Toguro

***

      К карамельным берегам и молочным рекам прибавился чужой вопль. Белизну реки прочертил чернотой сток канализации и карамель как-то быстро окрасилась грязными разводами. Все еще причмокивая губами, отдираю голову от стола и пытаюсь посмотреть прямо. Напротив меня устрашающе-угрожающая рожа начальника, которая ни коим разом в сладкие сновидения не вписывается. Он к интерьеру не подходит, да и не по фэншую. Ему бы на пару с Куросаки в аду вокруг котлов с грешниками плясать, да вилами в них тыкать на предмет проваренности. Отплевываюсь чем-то похожим на молитву и кладу голову обратно. - Капитан Ишихара, вам свет не мешает? - Зловещим голосом поинтересовался Сугихара мне в ухо. - Не особо. Вы мешаете. В интерьер не вписываетесь. - Проваливаюсь в сон. Не на долго. От скрипа зубов рядом и осознания, какую хуйню сейчас ляпнул подрываюсь и встаю, как солдатик оловянный. - Сугихара-сан! Он молчит, но по перекошенной роже вижу, что со мной сейчас сделают что-то неприятное. - Буду премию выписывать, обязательно вспомню этот случай, когда очередь до тебя дойдет. - Совладав с собой, заговорил он. - Я хотел только что доверить тебе важное дело, - Начальник сцепил руки за спиной и стал медленно ходить из стороны в сторону. Только потом я заметил Акиру, который прирос к стулу и наблюдал за ним, не шевелясь вообще. А вид-то какой испуганный... - Но сейчас я вообще в твоей компетентности сомневаюсь. За какие заслуги я тебя сюда вообще взял? Ладно, Сузуки, еще худо-бедно показывает себя... Но в компании с тобой - полный олух. Люди в твоем окружении тупеют, понимаешь? Я обиделся. Нет, ну так не пойдет. Я же честно работаю, дела раскрываю, преступников ловлю! Ну, да... Прибитый на голову, немного... Но не до такой же степени! Перевожу взгляд на Акиру - ему не лучше. В него как бы тоже дерьмом прилетело, которым Сугихара поливал активно. Я заметил, что начальник остановился и вроде бы заткнулся. Смотрит в окно задумчивым взглядом. Продумывает речь по унижению меня? - Но... Тем не менее... - Ему явно плохо даются эти слова. Аж с трудом разговаривает, будто мы его заставляем. - Тем не менее, с этим делом справитесь только вы. Материалы на столе. Удачи. - Сугихара смылся из кабинета, хлопая дверью. От хлопка подпрыгнула кружка на столе и Акира на стуле. Я не двигаюсь, считаю секунды, когда Сугихара отойдет от кабинета по-дальше. - Эй... - Вот говнюк! - Я взорвался обидой, выходя из-за стола. Смотрю угрюмо на Сузуки, он так же смотрит на меня в ответ. Кажется, мы понимаем друг друга без слов. Беру со стола папку с новым делом, вытаскиваю напарника из-за стола за шкирку и тащу в сторону выхода. Лучше вне департамента посмотреть все, за бокалом крепкого, чем сидеть в кабинете под прицелом Сугихары на затылке. И Акира со мной согласился. *** Вот уже пятый год отец торчит в карцере в охраняемой тюрьме под опекой надзираетелей в Саппоро. А если рыпается - получает дубиной по голове. Так мне периодически сообщают знакомые из этой тюряги. Это успокаивает и греет душу. Вспоминаю каждый раз, когда плетусь по темным подворотням и краем глаза вижу мрачные фиугры. Но маньяки на меня не клюют. Рожа у меня в ночи пугающая всегда. Потому что скорчена так, будто я серийный убийца и жертв ищу. На самом деле, это маска, за которой скрывается моя ссыкливая натура. После того случая с отцом, у меня конкретно так пошатнулась психика. Он мне в каждом столбе и мусорке мерещится. Эта фигура дряхлая... Тфу ты. Сейчас я иду не один, что радует. Иногда мне кажется, что я должен был родится девочкой и в другой семье. В кого я такой пугливый, сам не пойму. Даже сестра моя, и та посмелее будет. Акира ползет рядом, изучая тротуар под ногами. Молчит. О чем-то думает... Интересно, о