Глава 8
11 июля 2018 г., 13:00
Если бы взглядом можно было убивать, то Гермиона и Джинни умирали бы долгой и мучительной смертью. Гермиона нервно заёрзала под устрашающим взглядом Драко. Джинни невинно улыбнулась (эту улыбку она переняла у Фреда и Джорджа).
— Ну? — нетерпеливо спросил Драко. — Какого чёрта здесь происходит? Почему патронус моего отца был так привязан к тебе? — Гермиона открывала и закрывала свой рот, совсем как рыба, пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить ситуацию. Драко вздохнул и взмахнул рукой. — Между вами двумя что-то есть?
— Совсем ничего, Драко, честно. А если что-то и было бы, то ты узнал бы об этом первым, — Джинни оскорблённо фыркнула на замечание Гермионы. — Кроме того, даже если бы что-то и происходило, неужели ты думаешь, что она смогла бы держать свой рот закрытым? — спросила Гермиона, указывая на Джинни.
— Да, это правда. Если бы Миона и Люциус встречались, то весь магический мир был бы уже в курсе этого, — нахально заявила Джинни.
— Если бы, эээ… если бы что-то было на самом деле, то ты бы не возненавидел меня? — взволнованно спросила Гермиона.
— Ну, нет… я хочу сказать, что если это сделает моего отца счастливым… Он не был ни с кем с тех пор, как ушла мама, поэтому… До тех пор пока в комнате, в которой нахожусь я, между вами не будет такого напряжения, — добавил Драко.
— За что мне такой друг? — облегчённо спросила Гермиона, крепко обнимая Драко.
— За то, что ты постоянно помогаешь мне с домашней работой, я думаю, — нахально ответил Драко. Гермиона закатила глаза и улыбнулась.
— Тем не менее, — подала голос Джинни, — мы не единственные, кому ты должен сказать о своём «благословении», — Драко открыл рот, чтобы запротестовать, но Джинни оборвала его. — Люциусу необходимо знать, что ты не против того, что сейчас происходит, и что может быть между ними.
Драко покачал головой. — Ни. За. Что. Я уже могу представить этот разговор: «Привет, пап, прости за то, что недавно чуть не убил тебя и всё прочее, я просто пришёл, чтобы ты знал, что я даю тебе своё разрешение на то, чтобы ты трахнулся с Гермионой».
— Драко?! Совсем не так! — воскликнула Гермиона, обиженная его грубыми словами.
— А как?! Всё совсем не так, как ты думаешь! Возможно сейчас он действует, руководствуясь похотью, побуждая тебя к быстрому траху, а потом он просто притворится, что тебя вовсе не существует, пока снова не захочет тебя! — прокричал Драко, и Джинни впервые потеряла дар речи.
Гермиона резко встала, в ней разрасталась злость. — А ты знаешь его настолько хорошо, не так ли? И конечно же я просто какая-то шлюха, которая глупа настолько, что ляжет в постель с тем, кого видит второй раз в жизни! Я не могу поверить! Ты сказал, что ты не против! Ты сказал, что он не был ни с кем после Нарциссы!
— Я не говорил серьёзно! — лицо Гермионы дрогнуло.
— Что? Ты думаешь, что он хранил целибат целых три года?! Ты разве не слышала о «праве одной ночи», Гермиона?! Тогда просто не приходи плакаться ко мне, когда он скажет тебе, что не хочет никаких «серьёзных привязанностей»!
— А я скажу тебе Драко, чёртов, Малфой, что всё совершенно не так! — завопила Гермиона. Она вылетела из комнаты, громко хлопнув дверью.
— Браво, Малфой, — саркастично заметила Джинни.
***
Гермиона неслась по коридорам, смаргивая слёзы, до тех пор, пока не достигла кабинета Люциуса. Она толкнула дверь, даже не заботясь о том, чтобы постучать. Люциус стоял у книжного шкафа, листая книгу, чтобы отвлечься. Он резко поднял голову, услышав, как открылась дверь. Он заметил, что всё лицо Гермионы было в слезах, и нахмурился в беспокойстве. Она пересекла комнату и направилась прямиком к нему. — Гермиона, с… — Люциус был нагло перебит, Гермиона схватила его за рубашку и обрушила свои губы на его. По-началу он никак не реагировал, но ему хватило нескольких секунд, чтобы начать отвечать. Гермиона вкладывала всю злость, страсть и вожделение в этот поцелуй. Их языки встретились и начали своеобразную борьбу. Руки Гермионы путешествовали по телу Люциуса, они очертили мышцы груди и поднялись вверх, запутавшись в гладких волосах Люциуса. Люциус уже совершенно не собирался останавливаться, но тут в его мозгах мелькнула мысль, которая заставила его напрячься. Он отстранился от неё, сжимая её плечи, так как она обвила своими руками его шею. — Остановись, — он с трудом мог дышать, — Гермиона, остановись. — Почему? — зло спросила Гермиона, пытаясь притянуть его обратно. — Потому что ты очевидно чем-то расстроена, и мне бы не очень хотелось воспользоваться тобой в таком положении, — твёрдо сказал Люциус, отстраняя её от себя. — Что если я хочу, чтобы ты воспользовался мной? — спросила Гермиона, одновременно закидывая свою ногу на его. — Ты не хочешь, — сказал он, отступая назад. — Ты расстроена и зла, я же вижу. Я предлагаю тебе остановиться сейчас, пока я всё ещё могу контролировать