но острый взгляд девушки прочитал движение губ.       «Она пришла»       И рванулся на нее.       Первая особенность взаимоотношений Лены Окстон с миром заключались в том, что она, вследствии интеграции интерфейса хроноускорителя в ее мозг, могла управлять в небольших пределах течением времени так же, как частью своего тела. Но для того, чтобы вовремя запустить этой процесс, ей самой надо было успеть отреагировать. А реакция у нее была всего лишь немногим более быстрой, чем у обычного человека.       Девушка одновременно продавила спусковой крючок своего пистолета-пулемета и начала замедлять время. Пистолет успел сделать два выстрела с чудовищной скорострельностью в 50 выстрелов в секунду до того момента, как время замедлилось в десяток раз. Звуки пропали. Стало значительно темнее.       За это время противник преодолел половину тех тридцати метров и несся на нее, буквально вбивая в пол ботинки по очереди, выбивая из него облицовку и бетон и отталкиваясь от полученных выемок, как бегун от стартового станка. В нормальном времени он бы преодолел расстояние до Лены меньше чем за треть секунды. В этом временном измерении он двигался чуть медленнее, чем бежал бы обычный человек в нормальном.       Пистолет-пулемет в ее руках оказался бесполезен - первые два выстрела прошли мимо и он как раз выбрасывал гильзу и до досылания следующего патрона пришлось бы ждать слишком много. Лена отпустила его - оружие начало медленное падение вниз.       Что-то уменьшило и без того тусклое освещение - оперативница, даже не оборачиваясь, поняла, что из аппаратной сзади появился второй противник, бросив то, чем занимался. Отступать некуда. Лена продолжила замедлять время.       Она рванула вперед, на ходу извлекая из ножен, закрепленных на разгрузке спереди, клинок. Само ее тело сохранило даже в этом временном измерении обычный метаболизм, но вся ее одежда и снаряжение не были предназначены для боевых действий в подобных условиях, а потому своей инерцией сильно тормозили движение.       До противника спереди оставалось два метра. Лена извлекла клинок и одновременно напрягла ноги в попытке прыжка. Время замедлялось. Окружающее пространство становилось все тусклее. На противнике начала рваться одежда - настолько большую скорость он набрал в обычном времени, что набегающий поток воздуха стал опасен.       Лена смогла разогнуть ноги и что есть силы бросила клинок вперед, одновременно подлетая под потолок и переворачивась, неспешно, как если бы была на Луне. Краем глаза она увидела, как кончик лезвия брошенного ножа аккуратно уткнулся противнику в ключицу. Лена оттолкнулась от потолка и направила вектор своего полета прямо вдоль коридора, туда, где ее нынешний противник начал старт.       Заряд хроноускорителя заканчивался.Девушка дала короткий импульс обычного времени, дабы пролететь вдоль коридора и перезарядить его, оттолкнуться от потолка, перевернуться, начать гасить ускорение ногами об пол, развернуться в сторону противников и определиться с дальнейшими действиями и...       У первого ее противника снесло половину торса и часть коридора коридора выглядела так, как будто там взорвали банку с бордовой краской. Ускорения, набранного им, плюс ускорения брошенного в замедлении времени ножа в сумме достигли космических величин. Разломанные осколки ножа, прошедшие сквозь усиленное тело как сквозь масло, все еще летели по коридору, кувыркаясь, за ним летела левая рука, часть позвоночника, фрагменты тканей, аугметики . Тело нападавшего, судя по всему, по касательной ударилось о его напарника, пролетело дальше и на тот момент медленно продавливало стену. В обычном времени оно проломит несколько легких разделительных межкомнатных перегородок и в итоге разобьется о встреченную капитальную стену, попутно оставив в нем вмятину.       Второй нападавший, тем временем, погасил энергию столкновения просто развернувшись на месте, воткнул ботинок в стену и начал разбегаться по стене так, как если бы двигался в обычном времени, а не в десять раз замедленном. Лена рванула вперед, навстречу.       Ее противник явно соображал гораздо, гораздо быстрее, чем мог бы человек, даже с учетом того, что время текло на порядки медленнее, но инерция сильно тормозила его движения. Лена же такими законами скована была в гораздо меньшей степени, поэтому она дала себе удовольствие пролететь буквально в паре сантиметров от руки бежавшего на нее по стене киборга, который тут же оттолкнулся, перескочил на другую стену и начал тормозить, оставляя в ней глубокие борозды и разбрызгивая по окружающему пространству обломки и арматуру.       