чем? За пять лет, кстати, многое изменилось. Акира развелся и теперь холост. Ему еще раз двинули по яйцам, как напоминание об ошибках. Но Рико не настолько сильная, поэтому Сузуки отделался однодневной лежкой дома с привязанным пакетом со льдом между ног. Ютака его тоже кинул. Нашел кого-то. И Тсу меня кинул. Сказал - устал постоянно жить в напряжении, возвращается в Токио, и вообще. Я неделю пил. Вместе с Акирой. Плакал. Отныне мы зареклись не связываться с пидорами. На горизонте маячит наш любимый бар, в котором приветливые официанты, внимательный к пьяным соплям бармен, вкусная выпивка и мордобой по пятницам. Пошли туда сознательно пешком с работы, ибо понимали, что нахуяримся. Пролистал в мыслях календарь,отметил, что сегодня вторник и на бои без правил не нарвемся. Да и время детское. Садимся за наш стол в самом углу бара и заказываем по кружке пива. Акира откинулся на спинку стула, а я кинул папку перед собой и открыл ее. - Ну, что там за дело такое интересное, что только мы с ним справимся? - Акира бубнит, в его голосе проскакивают ноты сарказма. Пиво нам принесли и мы оба принялись за его уничтожение. Я сделал глоток и вытащил фотографии с места преступления. Подавился. Хорошо так подавился, заливая фонтаном пива стол и Акиру за компанию. Он не стал материться и обкладывать меня детородными, а героически бросился спасать меня от асфиксии. От ударов между лопаток стало только хуже, и дышать становилось еще сложнее. Я вывернулся и попытался продышаться самостоятельно. Когда пелена с глаз сошла, Сузуки заботливо кинул в меня салфетками и попросил вытереть рожу. Официант уже вытер стол и исчез. - Блять. - Ты чего? - Да ну нах... Ты посмотри блять на это. - Фотография этого жмурика меня напугала. Тело выглядело так, будто его сначала ножом потыкали, затем опустили в жидкий азот и хуйнули об пол. Весь в трещинах, сморщившейся. Блять... Аж холодок по спине побежал. Смотрю на Сузуки, лицо которого кривится, сам он передергивает плечами и кладет фото на стол картинкой вниз. - Жуть какая... Дай отчет, посмотрю что там. Я протягиваю Акире всю папку, а сам делаю пару крупных глотков из кружки. Пиво приятным холодом обволакивает саднящее горло и мне в разы становится легче. Не свожу с Сузуки взгляда. Он бегает глазами по тексту, затем хмурится, медленно переводит взгляд на меня и говорит: - Твою ж мать... - Что там? - Короче. Тело нашли в заброшенном районе, в... Секс-шопе, в подсобке. Ни документов, ни одежды, нихрена. Как он там оказался - неизвестно. Тело сегодня должны доставить из районного морга в наш. Я подпер подбородок рукой, созерцая космос в своей кружке. - Это что же получается, на нас технично скинули висяк? - Ну Сугихара, ну и говнюк. - Получается, что так. - Нехотя согласился Акира и собрав материалы, закрыл их в папке, выбираясь из-за стола. - Сейчас вернусь. Я кивнул ему, а сам погрузился в мысли. Так. На нас повесили странное дело, которое в девяносто девяти процентах из ста является висяковым и без улик мы вообще ничего не узнаем. Даже имени. И тело выглядит как мумия какая-то. Акира обозначил свое появление громким стуком бутылки по столу. Сел, поставил два бокала. - Это дерьмо запить надо. - Согласен. Мы выпили. Виски обожгло горло, и я поморщился. Синхронно с напарником поставили стаканы и пересеклись взглядами. Выпили еще по-одной. Настроение не поднималось, а градус в крови - наоборот. Последнее время меня душит ебаная депрессия, от которой деться попросту некуда. Алкоголь уже не помогает. А что поможет? Надо уйти с головой в работу. Или подцепить кого-нибудь и провести эту ночь как типичный холостяк. После пятого стакана, откидываюсь на спинку стула и пьяным взглядом сканирую помещение. Вон там, в углу