Thoughts of Death

      По моей руке пробежало странное ощущение. Будто кто-то легонько коснулся ее.       Я резко открыла глаза.       Все было таким же как всегда. Белый потолок, розовато-черные стены.       И чья-то рука на мне.       Мои глаза кажется увеличились раза в два. Я повернула голову и едва ли не подскочила от испуга.       В моей кровати беззаботно спал и посапывал Джексон.       Я резко соскочила с кровати, обматываясь одеялом. Парень с грохотом упал на пол, так как лежал до этого на моем одеяле, укрывшись еще и своим поверх.       Я удивленно смотрела на него. Он начал подниматься с пола, потирая затылок, которым, скорее всего, приземлился. — Ты совсем уже? С головой дружишь, нет?! Ты какого черта в мою кровать залез? Зачем я разрешила тебе остаться у меня... Ты придурок. Не подходи ко мне больше.       Я быстро схватила одежду со стула и помчалась в соседнюю комнату, закрываясь всем, чем можно от недоумевающего взгляда Джексона. И от его трусов, в которых парень только и был.       Забежав в комнату, я заперлась. Благо, в этом доме все двери могли это делать. Я начала быстро переодеваться. Что вообще произошло?       Я села на пол и не могла собрать мысли в кучу. Да что он себе позволяет, черт возьми?! Переодевшись, я села на пол.       Постепенно гнев внутри меня начал остывать. Краснота с лица сходила. Но румянец все еще оставался. Как и мысли о произошедшем.       В дверь постучали. — Адена, прости... — Пошел вон. — Я не специально... То есть, специально, но я просто не задумался, что все именно так будет... — Да ты в принципе не особо думаешь! — Согласен. Бывает такое, — он сделал паузу, — Мне просто холодно ночью стало. Я решил к тебе перебраться...       Холодно ему стало... — А одеваться не пробовал? — съязвила я, — И вообще, какого черта ты в таком виде?! Ты же ложился нормально. — Ну, сначала мне было жарко... — А смозгамидружительно не было?       Из-за двери послышался смешок. — Не смешно. Ты хоть понимаешь, что заставил меня почувствовать? — Даже не представляю. — Конечно не представляешь. Не я же руки распускаю. — Руки? То есть? — в его голосе прозвучало удивление. — Я проснулась с твоими ... — я запнулась на этом слове, припоминая свое пробуждение, — Руками на своей груди.       Я наверняка опять покраснела. Изнутри бил жар. Парень молчал, тем самым еще больше заставляя меня краснеть. — Прости, — донеслось из-за двери, — Я не хотел. Честно.       В этот момент мне захотелось просто взять и ударить его. Честно, блин... — Может откроешь дверь? — Зачем? — резко спросила я, сама того не ожидая.       Он не ответил. — Ты собираешься домой? — грубо спросила я.       За дверью послышался вздох. — Может лучше сначала позавтракать? И я свалю, как ты хочешь.       Я опустила голову. Вроде мне и хотелось послать его на все четыре стороны... Но вроде как я уже успокоилась и готова была его простить за это недоразумение.       Я просидела так еще с минуту. Поднялась и подошла к двери. За ней виднелись его очертания. Эти каштановые волосы... Хм. Футболка пастельного оттенка. Видимо, он тоже не терял времени, когда я переодевалась.       Пока я смотрела на него сквозь размытое и узорчатое стекло, он осторожно поднял свою руку и приложил ладонь к стеклу.       Я с опаской взглянула на него. Он смотрел в сторону.       Я не понимала что делаю, но рука сама потянулась к стеклу. Я коснулась витража сначала пальцами. Ногти чуть стукнулись о него. Потом я точно так же приложила свою ладонь.       По телу пробежала легкая дрожь. Его рука была как всегда горячей. Такой, что я даже почувствовала его тепло, несмотря, что нас разделяло несколько сантиметров плотного участка стекла.       Я молчала. Тест на доверие пройден. — Ну дак что насчет завтрака? — ни чуть не стыдясь произнес Джексон.       Меня будто что-то кольнуло в ладонь и я тут же опустила руку. Джексон кажется, почувствовал то же самое и убрал руку от двери.       Я быстро открыла дверь и не отвечая вышла на кухню. Он медленно проводил меня взглядом. Пошел за мной.       Я встала у холодильника и доставала из него продукты.       Он подошел сзади. Просунул свою руку под моей, неловко задев ее. Его рука потянулась в сторону яблок. — Хватит тырить мои яблоки. Я их не для тебя покупаю, Джексон.       