Окстон же подхватила зависший уже у земли пистолет-пулемет, развернулась, прицелилась, продавила спусковой крючок и на короткий миг вынырнула в обычное временное измерение, дав своему оружию сделать три выстрела и перезарядив хроноускоритель.       В замедлении она увидела, как киборг от всех трех пуль просто отмахнулся руками.       Он успел затормозить, но ему пришлось перескочить на пол, где он набирал скорость для новой атаки на девушку. Однако, манера двигаться его явно изменилась. Судя по всему, коленные суставы не выдерживали таких перегрузок и начали разрушаться.       Лена вновь бросила свой пистолет-пулемет. Что-то сверкнуло в воздухе рядом. Гильза. Выброшенная ее оружием, медленно, как перо, опускающаяся на пол. Лена вспомнила про то что получилось с ножом. Аккуратно подхватив гильзу рукой (это удалось не без труда), девушка буквально потащила ее навстречу противнику, попутно замедляя время. Становилось темнее и темнее. Свет тоже подчинялся физике, поэтому он тоже замедлялся и его попадало в глаза меньше в зависимости от того, насколько было измененно течение времени.       Они встретились посередине коридора в стократном замедлении. Лена еле видела лицо своего врага. То было искажено набегающим потоком воздуха и, казалось, готово было разорваться. Противник застыл в позе бегуна на стене, за ним по той же стене шла цепочка вмятин, выбитых его ботинками и шлейфом обломков, повисших в воздухе - но этого оперативница разглядеть не могла.       Гильза, которую она буквально проволокла по воздуху с собой, набрала достаточную инерцию, чтобы перемещать ее было чуть легче. Лена лишь немного подкорректировала ее траекторию рукой и отпустила, оставив ее в десяти сантиметрах от лица противника.       Его глаза медленно начали поворачиваться в сторону гильзы. Он заметил. Даже в стократном замедлении времени, он смог заметить. И смог понять.       Но не смог отреагировать - тело не позволило.       Пробежала еще пару шагов и выключила хроноускоритель. По глазам ударил свет. Сзади, за спиной, раздался грохот. Тело без головы пролетело весь коридор и пробило последнюю стену.       Хроноускоритель перезарядился. Лена неспешно прошла разгромленному коридору с развороченными стенами и осыпавшимися от ударных волн фальш-потолками. Прятаться уже особо не имело смысла.       Она нашла свой пистолет-пулемет - тот, как ни странно, оказался цел и работоспособен.       Проверила передатчик. -Уинстон? Уинстон, прием! Толстяк, ты здесь?       Тот даже не издавал тресков фоновых шумов. Квантовый передатчик, походу, накрылся, то ли от перегрузок, то ли от тех фокусов, что проделывала его обладательница со временем.       «Досадно..»       И вместе с этой мыслью пространство раскололось. Позже, перебирая воспоминания, девушка поняла, что разлетелась всего лишь стена под могучим ударом третьего киборга, который всю схватку просидел в соседнем помещении, снизив все свои обменные процессы и не давая шансов себя обнаружить. В тот момент Лена отреагировала чисто рефлекторно - начала замедлять время, вскидывать пистолет-пулемет.       Но в этот раз она не успела.       Чудовищный удар с той стороны выбил из стены кусок железобетона, который врезался точно в грудь девушки, отбросив ее на противоположную стену. Разгрузка, хоть и не была бронежилетом в полном смысле этого слова - часть удара на себя приняла и уберегла хозяйку от сплющивания грудной клетки, но пара ребер сломалась.       Хроноускоритель тоже получил повреждения - часть функционала вышла из строя, устройство перешло в аварийный режим и еле-еле удерживало Лену в настоящем.       Попытайся она хоть наполовину замедлить время - устройство выйдет из строя окончательно и она полетит туда, откуда мало шансов вернуться. Боевой хроноускоритель такое, конечно, пережил бы - тот был упакован в тяжелый защитный корпус, который мог выдержать в том числе прямое попадание кумулятивного снаряда. Но сейчас девушке только и оставалось, что сложиться калачиком и дождаться, пока отбитые легкие вновь заработают.       Третий киборг, в полувоенном обмундировании, с обветренными волосами, уже не спешил. Пообломав ударами рук края дыры, он протиснулся в отверстие, вышел в коридор и встал над оперативницей. - Хм... я уже не думал, что ты придешь. Настоящие леди могут опоздать, конечно, но не настолько. - Кха... настоящие... джентльмены...кхха...не встречают дам....кххх...с куском бетона... - Значит, ты не леди, а я не джентльмен. Что существенно упрощает мою задачу. - Болтать... любишь... - Как же. Я встретил саму Трейсер. Грех не перекинуться с ней словечком-другим. Второго шанса может и не представиться. Тебе.       