сидит парочка. Бухает. Прям как мы. Через два столика сидит компания мужиков в строгих костюмах. Тоже пьют. Проходим мимо. За барной стойкой сидит амбал и его друг по-меньше, общаются с барменом, а через стул от него сидят две девицы. Ноги от ушей, юбки короткие, груди пышные. Больше ничего не надо. В голове зреет план и я немедленно оповещаю Акиру. Он соглашается, и мы уверенными синусоидами чешем в сторону дамочек. На лице - уверенность в собственной ахуенности. У Сузуки на роже вообще мигает надпись "Самец вышел на охоту". Расстегиваем верхние пуговицы рубашки и с грацией Буратино подваливаем к барке. - Доброго вечера. - Я не настолько грациозный, как думал до этой минуты. Я спихнул локтем стакан с каким-то цветным коктейлем и он звонко разлетелся на полу. Виновато смотрю на его остатки и в голове щелкает мысль, что это повод угостить даму а потом затащить её в койку... Ну, или, в туалет. Как получится. - Ну и черт с ним... - Махаю рукой, и подзываю официанта. - Налейте этой красавице самый лучший коктейль. Девушка смущенно захихикала, закрывая ладонью рот. Стала вертеться, поджимать плечи, прям как школьница. Ха! Я ей определенно нравлюсь. Около пяти минут я разговаривал с вероятной пассией на эту ночь. Волосы её трогал, тратил последние деньги на коктейли, улыбался и был таким всем из себя выделанным, что чувство собственного величия хлестало через край. Девушка, которую звали, кстати, Нана, испуганно подпрыгнула, когда сзади её схватил за плечи тот самый бугай по соседству. - Нана, дорогая, этот тип клеится к тебе? Её ответ я не услышал из-за шума и поднявшегося вопля. Мимо пролетел Акира и приземлился на ближайший стол. Выглядываю. Стоит тот, что по-меньше и сжав кулаки, свирепо дышит носом. Как я понял, Сузуки приложил именно этот... шкаф. Мини-шкаф. Во мне неожиданно взыграл героизм, алкоголь и обида за друга, поэтому я выскочил из-за бара и кинулся на мужика, явно превосходящего меня в габаритах, со словами, что никто не смеет пиздить Сузуки, кроме меня. Пьяному мне, в принципе, море по колено. Акира оклемался как раз к тому моменту, когда я успел надавать по роже этому мудаку, и выхватить одинаково больно от него же. Когда влез Сузуки - влез и амбал. Мы встали стенка на стенку. Наша тощая стенка против этих двух жертв аборта. Позже, к нам подключились все остальные посетители. За компанию. Это был первый вторник бара, вечер в котором закончился мордобоем. *** - Ай! - Выдираюсь из-под рук Куросаки, обрабатывающего ссадины на моем страдающем лице и недовольно причитая про наше с Сузуки поведение. Сижу на секционном столе, свесив ноги. Эти парни здорово выбили из меня хмель, дурь и мозги заодно. Интересно, как хорошо мы их отделали? Куросаки снова тычет мне в лицо ватой в спирте, а ссадина жжется и щипит. - Бля, больно! - Сам виноват. - Огрызается Юу, закрывая пластырем последнюю царапину и кидая в поддон пинцет с ватой. Акира гипнотизирует кафельный пол, я гипнотизирую патолога. Он описал круг по помещению, остановился и выставил в бока руки. - Какого черта вы вообще поперлись в этот бар? - Мы... - Акира задумался и замолчал, продолжая смотреть в пол. Юу негодующе покачал головой. - Ясно все с вами. Вам еще повезло, что Сугихара на отдых с семьей укатил. - Я поймал на себе его грозный взгляд, под напором которого спрыгнул со стола и поперся к Акире на кушетку. - Дело видели? - Смотрю на Куросаки - устал. Очень устал. Под глаза залегли тени, похудел, лицо по цвету стало близким к цвету кафеля. Может, он заболел? Надо спросить потом. Я развалился на кушетке как на кресле, вытягивая ноги. Лицо все еще побаливало от поцелуев с кулаками, ребра тоже болели, и спина, на которую я ни один раз за вечер падал. - Видели. Хуйня полная. - Акира