Парень усмехнулся и нагло взял одно яблоко с полки.       Я закатила глаза, но промолчала. Достала пару яиц и подошла к плите. Думала сделать омлет.       «Надеюсь, все будет нормально» — подумала я, включая газ и начиная готовить.       Спустя несколько минут на кухне пробудилось множество звуков. Будто комната ожила ото сна. В воздухе витал приятный запах. Я ловко управлялась со сковородкой и тарелками. И наконец, когда все было готово, я небрежно положила еду Джексону в тарелку, поставила перед ним. Сделала себе чай. Развернулась и сделала пару шагов к выходу с кухни. — Ты куда? — удивленно спросил парень.       Я остановилась. Не оборачиваясь, я холодным голосом произнесла: — Подальше от тебя. Хотел есть — ешь. Я не хочу портить себе аппетит твоим присутствием.       И не дожидаясь какого-либо ответа от него, я пошла в спальню. Наверное, глупо прятаться от человека, находясь в одной с ним квартире. Но мне действительно захотелось побыть одной.       Я скоро дошла до кровати. Аккуратно села на нее, отложив чуть в сторону, на комод, кружку ароматного чая.       Сложив ноги по-турецки я стала смотреть в стену. В голове было что-то вроде неприятного и горьковатого послевкусия от этого утра.       Я отпила немного чая. Вкусно. Чувствовался бергамот. Люблю его.       В комнате, как и по всей квартире, стояла тишина. Казалось, она давила на меня. И дабы избавиться от нее, я достала книгу с полки. В этот раз с ней все было в порядке.       Первой, попавшейся мне в руку, книгой оказался Эдгар По «Похищенной письмо».       Я негромко хмыкнула. Шикарный детектив. Я осторожно вытащила ее с полки. У нее был потертый старый корешок. Сама книга имела сероватый оттенок и тканевую обложку, что придавало ей эстетичность того времени.       Я легла на кровать. Открыла книгу. С первых строчек в голове появились знакомые силуэты, голоса, музыка. Тот мир, в котором я бывала круглыми сутками. Где я ощущала и грусть, и радость, и печаль, и смех. Где даже ветер колыхал мои волосы, так по-настоящему, что я и мысли не допускала о том, что это все нереально. И вот снова та же самая история, но теперь уже с маленькими и новыми деталями, которые я не замечала ранее. В голове замелькали новые мысли.       Я, возможно, потеряла контроль за временем. Наверное, прошел час или пол часа. Но я так погрузилась в книгу, что абсолютно не заметила того, что мою комнату посетил незваный гость.       Но лишь до того как на мою книгу упал желтоватый кусок майонеза. Он упал прямо на ту строчку, которую я читала. Беловатый сгусток пополз вниз вдоль всей страницы.       Сначала стояла тишина. Обе стороны молчали. Пока в моей голове кое-что не щелкнуло. Не знаю, что смог или успел увидеть Джексон на моем лице. Ярость, печаль, разочарование, желание убивать. Или все это, но в другом порядке — неважно.       Мне просто захотелось его ударить. Как можно сильнее. Я сжала кулак. — Джексон, твою мать, для чего ты сюда пришел? — в приступе гнева и смешанной паники закричала я, — Ты с самого утра меня уже достал! От тебя одни неприятности.       Я вскочила с кровати, не выпуская книгу из рук. Побежала в ванную. Рукой попыталась убрать едкий соус, пока тот окончательно не въелся в бумагу.       В голове метались мысли разного характера. Одни выбирали способ убийства Джексона, вторые — как избавиться от пятен.       С глаз едва ли не капали слезы. Все безуспешно. Книга была окончательно испорчена. Жирные пятна будто проедали страницы.       Я, потеряв последнюю надежду, присела на край ванны. Было ощущение полной разбитости. Это почти как потерять самого лучшего друга, которому ты посвящал свою жизнь.       Теперь мне было сложно сдерживать слезы. Они потекли по щекам. Мне было нечего скрывать.       Заскрипела дверь. Видимо, Джексон понял свою ошибку и решил извиниться? Я брезгливо скривила рот. — Если в тебе найдется хоть капля уважения ко мне, — начала я, не дав парню и попытки вставить слово, — То ты должен уйти. Сейчас. Прямо сейчас.       