POV Хару
Имение собственности... Клановые территории... Представитль клана на совете... Покровительство Хокаге... Оплата миссии от 5000 рье...
Стоп, чего?!
Я еще раз вчиталась в текст бумаги, стараясь осмыслить прочитанное, и отложила ее на стол, массируя переносицу двумя пальцами.
Сейчас я сидела на кухне у нас дома и разбиралась с "макулатурой". С тех пор, как я вышла из подземелий АНБУ прошла неделя. Теперь на меня свалилось множество бумаг и документов. Нужно было официально оформить присоединение Юки к Конохе, утвердить меня, как главу клана, разобраться с финансами...
На последних я и затормозила.
В документах, которые Хаку занес мне от Хокаге, говорилось, что они с Ао в мое отсутствие выполняли миссии зарплатой от 5000 рье, чего быть не может, так как патруль границ, а я все-таки немного про их миссии слышала, уже миссия, как минимум, ранга В, но никак не D!
Миссии D оплачиваются от 5000 рье, S - от 1,000,000. Значит, миссии С оплачиваются примерно от 10,000, В - от 50,000, а А примерно от 100,000 (если я правильно высчитала - у АНБУ же зарплата должна быть больше, но я могу и ошибаться).
Я устало выдохнула и подошла к шкафчикам с чаем.
Сейчас этих бумаг и документов еще не так много, потому что наш клан еще почти не врос в экономику, политику и жизнь деревни. Но со временем мы приживемся, бумажной работы станет больше, головная боль - сильнее. Значит, буду приспосабливаться и требовать с брата средства от головной боли и энергетические таблетки.
Я открыла шкафчик и увидела, что вместо двух упаковочек чая он забит...
- АМАЙЯ!!!
...кофе.
После моего крика на кухню прибежали остальные члены клана. Видимо, Ао только что вернулся с миссии, ведь утром его не было. Хотя, сколько сейчас времени?
Взглянув на часы, я поняла, что уже четыре часа вечера, и я почти полдня провела за бумагами. Мда...
- Что случило... ооооой.- сестра увидела две стопки бумаг по четверть метра каждая на столе и отступила на шаг.
- Раз уж вы все здесь собрались, то будьте добры и объясните мне, что на полке, куда я ставила чай, делает огромное количество кофе?- попросила я, потирая виски.
- Оно там стоит.- с заумным видом сказал Ао, отставляя меч и отходя к холодильнику.- Эм... А где еда?- спросил он, выглянув из-за дверцы холодильника.
- Тебе с анатомической точки зрения, финансовой, философской или уставшей?
- С обычной.- мрачно ответил он.
- Нет у нас еды, что не понятно? Я на рынок не ходила и в холодильник не заглядывала последние три дня, что вы ели - не знаю.
- Лично я ела яичницу, а Хаку питался бутербродами.
- Я яблоки ел.
- Вот вам и ответ. Ладно, я пойду на рынок и куплю продуктов, а вы пока, пожалуйста, заварите мне крепкого зеленого чаю с двумя СТОЛОВЫМИ ложками сахара. А лучше с четырьмя.
Я взяла деньги и вышла из дома, направляясь в сторону деревни.
В том, что наш дом был, можно сказать, на окраине Конохи, безусловно, были преимущества, но ходить каждый раз за огромным количеством продуктов в центр деревни, что пешком делать долговато, не очень удобно.
Идя по улицам деревни я осматривала лавочки, которые готовили к завтрашнему вечеру. Завтра начинался праздник в честь предков и фестиваль фонарей, поэтому все радостно украшали свои дома и прилавки фонариками, обсуждали наряды на завтрашний вечер.
Наш клан тоже готовился к празднику, но проводить его мы будем немного иначе, чем остальные жители деревни...
В отличии от большинства жителей, которые будут веселиться на фестивале, ночью запустят фонарики и лягут спать, у каждого из нас были родственники и близкие, которых мы потеряли.
По негласной договоренности каждый из нас устроил в своей комнате "уголок памяти". Насколько я знаю, Хаку из льда создал фигурку своей матери, положил к ее ногам цветы, поставил благовония и свечи. Ао иероглифами написал имя своей матери, повесил свиток на стену и также положил на пол у свитка цветы, благовония и свечи. Амайя воссоздала внешность своих бабушки с дедушкой, отца, тети, двоюродной сестры. Один из углов ее комнаты занимали небольшие - всего полметра высотой - фигурки из льда. При этом на руке каждой статуи была повязана черная траурная лента, у ног фигур стояли фрукты и цветы.
