Fasten your seatbelts!

      — Джим, а не пора ли разбудить её? Не хватает ещё на первое же занятие опоздать! — высокая худощавая женщина, миловидно улыбнувшись, нежно коснулась плеча мужчины, сидевшего в кресле с газетой в руках. Невозмутимо перелистнув страницу, тот спокойно обронил через плечо:       — Джона, дорогая, такой взрослый и ответственный человек, как наша дочь, никогда не сделает того, о чём потом сильно пожалеет. И никто насильно не заставлял её учиться, ей самой захотелось свободы перемещения. С головой окунуться в драйв, так сказать. Думаешь, ей хочется выглядеть бледнее своих друзей?       Джоанна снисходительно повела бровями и легким движением взъерошила прическу мужа:       — Я видела некоторых из них. Никаких внутренних скрепов, лишь вольный ветер в голове да склонность к праздному образу жизни. Вот за Кейт я как раз не особо беспокоюсь; ну, не то чтобы совсем, но ведь мы говорим о доверии. Более серьёзная, чем её некоторые подружки, Кейти всегда доводит начатое дело до логического конца.       Женщина поправила тонкие шелковистые волосы, лезущие в глаза, и переместилась к плите. Бросив на сковороду куски бекона, поставила кофейник на огонь.       — Наведайся к ней, пожалуйста, — готовя смесь для омлета, Джоанна сосредоточенно взмахивала венчиком, — а завтрак как раз тем временем подоспеет.       — И, как и всегда, у нас будет выбор из трёх блюд? — узкое лицо Джима озарила открытая, мечтательная улыбка. Отложив газету в сторону, он пружинисто поднялся и звонко чмокнул жену в бархатную щёку. Запах жареного бекона нешуточно возбуждал аппетит, и Джим, изобретательно причмокнув в предвкушении вкусного и обильного чревоугодия, придирчиво окинул взглядом аппетитно пыхтевшую вафельницу.       — Хорошо, пойду, попробую разбудить её.       Джим развернулся и вальяжным шагом вышел в холл. Неторопливо поднялся по лестнице на второй этаж, свернул направо и тихонько постучал в косяк коричневой филенчатой двери в конце небольшого коридорчика. Не услышав ответа, осторожно повернул рукоятку.       Дверь бесшумно распахнулась, и Джим очутился в скромно обставленной, но уютной комнате. Солнечный свет заливал её, и яркие лучи, отражались в зеркальных дверцах книжного шкафа, играли в хрустале люстры и бросали шаловливых зайчиков на золотисто-бежевые обои и светло-коричневую дорожку между входной дверью и письменным столом. Цветы в настенных плетёных кашпо словно плавали в пелене янтарного марева, а строгая мебель из мореного дуба даже приобрела благородный глянец. От нежданного сквозняка тонкие кремовые занавески легонько всколыхнулись и опустили свои края, едва заметно шевелясь.       Прикрывшись ладонью, Джим сделал первый шаг, его ноги утопали в мягком ворсе ковра по самые лодыжки. Джим неслышно прокрался в дальний от входа угол, где стояла деревянная кровать с высокой спинкой. Одна единственная изо всей мебели, она попадала в тень, тщательно сберегая безмолвный девичий покой.       С искрящейся улыбкой Джим тихо подошел к дочери, уткнувшейся лицом в подушку, и невольно залюбовался ей, погруженной в здоровый и безмятежный сон. Дыша ровно и лёгко, девушка лежала совершенно неподвижно. Невесомое, словно пёрышко, одеяло немного сползло, обнажая гибкую спину, и теперь роскошные каштановые волосы беспорядочно разметались по обнажённым плечам, рассыпались поверх подушки, и легли элегантными полукольцами на ослепительно белую простыню в мелких цветочных завитушках.       «Какая же она милая со сна! Даже будить не хочется!» — Джим ещё немного помялся и вздохнув с неприкрытым сожалением, коснулся хрупкого плеча.       — Кто долго спит, тому ни за что не уехать далее своего порога!       Кейт легонько шевельнулась. Промычав спросонья что-то невнятное, приподняла голову и обернулась к отцу, всё ещё не в силах разлепить веки. Однако ей немного «помогли». Огромный блик, отраженный от зеркальной дверцы шкафа, шаловливо прыгнул на её лицо, будто бы старался пробиться сквозь ресницы. От такого бесцеремонного вторжения Кейт недовольно сморщилась и отвернулась к стене, на что Джим лишь добродушно усмехнулся. Пригнувшись к уху дочери, достаточно громко произнес:       — Кейти, даже если мне будет плохо, я съем всё, что приготовила твоя мама. Вафли и бекон уже покрылись аппетитной, хрустящей корочкой, а стопка блинчиков растет с каждой минутой. Ты, случайно, поучаствовать не хочешь?       — Я встаю, папа, — протяжно зевнула Кейт, — ещё бы и сон до конца досмотреть.       