Я не смотрела на него. Не могла даже повернуть голову в его сторону. Было больно. И противно от его присутствия. Но краем глаза я заметила, как он опустил голову. Я знала, что он не так уж сильно и был в этом виноват. Но сейчас мне бы совсем не хотелось с ним что-то обсуждать.       Закрылась дверь. Послышались отдаляющиеся шаги. Потом тишина. Он остановился у самого входа. Постоял так с минуту. Затем покинул квартиру.       Я глубоко вздохнула. Но этот вздох прозвучал больше как всхлип. Я залезла в пустую и холодную ванну. Было слегка неудобно, но терпимо. Я поежилась. У меня горели глаза. Слезы — едкая вещь. Они разрушают твое тело. Но после них всегда становится легче. Наверное.       Мои глаза начали закрываться. Я погрузилась в сон.       Прошел час, а может два. Мне снова снились кошмары. Я проснулась с криком. Подпрыгнула на месте. Думала, поскорее выбежать из ванной, но наткнулась на что-то. На что-то мягкое.       Это был свитер Джексона. Я тут же обняла парня, не задумываясь ни о чем. А он меня. — Тише, тише... Это всего лишь сон...       Я уткнулась в его грудь. Жадно вдохнула его сладкий аромат. Наконец, я успокоилась. И уже с сознанием дела открыла глаза.       Джексон смотрел на меня с, нескрываемой улыбкой, счастьем.       Я сглотнула. До меня дошло, что я сейчас натворила. Вместо каких-либо слов он весело хмыкнул и протянул мне книгу. Я незадачливо глянула на нее. — Что это? — Книга. — Ну это я вижу. Что за книга? — Возьми ее.       Я недовольно протянула руки. Знакомый переплет. Ткань. Чувствовался запах старины. Будто книга принесена прямо из самой старой и раритетной библиотеки города.       Я неловко открыла ее. — А...       Только и смогла выдавить из себя я. — Не за что. — ответил Джексон. — Но... — Совсем неважно.       Я взглянула на него таким взглядом, каким не смотрела еще никогда. Благодарным. Поистине благодарным. Самым искренним.       В моих дрожащих руках лежала книга, которую он испортил. Точнее совсем другая, но та же. «Похищенное письмо».       Я глубоко выдохнула. — Спасибо.       Он пожал плечами. — Здесь благодарить не за что. Я сам виноват в случившемся. Прости меня.       Я отвела взгляд. Поджала губы. Да он был виноват. Но прощения заслуживают все.       Я еще обижалась на него. Несмотря на то, что эта книга была гораздо лучшего качества, с моей было пережито множество воспоминаний. — Хорошо, — прошептала я, — Прощаю.       Он тоже наконец выдохнул. Кажется даже легче стало. Нам обоим.       Я улыбнулась ему. Он смущенно отвел взгляд.       В этот момент во входную дверь постучали. Я удивленно взглянула на Джексона. Он развел руки в стороны, мол, без понятия.       Я встала с колен. Вылезла из ванной и пошла к входной двери. Кто-то настойчиво стучал в нее. Казалось, этот стук был безостановочным.       Я отперла дверь и осторожно начала приоткрывать ее, чтобы мне «как бы невзначай» не прилетело.       Моим утренним гостем оказалась немолодая соседка с третьего этажа. У нее было недовольное лицо. Ну как недовольное, она кипела от злости. Ее лицо наливалось красным оттенком. Волосы женщины были взлохмочены так, что смахивали на воронье гнездо. Да, такой вид смог меня напугать. Да еще и пятно на голубом халате... Хм, может быть у нее с кошкой что-то произошло... Все-таки, когда их количество достигает свыше десяти — ожидать можно всякого. — Здравствуйте?... — с опаской проговорила я. — Это ты, ты, шлюха, это сделала! — женщина начала тыкать в мою сторону своим длинным и кривоватым пальцем. Ее громкий и писклявый голос резал слух.       Я оцепенела. Ее рука замахнулась в мою сторону. Я непроизвольно зажмурилась и приложила руки, закрывая лицо.       Прозвучал громкий шлепок. Будто на пол упало что-то неимоверно большое.       В комнате стояла такая тишина, что этот звук прокатился по всей квартире еле слышным эхом, уходя в подъезд.       Я почувствовал легкую боль на щеке. Но она напоминала скорее лишь удар током.       Открыв глаза, я увидела перед собой спину Джексона. Видимо, парень заслонил меня и сам принял удар... Я убрала руку от лица. Стало неловко в пятикратном размере.       Уши парня покраснели. Он был зол. Если не в ярости. Я не на шутку испугалась. В моей голове прокрутилось несколько вариантов исхода этой ситуации.       Но парень, будто противореча мне, с громким хлопком закрыл дверь.       