Я же, стараясь не вспоминать о том, как были дороги мне люди, которых я больше никогда не увижу, попросила брата создать в углу моей комнаты маленький алтарь. Я застелила его голубой шелковой скатертью, поставила на него вазу с цветами и тонкие ажурные свечи и благовония с запахом розы. Я не стала писать имен родственников или пытаться воспроизвести их внешность, чтобы лишний раз не напоминать себе о потере. Единственное, что не совсем вписывалось в этот простенький "мемориал", который, на самом деле, ни о чем сам по себе не напоминал, была фигурка волка и сиреневый цветок изо льда с моей заколки - напоминание о моем происхождении. Как бы я того не хотела забыть, я все равно являюсь потомком двух екаев. Один из них, к тому же, находится у меня в сознании.
Я набрала продуктов и потащила обратно домой два тяжеленных пакета. Я бы, возможно, закусила губу или попросила знакомого шиноби помочь, но я не имела права - такова участь главы клана. Я не имею права показывать свою слабость, я должна служить примером.
Еле дойдя до дома и выгрузив покупки на кухонный пол и транспортировав их в холодильник, я опять уселась на диван за стол, взявшись за следующую бумагу, решив, что позже разберусь с предыдущей.
Защита от взлома от Яманако, лекарства от Нара, вытравление жуков от Абурамэ, условия от старейшин, зарплата с миссий, предложения на установку ледяной защиты на клановые дома и резиденцию Хокаге...
Провозившись с документами еще полтора часа, за которые я успела дотереть переносицу и виски до покраснения, прокусить губу до крови, выпить всю кружку чая (мне его, все таки заварили - я, конечно, обычно такой не пью, но в таких ситуациях иначе никак) и постучаться головой о стол три раза, а еще, кажется, и успела кого-то послать не то на подземный полигон Ао, не то к Хокаге, я отложила в сторону документ, подошла к холодильнику.
- Хару!!!- послышался крик Амайи из ее комнаты.
- Ну что?!
- С
этим помоги!
О, Ками-сама! За что мне это?! Стоп! А мне кто поможет...?!!!
***
Солнце зашло, небо стало темным, луну закрыли облака и только звезды сияли в вышине.
Все вокруг было украшено светящимися фонариками, они сияли теплым оранжевым светом, согревая душу.
Мы вчетвером прогуливались по улицам деревни, наслаждаясь чудесной музыкой, рассматривая товар и радуясь фонарикам.
С проблемой, из-за которой меня звала сестра, мы с горем пополам разобрались, а точнее с потрепанными нервами, разбитым будильником, сломанной ножкой кровати и целым часом крика.
Дело было в том, что на фестивале нужно быть в кимоно, а кимоно это такая вещь, которую без посторонней помощи не наденешь, особенно, если одеваешь его впервые.
Слава богу, что нам помогли Хаку и Ао. Ао, как самый сильный физически, заворачивал в кимоно Амайю, как самую буйную, ну а Хаку спокойно помог мне одеть кимоно и ушел одеваться сам.
Амайя сейчас медленно шла рядом со мной, оглядывая деревню. Она была в темно-бирюзовом кимоно с белыми и фиолетовыми цветами, левый рукав и подол нежно переходили сначала в голубой, а потом в молочный. Пояс тоже был молочным, завязанным ярко-розовой веревочкой. Волосы мы, совместными усилиями, собрали ей на макушке и немного завили, украсив эту конструкцию розовым цветком. На губах у нее была нежно-розовая помада.
Сестре было немного неудобно в японских сандалиях и узком кимоно с длинными, почти до подола, рукавами, но она смирилась
когда мы ее валерьянкой и чаем с мятой напоили и сейчас искренне радовалась, смотря по сторонам. Я была искренне рада за нее.
Ао одел темно-синее кимоно, подпоясанное черным оби с белым узором паутины. Его волосы отросли с тех пор, как мы его подстригли в Стране Волн, и теперь топорщились милым ежиком. Я то и дело замечала заинтересованные взгляды женщин, которые они бросали на него. Причем, не только мирных жителей, но и куноичи. В отличии от Амайи, он свободно чувствовал себя в кимоно и без трудностей проникался атмосферой праздника. За то недолгое время, что мы были на фестивале, он успел выиграть Амайе бирюзово-фиолетовый браслет-фенечку в виде веревочки с талисманом удачи.
Хаку был в темно-сером кимоно с таким же хаори, подпоясанный темно-коричневой полоской ткани. Он спокойно шел в сандалиях, держал спину ровно, голову высоко, но не слишком. Он производил впечатление аристократа, и его внешность только способствовала этому. Волосы, которые мы с сестрой опять подстригли ему несколько дней назад красиво подчеркивали изящные черты лица и подчеркивали его красоту. Свой "ошейник", как мы иногда в шутку называем этот аксессуар, Хаку на сегодня снял.
