Birth mother

По позвоночнику Эммы пробежал неприятный холодок. Удивиться имени её сына мог только человек, связанный с его рождением, а на сотрудницу больницы или приюта незнакомка совсем не была похожа, а это могло означать то, чего девушка не хотела больше всего. Она могла быть связана с рождением Генри напрямую. — Да, моего сына зовут Генри, — сдержанно ответила она, и едва она набрала в лёгкие воздуху, чтобы попрощаться, брюнетка её перебила. — С ним вам будет тяжело ночевать в машине, на улице довольно прохладно. Я не знала, что вы с ребёнком. Могу предложить одну из гостевых комнат, — медленно произнесла она, — Забыла представиться, Реджина Миллс, мэр этого города. — Спасибо за приглашение, мадам мэр, но право, не удобно, — тон Эммы звучал грубее, чем она хотела, но ничего не могла с собой поделать, — Не стоит беспокоиться, у нас достаточно тёплых вещей, чтобы не замёрзнуть до утра. Всего доброго. Девушка развернулась и направилась к машине, хозяйка дома молчала, но так и осталась стоять в дверях, по крайней мере, Эмма не слышала звука закрывающейся двери. Генри уснул как только забрался в кокон из пары её тёплых кофт и большого пледа, удобно растянувшись на заднем сидении. Сама она оставила себе тонкий плед, а на плечи накинула красную кожаную куртку и искренне надеялась, что не околеет к утру. Ну, в крайнем случае, залезет назад к Генри, возьмёт его на руки будет греться хотя бы от него. Несмотря на сложность ситуации, это намного лучше, чем принимать приглашение хамоватого мэра, проявляющего нездоровый интерес к её сыну. Она не может быть его биологической матерью, вот просто не может, такие не оставляют детей, она богата, успешна, чем бы ей помешал ребёнок? В конце концов, если ей совсем не хотелось им заниматься, спихнула бы на нянек, а потом в какой-либо престижный интернат. В конце концов, если она так не хотела ребёнка, то и не стала бы его рожать. Чтобы успокоиться, она даже достала ноутбук, чтобы пробить эту дамочку и узнать, что она делала лет пять назад. Но чертова сеть никак не ловила сигнал. Видимо город и впрямь застрял в прошлом.