Киборг хмыкнул, и продолжил: - Извини, ничего личного. Просто кибранам нужен твой хроноускоритель. - Дак... возьми его... и заткнись...       Киборг просто сел по турецки напротив сложившейся девушки. - Не могу. Мои старшие братья не приемлют необоснованного насилия. Но если оно необходимо - я должен изыскать возможность обьяснить его необходимость. В том числе тем, к кому я насилие применяю. Видишь ли, наш учитель... он сумел взять лучшее от обеих ипостасей разума - от человека и от омников. И создал нас. Кибран. Мы несовершенны... пока. Но будущее за нами. И прошлое - тоже. Мы несем свет истины... - Во имя луны, - выпалила девушка и зашлась в судорожном кашляющем смехе. Киборг замолчал, а потом сказал с нажимом: - Нам нужна ты и твой хроноускоритель. Покажи мне его. - Все вам... на сиськи бы... смотреть... - огрызнулась девушка.       Киборг схватил Лену за одежду и попытался поднять ее из положения лежа на боку в сидячее. Лена схватила его за руку и посмотрела в глаза киборгу. Соломенные волосы. Лицо, которое пошло бы австралийскому охотнику на крокодилов, а не полубезумному сектанту. Киборг поймал ее взгляд. Что-то было в нем... угроза?        Отрешенность. - Poyehali, - произнесла Лена всем известный клич пилотов-испытателей. И начала замедлять время.       Поврежденный хроноускоритель вышел из строя окончательно и перестал удерживать ее в настоящем. Остатки его энергии вырвали кусок пространства в радиусе полутора метров от Лены, вместе с киборгом, причем его ноги в этот радиус не вошли. Время вместо замедления ускорилось и понеслось вскачь вперед. Единственное, что успела заметить Лена в его искусственных глазах - крайнее удивление.       Живые его ткани под натиском времени сгнили и сошли с металлопластикового каркаса, затем разложился пластик, покрылся ржавчиной металл. И все это время киборг жил. Он осознавал. Для него пролетали тысячи лет, но он не мог вырваться из стазиса.       А потом он распался. Субьективно для Лены прошло не более пяти секунд, но ее противнику этого оказалось достаточно, чтобы обратиться в прах.       Со снаряжением Лены произошло то же самое - пистолет-пулемет, рация, разгрузка, вся ее одежда разложились и осыпались.       И она продолжала, ускоряясь, нестись вперед по времени.       Она чуствовала, как рассыпался от старости Лондон       Она чуствовала, как солнце быстро меняет цвет с желтого на красный и увеличивается, выжигая свой водород и распухая в красного гиганта.       Чуствовала, как испарялись океаны под натиском лучей распухшего светила.       Солнце, распухнув, захватило орбиты Меркурия и Венеры, и сделало Землю похожей на Марс.       А потом оно схлопнулось до желтого карлика, света от которого было не больше чем от Луны.       Время ускорялось.       Вселенная прекратила свое расширение.       Время ускорялось.       Галактики прекратили свой разлет и начали собираться обратно. В одну точку.       Время все ускорялось.       Во вселенной стало слишком тесно. Галактики начали сталкиваться. Огромные космические уравновешенные системы врезались друг в друга, порождая апокалиптические фейерверки от врезающихся друг в друга солнц. Особо яркие вспышки давали столкновения ядер галактик, которые меняли даже физические законы вокруг себя.       Лена просто наблюдала.       Она видела все это бесконечное число раз. Она жила тут вечность. Это было ее домом. При этом, она была вовне всего этого.       Время ускорялось.       Фейерверк закончился. Пространство продолжало сжиматься.       Оно сошлось в одну точку и потухло.       Все перестало быть.       Слово «пустота» недостаточно точно описывает то, где находилась Лена.       Трудно сказать, о чем думала Лена, находясь в нигде. Осознавала ли она себя? Осознавала ли она свое существование? Жила ли она?       Точно лишь можно сказать, что все это она испытывала не одну сотню миллиардов итераций. Ее пробрасывало сквозь все время вселенной с того момента, когда все пошло не так при испытаниях «Супервспышки».       А потом пустота взорвалась. Большой Взрыв.       Пространство было заполнено кварк-глюонной плазмой, которая быстро сформировалась в элементарные частицы, а те, в свою очередь, в ядра, которые собрали на своих орбитах электроны и образовали атомы. Атомы образовали материю. Материя разбилась на огромные газопылевые облака, которые оформились в галактики, звездные системы и планеты.       Образовалась Солнечная система.       Появилась Земля.       Что-то грубо вырвало Лену из полета сквозь время.