Я же была в длинном черном кимоно, скрывавшем даже садалии-таби. На нем был узор из розовых, белых, светло-желтых, бледно-розовых, персиковых и бледно-сиреневых цветов и зелени, окружавшей их. На левом рукаве и подоле черный переходил в розовый, а розовый переходил в белый. Рукава у моего кимоно были еще длиннее, чем у Амайи, но мне это трудностей не доставляло. Пояс у моего кимоно был белым с серыми, розовыми и сиреневыми узорами. Сначала было немного непривычно ходить в таби, но я приноровилась ставить стопу так, чтобы не спотыкаться и не падать. Волосы я с помощью Хаку убрала высоко на затылок в пучок, который заколола своей любимой канзаси с полупрозрачными сиреневыми цветами. Хаку выпустил из моего пучка несколько прядей и теперь они аккуратными волнами свисали мне на лицо, не закрывая его.
Я увидела лавочку с фонариками и захотела запустить один. Я купила по фонарику каждому из нас. Мы запустим их позже, когда наступит время, и все отпустят свои фонарики в небо.
- Не забудьте загадать желание, когда будете отпускать фонарики.- улыбнулась мне молодая продавщица в розовом кимоно. Я улыбнулась ей и поблагодарила за фонарики.
Я отдала каждому по фонарику и мы пошли дальше.
На этом фестивале мы повеселились и отпустили все проблемы подальше.
Амайя и Ао веселились, участвуя в конкурсах и пытаясь выиграть призы. Сестренка пыталась поймать рыбку сачком из рисовой бумаги несколько раз, и на пятый у нее получилось. Ей отдали маленькую золотую рыбку, которую она назвала Кин. Амайя сказала, что разведет у дома пруд и отпустит Кин туда.
Ао участвовал в разных конкурсах: измерь свою силу, на меткость, на точность, угадай где камень...
Не знаю, случайность это или судьба, но он выиграл подвеску с талисманом удачи и двенадцатиконечной звездой, в точности повторяющей знак нашего клана. Он спрятал подвеску в рукав кимоно, решив прикрепить ее к рукояти Корекутамы. Кстати, я тоже нашла для него подарок. В одной из лавочек продавали медицинскую чакру. Я купила ее, решив отдать ее потом Собирателю. Кто знает, что может пригодиться.
Мы с Хаку смотрели на веселье Ао и Амайи, смеялись и пробовали вкусности, которые продавали продавцы.
Братец не удержался и купил травы, освященные в храме. Причем, не в каком-то, а в храме Страны Воды, где Хаку родился и жил.
Я смотрела на веселье и счастье моей семьи и на душе у меня было тепло и так хорошо. Будто свет и тепло этих фонариков проникли в сердца людей, согревая. Хотя, говорят, что в этот праздник духи родных людей, ушедших от нас, возвращаются к нам, охраняя и даря счастье.
- Хару, смотри, что я нашел! Это какао-порошок и маття!- радостно поведал мне брат, протягивая свои руки, на которых стояли два маленьких футлярчика в виде гейш в кимоно.
- Это очень здорово, Хаку!- я искренне улыбнулась Хаку и его ребячеству. Даже Ао сегодня вернулся в детство и беззаботно веселился.
***
Я вышла на мостик, с которого могла наблюдать за своей семьей и людьми в деревне в целом.
Темная гладь реки притягивала к себе взгляд и заставляла вспомнить легенды о этом празднике.
В эту ночь, когда все небо освещается ярким светом фонариков, духи ушедших людей возвращаются на землю к своим родным, чтобы подарить им счастье, показать их будущее, чтобы успокоить и подарить умиротворение и радость. Это время воссоединения потерявших друг друга.
И вот я услышала нежный звук кото и фонарики начали подниматься в небо.
Я посмотрела на свой фонарик, который держал в руках, и, подняв руки вверх и вытянув их над рекой, отпустила фонарик в высоту.
Он плыл вверх, стремясь присоединиться к остальным и исполнить мое желание.
Хочу найти свое счастье
Множество фонариков согревали темное холодное небо. Я облокотилась на перила мостика и наблюдала за этой красотой.
Вдруг мне показалось, что кто-то приобнял меня за плечи, а среди фонариков мне почудились алые волосы и чистые бирюзовые глаза. Видение длилось всего лишь несколько секунд, и вот я уже снова смотрю на фонарики.
Я улыбнулась этому видению, ощущению теплых объятий и красоте в небе.