еще ниже склонил голову, будто увидел что-то на полу. Пальцы заламывает, выгибая их во все возможные стороны. - Я так понимаю, вы в бар поперлись чтобы дело обсудить? - Какой проницательный Куросаки, куда бы деться. Подтверждаю его догадки и вспоминаю про папку, которую мы не забыли, на рогах выползая из разгромленного бара. Сейчас дело, забрызганное кровью и пойлом лежит на моем столе в целости и сохранности, ибо мы понимали, своими пьяными и отбитыми мозгами, что эта папка ценнее наших с Акирой жизней. Юу снял перчатки, отправляя их в поддон и потер переносицу. - Ладно. Из района звонили, предупредили, что тело привезут завтра после обеда, так что дел у нас пока нет. - Как это нет? - Сузуки оживился. - У нас этот висяк... - Нет тела - нет дела. Все. - Оборвал патолог, снимая халат и маску. Мы с напарником сидели ровно столько, сколько Куросаки ходил мимо, выключал все и переодевался. Свет в морге частично погас, а Куросаки зловещей фигурой материализовался напротив. Меня пробрал озноб. Поднимаю голову. - Чего домой не идешь? - Мне надоели ваши траурные рожи, честно. Поэтому вы сейчас поднимаете свои жопы и идете со мной. - Юу направился из морга, накидывая на плечи крутку. Я удивленно посмотрел на Сузуки, а тот на меня и... - Он нас от траура лечить собрался? - Не понял Акира. - А мы кого-то похоронили? - Не понял и я. - Хрен знает, что у этого демона на уме. - Я встал сам и поднял Сузуки, таща его к выходу. Он и не сопротивлялся. *** Меня душит чувство вины и это поганое молчание, которое нависло над нами как свинцовая туча. Мы ехали в машине в полной тишине, и только изредка слышали шипение в динамике. Рычажок переключателя на магнитоле стоял на несуществующей волне, и белый шум иногда цеплял мимо шедшие эфиры, выбрасывая их в пустоту. Как-то зловеще. Юу ведет машину, не отвлекаясь от дороги. Акира ерзает на сиденье, скрипя кожаной курткой. Недавно патолог говорил про то, что ему надоели наши траурные рожи, а сам, к слову, выглядит не лучше. Машина сбавила обороты и остановилась у тротуара. Под колесами разлетелись брызги лужи, на которую мы наехали. Куросаки заглушил двигатель и выбрался из салона на улицу. Мы вышли следом. Я стою напротив высокого жилого здания, заправляю руки в карманы и послушно ожидаю указаний. - Идемте. - Юу ставит машину на сигнализацию и поднимается по подъездной лестнице. Мы с Акирой молча плетемся следом. *** Я ожидал увидеть сатанинскую обитель, лужи крови, котел с грешниками и пентаграммой на весь пол вместо ковра, но увидел только обычную квартиру, интерьер которой выдержан в черно-белых тонах. Куросаки скинул куртку и обувь, удаляясь по коридорчику вглубь. Акира повторил, но уходить не спешил, а только повернулся на меня. На лице читалось непонимание и страх перед неизвестным. Чего мы не знаем о Куросаки? А вдрург он маньяк, а Сугихара его прикрывает? - Ты понимаешь хоть что-нибудь? - Вообще ни разу. Из-за косяка показалась голова патолога. Он собрал волосы на затылке и выглядел приятнее в свете лампочки. Лицо не казалось таким вельзевульным. - Чего вы там стоите? К полу приросли, что ли? - Пойдем. - Сузуки поспешил в сторону Юу, пока тот не скрылся. Я же разулся, почти в полной темноте, снял куртку и медленно направился... Прямо. Ни Акиры ни Юу я не слышу, они притихли где-то там, оставив меня одного блуждать по лабиринту логова демона. Может с виду она и выглядит как обычная квартира, но мало ли, что в голове у Куросаки. Вдруг меня ждут потайные комнаты с алтарями, жертвенниками, мертвыми животными? Или, что еще хуже - комнатой извращенца. Цепи, плетки, кляпы... Чего еще там любят делать эти повернутые, кроме того, как насиловать в особо жестких условиях? Движимый собственным интересом, я