Моя рука бесконтрольно задрожала.       Он молча развернулся ко мне. Сел у двери. На его лице горел четкий отпечаток ладони. Я испуганно дернулась.       Эта умалишенная затарабанила в дверь, все еще что-то крича в мой адрес. Я все еще дрожала. Мне казалось, что вот-вот она проломит ее.       Джексон приподнял на меня голову. Улыбнулся. Так, будто ничего не произошло. И я бы вполне могла поверить ему, если бы не эти крики за дверью, этот отпечаток на его лице и дрожь в моем теле. — Иди ко мне, — ласково произнес парень.       Я помотала головой, крепче впиваясь ногтями в кожу. — Ну хорошо. Как хочешь.       Он распрямил одну ногу. Его светлые глаза выражали теперь грусть и безысходность. Но все еще продолжали сверкать, посмеиваясь.       Я приподняла взгляд. — Джексон, твое лицо... — Что?       Я неловко замолчала. — Тебе не больно?       Парень нахмурился. Провел рукой по щеке. Дойдя до следа, он зашипев от боли резко убрал ее. — Все нормально, — ответил он на мое побледневшее лицо. — Ты сама-то как? Все белеешь и белеешь. Тебе плохо?       Я повела плечом. — Все хорошо.       Парень хмыкнул, но говорить ничего не стал. — Каким вообще образом ты оказался передо мной и успел получить по своей наглой роже? — я недовольно посмотрела на Джексона.       Он лишь глупо улыбнулся, но спустя минуту спросил: — Чего это она на тебя так взъелась? — Без малейшего понятия...       Я снова опустила взгляд.       Он поднялся. Глухими шагами подошел ко мне. Его руки коснулись меня в очередной раз. Он прижал меня к себе.       Снова этот сладкий аромат.       Стук дверей сменился стуком его сердца, бьющегося размеренно, иногда делающего перерывы. Я дрогнула.       Он ласково провел рукой по плечу. — Все хорошо.       Прозвучал его еле слышимый голос. — Все хорошо... — повторила в ответ я.       Мне захотелось его обнять. Так же прижать к себе. Но стало страшно. Вдруг что-то пойдет не так?..       И вот я решилась, мои руки потянулись к нему, как он вдруг резко оборвал меня: — Стук прекратился.       Мои руки застыли в воздухе. Он отпустил меня. Развернулся к двери.       Я была в недоумении. Быстро спрятала руки в карманы штанин, пока он не заметил моей слабины, пока еще не понял. Осознав, о чем говорил парень, я тоже прислушалась. Стука действительно не было.       Джексон прижался к двери. — Кажется, тихо, — опасливо и едва слышным шепотом произнес он.       Вдруг по двери ударили снова. Это было так громко и неожиданно, что юноша резко отпрянул и чуть не упал. Совладав с собой, он встал передо мной, закрывая всем телом.       Снова разлилась тишина. За дверью послышалась ругань матом, а затем удаляющиеся шаги.       Опасность миновала, но мы все еще стояли, не двигаясь. Оба боялись шелохнуться.       Спустя несколько минут мы выдохнули. Получилось одновременно, отчего мы заулыбались. — Впрочем, — начал Джексон,— Мне пора. — Куда? — опешила я. — Куда-нибудь, — он отвел глаза в сторону, — Не хочу тебе мешать. — В чем же? — Во всем. Ты же хотела, чтобы я ушел. Я ухожу. — Но... Ты... — Приятно было провести время, — он запнулся,— И прости еще раз за книгу.       Я отвела взгляд. Он отпер дверь и вышел.       Я осталась стоять в одиночестве. За дверью было тихо пару минут. Затем послышались гулкие шаги. Каждый их удар бил мне будто в самое сердце. Я посмотрела на дверь. Именно туда, где только что стоял Джексон. В голове вспомнились его черты.       Я подошла к двери, по обычаю заперла ее. Руками провела по ее деревянной фактуре. Гладкая, дубовая дверь.       Я развернулась и усталыми шагами пошла в спальню. Взяла книгу и углубилась в чтение. Новый переплет мне нравился.       Моментами мне становилось стыдно, ведь эта книга была поухоженнее моей. Бумага была светлее, на обложке не было пятен... Я вздохнула. Закрыла книгу и отложила ее в сторону.       Неподалеку от меня лежал телефон. Я решила посмотреть время. 16:50.       Понятненько. За окном только начинался закат. Теплые, цвета догорающих углей, лучи лились в мою комнату.       Я вспомнила тот вечер, когда мы с Джексоном гуляли по ночному городу. Боже, как стыдно. Я такая нелепая. Упала, провалилась прямо перед ним. Это просто ужасно.       