***

      Она голая сидела у стены в раздолбанном коридоре. Коридор был не пуст - тут и там стояли сотрудники штурмового подразделения Ми-пять, в характерных масках и при оружии, сновали со странными приборами в руках фигуры в белых комбинезонах и респираторах, изредка мелькали люди в штатском. Разбитые светильники на полуобрушенном фальш-потолке не работали, поэтому все пространство освещалось переносными осветительными установками.       Некоторые люди отвлеклись от своих занятий и откровенно на нее пялились. Лена огляделась. Рядом с ней лежал хроноускоритель внешнего действия. Или «хроноловушка». То, что способно поймать ее во время пробросов по времени и удержать в настоящем       Она проследила кабель от устройства и уперлась взглядом в огромную фигуру, слабо напоминающую человека из за странной формы головы и слишком длинных рук - Уииинстонн....кха... здоровяяк...       Уинстон промолчал. Несмотря на весь свой научный склад ума, несмотря на то, что он с легкостью находил аргументы для убеждения многих сильных мира сего - он оставался душевно очень эмоциональным существом. И сейчас он просто не мог ничего сказать - слова застряли в горле.       Опираясь на передние лапы, он неспешно приблизился к Лене. - Ты... кха... опять меня выдернул... как в первый раз... - Да... как в первый раз... - отозвался Уинстон. Подошел к маленькой хрупкой фигурке и аккуратно закрепил на предплечье портативный хроноускоритель, проверил его работу, затем дал отмашку кому-то сзади. - Можно выключать.       Повернулся. - Ты как, подруга? - Лучше, чем в прошлый раз... кха.. но... хуже, чем хотелось. Кстати... может, ты мне од.. одежду подгонишь... а? Я, конечно... рада произвести впечатление на окружающих... но у меня девушка есть... - Да, конечно. Прости. Медик! Медик! МЕДИК! - Слушай, Уинстон... они знали, что я приду. - Что? - Они знали, что я приду. Это была ловушка.       Появилась пара человек в форме парамедиков. Они аккуратно просканировали девушку, затем переместили ее на самоходные носилки, накрыли самоподогревающимся одеялом, а на лицо надели кислородную маску. - Что с ней, сэр? - поинтересовался Уинстон.       Один из парамедиков,чрезмерно стараясь не обращать внимание на то, что его собеседником является говорящая горилла, ответил: - Ну... на первый взгляд, все не слишком серьезно. Пара ребер сломано, но требуется дополнительное обследование на всякий случай. - Пожалуйста, не могли бы вы назвать больницу, куда вы намереваетесь ее доставить? Дабы я смог оповестить ее родственников и ее лечащего врача, - с исконно британской вежливостью спросил Уинстон. - Наш водитель сейчас пробивает госпитали, повезем туда, где примут. Оставьте ваши контактные данные мне, я сообщу вам. Это стандартная процедура. - Да, конечно. Благодарю вас, сэр.       Затем, он обернулся к Лене и тихо сообщил: - Ангела бросила свои исследования и через пару часов будет здесь, посмотрит, что с тобой. Эмилии я сообщу. - Только... будь помягче, хорошо? Скажи там... ну... споткнулась.. упала. Без подробностей... вроде того, что на меня голую пялились дюжина мужиков и одна горилла. - Хорошо. Но ты не в моем вкусе, - попытался пошутить Уинстон. - Да лаа... кхе.       Вместо ответа горилла просто потрепала девушку по голове. - Сэр, мы нашли госпиталь, нам пора. - Отдыхай, Лена.       Носилки укатили.