Девушка свернулась в позу эмбриона, накрылась одеялом с головой. Джим только улыбнулся её бесплодным попыткам устроиться поудобнее, потом развернулся и бесшумно вышел. Кейт полежала ещё немного, но, понимая, что сон уже ушёл, перевернулась на спину и, открыв глаза, сладко потянулась.       — Какие же странности мне приснились, я бы сказала — сон в руку. Так стоит ли ждать продолжения? — нахмурилась она, отстраненно созерцая ослепительно-белый потолок, и со вздохом огорчения провела ладонями по лицу. — Папа, папа, как же там было здорово!       Откинув одеяло, легко спрыгнула на пол и на цыпочках подошла к окну. Взгляд девушки упал на массивные часы, занимающие целый угол стола. Их корпус из слоновой кости, в тончайшей серебряной инкрустации, поражал воображение своим изяществом. Увидев, как ажурные чёрные стрелки бесстрастно показывают половину десятого, Кейт обругала себя.       Дьявол, она чуть не проспала первое занятие!       Торопясь и чертыхаясь, девушка натянула лёгкие брюки, накинула майку прямо на голое тело и, прихватив со стола резинку для волос, кинулась вон из комнаты.       Дробно стуча ногами, на ходу закручивая волосы в тугой жгут, сбежала вниз и нырнула в двери кухни, в воздухе которой витали дразнящие ароматы жареного мяса и свежеиспеченных вафель. Отец уже сидел за столом, и лениво отрезая кусочки бекона, неспешно отправлял их в рот. Сглатывая обильную слюну, Кейт почувствовала, как в животе закручивается безумная какофония, сравнимая с хором голодных лягушек, и эту «пытку» невозможно было вытерпеть. Прихватив тряпкой рукоятку кофейника, Кейт мастерски наполнила чашки, и вернув его на подставку посредине стола, присела на свой любимый стул.       — Кушай, милая, и поскорее набирайся сил! — мама поставила перед ней большую тарелку с беконом и омлетом, добавила несколько хрустящих вафель и пару блинчиков.       — Мам, а сироп есть? — с трудом пропихивая в горло непослушную выпечку, Кейт умоляюще посмотрела на мать. — Есть блины без смазки — это настоящая пытка!       Джоанна в ответ только усмехнулась. Когда перед Кейт появилась баночка с кленовым сиропом, девушка, кивком головы поблагодарив маму, спешно заработала челюстями.       — Ты ещё не опаздываешь? — отец критически посмотрел на дочь поверх очков. — А иначе рискуешь нарваться на скандал!       — М-м-м, должна успеть, — торопливо глотая омлет, пробубнила Кейт. Расправившись с едой, хлебнула из чашки от души. — И мне по плечу любые невзгоды!       — А твой будущий инструктор? Что он из себя представляет?       Она на минуту задумалась, потом отрицательно мотнула головой.       — Не знаю, точно или нет, но Мэнди говорила, что самых красивых девчонок прикрепляют к ветеранам школы, подразумевая, что так проще избежать проблем известного рода.       — Странно, очень странно формируются учебные группы, — сложив руки на груди, Джоанна внимательно наблюдала за дочерью. — И неужели в арсенале школы не найдётся симпатичного и приятного в общении парня, а не какого-то старого брезгуна?       — Думаю, что справлюсь в любом случае. Если что, буду начеку, и пусть только попробуют отклониться от учебного процесса! — решительно сдвинула брови Кейт. — У нас тут не свидание намечается, а совсем другие планы.       Она обтёрла салфеткой жирные, лоснящиеся губы и выбралась из-за стола. Довольно погладила себя по животу и мечтательно подкатила глаза.       — Заправилась по самую макушку. Мам, пап, пока! — Кейт обменяла с родителями лёгкими поцелуями. — Вернусь не раньше, чем к ужину. Надеюсь, что мои прежние навыки никуда не делись.       — Удачи тебе! — напутствовал её отец. — Держи покрепче руль и не отвлекайся по пустякам!       — У меня всё получится, обязательно получится! Не правда ли? — воинственно сжав кулак, Кейт вопросительно глянула на мать.       — Конечно, милая, ты же у меня такая умница! — ласково улыбнулась Джоанна, и Кейт почти бегом выскочила из кухни. Мама довольно посмотрела ей вслед, потом с улыбкой обернулась к мужу:       — Нет слов, как я горжусь своей девочкой! Она такая сильная и целеустремлённая!       — А как иначе может быть, раз Кейт во всём подражает тебе? И ей, действительно, всё по плечу! — Джим неспешно допил кофе и отставил подальше пустую чашку. — Милая, а какие у тебя на сегодня планы? Моя помощь, случайно, не требуется?       Он внимательно наблюдал за женой, и поэтому заметил мелькнувшую по её лицу тень. Джоанна скромно опустила глаза, глядя в тарелку, неспешно подцепила на вилку кусочек омлета и произнесла, чуть растягивая слова:       — Не надо, дорогой, я сама, но это дело и правда, очень интересное и запутанное. Кажется, по нему проходит совершенно невиновный человек.