Я схватилась руками за лицо. На нем образовался красный румянец.       А ведь Джексон опять спас меня. И я снова не поблагодарила... Неблагодарная.       В голове всплыл след ладони на его лице. То, как он поморщился.       «Надо бы ему написать и извиниться за свое поведение,» — подумала я, снова хватаясь за телефон.       Я открыла наш с ним диалог. Неосознанно прочитала последнее сообщение, хмыкнула и начала писать. «Дорогой Джексон..»       Ой, не то.       Я стерла надпись. «Джексон, прости меня, я сегодня повела себя не слишком адекват...»       Я стерла. «...Не слишком вежливо. Я должна была рассказать тебе...»       Не то. «...Мне стоило бы поблагодарить тебя за то что ты сделал для меня...»       Я вновь раздраженно стерла текст. «...Мне стоило бы поблагодарить тебя...»       Я устало закрыла глаза. Удалила весь текст. В голову ни шло ничего, с чего можно было бы начать диалог.       Телефон провибрировал. Я испуганно дернулась. Глянула в экран.       Сообщение от Джексона. «Ты хотела что-то написать? :)»       Я замерла. Сердце забилось быстрее обычного. Стало жутко неловко. Он смотрел, как я печатаю!? Я снова закрыла диалог.       Мои глаза желали вылезть из орбит, чтобы не видеть этого позора.       Телефон неунывающе повторил вибрацию.       Смотреть, что там еще пришло было страшно. Но я отвела взгляд от серого потолка. Открыла диалог. «Ты читаешь, но игнорируешь? Клевое занятие» — Черт, Джексон, лучше бы ты молчал, — вслух произнесла я.       Делать нечего. Я написала ответ. «Просто хотела сказать спасибо.»       Парень не сразу ответил в этот раз. «Ты еще злишься за книгу? И за... ну ты поняла...» «Нет.» — Ааа, заткнись, заткнись, заткнись Джексон, — жалобно затараторила я.       Я была готова провалиться сквозь землю. Почему он увидел, как я писала? Он сидел в диалоге? Зачем?       Пришло еще одно сообщение. «Хорошо... Знаешь, я думаю нам стоит поговорить кое о чем...»       Мне бы хотелось стереть все это, но пути назад не было. Отправленного письма не вернуть. Его можно стереть из памяти, но лишь из своей.       Я скинула диалог. Отключила телефон. Кажется, теперь мое сердце должно было успокоиться. Но этого не произошло. Мне стало лишь еще беспокойнее.       Сердце забилось в учащенном темпе. Я будто слышала его стук в ушах, горле да и во всем теле. Зато теперь мне не приходило сообщений. Это плюс... Можно скинуть все на то, что сел телефон.       Стоп, а зачем мне как-то перед ним оправдываться? Кто он такой чтобы мне вообще перед ним оправдываться?       Теперь меня наполняло чувство раздражения. Я откинула телефон подальше. Потянулась за книгой. Но моя рука остановилась в сантиметре от ее заветных страниц. Я фыркнула. Кинула ее к телефону.       Резко вскочила с постели и пошла на кухню. Мне не хотелось и секунду задерживаться в этой комнате.       Как же все раздражает. Повсюду он, повсюду его запах. Повсюду эти миражи. Я скрипнула зубами.       Проходя по коридору, я краем глаза увидела свое отражение в зеркале. Как всегда. Бледная и усталая. А сейчас еще и раздраженная.       Дошла до кухни, поставила греться чайник. Чайник закипел так же быстро, как и я сегодня. Я взяла его в руки. Начала наливать кипяток в кружку.       «И на кой черт меня потянуло ему написать» — подумала я.       Моя рука неосторожно дернулась. Я пролила мимо кружки. — Черт побери...       Я поставила чайник на стол, подальше от лужи, которая уже потихоньку стекать на пол. Поспешно вытерла ее полотенцем.       Теперь у меня все валилось из рук: ложка, которой я попыталась размешать сахар, полотенце, которое я хотела повесить обратно на крючок.       Я обессилено упала на стул. — Да что ж за день такой!? — я гневно крикнула в никуда.       То Джексон со своими лапами, то книга, то эта баба со своими кошками. — Шизичка! — негодующе воскликнула я, — Тебе будто заняться нечем было!       Я ударила рукой в стену. Боли не было, но кулак покраснел.       Я хмыкнула. Взяла чашку чая. Отпила немного. Взглянула в окно. Близилась ночь. Наконец-то. Я открыла форточку. Повеяло свежим воздухом.       Так тихо. Никто не тревожит. С улицы слышны лишь редкие звуки.       Я расслабленно вздохнула.       Дождалась...