***

      Лена смотрела на проезжающий потолок и пыталась вспомнить, как ее выловили из проброса сквозь время в первый раз, еще до того случая с Думфистом. Пыталась... и не могла.       После испытаний «Супервспышки» она вечность моталась сквозь всю зацикленную шкалу времени вселенной. И когда ее выловили - физически она была в порядке.       Но ментально... от ее личности не осталось даже руин. Она превратилась в полный овощ.       И тогда за дело взялась Ангела Циглер.       Она была практикующим хирургом, однако, ее связи в медицинском мире позволили найти нескольких светил в психиатрии. Привлекли даже одного омнитехника, который занимался темой теории личности. В итоге, душу Лены Окстон слепили заново.       Но этого оказалось мало. Воспоминания о будущем и том времени, что Лена провела в нигде, давили на личность неумолимым прессом, постоянно погружая ее в депрессию и лишая ее мотивации к существованию.       Ангела Циглер пошла на радикальные меры - она серией операций на мозге перестроила работу нервной системы и метаболизм Лены, фактчески сымитировав в голове взрослой девушки гормональный бум четырнадцатилетнего подростка.       Это сработало.       Лена продолжала чуствовать неестественность своего поведения и существования, однако откровенная депрессия отступила.       С семьей поначалу приходилось трудно - новая личность девушки пусть и сохранила воспоминания, но была иной. Потом привыкли.       А далее... она познакомилась с учением Текхарты Мондатты, которое поставило в ее голове все на свои места.       Встретила Эмилию.       И поняла, что все было не зря.

***

      Седой контрразведчик закончил разговор с Уинстоном по коммуникатору, откинулся на спинку кресла и закурил сигару. Он отбил все выпады и обвинения ученого, так, как и всегда, где говоря правду, где привирая. Однако, суть от этого не менялось.       Пять лет у них на должности аналитика работал крот. Он же и предложил задействовать Трейсер в операции. И сейчас крот исчез.       Предстояло провести внутреннее расследование. А затем... возможно... и чистку.

***

      Лена открыла глаза и уставилась на незнакомый потолок. Ангела Циглер вышла из этой палаты около четырех часов назад, строго-настрого обязав девушку отдыхать сутки, пока она готовит свое регенерирующее оборудование. К счастью, ничего серьезного с Леной не случилось - она отделалась той парой переломов и двумя огромными синяками на груди и на спине. Поэтому она решила воспользоваться возможностью и поспать.       Кто-то присутствовал в палате.       Лена скосила глаза.       Эмилия. Рыжая великанша. Она сидела на придвинутом стуле для посетителей и спала, свесив голову вперед. Лена улыбнулась. - Эээй... - А, ЧТО! - встрепенулась посетительница. - Ой, я тебя разбудила, прости... - Да ладно, я сама проснулась. Рада видеть... Эмилия вымученно улыбнулась. Затем сдавленно спросила: - Ты... как? - Могло бы быть и получше... могло и похуже. - Стоило ли рисковать? - Эми, - ни намека на веселье в голосе у Лены в этот раз не было, - это моя работа. Ты же знаешь... Эмилия неловко кивнула. - Я знаю, ты за меня переживаешь. Прости, что делаю тебе больно... но я правда иначе не могу, - почти прошептала Лена и протянула руку к подруге.       Эмилия не сдержала слез.       Она, всхлипывая, пододвинулась поближе и очень аккуратно обняла Лену.       Шутить и дурачится не хотелось.       Они сидели так очень долго. Эмилия тихо всхлипывала а Лена просто уткнулась в ее шею и гладила по голове.       Ради этой девушки стоило жить.       Даже если известно, чем все закончится. - Спасибо... Эми.