свернул в первую дверь, очутившись в спальне. На противоположной стене панорамное окно в пол. Потолки высокие... Широкая кровать, застеленная темным покрывалом, минимум мебели и темные шторы. Распахнуты, поэтому я не сразу их заметил. - Койю! - Слышу голос Куросаки и испуганно дергаюсь, закрывая в спальню дверь. - Ты потерялся там что ли? - Я сортир искал! - Первое, что пришло в голову, - то и выкрикнул. Дурацкая отмазка. Надо поинтереснее придумать на досуге. Иду прямо, смотря под ноги. У меня все еще скачет на задворках мысль о сатанинском пристанище, поэтому я ищу на полу ловушки в виде открытого подпола или капканов. Настороженность никому не повредит. Особенно если ты параноик. - Хватит рассматривать пол, там ничего нет. - Поднимаю глаза и шарахаюсь от Юу, как прокаженного. Настанет день, когда его зловещая рожа сведет меня в могилу. - Блять, окстись. - Быстро пересекаю разделяющее нас расстояние, миную патолога и сворачиваю на кухню. О! Довольно уютно. Светло и тепло. И шума за окном не слышно, стеклопакеты плотные. Сузуки уже сидит на барном стуле за небольшой стойкой в углу комнаты. Поэтому я заметил его не сразу. У Юу вообще здесь все сделано на одного. Правда стульев четыре, но это он наверное так, для гостей... Или жертв. Хмурюсь и от неожиданности вскрикиваю, когда что-то проскакивает между щиколоток. - Блять! Снизу послышался недовольный "Мяу", затем на свободный стул запрыгнул кот. Серый - как дым. И глаза зеленые, которыми он смотрит на меня, как на говно. Сузуки заржал на мой неосознанный крик, затем взял кота на руки и пересадил к себе на колени. Животное даже не сопротивлялось, довольно мурлыкая и вытираясь мордой об выставленную Акирой руку. Его лицо озарила умиленная улыбка. - Кемури любит гостей. - Заговорил Юу из-за спины Акиры, улыбаясь. Он прошел к кухонному гарнитуру, толкнул меня к стулу и стал выставлять бокалы. Я сел напротив Сузуки, сложил руки на столе и прищурено уставился на кота. - Ты же дома почти не появляешься, как он у тебя с голода не сдох? - Упитанный. - Добавил Акира, поднимая животное и руша этим все мои доводы. - Его соседка кормит. - Посмеялся Куросаки, поворачиваясь и ставя на стол две тарелки с закуской. Опа, значит, пить будем. В подтверждение, на стол была поставлена бутылка с коньяком. - Ясно. - И тут я подумал, разглядывая спину патолога, что мы никогда, за всю службу, вот так вот не общались. В неформальной обстановке. С чего вдруг такой жест? Дорогой коньяк, приличная закуска, полная готовность к нашим пьяным рыданиям... - Ты что, посол доброй воли? Юу засмеялся, поставил на стол еще одну тарелку с лимонами и сел на стул рядом. Я немного отодвинулся. - Вот еще. Это обычный сеанс психотерапии. Акира отпустил кота, который перебрался на край стола и уселся, как изваяние, очень гармонично вписываясь в интерьер. Куросаки, походу, кота покупал по тому же принципу, что и всю мебель в этом доме. - А, решил нас "вылечить"? - Улыбнулся Сузуки, откупоривая бутылку и разливая коньяк по бокалам. Он в дозах толк знал, ибо он алкаш, как и я, поэтому разлил ровно по полтиннику. И это на глаз! Талант! Юу присмотрелся, когда три бокала стояли в центре в ряд. Кошатина послушно сидела рядом с тарелками, на которых тонкими ломтиками покоился сыр и даже не пыталась на него покусится. Вот Корон бы обязательно все сожрал, отвлекись мы... Разом меня одолела горечь расставания и тоска. Я помрачнел и это заметил Куросаки, поспешивший поднять первый тост. - Для начала, выпьем за успех. Успех во всем. Бокалы звонко стукнулись, а содержимое полилось в наши желудки, обжигая пищевод. Грусти от этого не убавилось. - Не будем ходить вокруг да около, - Куросаки снова посмотрел на меня, и махнул Сузуки, который кивнул и