себя. — Нет, со мной всё в порядке. Я знаю чего хочу, — ответила Гермиона, дергая за пуговицы на его рубашке. — Я сказал хватит! — крикнул Люциус. Гермиона отдёрнула свои руки и повесила голову в смущении. Она всхлипнула, пытаясь сдержать слёзы. Они покатились по её уже мокрому лицу, Люциус бросился к ней, стирая слёзы своим большим пальцем. — Гермиона, я... — Нет, ты прав. Извини меня. Не знаю, что на меня нашло. Мне следует уйти, — Гермиона развернулась, чтобы уйти, но остановилась у двери. — Думаю, будет лучше, если я закончу свой проект и уйду отсюда. От тебя, — Люциус закончил застёгивать свои пуговицы. — Да, я согласен. Чтобы это ни было, это закончится, — твёрдо заявил Люциус. — Да… — сказала Гермиона, покидая комнату.***
После «того случая», как теперь называла его Гермиона, прошла неделя. Он сделала всё то, что обещала сделать. Она приезжала в Мэнор, делала нужные снимки, переписывала необходимую информацию и всеми силами старалась не сталкиваться ни с Драко, ни с Люциусом. Конечно, было гораздо сложнее избегать Драко, потому что она жила с ним, но Гермиона опустилась до обидчивого и детского метода молчаливого обращения. Хотя это мало повлияло на Драко. Он был абсолютно счастлив подождать пока у Гермионы закончится её вспышка гнева, и совершенно не собирался тратить своё драгоценное время на разговоры с ней. Люциуса однако избегать было труднее. Казалось, куда бы Гермиона не пошла, там же оказывался и Люциус! Когда она искала подходящие книги в библиотеке, там же был и Люциус, который читал или занимался бумажной работой для Министерства. Когда она делала снимки в саду, он сидел, прислонившись спиной к дереву, и дремал, выглядя совершенно неотразимым на солнце. Гермиона выбирала самые долгие пути по коридорам до нужной ей комнаты, лишь бы только не встретиться с ним вновь! Во время одного из самых стрессовых для Гермионы дней подготовки к проекту (во время которого камера сломалась дважды, её записи разлетелись по всему саду из-за сильного ветра, а она чуть-ли не была проклята книгой из библиотеки, но спасибо Люциусу, который успел схватить её раньше, чем Гермиона, и обезвредить) она шла по бесконечному коридору Мэнора, как вдруг увидела Люциуса, выходящего из комнаты. — Дерьмо, — прошептала Гермиона себе под нос. Она действовала на инстинктах и открыла ближайшую к ней дверь, чтобы спрятаться. Люциус, который закрывал свою дверь, повернулся посмотреть, как закрывается дверь в кладовку для мётел. — Дерьмо, — повторила Гермиона. Она поняла, что это была кладовка для мётел, как только одна из них упала на её голову. Гермиона задержала дыхание, слыша всё приближающиеся шаги Люциуса. Шаги остановились, и дверь в кладовку заскрипела, открываясь. Гермиона, которая до этого крепко зажмурилась, медленно открыла глаза, чтобы встретиться лицом к лицу с мужчиной, от которого она пряталась. — И что, могу ли я спросить, ты забыла в моей кладовке для мётел? Гермиона выдохнула весь воздух, который до этого задержала, и попыталась придумать что-нибудь вразумительное для ответа. «Быстрее! Это твой шанс! Затащи его внутрь и проведи время с пользой!» — взволнованно закричал её внутренний голос. Гермиона быстро подавила этот голос и вернулась к нынешним неожиданным обстоятельствам. — Я просто… Просто… Искала туалет и перепутала дверь, — сказала Гермиона довольно неубедительно. Гермиона дала себе мысленный подзатыльник за такую дрянную отговорку. Люциус хмыкнул и протянул ей руку, чтобы помочь выйти. Гермиона осторожно взяла её и выбралась из кладовки. — Ты больше не будешь искать уловки, чтобы избегать меня? — хитро спросил Люциус. Гермиона отступила на шаг назад и попыталась изобразить удивление. — Что? Нет, нет, конечно, нет! Почему бы мне избегать тебя? Я имею ввиду, что у меня нет никаких причин, на то, чтобы избегать тебя. Ну, только не считая того, что мне с каждым разом всё сложнее и сложнее сопротивляться тебе, и Драко сказала, что ты хочешь меня только на одну ночь, а я не такая девушка, которая стерпит подобное отношение и… — Гермиона остановилась, наблюдая за ухмылкой, которая расползалась на губах Люциуса. — Что? — горячо спросила Гермиона, взбешённая его высокомерием. — Не верю, что ты сказала это прежде чем обдумать, Гермиона, — девушка выглядела сбитой с толку несколько секунд, а потом вспомнила всё то, что она только что сказала. — О, Господи, нет, — сказала Гермиона, и её щёки вспыхнули. Люциус подошёл ближе. — О, да. Если тебе становится всё «сложнее и сложнее сопротивляться» мне, — он наклонился настолько близко к ней, что почти касался губами её уха, и прошептал, — тогда перестань сопротивляться, — он произнёс каждое слово медленно и отчётливо, посылая мурашки по спине Гермионы. Горячее дыхание Люциуса прошлось по губам Гермионы. — Я не могу, — Гермиона вырвалась и побежала вперёд по коридору, в этот раз оставляя Люциуса раздражённым.