***

Проснулась Эмма от робкого, но продолжительного стука в окно. Стучала миловидная девушка в розовом берете и увесистым портфелем в другой руке. — Доброе утро! Простите, у вас всё в порядке? — Да, всё хорошо, приехали ночью, не нашли комнаты и остались ночевать в машине, — ответила блондинка, пытаясь потянуться, — Не подскажете, где можно остановиться? — О, у нас нет гостиницы, была, конечно, на втором этаже кафе «У Бабушки», но вот уже много лет не работает, желающих нет, — расстроенно ответила девушка, — А вы не одна? — спросила она, оглядывая салон машины, в котором не видела никого, кроме Эммы. — Я с сыном, он ещё не проснулся, — кивнула блондинка в сторону заднего сиденья. — Я проснулся, — тихо ответил мальчик, — Просто холодно и не хочу вставать. И хочу пить. — О, вы с малышом, я попробую сегодня узнать, может быть найду какой-либо вариант, попробую поспрашивать, — сочувственно проговорила она, — Я работаю в этой школе, — девушка кивнула в сторону здания, возле которого был припаркован жук Эммы, — Я учитель, меня зовут Мэри-Маргарет. — Эмма Свон, приятно познакомиться, — она протянула руку человеку, с которым и правда было приятно познакомиться, она уже не ожидала от этого города ничего хорошего. — Меня зовут Генри, — мальчик вылез из своего кокона одеял, оставшись лишь замотан в свитер Эммы и начал перелезать на переднее сиденье, — А вы учительница, да? Я через несколько месяцев пойду в школу! — гордо оповестил он. — Вот это здорово, — приветливо улыбнулась ему Мэри-Маргарет, затем обратилась снова к Эмме, — Я заканчиваю в четыре, давайте встретимся «У Бабушки» в половине пятого, я расскажу вам, нашла ли что-то, чем смогу помочь. — Огромное тебе спасибо, до вечера, — улыбнулась ей на прощание блондинка. Она не привыкла так сразу проникаться к людям, но в этой милой учительнице она не могла разглядеть ни единого подвоха, сколько не прокручивала в голове их короткий утренний разговор. Поскольку вопрос с жильём всё ещё не был решён, она не могла полноценно приступить к работе, а это значило, что их поездка затянется ещё на один дополнительный день минимум. Она уже безумно скучала по их маленькой квартирке в Бостоне, где был удобный диван, ванная и прочие блага цивилизации. Время до вечера занять было необходимо, поэтому сначала она решила отправиться в это единственное в городе кафе, чтобы позавтракать и хотя бы умыться. — Мама, вкусно, попробуй, — не успокаивался Генри, буквально тыча ей в рот ложкой овсянки. На четвёртый раз она сдалась. — Отличная каша, дружище, ты прав, — прокомментировала она, снова уткнувшись в газету. Судя по статьям и объявлениям, в городе не происходит вообще ничего. Отремонтировали автомастерскую, выделили бюджет на благоустройство парка, шериф поймал двух подростков, рисующих на заборе больницы, поздравления с днём рождения мэра. О, так у неё вчера был день рождения. Черт возьми, как можно быть такой злобной в свой день рождения, её что, никто не поздравил? Она же, блин, мэр! — Доброе утро, вы так и не представились вчера, — вот уж что называется легка на помине, — Доброе утро, Генри, — ласково улыбнулась она мальчику. — Эмма Свон. Доброе утро, — сухо поздоровалась она, инстинктивно пытаясь придвинуться ближе к сыну, что мало получалось, поскольку он сидел напротив. — Как ваши поиски жилья, нашли подходящий вариант? — Спасибо за заботу, мы в поисках, вас необходимо поставить в известность как только мы найдём комнату? — более раздраженно, чем стоило, ответила Эмма. — Я вам ясно дала понять ещё ночью, что гостей здесь никто не ждал уже очень давно, разумеется, как мэр, я обязана взять во внимание это происшествие. — Посещение вашего города — это происшествие? — Пока вы его не покинули, да. Я буду пристально следить за вами, уж не обессудьте, — нарочито небрежно бросила она, затем добавив, — Если вам самой нравится мёрзнуть по ночам в машине — ваше право, но пожалейте хотя бы ребёнка. Если ваши поиски не увенчаются успехом, у меня всё ещё есть гостевая комната. Как мэру, мне крайне неловко, что гости моего города не могут найти пристанище. — Ещё вчера вы послали меня на все четыре стороны, а теперь заботитесь? Действительно, давненько вы людей не видели, — не сдержалась Эмма, — А впрочем, спасибо за приглашение, мы учтём, — ответила она и демонстративно уткнулась в газету. — А мне понравилось спать в машине! — вклинился в заканчивающийся разговор Генри, дожевав кашу. — И ты не замёрз? — улыбнувшись спросила мэр. — Ни капельки, — гордо ответил он. Молодец пацан, смекнул, как нужно себя вести. Хотя, скорее всего, он просто выделывается храбростью перед новой знакомой. — Ты такой смелый, — продолжала она разговор с мальчиком, — А сколько тебе лет? — Три с половиной, — тут же выпалила Эмма, чтобы не дать Генри сказать правду. Хоть бы он понял, хоть бы! Она знала, что это мало что изменит, но если её опасения не напрасны, она отчаянно не хотела, чтобы эта женщина убедилась в своих догадках. — Мама, зачем ты шутишь! Я большой! Мне пять лет, а когда я пойду в школу будет уже пять с половиной! — Ты и вправду такой уже взрослый! — умилённо ответила ему Реджина, проигнорировав Эмму полностью, — Мне пора на работу, Генри, ещё увидимся! — Пока, хорошего дня, — прокричал ей вслед излишне воспитанный Генри. Эмма злилась. Частью разума она понимала, что возможно надумала себе целую драму, но не могла спокойно реагировать на общение Генри и мэра. Возможно она вчера просто удивилась довольно редкому имени мальчика. Или так звали кого-то из её близких. А дружелюбие к нему проявляет потому что любит детей. Но совладать с собой и своими мыслями девушка не могла. И единственное, что она хотела больше всего, закончить поскорее своё дело и увезти Генри подальше отсюда.