взялся разливать новые порции. - А подойдем к проблеме на прямую. На мое плечо легла рука. - Ответь мне, Койю, тебя впервые бросают? Я угрюмо буркнул нет, и зажевал лимон, от которого мне завязало рот и перекосило лицо. - Значит, этот раз слишком сильно тебя задел. - Он гладил меня по плечу, а мне стало не по себе. Блять, чертов демон, будто сквозь душу смотрит, в самое сердце. - А чего ты только ко мне прикопался? Вот у Сузуки тоже боль расставаний через край льется, анализируй его. - Я выпил. - Мне хреново было... Но чувство такое знакомое, что я и переживать-то долго не смог, когда Ютака уехал. - Ну и нахрена ты со мной неделю тогда пил? Раз переживал не долго? - Меня начинает захлестывать обида, наслаиваться на тоску и горечь от расставания. Настроение укатилось под стол, и мне захотелось разрыдаться. Как в тот день. - Не хотел тебя одного оставлять, вот и все. - Мм... Да ты настоящий друг. - Я снова выпил. - Ну, да... - Согласился Сузуки, хлебая из бокала. - Потому я тебя тогда одного в соплях и не кинул, а поддержал и даже вернул в люди. Хочу съязвить, а лучше двинуть. Прям между глаз, чтобы синяки с прошлой драки и этот были симметричны, но молчу, ковыряя пальцем салфетку. - Ладно. Акира поступил по чести. С Акирой все ясно. - Куросаки осушил свой бокал и попросил добавки. - А с тобой что? Почему ты не можешь отпустить Таку? Замечательно. Сейчас мы вынем мою душу, выложим на стол и будем рассматривать, отчего же я так страдаю столько времени. Ненавижу, когда они так делают. Психологи хреновы. Может, если сказать им правду, они перестанут колупать меня? - Я к нему привязался. Привык к Корону, - я выпил, съел лимон, но уже не поморщившись. Воспоминания горечью не уступали горечи лимона, и душили. - Привык к его песням в душе, к смеху, к карандашам, на которые с утра напарывался... - Голос предательски дрогнул, и я почувствовал жжение в глазах. Нет, только не сейчас!.. Но поток накопившегося я уже просто не мог остановить. - Привык к отбитым во сне почкам, к его смеху... - Я всхлипнул. - Я не могу просто так взять и распрощаться с чем-то, к чему я привязался! Это как забрать что-то очень дорогое, а потом выбросить. И нет возможности уже все это вернуть! - Заткнись, Ишихара, ради всего святого, заткнись! - Он ворвался в мою жизнь клочком света и уюта, отказываться от которого не хотелось совершенно. А потом он ушел, потому что перегорел. Вот и все. А я страдаю теперь! - Койю, ты гребаный садист. Зарекся же не вспоминать его больше... Слезы катятся по щекам, я закрываю лицо и послушно падаю в объятия сидящего рядом патолога, внезапно расчуствовашегося на мои сопли. Его ладонь успокаивающе гладит меня по затылку, а вторая не дает свалиться со стула. Сузуки сочуствующе сжал мое плечо, пока я конвульсивно трясся в рыданиях. - Это банально, конечно, но ты должен понимать, что если ушел - значит это не твой человек. - Вещает Юу сверху. - Ты обязательно еще кого-нибудь встретишь, кто полюбит тебя также, как ты любил Таканори. - Не любил я его... - Глухо отзываюсь Куросаки в грудь. - Я говорю же, привязался. - Кого ты обманываешь, Койю? - С улыбкой поинтересовался Акира, со скрипом двигая ко мне бокал. - Выпей. Я шмыгнул носом и выпрямился, заглатывая очередную порцию спиртного. Я убеждал себя с самого первого дня, что наши отношения называются "потрахались-поржали-забыли", но никак не любовные. Дифирамбы мы друг другу не пели, цветов не дарили... Просто спали и вели себя преувеличенно по-дружески. Иногда пробивало на романтику, но это было редко. Я еще раз шмыгнул и потребовал еще полтинник. Он мне необходим, как и разговоры. Я уже, кстати, и не против того, что мою душу наизнанку вывернут... Глядишь, легче станет, и жить снова захочется.